Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «besplatnoe»
– Сколько? – спросила я.
Денис сделал шаг ко мне.
– Давай спокойно поговорим, – попросил он.
Я отступила.
– Сколько?
Ответа не последовало. Что же, возможно, это и к лучшему. Я посмотрела на Вику.
– Ты тоже молчи. Я не хочу сейчас слышать ни одного слова.
Она прикрыла глаза.
– Алина, я...
– Я сказала – не надо.
Голос сорвался. Я развернулась и вышла из спальни, Денис пошел за мной.
– Подожди! – взмолился он.
– Не трогай меня, – я отдернула руку. Прикосновения мужа обжигали.
– Ты не понимаешь... – прошептал он.
Я резко повернулась.
– Тогда объясни.
Он вновь замолчал. Кажется, Денис не знал, как оправдаться. Я смотрела на своего мужа и впервые видела перед собой совершенно чужого человека.
– Ты любишь ее? – мой голос дрогнул.
– Я не знаю.
Я коротко усмехнулась:
– Конечно.
Он вздохнул:
– Все давно было сложно у нас с тобой…
– Между нами было сложно потому, что ты спал с моей подругой?
Он снова промолчал. Я же почувствовала, как к горлу подступают слезы. Но плак
Денис сделал шаг ко мне.
– Давай спокойно поговорим, – попросил он.
Я отступила.
– Сколько?
Ответа не последовало. Что же, возможно, это и к лучшему. Я посмотрела на Вику.
– Ты тоже молчи. Я не хочу сейчас слышать ни одного слова.
Она прикрыла глаза.
– Алина, я...
– Я сказала – не надо.
Голос сорвался. Я развернулась и вышла из спальни, Денис пошел за мной.
– Подожди! – взмолился он.
– Не трогай меня, – я отдернула руку. Прикосновения мужа обжигали.
– Ты не понимаешь... – прошептал он.
Я резко повернулась.
– Тогда объясни.
Он вновь замолчал. Кажется, Денис не знал, как оправдаться. Я смотрела на своего мужа и впервые видела перед собой совершенно чужого человека.
– Ты любишь ее? – мой голос дрогнул.
– Я не знаю.
Я коротко усмехнулась:
– Конечно.
Он вздохнул:
– Все давно было сложно у нас с тобой…
– Между нами было сложно потому, что ты спал с моей подругой?
Он снова промолчал. Я же почувствовала, как к горлу подступают слезы. Но плак
Даша — архитектор, жена, женщина, которая два года боролась за право стать матерью. В день, когда она наконец получила подтверждение, её муж признаётся в измене. И в том, что его любовница тоже ждёт ребёнка.
Но это только начало. Пока Даша пытается собрать себя по кускам, она узнаёт, что муж уже начал распоряжаться её жизнью — забрал общие деньги, позвонил её заказчикам и следил за её передвижениями. А когда он случайно узнаёт о её беременности, его реакция оказывается совсем не той, на которую она надеялась.
Но это только начало. Пока Даша пытается собрать себя по кускам, она узнаёт, что муж уже начал распоряжаться её жизнью — забрал общие деньги, позвонил её заказчикам и следил за её передвижениями. А когда он случайно узнаёт о её беременности, его реакция оказывается совсем не той, на которую она надеялась.
— Второй двор, за шлагбаумом, — Люсьена вкатилась на гостевую парковку ЖК и встала между двумя внедорожниками, нос к выезду. — Вон его машина. А вон…
— Вижу.
Я видела. Через лобовое стекло, метров с сорока, при утреннем свете — не в сумерках, не мельком, не «показалось».
Детская площадка в центре двора: новые качели, резиновые дорожки, мамочки с колясками по периметру. И мой муж — посреди этого субботнего рая, без пиджака, рукава закатаны, — с чужим пятилетним мальчиком на плечах. Мальчик держал его за уши и хохотал. Парфён покачивался, изображая шторм, и осторожно придерживал детские коленки.
Рядом, у качелей, стояла молодая женщина. Хвост, длинная кофта, живот — заметный уже отовсюду живот, который она несла с удовольствием. Она что-то командовала обоим, смеясь, и Парфён послушно менял курс, и мальчик орал от счастья на весь двор.
Семья на прогулке. Образцовая, с рекламной картинки. Только муж в этой картинке был мой.
— Вижу.
Я видела. Через лобовое стекло, метров с сорока, при утреннем свете — не в сумерках, не мельком, не «показалось».
