Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
- Здравствуйте, я — отец Миши Соколова, можно войти?
Отрываю взгляд от тетради, смотрю в сторону двери.
Передо мной высокий, широкоплечий мужчина с таким же нахальным взглядом.
Стыдно ли за сына? Явно нет!
- Добрый день,— стараюсь быть приветливой,— проходите, пожалуйста.
Мужчина вразвалочку заходит и опускается за первую парту прямо передо мной.
- А вы не такая, как вас описывал сын!—заявляет он.
Мне хочется спросить, как обо мне отзывался Соколов младший, но это неэтично.
- Мой сын ненавидит химию!— вдруг произносит мужчина. - А это неправильно, вы как учитель должны найти подход к любому ученику! Может быть, не теми методами пользуетесь? У него одни двойки!
Внутри я медленно закипаю. Ага, понятно в кого Соколов младший!
- А вы не пробовали поговорить со своим ребёнком?— бросаю гневно.
***
Я думал, что Мария Ивановна — злобная фурия, а оказалось довольно милая девушка.
И теперь я эту химичку выкинуть из головы не могу!
Вопрос: как подкатить к училке?
Отрываю взгляд от тетради, смотрю в сторону двери.
Передо мной высокий, широкоплечий мужчина с таким же нахальным взглядом.
Стыдно ли за сына? Явно нет!
- Добрый день,— стараюсь быть приветливой,— проходите, пожалуйста.
Мужчина вразвалочку заходит и опускается за первую парту прямо передо мной.
- А вы не такая, как вас описывал сын!—заявляет он.
Мне хочется спросить, как обо мне отзывался Соколов младший, но это неэтично.
- Мой сын ненавидит химию!— вдруг произносит мужчина. - А это неправильно, вы как учитель должны найти подход к любому ученику! Может быть, не теми методами пользуетесь? У него одни двойки!
Внутри я медленно закипаю. Ага, понятно в кого Соколов младший!
- А вы не пробовали поговорить со своим ребёнком?— бросаю гневно.
***
Я думал, что Мария Ивановна — злобная фурия, а оказалось довольно милая девушка.
И теперь я эту химичку выкинуть из головы не могу!
Вопрос: как подкатить к училке?
Я любила одного, но под давлением семьи вышла за другого. Родила дочь, и это единственное, что дает мне силы. Муж плохо обращался со мной, я была несчастна рядом с ним.
Но одна случайная встреча меняет все…
— Вас совесть не мучает? — спрашивает тот, кого я когда-то боготворила.
— За что?
— За вами уже четыре человека, а вы никак не можете выбрать блюдо в столовой. Обычно женщины выбирают быстро, — пытается уколоть, вспоминая старые обиды и делая вид, что мы не знакомы. — Особенно, когда дело касается поспешного замужества. Выскочить за первого встречного? Всегда пожалуйста!
Но одна случайная встреча меняет все…
— Вас совесть не мучает? — спрашивает тот, кого я когда-то боготворила.
— За что?
— За вами уже четыре человека, а вы никак не можете выбрать блюдо в столовой. Обычно женщины выбирают быстро, — пытается уколоть, вспоминая старые обиды и делая вид, что мы не знакомы. — Особенно, когда дело касается поспешного замужества. Выскочить за первого встречного? Всегда пожалуйста!
– Ты была моей временной заменой. Захар связался с тобой только потому, что хотел забыть меня, но не смог! Он всегда был моим! Он никогда не переставал любить меня! – смеётся бывшая жена моего мужа.
– Нет…
– Захар приполз ко мне на коленях! Мы вместе уже полгода, и я беременна!
До сих пор не могу поверить, что всё это происходит наяву. Час назад я увидела, как мой любимый муж имеет свою бывшую жену в номере отеля.
А сейчас она стоит напротив меня и издевается! Мерзавка…
– Уходи! – кричу в надежде, что мерзавка уйдёт. Но злобная стерва продолжает глумиться надо мной.
