Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»
— Чьи это? — поднимаю руку. Трусы болтаются на пальце. Бордовое пятно в утреннем свете.
Муж смотрит. Не понимает. Потом доходит.
— Твои, — голос неуверенный, — ты что, не видишь?
— Мои? — я усмехаюсь. — Смотри.
Оттягиваю резинку своих трусов. Демонстрирую край кружева на бёдрах.
— Мои — на мне. А эти — чьи?
Он бледнеет. С лица спадает краска. Становится серым, как бетонная стена дачного забора.
— Не знаю, — выдавливает. — Наверное, старые.
— Старые? — я горько смеюсь. — Старые трусы не покупают в бутике на Кутузовском. И не дарят подругам на день рождения. Эти — из той же коллекции, что мои. Две одинаковые модели, Андрей. Одна у меня, вторая — у моей подруги, Оксаны.
Муж смотрит. Не понимает. Потом доходит.
— Твои, — голос неуверенный, — ты что, не видишь?
— Мои? — я усмехаюсь. — Смотри.
Оттягиваю резинку своих трусов. Демонстрирую край кружева на бёдрах.
— Мои — на мне. А эти — чьи?
Он бледнеет. С лица спадает краска. Становится серым, как бетонная стена дачного забора.
— Не знаю, — выдавливает. — Наверное, старые.
— Старые? — я горько смеюсь. — Старые трусы не покупают в бутике на Кутузовском. И не дарят подругам на день рождения. Эти — из той же коллекции, что мои. Две одинаковые модели, Андрей. Одна у меня, вторая — у моей подруги, Оксаны.
🔥ЗАВЕРШЕНО🔥— Я к секретарше поехал, а ты дома приберись, — ошарашивает меня муж.
Застываю посреди кухни с полотенцем в руках и несколько секунд просто смотрю на него, не понимая, правильно ли я расслышала.
— Что ты сказал?
Сергей даже не смущается. Хватает со стола ключи от машины, поправляет ворот рубашки и смотрит на меня так, будто я помеха, стоящая в дверях.
— К любовнице еду, Лен. К молодой и красивой, которая за собой следит. А ты приберись, приберись, займись делом. Раз собой заняться не можешь, хоть дома порядок наведешь.
Мы были в браке двадцать три года. Я родила ему троих детей, тащила на себе быт, работу, болезни, кредиты, его мать и всю нашу семейную жизнь. Думала, у нас за плечами не просто годы, а что-то большее. Нерушимое…
Но оказалось, для него я давно перестала быть любимой женой. Только удобством.
Застываю посреди кухни с полотенцем в руках и несколько секунд просто смотрю на него, не понимая, правильно ли я расслышала.
— Что ты сказал?
Сергей даже не смущается. Хватает со стола ключи от машины, поправляет ворот рубашки и смотрит на меня так, будто я помеха, стоящая в дверях.
— К любовнице еду, Лен. К молодой и красивой, которая за собой следит. А ты приберись, приберись, займись делом. Раз собой заняться не можешь, хоть дома порядок наведешь.
Мы были в браке двадцать три года. Я родила ему троих детей, тащила на себе быт, работу, болезни, кредиты, его мать и всю нашу семейную жизнь. Думала, у нас за плечами не просто годы, а что-то большее. Нерушимое…
Но оказалось, для него я давно перестала быть любимой женой. Только удобством.
- Чей это сын?… Хотя не важно! Папаша его наверняка идиот!
Закусываю губу, потому что согласна. Ведь этот папаша он сам.
- Но это ничего не меняет. Мне нужен фиктивный брак, а тебе деньги. Будешь послушной, и с твоим отчимом ничего не случится.
- Я не собираюсь этого делать! Справлюсь без твоей… помощи! Жаль, что мы вообще встретились.
Разворачиваюсь, но боль пронзает запястье. А его дорогие часы царапают нежную кожу.
- Послушай! - рывок и меня притягивают, чуть руку не отрывают, - или ты соглашаешься. Или я превращу твою жизнь и жизнь твоего сына в ад!
Он предал меня. Воспользовался наивной молоденькой девушкой, а потом посмеялся. Я думала, что любима, а оказалась лишь очередной игрушкой в руках богатого мальчика-мажора. С трудом собрала свою жизнь по кусочкам, чтобы двигаться дальше. И была уверена - судьба будет столь милосердна и больше никогда не столкнет нас вновь…
Закусываю губу, потому что согласна. Ведь этот папаша он сам.