Детская площадка в центре двора: новые качели, резиновые дорожки, мамочки с колясками по периметру. И мой муж — посреди этого субботнего рая, без пиджака, рукава закатаны, — с чужим пятилетним мальчиком на плечах. Мальчик держал его за уши и хохотал. Парфён покачивался, изображая шторм, и осторожно придерживал детские коленки.
Рядом, у качелей, стояла молодая женщина. Хвост, длинная кофта, живот — заметный уже отовсюду живот, который она несла с удовольствием. Она что-то командовала обоим, смеясь, и Парфён послушно менял курс, и мальчик орал от счастья на весь двор.
Семья на прогулке. Образцовая, с рекламной картинки. Только муж в этой картинке был мой.
Пережив абьюзивный брак, Лилиан решает больше никому не давать власти над собой. Но что делать, если судьба сводит ее с таким обаятельным мужчиной, как Эммет? Их отношения начинаются как сказка, но вскоре превращаются в борьбу за понимание и любовь. Сможет ли Лилиан вновь не отступить перед трудностями, сохранить свое достоинство и найти в себе силы для новой жизни?
Муж уходит вечером помогать моей младшей сестре.
Через сорок минут Ася случайно присылает сообщение мне вместо него:
«Если спросит, скажу, что ты у меня до одиннадцати. Потом сам придумай, почему уехал раньше».
Одной ошибки в адресате хватает, чтобы двадцать два года моего брака начали рассыпаться на факты.
У Владлена другая женщина.
Но самое страшное для меня не это.
Моя сестра знала.
Она давала ему алиби. Подтверждала его ложь. Придумывала причины, по которым я сама просила мужа ехать «помогать Асе».
А потом я узнаю, что некоторые из этих причин сестра создавала специально.
И теперь мне предстоит выяснить не только сколько раз муж мне изменял.
Я хочу знать другое:
сколько раз родная сестра смотрела мне в глаза, просила о помощи — и точно знала, куда на самом деле поедет мой муж.
Через сорок минут Ася случайно присылает сообщение мне вместо него:
«Если спросит, скажу, что ты у меня до одиннадцати. Потом сам придумай, почему уехал раньше».
Одной ошибки в адресате хватает, чтобы двадцать два года моего брака начали рассыпаться на факты.
У Владлена другая женщина.
Но самое страшное для меня не это.
Моя сестра знала.
Она давала ему алиби. Подтверждала его ложь. Придумывала причины, по которым я сама просила мужа ехать «помогать Асе».
А потом я узнаю, что некоторые из этих причин сестра создавала специально.
И теперь мне предстоит выяснить не только сколько раз муж мне изменял.
Я хочу знать другое:
сколько раз родная сестра смотрела мне в глаза, просила о помощи — и точно знала, куда на самом деле поедет мой муж.
Случайная встреча в метро, сердечко на пенке капучино и первая любовь, от которой замирает сердце…
Аля привыкла всё держать под контролем — но Марк рушит её планы одним взглядом.
Нежность, страсть и вопрос, который пугает больше всего: готова ли она рискнуть всем ради счастья?
Почувствуй, как бьётся сердце первой любви — прочитай историю, которая согреет даже в самый холодный вечер.
Аля привыкла всё держать под контролем — но Марк рушит её планы одним взглядом.
Нежность, страсть и вопрос, который пугает больше всего: готова ли она рискнуть всем ради счастья?
Почувствуй, как бьётся сердце первой любви — прочитай историю, которая согреет даже в самый холодный вечер.
Что, если твоя лучшая подруга отправит тебя умирать в лес, а спасёт тебя монстр?
Лена не знала, что в ночной чаще живёт альфа-оборотень, который одним взглядом перевернёт её жизнь. Михаил был диким, опасным и безумно одиноким. До встречи с ней. Их любовь разбудила в ней волчицу, а стая — приняла как свою. Но смогут ли они быть вместе, когда мир людей не готов принять их тайну?
🔥 Страсть, полнолуние, первое обращение и счастье, которое не сломать.
Ты тоже захочешь стать волчицей.
Лена не знала, что в ночной чаще живёт альфа-оборотень, который одним взглядом перевернёт её жизнь. Михаил был диким, опасным и безумно одиноким. До встречи с ней. Их любовь разбудила в ней волчицу, а стая — приняла как свою. Но смогут ли они быть вместе, когда мир людей не готов принять их тайну?