– А знаешь, Анечка, в чём твой главный недостаток? В том, что ты бесплодная. Пустоцвет! Бракованная! Таких, как ты, даже женщинами назвать сложно! Ты суррогат!
Она, наконец, уходит. Я остаюсь на улице и накрываю ладонью плоский живот, хранящий тайну. Изменщик не узнает о моей беременности. Я сбежала, но восемь месяцев спустя мы встретились вновь.
Жизнь нашего сына под угрозой…
– Нет…
– Захар приполз ко мне на коленях! Мы вместе уже полгода, и я беременна!
До сих пор не могу поверить, что всё это происходит наяву. Час назад я увидела, как мой любимый муж имеет свою бывшую жену в номере отеля.
А сейчас она стоит напротив меня и издевается! Мерзавка…
– Уходи! – кричу в надежде, что мерзавка уйдёт. Но злобная стерва продолжает глумиться надо мной.
– А знаешь, Анечка, в чём твой главный недостаток? В том, что ты бесплодная. Пустоцвет! Бракованная! Таких, как ты, даже женщинами назвать сложно! Ты суррогат!
Она, наконец, уходит. Я остаюсь на улице и накрываю ладонью плоский живот, хранящий тайну. Изменщик не узнает о моей беременности. Я сбежала, но восемь месяцев спустя мы встретились вновь.
Жизнь нашего сына под угрозой…
— Я подумал… — Пока ещё муж шумно выдыхает. — Я не хочу, чтобы мы стали врагами.
Я смотрю на него. Ещё вчера эта фраза, возможно, что-то во мне перевернула бы. Сегодня думаю только об одном: два года и два месяца ты готовил подлость в отношении меня, а теперь не хочешь оставаться врагами?
— Вер, мы прожили вместе почти двадцать лет. У нас дочь, — продолжает он. — Общий круг, бизнес. Мы всё равно будем пересекаться. Я не хочу грязного развода.
— А какой хочешь? Чистенький?
— Нормальный.
— Это когда жена тихо уходит из дома, а туда въезжает беременная любовница?
Я смотрю на него. Ещё вчера эта фраза, возможно, что-то во мне перевернула бы. Сегодня думаю только об одном: два года и два месяца ты готовил подлость в отношении меня, а теперь не хочешь оставаться врагами?
— Вер, мы прожили вместе почти двадцать лет. У нас дочь, — продолжает он. — Общий круг, бизнес. Мы всё равно будем пересекаться. Я не хочу грязного развода.
— А какой хочешь? Чистенький?
— Нормальный.
— Это когда жена тихо уходит из дома, а туда въезжает беременная любовница?
— Посмотри на меня. Внимательно посмотри. — Он проводит ладонью по груди, по прессу, словно напоминая мне, на что я смотрю. — Я — Илья Дорохов. Меня уважают генералы. Меня боятся враги. И я наконец нашёл женщину, которая этого достойна! Которая смотрит на меня так, что у меня кровь закипает! И это не ты. К сожалению...
Рядом с ним стоит блондинка.
В его рубашке. И улыбается.
— У тебя трёхлетний ребёнок за стенкой. И пока ты тут искал, от чего у тебя кровь закипит, он плакал, потому что папа не приехал на день рождения! Ты забыл, как я боролась за тебя, когда все опустили руки?
— Ты спасла мне ноги, и я благодарен тебе за это. Но ты забыла, что у мужчины есть кое-что выше ног. И это давно не твоё.
— Ты чудовище, — выдыхаю я.
— Я — честное чудовище, Солнце. Даю тебе час. И не забудь вернуть кольцо! Теперь его будет носить Катя.
Он швыряет мои сумки в лужу и уходит, бросая меня под дождём.
Не подозревая даже, что это сломает его навсегда…
Рядом с ним стоит блондинка.
В его рубашке. И улыбается.
— У тебя трёхлетний ребёнок за стенкой. И пока ты тут искал, от чего у тебя кровь закипит, он плакал, потому что папа не приехал на день рождения! Ты забыл, как я боролась за тебя, когда все опустили руки?