- Но это ничего не меняет. Мне нужен фиктивный брак, а тебе деньги. Будешь послушной, и с твоим отчимом ничего не случится.
- Я не собираюсь этого делать! Справлюсь без твоей… помощи! Жаль, что мы вообще встретились.
Разворачиваюсь, но боль пронзает запястье. А его дорогие часы царапают нежную кожу.
- Послушай! - рывок и меня притягивают, чуть руку не отрывают, - или ты соглашаешься. Или я превращу твою жизнь и жизнь твоего сына в ад!
Он предал меня. Воспользовался наивной молоденькой девушкой, а потом посмеялся. Я думала, что любима, а оказалась лишь очередной игрушкой в руках богатого мальчика-мажора. С трудом собрала свою жизнь по кусочкам, чтобы двигаться дальше. И была уверена - судьба будет столь милосердна и больше никогда не столкнет нас вновь…
Ещё секунда, и его губы снова касаются её уха. Он что-то говорит ей, а Лера снова смеётся. Легко, светло, по-девичьи.
Каждый её смешок отзывается во мне острой болью и диким, животным желанием вырвать его из рук этого сопляка.
– Понравилось, как он прижимал тебя к себе? – спрашиваю её позднее.
– Он не прижимал.
– Брось, хватит изображать из себя невинность. Просто скажи, что я для тебя рылом не вышел. От меня шарахалась, как от огня. От Комлева бегала. А ему, значит, можно тебя лапать? Позволяешь? – Мои пальцы касаются Лериной щеки, и я вижу, как её кожа покрывается мурашками. – Поверь, ты делаешь неправильный выбор. Прекрати ломаться, пойдём со мной и я покажу тебе, что такое опытный мужчина, а не сосунок. Уверен: тебе понравится...
Каждый её смешок отзывается во мне острой болью и диким, животным желанием вырвать его из рук этого сопляка.
– Понравилось, как он прижимал тебя к себе? – спрашиваю её позднее.
– Он не прижимал.
– Брось, хватит изображать из себя невинность. Просто скажи, что я для тебя рылом не вышел. От меня шарахалась, как от огня. От Комлева бегала. А ему, значит, можно тебя лапать? Позволяешь? – Мои пальцы касаются Лериной щеки, и я вижу, как её кожа покрывается мурашками. – Поверь, ты делаешь неправильный выбор. Прекрати ломаться, пойдём со мной и я покажу тебе, что такое опытный мужчина, а не сосунок. Уверен: тебе понравится...
— Ты рассказал любовнице, как я потеряла второго ребёнка?
Павел молчит.
— Про больницу? Про лечение? Про то, как я плакала после последней неудачной попытки?
— Да.
Измену мужа я ещё могла бы попытаться понять.
Но оказалось, что полгода Павел не просто жил на две женщины. Он рассказывал другой нашу жизнь. Наши потери. Наши разговоры. Даже то, чего не знали самые близкие.
А пока мой собственный брак разваливается, у беременной сестры начинает отказывать сердце.
Я кардиолог. Я умею замечать опасный ритм раньше, чем он станет катастрофой.
Жаль, с браком всё гораздо сложнее.
Потому что иногда предателя легче выгнать из дома, чем перестать любить.
Павел молчит.
— Про больницу? Про лечение? Про то, как я плакала после последней неудачной попытки?
— Да.
Измену мужа я ещё могла бы попытаться понять.
Но оказалось, что полгода Павел не просто жил на две женщины. Он рассказывал другой нашу жизнь. Наши потери. Наши разговоры. Даже то, чего не знали самые близкие.
А пока мой собственный брак разваливается, у беременной сестры начинает отказывать сердце.
Я кардиолог. Я умею замечать опасный ритм раньше, чем он станет катастрофой.
Жаль, с браком всё гораздо сложнее.
Потому что иногда предателя легче выгнать из дома, чем перестать любить.
— Ты сейчас зла и не соображаешь, что творишь, — возмутительно спокойным тоном заявил муж. — Тебе надо успокоиться.
— Так я вроде и не истерю, милый, — хмыкнула Маша, тряхнув волосами. — Даже когда обнаружила скачущую на тебе Ритку, скандал не устроила. Просто не вижу смысла орать и что-то доказывать. Ты теперь пройденный этап моей жизни. Как только изменил, стал для меня им. Осталось только заверить документально наш развод, я стану свободной женщиной, а ты сможешь иметь, кого хочешь, без боязни быть застуканным мной! Замечательный расклад, и главное, все счастливы!
