Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «skachat»
Вкусы у всех разные. Кто-то любит жирное, кто-то – постное, кому-то нравится сладкое, кому-то – соленое. Кому кислое, кому пресное. Кто – плюшки с сахаром, а кто – черный хлеб с горчицей.
Мой муж был всеядный, причем, и в прямом, и в переносном смысле. Еду он любил всевозможную, и чтобы много. Напитки любил от воды до пятидесятиградусного самогона. А уж баб любил всяких и разных. Не пропускал ни одной юбки.
Меня он выбрал исключительно за порядочность – сразу не поддалась.
Мой муж был всеядный, причем, и в прямом, и в переносном смысле. Еду он любил всевозможную, и чтобы много. Напитки любил от воды до пятидесятиградусного самогона. А уж баб любил всяких и разных. Не пропускал ни одной юбки.
Меня он выбрал исключительно за порядочность – сразу не поддалась.
Она выросла в детском доме и мечтала о славе художницы, но, впервые влюбившись, едва не погибла. Он богат и успешен, но полон скорби и больше не верит в любовь. Она слишком молода, в нём слишком много тайны. Станут ли они чудом один для другого или растворятся во мраке дома над морем?
Иллюстрации🎨 Сеул. Дождь. Запах акварельных красок и чужих духов.
Четырнадцать месяцев в подвале серийного убийцы превращают человека в руину. Побег превращает руину в легенду. А встреча с лучшим криминальным профайлером страны превращает легенду в чью-то собственность.
Красивый. Сильный. Нежный до дрожи. Угадывает каждую мысль, каждую травму, каждое желание, как будто читает рентгеновский снимок души. Идеальный спаситель. Идеальный муж. Идеальная... конструкция 💔
Одна ночь. Один запах ландыша на чужом воротнике. Один телефон, спрятанный под запонками. И вся конструкция трещит по швам.
За каждым поцелуем стояла инструкция. За каждым «люблю» стоял протокол. А за протоколом стояла женщина, от одного взгляда которой стынет кровь в венах.
🖤 Из подвала маньяка можно сбежать. Из любви, построенной на лжи... попробуй.
Четырнадцать месяцев в подвале серийного убийцы превращают человека в руину. Побег превращает руину в легенду. А встреча с лучшим криминальным профайлером страны превращает легенду в чью-то собственность.
Красивый. Сильный. Нежный до дрожи. Угадывает каждую мысль, каждую травму, каждое желание, как будто читает рентгеновский снимок души. Идеальный спаситель. Идеальный муж. Идеальная... конструкция 💔
Одна ночь. Один запах ландыша на чужом воротнике. Один телефон, спрятанный под запонками. И вся конструкция трещит по швам.
За каждым поцелуем стояла инструкция. За каждым «люблю» стоял протокол. А за протоколом стояла женщина, от одного взгляда которой стынет кровь в венах.
🖤 Из подвала маньяка можно сбежать. Из любви, построенной на лжи... попробуй.
Иногда одна ошибка может оказаться роковой и все перечеркнуть. Довериться не тому человеку- серьезный промах. Но может все не так плохо. И у судьбы на тебя свои планы? Главное не сдаваться и верить в лучшее.
Она — посудомойка в элитном ресторане. Девушка из глухой деревни, которая знает цену молчанию и боли. Он — хозяин «Арабеска», ледяной ресторатор с идеальными манерами и репутацией чудовища. Их разделяют деньги, статус, возраст и целая пропасть правил, которых она не знает.
Он заключает с ней пари: три месяца — и «деревенская простушка» сможет отобедать с губернатором, не осрамившись. Цена ошибки — резиновая лопатка на кухне. Награда за совершенство — его кабинет, где наказания превращаются в ласки, а боль становится языком любви.
Но чем ближе экзамен, тем яснее: он учит её не этикету. Он учит её прощать. А она учит его — любить. И в финале, перед сотней свидетелей, каждому придётся выбрать: остаться учителем или стать учеником.
Он заключает с ней пари: три месяца — и «деревенская простушка» сможет отобедать с губернатором, не осрамившись. Цена ошибки — резиновая лопатка на кухне. Награда за совершенство — его кабинет, где наказания превращаются в ласки, а боль становится языком любви.
Но чем ближе экзамен, тем яснее: он учит её не этикету. Он учит её прощать. А она учит его — любить. И в финале, перед сотней свидетелей, каждому придётся выбрать: остаться учителем или стать учеником.
Ева Соколова — художница, которая разучилась верить в любовь. Брошенная матерью в семь лет, пережившая четыре года психологического насилия в отношениях с Дмитрием, она рисует свои травмы на холстах и прячется за сарказмом. Она не знает, что её бывший нанял профессионального «разрушителя отношений», чтобы сломать её окончательно.
Марк Волгин — бывший нейрохирург, который после трагической ошибки на операции стал работать на агентство «Чистый лист». Его работа: влюблять в себя женщин, а потом исчезать. Он считает себя монстром, недостойным прощения. Но когда Дмитрий заказывает ему Еву, Марк впервые нарушает все правила — он влюбляется в собственную цель.
Это история двух сломанных людей, которые встретились в самой неправильной вселенной. Она не должна ему верить. Он не должен оставаться. Но когда правда всплывает на поверхность, а Дмитрий переходит от угроз к действиям, Еве и Марку предстоит выбор: сбежать от своих демонов или сразиться с ними вместе.
Марк Волгин — бывший нейрохирург, который после трагической ошибки на операции стал работать на агентство «Чистый лист». Его работа: влюблять в себя женщин, а потом исчезать. Он считает себя монстром, недостойным прощения. Но когда Дмитрий заказывает ему Еву, Марк впервые нарушает все правила — он влюбляется в собственную цель.
Это история двух сломанных людей, которые встретились в самой неправильной вселенной. Она не должна ему верить. Он не должен оставаться. Но когда правда всплывает на поверхность, а Дмитрий переходит от угроз к действиям, Еве и Марку предстоит выбор: сбежать от своих демонов или сразиться с ними вместе.
В шестнадцать лет Эрин поняла, что её отчим - чудовище. В семнадцать - что он никогда не остановится. В ночь, когда он впервые сказал это вслух, она сбежала. Без денег, без документов, с одним рюкзаком. В Богом забытую ирландскую деревушку Гленмаллур, где у неё есть старый дом у моря.
В Гленмаллуре люди не задают вопросов. Они пекут пироги, танцуют под аккордеон и не бросают своих. Но прошлое не умеет проигрывать. Чёрная машина на просёлке, следы у крыльца, а потом — выломанная дверь и пустой дом.
Эрин снова в Лондоне. В спальне с решётками на окнах. Отчим с ружьём и улыбкой победителя. До её восемнадцатилетия - три недели. До свадьбы, которой она не переживёт, - двадцать один день.
Она не знает, что двое мужчин уже едут за ней через всю Англию. Один - её прошлое, которого она боялась. Другой - её будущее, ради которого он готов умереть.
Вопрос не в том, успеют ли они. Вопрос в том, выживет ли она до их приезда.
В Гленмаллуре люди не задают вопросов. Они пекут пироги, танцуют под аккордеон и не бросают своих. Но прошлое не умеет проигрывать. Чёрная машина на просёлке, следы у крыльца, а потом — выломанная дверь и пустой дом.
Эрин снова в Лондоне. В спальне с решётками на окнах. Отчим с ружьём и улыбкой победителя. До её восемнадцатилетия - три недели. До свадьбы, которой она не переживёт, - двадцать один день.
Она не знает, что двое мужчин уже едут за ней через всю Англию. Один - её прошлое, которого она боялась. Другой - её будущее, ради которого он готов умереть.
Вопрос не в том, успеют ли они. Вопрос в том, выживет ли она до их приезда.
Я сбежала от мужа-тирана. Москва, клетка, золотой ад — всё осталось позади. Впереди только горный Дагестан, забытый аул и дом, который посоветовал адвокат. Дальше я не планировала.
Но на пороге меня встречает не ласковая старушка. А Тимур: бывший спецназовец, пастух. Горец с руками, которые умеют убивать, и взглядом, от которого хочется провалиться сквозь землю.