— Ты спасла мне ноги, и я благодарен тебе за это. Но ты забыла, что у мужчины есть кое-что выше ног. И это давно не твоё.
— Ты чудовище, — выдыхаю я.
— Я — честное чудовище, Солнце. Даю тебе час. И не забудь вернуть кольцо! Теперь его будет носить Катя.
Он швыряет мои сумки в лужу и уходит, бросая меня под дождём.
Не подозревая даже, что это сломает его навсегда…
Мой муж — полковник полиции. Человек, который клялся защищать меня и нашего сына от всего мира.
Но в ту ночь, когда брат его любовницы устроил смертельную гонку и столкнул нашу машину с дороги, Алексей был не со мной. Пока я захлёбывалась кровью в перевёрнутом автомобиле и пыталась спасти Мишу, он лежал в постели другой женщины.
Я думала, страшнее уже не будет.
Ошиблась.
Но в ту ночь, когда брат его любовницы устроил смертельную гонку и столкнул нашу машину с дороги, Алексей был не со мной. Пока я захлёбывалась кровью в перевёрнутом автомобиле и пыталась спасти Мишу, он лежал в постели другой женщины.
Я думала, страшнее уже не будет.
Ошиблась.
— Я два года с ней, — без злобы, а как-то равнодушно выдал муж. — В баре подцепил. Закрутилось…
— Скажи, что шутишь, — дрожащим голосом попросила я.
— А тебе легче от этого станет? — Адиль посмотрел искоса. — Ну вот такой я изменник. Такой я испорченный.
— Я… Зачем ты так? Мы же столько лет вместе. Дочери уже двадцать…
— Я не знаю, что тебе ответить. Развода не хочу. Гулять не перестану. Вот и все.
Все…
После развода был отъезд в столицу и три года, за которые я с трудом научилась жить.
Встретила мужчину.
Свадьба. Гости. Родители.
И бывший муж со словами:
— Свинство, Аксинья… Могла бы и пригласить на бракосочетание. Я должен знать кому дарю свою жену…
— Скажи, что шутишь, — дрожащим голосом попросила я.
— А тебе легче от этого станет? — Адиль посмотрел искоса. — Ну вот такой я изменник. Такой я испорченный.
— Я… Зачем ты так? Мы же столько лет вместе. Дочери уже двадцать…
— Я не знаю, что тебе ответить. Развода не хочу. Гулять не перестану. Вот и все.
Все…
После развода был отъезд в столицу и три года, за которые я с трудом научилась жить.
Встретила мужчину.
Свадьба. Гости. Родители.
И бывший муж со словами:
— Свинство, Аксинья… Могла бы и пригласить на бракосочетание. Я должен знать кому дарю свою жену…
Десять лет я была ему женой. Родила двойняшек. Держала на себе дом, быт, его молчание.
Я думала, это и есть любовь.
— Ты сам сказал, что Наташа была не любовью, Денис. Она была способом пережить меня, — сказал чужой женский голос из его телефона.
Он не оправдывался. Он выключил звук:
— Не сейчас. Дети идут.
А ночью, когда они уснули, добил спокойно, по пунктам:
— Ты была моей семьёй. Я пытался тебя полюбить.
Я держалась. Ради Егора и Полины — им семь, они ничего не должны знать.
А потом он забрал их «на пару часов». Повёз к ней. И не доехал.
«Ваш муж в больнице», — сказал чужой голос в трубке.
Про детей он не сказал ни слова.
И я поняла: рушится не моя семья. Я узнаю, что её никогда не было.
Что я готова сделать, чтобы защитить своих детей? Всё. А он ещё пожалеет, что назвал меня заменой.
Я думала, это и есть любовь.
— Ты сам сказал, что Наташа была не любовью, Денис. Она была способом пережить меня, — сказал чужой женский голос из его телефона.
Он не оправдывался. Он выключил звук:
— Не сейчас. Дети идут.
А ночью, когда они уснули, добил спокойно, по пунктам:
— Ты была моей семьёй. Я пытался тебя полюбить.