— Ты никуда не пойдешь, — зло прошипел Максим. — В наших отношениях кризис, но мы обязательно с этим справимся. Никакого развода не будет!
— Ну, это мы еще посмотрим, милый!
Как избавиться от ненавистного мужа? Этим вопросом озадачилась Маша, после того, как застала своего мужа занимающимся сексом с бывшей невестой. Теперь она развода хочет, а вот Максим не желает отпускать…
— Так я вроде и не истерю, милый, — хмыкнула Маша, тряхнув волосами. — Даже когда обнаружила скачущую на тебе Ритку, скандал не устроила. Просто не вижу смысла орать и что-то доказывать. Ты теперь пройденный этап моей жизни. Как только изменил, стал для меня им. Осталось только заверить документально наш развод, я стану свободной женщиной, а ты сможешь иметь, кого хочешь, без боязни быть застуканным мной! Замечательный расклад, и главное, все счастливы!
— Ты никуда не пойдешь, — зло прошипел Максим. — В наших отношениях кризис, но мы обязательно с этим справимся. Никакого развода не будет!
— Ну, это мы еще посмотрим, милый!
Как избавиться от ненавистного мужа? Этим вопросом озадачилась Маша, после того, как застала своего мужа занимающимся сексом с бывшей невестой. Теперь она развода хочет, а вот Максим не желает отпускать…
⭐АКЦИЯ! Только СЕГОДНЯ бесплатно!⭐
— Вы кто такая? — спрашивает женщина, рядом с которой стоит пятилетний мальчик.
— Залина. Жена Тимура.
Она бледнеет.
— Я тоже его жена. Уже шесть лет.
Два месяца назад я вышла замуж за любимого мужчину. А сегодня узнаю, что у него есть другая семья.
— Ты знала, за кого выходила, — спокойно заявляет муж. — Твои родители всё знали. Им заплатили.
Меня продали собственные родители. Муж считает, что я смирюсь. А его семья уже решила, где мне жить и когда рожать ему детей.
Только одну вещь они не предусмотрели.
У Тимура есть старший брат. И этот мужчина однажды заставит моего мужа пожалеть, что он вообще познакомил нас.
— Вы кто такая? — спрашивает женщина, рядом с которой стоит пятилетний мальчик.
— Залина. Жена Тимура.
Она бледнеет.
— Я тоже его жена. Уже шесть лет.
Два месяца назад я вышла замуж за любимого мужчину. А сегодня узнаю, что у него есть другая семья.
— Ты знала, за кого выходила, — спокойно заявляет муж. — Твои родители всё знали. Им заплатили.
Меня продали собственные родители. Муж считает, что я смирюсь. А его семья уже решила, где мне жить и когда рожать ему детей.
Только одну вещь они не предусмотрели.
У Тимура есть старший брат. И этот мужчина однажды заставит моего мужа пожалеть, что он вообще познакомил нас.
- Мы сегодня еще кого-то ждём? - услышав хлопок входной двери, задаю волнующий вопрос, но мама стыдливо отводит взгляд.
- Да, к вам приехал важный гость, - слышу позади себя и замираю. До боли знакомый голос проникает в сознание. От шока начинаю закашливаться, вспоминая о том, что у меня уже давно не случались приступы.
Нет, мне кажется. Это галлюцинация! Я это придумала!
Этого не может быть…
- Маш, прости, - шепчет мама виновато.
Стул рядом со мной отодвигается. Яро ощущаю эффект дежавю, когда три года назад мы впервые с ним встретились за этим же самым столом.
- Здравствуй, Мария, - подобно контрольному выстрелу произносит тот, чье имя я годами проклинала. Тот, чье имя я хотела забыть и никогда не произносить не то что вслух, даже в своих мыслях.
Максим Авдеев - мой личный дьявол, восставший из ада. Спустя три года он решил вернуться и затащить меня в пекло следом за собой…
- Да, к вам приехал важный гость, - слышу позади себя и замираю. До боли знакомый голос проникает в сознание. От шока начинаю закашливаться, вспоминая о том, что у меня уже давно не случались приступы.
Нет, мне кажется. Это галлюцинация! Я это придумала!
Этого не может быть…
- Маш, прости, - шепчет мама виновато.
Стул рядом со мной отодвигается. Яро ощущаю эффект дежавю, когда три года назад мы впервые с ним встретились за этим же самым столом.
- Здравствуй, Мария, - подобно контрольному выстрелу произносит тот, чье имя я годами проклинала. Тот, чье имя я хотела забыть и никогда не произносить не то что вслух, даже в своих мыслях.
Максим Авдеев - мой личный дьявол, восставший из ада. Спустя три года он решил вернуться и затащить меня в пекло следом за собой…
Сколько сейчас? Ночь? Утро? Я не знаю.
Огонь дотлевает. Я больше не подбрасываю ветки — их нет. Остался только жар, алый, хрупкий, как лепесток. Я ложусь, свернувшись калачиком. Камень под боком — острый, но неважно. Всё уже неважно. Я не чувствую лица.
Вижу… свет. Или огонь. Мужской. Глухой. Как будто зовёт. Или просто дышит рядом.
Может, я умираю. И вдруг — звук. Настоящий.
Я не открываю глаза. Не могу. Чувствую, как кто-то приближается.
Остановка. Вдох. Потом — мягкий, ровный голос. Говорит не со мной. С кем-то рядом.
— Стоять. Тихо.
Собака? Шерсть касается моей щеки. Грубая, тёплая. Что-то обнюхивает мою руку. Тихое рычание.
И снова голос:
— Тихо, Дато. Это — человек.
Меня берут на руки.
Не грубо — крепко. Словно я не хрупкая девочка, а что-то ценное. Как будто несут не тело — а жизнь. Я чувствую: его пальцы под моей спиной. Сквозь куртку. Его плечо — у моего лица. Пахнет чем-то тёплым. Кожей. Хвоей.
Я хочу сказать «спасибо». Но губы не слушаются.
Сознание гаснет.
Огонь дотлевает. Я больше не подбрасываю ветки — их нет. Остался только жар, алый, хрупкий, как лепесток. Я ложусь, свернувшись калачиком. Камень под боком — острый, но неважно. Всё уже неважно. Я не чувствую лица.
Вижу… свет. Или огонь. Мужской. Глухой. Как будто зовёт. Или просто дышит рядом.
Может, я умираю. И вдруг — звук. Настоящий.
Я не открываю глаза. Не могу. Чувствую, как кто-то приближается.
Остановка. Вдох. Потом — мягкий, ровный голос. Говорит не со мной. С кем-то рядом.
— Стоять. Тихо.
Собака? Шерсть касается моей щеки. Грубая, тёплая. Что-то обнюхивает мою руку. Тихое рычание.
И снова голос:
— Тихо, Дато. Это — человек.
Меня берут на руки.
Не грубо — крепко. Словно я не хрупкая девочка, а что-то ценное. Как будто несут не тело — а жизнь. Я чувствую: его пальцы под моей спиной. Сквозь куртку. Его плечо — у моего лица. Пахнет чем-то тёплым. Кожей. Хвоей.
Я хочу сказать «спасибо». Но губы не слушаются.
Сознание гаснет.
- Не поеду я никуда! Машину испачкаю! А ты если хочешь, сама иди!
Мой муж высаживает меня из машины в адских курмышах, прямо в грязь и в лужи! Бросает прямо на обочине в промзоне! Тут интернет не ловит, я даже такси вызвать не могу и пешком куда идти не знаю! Да тут и не пройти, если только вплавь, все дороги разбиты, лужи полметра в глубину! А тут нас тётушка моя в гости ждёт!
А я так хотела, чтобы мы хоть иногда как пара ездили в гости к моим, а то я всё одна да одна…
И, как назло, какой-то идиот обдаёт меня из лужи с ног до головы!
- Вас подвезти, красавица?
Возле меня тормозит грузовая «ГАЗель». На меня смотрит симпатичный мужчина с хитрым прищуром Челентано.
Не садись в машину к незнакомцам, говорите? А вот назло мужу отморожу уши и сяду!
Мой муж высаживает меня из машины в адских курмышах, прямо в грязь и в лужи! Бросает прямо на обочине в промзоне! Тут интернет не ловит, я даже такси вызвать не могу и пешком куда идти не знаю! Да тут и не пройти, если только вплавь, все дороги разбиты, лужи полметра в глубину! А тут нас тётушка моя в гости ждёт!
А я так хотела, чтобы мы хоть иногда как пара ездили в гости к моим, а то я всё одна да одна…
И, как назло, какой-то идиот обдаёт меня из лужи с ног до головы!
- Вас подвезти, красавица?
Возле меня тормозит грузовая «ГАЗель». На меня смотрит симпатичный мужчина с хитрым прищуром Челентано.
Не садись в машину к незнакомцам, говорите? А вот назло мужу отморожу уши и сяду!
Выберите полку для книги