Он груб, он холоден, он называет меня «равнинной» и смотрит так, будто я пустое место. А потом сходит лавина и мы остаёмся вдвоём. Одна башня. Одна бурка на двоих.
Я думала, что боюсь мужчин. Но почему тогда моё сердце колотится, когда он смотрит? Почему я ловлю его взгляд на своих губах? И почему, когда он наконец касается меня — кончиками пальцев, одними кончиками — я понимаю, что пропала?
Но прошлое не дремлет. Люди Хантиева уже идут по следу.
Сможет ли он защитить меня от монстра, от которого я сбежала?
Смогу ли я довериться мужчине после всего, что пережила?
И что будет, когда растает снег ?
Но на пороге меня встречает не ласковая старушка. А Тимур: бывший спецназовец, пастух. Горец с руками, которые умеют убивать, и взглядом, от которого хочется провалиться сквозь землю.
Он груб, он холоден, он называет меня «равнинной» и смотрит так, будто я пустое место. А потом сходит лавина и мы остаёмся вдвоём. Одна башня. Одна бурка на двоих.
Я думала, что боюсь мужчин. Но почему тогда моё сердце колотится, когда он смотрит? Почему я ловлю его взгляд на своих губах? И почему, когда он наконец касается меня — кончиками пальцев, одними кончиками — я понимаю, что пропала?
Но прошлое не дремлет. Люди Хантиева уже идут по следу.
Сможет ли он защитить меня от монстра, от которого я сбежала?
Смогу ли я довериться мужчине после всего, что пережила?
И что будет, когда растает снег ?
У неё 80 тысяч подписчиков, зелёное платье и любовь к себе без всяких «несмотря на».
У него — дорогие часы, бизнес-аккаунт и репутация, которая важнее человека.
Они флиртуют две недели. Он ставит лайки, называет её «настоящей». А на свидании предлагает сделку.
Эта книга — честный, ироничный и тёплый роман о том, как женщина, которая уже любит себя, сталкивается с миром, где каждому есть что сказать о её теле. И выбирает не оправдываться, а просто быть.
С крылышками. Кофе. И без единого «похудела».
У него — дорогие часы, бизнес-аккаунт и репутация, которая важнее человека.
Они флиртуют две недели. Он ставит лайки, называет её «настоящей». А на свидании предлагает сделку.
Эта книга — честный, ироничный и тёплый роман о том, как женщина, которая уже любит себя, сталкивается с миром, где каждому есть что сказать о её теле. И выбирает не оправдываться, а просто быть.
С крылышками. Кофе. И без единого «похудела».
Лене 30, и она тяжело переживает расставание со своим бывшим. Ян - молодой воздушный гимнаст, приехавший с цирком на гастроли. Их случайное знакомство позволяет Лене снова почувствовать себя желанной и начать новую жизнь.
— Я в цирке многому научился, не только на трапеции работать.
— А еще чему? — спросила Лена, чувствуя, как на губах сама собой появляется улыбка.
— Жонглировать могу. Хотите, покажу?
— Прямо здесь?
Ян оглядел пустой зал.
— Нет, лучше не здесь. Может быть... у вас дома?
Ян слегка наклонил голову и в его голубых глазах загорелся лукавый огонек. Пауза затянулась. Лена смотрела на него и понимала, что он сейчас не кокетничает, не играет. Он просто предлагает. Без давления, без скрытых смыслов. И она, кажется, очень давно не делала того, что хочется, не думая о последствиях.
— Хорошо, — сказала она.
— Я в цирке многому научился, не только на трапеции работать.
— А еще чему? — спросила Лена, чувствуя, как на губах сама собой появляется улыбка.
— Жонглировать могу. Хотите, покажу?
— Прямо здесь?
Ян оглядел пустой зал.
— Нет, лучше не здесь. Может быть... у вас дома?
Ян слегка наклонил голову и в его голубых глазах загорелся лукавый огонек. Пауза затянулась. Лена смотрела на него и понимала, что он сейчас не кокетничает, не играет. Он просто предлагает. Без давления, без скрытых смыслов. И она, кажется, очень давно не делала того, что хочется, не думая о последствиях.
— Хорошо, — сказала она.
Подборка книг
Выберите полку для книги