Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «skachat-fb2»

Лев Корсаков бесит меня уже год.

Он талантливый, самоуверенный и однажды при всех сказал, что мой проект — красивая пустышка. И хуже всего, что оказался прав.

Поэтому, когда одно очень неудачное фото внезапно делает нас парой, нормальной реакцией было бы немедленно всё опровергнуть.

Вместо этого Корсаков предлагает мне сделку.

Три недели. Фиктивные отношения. Девять правил, аккуратно распечатанных, повешенных на холодильник и предельно понятных.

Мы не встречаемся.
Не ревнуем.
Не вмешиваемся в жизнь друг друга.

И совершенно точно не делаем ничего, из-за чего потом придётся переписывать договор.

Хороший был договор... Жалко недолго.

— Ты когда-нибудь думаешь о том, что могло бы быть, если бы мы не расстались тогда?
— Иногда.
— А я — постоянно.

Я замужем за успешным бизнесменом, который давно превратил мою жизнь в череду скандалов и примирений. Я уже забыла, какой бывает тишина, пока случайная встреча в кофейне не вернула в мою жизнь школьную любовь. Мужчину, который готов ждать, поддерживать и доказывать, что я достойна совсем другой жизни.
Но как решиться на шаг, если за спиной годы брака, а впереди — страх снова поверить в счастье?

Он не просто хочет вернуть меня. Он хочет сломать меня, чтобы собрать заново именно так, как нужно ему.

Он считает, что я его собственность. Его идеальная, послушная кукла, которая сбежала по глупости. И, я уверена, что он готов уничтожить всё, что мне дорого, лишь бы я снова оказалась в его клетке.
Теперь каждый мой шаг под прицелом. Каждый мой вздох принадлежит ему
Но самое страшное даже не то, что он преследует меня.
Самое страшное - это то, что где-то в глубине души, среди страха и ужаса… я начинаю чувствовать что-то еще. Что-то темное. И это моё. Что-то, что откликается на его одержимость.
Он сказал, что я его собственность.
Но что, если он прав?

Чат-Рулетка – калейдоскоп лиц, характеров, образов. Место, где возможно все. Мужчина, ненавидящий окружающих, попробует полюбить. Женщина, сломанная внутри, постарается вновь стать целой. Смогут ли они дойти до конца, не потеряв то, что для них по-настоящему дорого?

---------------------------------------------------------

– А мужчины разве не играют в интернете? Хочешь сказать, в Рулетку все заходят только с серьезными намерениями?

– Хочу сказать, что они не строят из себя других людей. Идиоты в жизни – идиоты в интернете. Все вполне естественно.

Если посмотреть с этой стороны... Я задумчиво побарабанила пальцами по серой поверхности ноутбука.

– Возможно, в этом есть смысл. И что предлагаешь делать?

Он наклонился к экрану еще ближе. Так, что кадр почти полностью заняло лицо.

– Нужно не играть, девочка. Нужно захотеть соблазнить. Действительно стать той, кого будут желать, а не стараться казаться ею.

Сегодня я пережила три главных события в своей жизни: беременность, измену мужа и предательство младшей сестры. Что мне теперь делать?

Чат-Рулетка – калейдоскоп лиц, характеров, образов. Место, где возможно все. Мужчина, ненавидящий окружающих, попробует полюбить. Женщина, сломанная внутри, постарается вновь стать целой. Смогут ли они дойти до конца, не потеряв то, что для них по-настоящему дорого?

---------------------------------------------------------

– А мужчины разве не играют в интернете? Хочешь сказать, в Рулетку все заходят только с серьезными намерениями?

– Хочу сказать, что они не строят из себя других людей. Идиоты в жизни – идиоты в интернете. Все вполне естественно.

Если посмотреть с этой стороны... Я задумчиво побарабанила пальцами по серой поверхности ноутбука.

– Возможно, в этом есть смысл. И что предлагаешь делать?

Он наклонился к экрану еще ближе. Так, что кадр почти полностью заняло лицо.

– Нужно не играть, девочка. Нужно захотеть соблазнить. Действительно стать той, кого будут желать, а не стараться казаться ею.

Адам стоял у окна, не оборачиваясь. Голос его прозвучал глухо:

— Ты сводишь меня с ума, девочка.

Ася не отступила. Сердце стучало где-то в горле.

— Вы сами сказали — не подходить близко.

— Я много чего говорил. — Он обернулся. В тёмных глазах плясал огонь. — Но ты всё равно рядом.

— Работа такая.

— Работа? — он шагнул к ней. — Скажи честно: ты пришла сюда ради денег?

— Да.

— А осталась?

Она молчала. Воздух между ними стал плотным, как перед грозой.

— Осталась, — прошептала она наконец. — Ради вас.

Он усмехнулся. Медленно, хищно.

— Тогда не жалуйся. Я предупреждал.

– Мой отец любит тебя, – сообщает мой муж и кладет семь писем рядом с праздничным тортом.
– И тебе спасибо за семь счастливых лет.
– Я серьезно, Марта. Ты спишь с моим отцом?
– Выключи запись.
– Сначала ответь.
***
– Он хотел по одному письму на каждый год брака, – говорит Роберт. – Без подписи. Собирался переписать своей рукой.
– Поздравление, пап? А про то, как ты на нее смотришь, я тоже просил?
В годовщину свадьбы муж решил опозорить меня перед всей семьей и записать мое унижение на видео. Только он не учел одного: этих писем я никогда не видела и никакого романа со свекром у меня не было.
Тогда еще не было.

Она привыкла быть невидимкой. Пышка, тихоня, искусствовед без амбиций — Алина всегда оставалась в тени блистательной матери и хищного отчима, который вышвырнул её на улицу сразу после развода с умирающей женой. Отчаянно нуждаясь в деньгах, она соглашается сопроводить антикварную коллекцию в частный особняк в горах Кавказа.
Там её встречает хозяин — Тимур Дауров. Мажор с ледяным взглядом, криминальной репутацией и привычкой брать чужое. Он не терпит слабости, но почему-то его тянет к этой неуклюжей, пухлой девушке, которая не просит, не лебезит и не боится смотреть в глаза смерти.
Между ними вспыхивает адская смесь ненависти и вожделения. Но прошлое дышит в затылок: отчим Алины оказывается должником Тимура и плетёт сеть измены, чтобы разрушить их страсть. Алина видит «доказательства» предательства и бежит в ночные горы. Смогут ли они простить друг друга, когда в ход идут пули, слёзы и древняя кровная месть?

— Пробуй.
Я взяла ложку. Рис был аль денте. Соус кремовый. Но чего-то не хватало.
— Слишком много бульона, — сказала я тихо. — Блюдо потеряло текстуру. Оно стало жидким.
Виктор посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло одобрение, быстро сменившееся строгостью.
— Верно. Повар-стажёр перелил. Выкинуть. Приготовить заново. И чтобы через десять минут оно было на отдаче. Ты контролируешь процесс, Ева. Если ты допускаешь ошибку на моей линии, ты отвечаешь за неё головой. Поняла?
— Да, шеф.
— Тогда двигайся. У нас полный зал через час.
Я кивнула и повернулась, чтобы отдать распоряжение, но путь мне преградил Кирилл. Он держал в руке пинцет и кусочек золотистой фольги.
— Не слушай старого динозавра, Ева, — прошептал он. Его голос был низким, бархатистым, с лёгкой хрипотой. — Точность — это смерть творчества. Жизнь хаотична. Еда должна быть живой.
Он протянул мне тот самый кусочек фольги. На нём лежала капля какого-то соуса.
— Попробуй. Это эссенция дыни и перца чили. Контраст. Боль и