Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

- Никто не виноват, - заявляет мой муж. - Просто я полюбил другую.
После таких слов у меня глаза на лоб лезут.
- И с ней - ты теперь жить будешь, да?
- Она меня вдохновляет.
- На что? На аренду однушки?
- Почему сразу однушки?! - как-то даже оскорбленно заявляет Илья. И дальше спокойно - как само собой разумеющееся: - Мы с Лерой переедем сюда, а ты с детьми...
К горлу подступает тошнота. Не от обиды, а от брезгливости.
- Не продолжай, - резко перебиваю я и демонстративно хлопаю в ладоши; мука летит в разные стороны.
Оборачиваюсь, вижу его самодовольную рожу, и это становится последним весомым аргументом для того, чтобы начать действовать.
Пусть он наконец осознает, что если жена берёт в руки скалку, не факт, что будут пирожки!

Я обернулась.
Он стоял на другой стороне улицы, возле старой липы. Высокий. В темном пальто. Без пафоса. Без охраны. Как будто он не девелопер и не «успешный», а просто мужчина, который пришёл туда, куда ему нельзя.
Я не видела его двадцать лет.
Но узнала сразу.
— Аня, — сказал он.
И всё.
Одно имя — и у меня внутри снова открылся тот самый шкаф.
— Ты зачем приехал?
— Мне надо поговорить.
— О проекте?
— И о проекте тоже.
— Поздно. Кофейня закрыта.
— Тогда не как клиент. Как человек.
— Как человек ты исчез двадцать лет назад.
Он не отвёл взгляд.
— Я не мог.
— Не возвращайся ко мне, Дим.
— Я уже вернулся.

Когда на порог ко мне заявилась беременная любовница мужа, я не поверила ей.
Да только Дамиров ничего не стал отрицать.
— Вик, ну ты же ее видела? Настя красивая девка, знает, как доставить удовольствие мужику так, чтобы искры из глаз сыпались. А ты, — кривится он, — десять лет назад ты была звездой, а сейчас… ну, глаз уже так не радуешь, извини. Да и родить сама не можешь.
Конечно, я была в шоке, а Дамиров меня продолжал “успокаивать”:
— Вик, я же от тебя не отказываюсь. Я к тебе привык. Ты знаешь, у меня режим, работа, я люблю порядок во всем, и что-то менять… Это хлопотно. Я не хочу затевать сейчас волокиту с разводом. Это так утомляет, — вздыхает равнодушно.
Но похлопотать Дамирову все же пришлось, наш развод состоялся.
Только почему же полгода спустя его пузатая Настя рыдает у меня на пороге и ищет мужа?
И я бы позлорадствовала, конечно, но эта ненормальная однажды пришла снова, оставила мне ребенка и исчезла!
А потом появился Дамиров и предложил стать его дочке мамой!

— Ахмат, я хочу вас и постоянно думаю о том, как вы меня… Мда… Отменная у тебя фантазия! Думал, ты скромница!
Бросает на меня хмурый взгляд.
— Что?! — бледнею от ужаса. — Это не я! Не мое! Там были документы! Клянусь!
Босс, которого боятся все, откладывает записку, а потом…
Он достает из коробки белье 54 размера и разворачивает.
— Парашют моей любви?! — читает валентинку, приколотую к ткани.
Мрачнеет и рявкает:
— Ты, что, с дуба рухнула? Где документы? Где образцы, я тебя спрашиваю?
***
Сотрудники офиса решили подшутить надо мной, толстушкой.
И подарили кавказскому боссу от моего имени провокационный подарок!
Я говорила, что это не от меня, но он не поверил.
И… кто же знал, что он придет устраивать мне допрос… с пристрастием!

- Привет, Дим, - не к месту говорю я, а в памяти проносятся события многолетней давности - наши танцы на маленькой кухне, ночи, полные любви, свадьба и моя беременнность... Мы были женаты без малого пять лет.
- Ты поменяла фамилию. Снова вышла замуж?
- Да. И снова развожусь, - горько усмехаюсь. - А ты женат?
- Нет. Я строю карьеру.
Прикусываю губу, услышав ответ. Именно эти слова я и бросила Диме тогда, семь лет назад - обвинила Царева в том, что он строит карьеру, что ему плевать на нашу семью и мои безуспешные попытки забеременеть.

Спустя семь лет после развода я снова встречаю бывшего мужа. Он стал успешным нейрохирургом, и мне очень нужна его помощь. Но наше и без того непростое общение осложняется, когда между нами снова вспыхивают чувства.

В моей сумке лежала валентинка, та, которую я не отдала. Для босса.
Я её подписала и спрятала, решив уволиться. Не могу видеть его с другими.
– Веселова! – рыкнул он, выйдя из кабинета, я тут же вытянулась в струнку, не понимая, в чем провинилась.
Может, он всё же успел прочитать признание в валентинке?
– Да, Сергей Маркович, что вы хотели?
Он положил передо мною на стол короткое красное платье.
– Надевай и пошли, – скомандовал он. – У меня к тебе последнее поручение.
– Как? Куда?
– Ногами. На светский раут.
– Какой ещё раут?
У меня дыхание перехватило.
– Мероприятие для элиты! Притворишься моей девушкой!
Я в босса совсем не фиктивно влюблена, а тут ещё и нескромное красное платье, каких я никогда не носила, и светский раут для элиты, но, глядя на босса, я понимала, что отказа он не примет.

— Карина? Ты… что ты здесь делаешь? — голос моего мужа звучит неестественно высоко.
— Это что ТЫ здесь делаешь? С цветами? В квартире моей подруги? Я эту квартиру продаю, ты это прекрасно знаешь!
Я жду ответа, надеюсь на какое-то логичное, пусть даже бредовое объяснение.
Ну же, скажи, что ты ошибся адресом.
— Давно ты с ней?
— А что я должен сказать? — он огрызается на меня. — Да, мы вместе. Ты же вечно на работе, Карина! У тебя сделки, задатки, выезды, показы… А Ира… она живая. Она меня слушала.

Так, значит? Это вы зря, предатели! Я - профессионал.

Я знаю, как обесценить любой объект. В случае моего мужа, правда, даже стараться не нужно: это объект и так с обременением, от которого я избавлюсь так филигранно, что он сам не поймет, как оказался на обочине жизни с одним чемоданом.

Три вещи Лиза Воробьёва знала наверняка: как бороться за жизнь тех, кто не может сказать, что у них болит, что мир держится на волонтёрах и что Денис Игнатов — её личная катастрофа.
Красивый, успешный, талантливый — он разбивал ей сердце трижды.
И вот снова… на пороге её ветклиники.

Учёба, бизнес, девчонки — Денису всё давалось легко. Имея славу самовлюблённого засранца, он шёл вперёд, не оглядываясь. Но для него свет клином сошёлся именно на ней, его Воробьёныше, и именно с ней всё пошло не так.
Сейчас между ними стоит то, за что она вряд ли его простит.
И выбор, что ему придётся сделать: построить новое счастье на обмане или сказать правду, зная, что она отнимет у него Лизу навсегда.

— Я больше так не могу.
— Как — так?
— Я встретил другую женщину. И я буду с ней.
— А я?
— Ты… прошлое.
Всего несколько фраз — и двадцать лет будто стерли. Он сказал, что с ней чувствует себя живым. А со мной — привычка.
Привычка.
Он думал, я тихо уйду из нашей квартиры. Приму его любовницу. Переживу предательство и измену. Я уже знала, что буду делать дальше. И это будет совсем не та история, к которой он готовился.

— Ты изменил мне прямо в прямом эфире! — выкрикиваю в лицо мужу, после того, как заканчивается шоу, на котором произошло… страшное.
— Рина, не делай из мухи слона, — отмахивается Володя. — Ну отошли мы со Светой немного от твоего сценария. И что такого? Мы просто пошли на поводу у химии между нами. Потом увидишь, как это повлияет на рейтинги.
— А в любви ты Свете тоже “для рейтингов” признался?! — сарказм так и льется из меня. — Тогда камеры не работали.
Муж сужает глаза.
— Ты подслушивала? — осуждение так и звенит в голосе мужа. Он резко хватает меня за подбородок. — Как тебе не стыдно, Ариночка? Ая-я-яй! Статус моей жены не позволяет тебе указывать, к кому я должен испытывать нежные чувства. Смирись, что я иногда могу наслаждаться другими эффектными женщинами. Их много, я один. А то договоришься, и я решу, что Света более выгодная партия. В итоге, мы с ней будем блистать в прямом эфире. А ты останешься за кадром с позорным статусом “разведенка”.