🔥 Страсть, полнолуние, первое обращение и счастье, которое не сломать.
Ты тоже захочешь стать волчицей.
— Ты послушай меня, девка, послушай внимательно, — заговорила Агафья, и её лицо перекосилось в притворной жалости. — Посмотри на него. Племянник мой любимый, завидный хозяин, кровь от крови нашей. Но погляди теперь на лицо его. На нем же за эти дни живого места не осталось. Едва ходит, тенью бродит по двору.
— Он просто устал, — тихо ответила Света, чувствуя, как внутри начинает разрастаться душное предчувствие беды.
— Он не от работы устал, милая. Он от стыда сгорает, — ядовито, выдавила старуха, приближая свое сморщенное лицо к Свете. — Ты думаешь, община забыла, кто ты такая? Ты городская. Порченая. Сколько мужчин через себя на большой земле пропустила — один Бог ведает. А Яр наш три года чистым жил, Любаву свою покойную оплакивал. Теперь вся деревня за спиной над ним смеется. За дурака рогатого его держать будут, который приблудную девку из реки подобрал да в дом притащил.
— Он просто устал, — тихо ответила Света, чувствуя, как внутри начинает разрастаться душное предчувствие беды.
— Он не от работы устал, милая. Он от стыда сгорает, — ядовито, выдавила старуха, приближая свое сморщенное лицо к Свете. — Ты думаешь, община забыла, кто ты такая? Ты городская. Порченая. Сколько мужчин через себя на большой земле пропустила — один Бог ведает. А Яр наш три года чистым жил, Любаву свою покойную оплакивал. Теперь вся деревня за спиной над ним смеется. За дурака рогатого его держать будут, который приблудную девку из реки подобрал да в дом притащил.
Я взяла чемодан за ручку и посмотрела на него. Марк стоял у окна, сжав кулаки, и в его глазах плескалась смесь злости и растерянности.
— Ты правда уходишь? — спросил он. — Вот так просто?
— А ты думал, я останусь? Буду сидеть на кухне и делать вид, что ничего не было?
— Я думал, мы сможем поговорить. Ты же знаешь, я не хотел, чтобы всё так вышло.
— Конечно, не хотел. Ты просто хотел, чтобы я ничего не узнала.
Три года я строила нашу любовь. Он разрушил её одним чеком на бельё. Осталось понять, кто я теперь — сломленная женщина или та, которая наконец выбрала себя.
— Ты правда уходишь? — спросил он. — Вот так просто?
— А ты думал, я останусь? Буду сидеть на кухне и делать вид, что ничего не было?
— Я думал, мы сможем поговорить. Ты же знаешь, я не хотел, чтобы всё так вышло.
— Конечно, не хотел. Ты просто хотел, чтобы я ничего не узнала.
Три года я строила нашу любовь. Он разрушил её одним чеком на бельё. Осталось понять, кто я теперь — сломленная женщина или та, которая наконец выбрала себя.
Лев Корсаков бесит меня уже год.
Он талантливый, самоуверенный и однажды при всех сказал, что мой проект — красивая пустышка. И хуже всего, что оказался прав.
Поэтому, когда одно очень неудачное фото внезапно делает нас парой, нормальной реакцией было бы немедленно всё опровергнуть.
Вместо этого Корсаков предлагает мне сделку.
Три недели. Фиктивные отношения. Девять правил, аккуратно распечатанных, повешенных на холодильник и предельно понятных.
Мы не встречаемся.
Не ревнуем.
Не вмешиваемся в жизнь друг друга.
И совершенно точно не делаем ничего, из-за чего потом придётся переписывать договор.
Хороший был договор... Жалко недолго.
Он талантливый, самоуверенный и однажды при всех сказал, что мой проект — красивая пустышка. И хуже всего, что оказался прав.
Поэтому, когда одно очень неудачное фото внезапно делает нас парой, нормальной реакцией было бы немедленно всё опровергнуть.
Вместо этого Корсаков предлагает мне сделку.
Три недели. Фиктивные отношения. Девять правил, аккуратно распечатанных, повешенных на холодильник и предельно понятных.
Мы не встречаемся.
Не ревнуем.
Не вмешиваемся в жизнь друг друга.
И совершенно точно не делаем ничего, из-за чего потом придётся переписывать договор.
Хороший был договор... Жалко недолго.
Выберите полку для книги