Я держалась. Ради Егора и Полины — им семь, они ничего не должны знать.
А потом он забрал их «на пару часов». Повёз к ней. И не доехал.
«Ваш муж в больнице», — сказал чужой голос в трубке.
Про детей он не сказал ни слова.
И я поняла: рушится не моя семья. Я узнаю, что её никогда не было.
Что я готова сделать, чтобы защитить своих детей? Всё. А он ещё пожалеет, что назвал меня заменой.
— Я знаю. Вы с Илоной не просто любовники — вы мошенники.
Игорь не пытается оправдаться. Он презрительно усмехается.
— Как ты мог? Илона — жена моего отца.
— Какая же ты тупая, Жень. Неужели правда думала, что наш брак про любовь?
Игорь уверенно делает шаг ко мне. Чувствую, как внутри все леденеет.
— Я расскажу отцу, что вы решили украсть его бизнес…
— Он тебе не поверит. Он поверит мне.
— Ты ошибаешься.
Сжимаю кулаки. Он наклоняется так близко, что у меня сбивается дыхание.
— Ошибаешься ты. Ты была удобной, доверчивой и слепой дурой. Предупреждаю. Еще один шаг против меня, и я разотру тебя в пыль…
Смотрю и впервые понимаю: передо мной враг…
Но… Игорь совершает ошибку. Он считает меня слабой. Не понимает, что, загнав меня в угол, сам будит спящую собаку, которая порвёт любого за свою семью...
Игорь не пытается оправдаться. Он презрительно усмехается.
— Как ты мог? Илона — жена моего отца.
— Какая же ты тупая, Жень. Неужели правда думала, что наш брак про любовь?
Игорь уверенно делает шаг ко мне. Чувствую, как внутри все леденеет.
— Я расскажу отцу, что вы решили украсть его бизнес…
— Он тебе не поверит. Он поверит мне.
— Ты ошибаешься.
Сжимаю кулаки. Он наклоняется так близко, что у меня сбивается дыхание.
— Ошибаешься ты. Ты была удобной, доверчивой и слепой дурой. Предупреждаю. Еще один шаг против меня, и я разотру тебя в пыль…
Смотрю и впервые понимаю: передо мной враг…
Но… Игорь совершает ошибку. Он считает меня слабой. Не понимает, что, загнав меня в угол, сам будит спящую собаку, которая порвёт любого за свою семью...
- Артур, это ты? - я протягиваю дрожащую от нервов руку к мужчине, который одновременно похож и не похож на моего пропавшего без вести мужа.
- Извините женщина, вы обознались. Мы с вами не знакомы. - с равнодушным взглядом отвечает он.
В этот момент дверь палаты распахивается и на пороге показывается молодая девушка с заметно округлившимся животом, и маленькой девочкой под рукой.
- Папа, папочка! - светловолосая девчушка бросается навстречу моему мужу, а тот подается ей навстречу.
- Илюша, слава богу ты живой! - всплескивает руками девушка и качает головой.
Я стою посреди этого спектакля и уже совсем не понимаю, что здесь происходит. Я уверена, что мужчина передо мной - мой муж, признанный погибшим 4 года назад. Но как так вышло, что он жив, не помнит меня и у него есть новая жена и на подходе второй ребенок?
- Извините женщина, вы обознались. Мы с вами не знакомы. - с равнодушным взглядом отвечает он.
В этот момент дверь палаты распахивается и на пороге показывается молодая девушка с заметно округлившимся животом, и маленькой девочкой под рукой.
- Папа, папочка! - светловолосая девчушка бросается навстречу моему мужу, а тот подается ей навстречу.
- Илюша, слава богу ты живой! - всплескивает руками девушка и качает головой.
Я стою посреди этого спектакля и уже совсем не понимаю, что здесь происходит. Я уверена, что мужчина передо мной - мой муж, признанный погибшим 4 года назад. Но как так вышло, что он жив, не помнит меня и у него есть новая жена и на подходе второй ребенок?
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги