Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»
- Так значит это ты спишь с моим мужем?! – выйдя на лестничную площадку, хмыкнула Лиля.
- Что…? – от неожиданности у Кристины пересохло в горле, а в голове разбежались все мысли, - Но…, вы же в разводе…
- Кто тебе сказал такую чушь?! Марат?! – усмехнулась Лиля. – Не знаю, как он, но лично я свидетельство о разводе не получала!
- Но…, но вы же ушли... к другому мужчине…
- Как ушла, так и пришла, это мой дом и мой муж! Ясно тебе?! А ты вон пошла, потаскушка бесстыжая! А если продолжишь искать с ним встречи, я тебя на весь город ославлю!
Кристина хотела было что-то возразить, но ком застрял в горле вместе со всеми аргументами. Она просто съежилась от стыда и помчалась вниз.
Она и подумать не могла, что когда-нибудь станет одним из острых углов пошлого любовного треугольника!
Хотелось спрятаться, убежать, исчезнуть!
И Кристина бежала. Бежала, унося под сердцем самый большой, и как ей сейчас казалось, постыдный секрет...
- Что…? – от неожиданности у Кристины пересохло в горле, а в голове разбежались все мысли, - Но…, вы же в разводе…
- Кто тебе сказал такую чушь?! Марат?! – усмехнулась Лиля. – Не знаю, как он, но лично я свидетельство о разводе не получала!
- Но…, но вы же ушли... к другому мужчине…
- Как ушла, так и пришла, это мой дом и мой муж! Ясно тебе?! А ты вон пошла, потаскушка бесстыжая! А если продолжишь искать с ним встречи, я тебя на весь город ославлю!
Кристина хотела было что-то возразить, но ком застрял в горле вместе со всеми аргументами. Она просто съежилась от стыда и помчалась вниз.
Она и подумать не могла, что когда-нибудь станет одним из острых углов пошлого любовного треугольника!
Хотелось спрятаться, убежать, исчезнуть!
И Кристина бежала. Бежала, унося под сердцем самый большой, и как ей сейчас казалось, постыдный секрет...
Какова вероятность случайного знакомства и развития отношений с отцом своей лучшей подруги?
Я всегда считала, что она крайне низкая, почти нулевая. Но как же я ошибалась…
Узнав, подруга объявить мне войну.
***
- Папа, это она меня ударила! – Лиля, некогда моя лучшая подруга, указывает рукой на свой рассеченный лоб. Жалобно всхлипывает .
- Неправда! – мой голос дрожит.
Меня начинает трясти. Пульс учащается, и пальцы от страха немеют.
- Кому ты веришь? Мне или ей? – голос подруги пропитан презрением. – Она ведь с тобой из-за денег! А я... Я так испугалась…
Лиля бросается к отцу, словно ища защиты.
- Ясмина, тебе лучше уйти, - Рустам впервые обращается ко мне столь холодно.
Я всегда считала, что она крайне низкая, почти нулевая. Но как же я ошибалась…
Узнав, подруга объявить мне войну.
***
- Папа, это она меня ударила! – Лиля, некогда моя лучшая подруга, указывает рукой на свой рассеченный лоб. Жалобно всхлипывает .
- Неправда! – мой голос дрожит.
Меня начинает трясти. Пульс учащается, и пальцы от страха немеют.
- Кому ты веришь? Мне или ей? – голос подруги пропитан презрением. – Она ведь с тобой из-за денег! А я... Я так испугалась…
Лиля бросается к отцу, словно ища защиты.
- Ясмина, тебе лучше уйти, - Рустам впервые обращается ко мне столь холодно.
– Значит, ты теперь здесь работаешь? В этом свадебном салоне?
– Да.
– Тогда мы уходим отсюда, – заявил Арс, а потом наклонился ко мне и прошептал на ухо. – Потаскуха не будет трогать подвенечное платье моей будущей жены. Хотя, я готов задержаться ненадолго и уединиться с тобой в примерочной. Не переживай, я оплачу твои услуги, – его пальцы скользнули по бедру, и я отшатнулась как от удара током.
Это я потаскуха?
Арсений усмехнулся и опустил голову, но тут же его шея вытянулась, и он начал смотреть то в одну сторону, то в другую.
Что такое?
А потом кто-то коснулся моей ноги, и я увидела, что на полу сидят мои мальчики.
Их не должно быть тут.
– Мама, – проговорил Сашка и протянул ко мне руки, чтобы я взяла его.
Но вместо того, чтобы поднять сыночка, я бросила испуганный взгляд на Арсения.
– Мама? – ошарашенно спросил он.
Лицо Зацепина помрачнело.
– От кого эти дети, Виолетта? – выплюнул с презрением, чеканя каждое слово. – От меня или от моего отца?
– Да.
– Тогда мы уходим отсюда, – заявил Арс, а потом наклонился ко мне и прошептал на ухо. – Потаскуха не будет трогать подвенечное платье моей будущей жены. Хотя, я готов задержаться ненадолго и уединиться с тобой в примерочной. Не переживай, я оплачу твои услуги, – его пальцы скользнули по бедру, и я отшатнулась как от удара током.
Это я потаскуха?
Арсений усмехнулся и опустил голову, но тут же его шея вытянулась, и он начал смотреть то в одну сторону, то в другую.
Что такое?
А потом кто-то коснулся моей ноги, и я увидела, что на полу сидят мои мальчики.
Их не должно быть тут.
– Мама, – проговорил Сашка и протянул ко мне руки, чтобы я взяла его.
Но вместо того, чтобы поднять сыночка, я бросила испуганный взгляд на Арсения.
– Мама? – ошарашенно спросил он.
Лицо Зацепина помрачнело.
– От кого эти дети, Виолетта? – выплюнул с презрением, чеканя каждое слово. – От меня или от моего отца?
— Имя Виолетта тебе о чем-нибудь говорит? Эта девка явилась в наш дом и заявляет на него свои права. Может, объяснишь мне, что происходит?! — поток речи выходит сумбурным. Выпаливаю эти несколько предложений в трубку буквально за секунду. Дрожу так сильно, что телефон едва не выпадает из рук.
— Твою мать… — досадно вздыхает Костя. Сердце сжимается от боли, ведь я так надеялась, что он сейчас скажет о том, что это какая-то ошибка, что он знать не знает эту девушку. Но увы и ах.
— Значит, решил себе любовницу завести?! — давлюсь возмущением.
— Что? — шикает муж. — Какая любовница, Тань?
— Тогда скажи мне, кто она?!
Тяжелый вздох. Удушающая правда. Неминуемая гибель.
— Виолетта - моя дочь.
Более двадцати лет брака было перечеркнуто одним махом, когда на пороге нашего дома внезапно появляется внебрачная дочь моего бессовестного мужа.
— Твою мать… — досадно вздыхает Костя. Сердце сжимается от боли, ведь я так надеялась, что он сейчас скажет о том, что это какая-то ошибка, что он знать не знает эту девушку. Но увы и ах.
— Значит, решил себе любовницу завести?! — давлюсь возмущением.
— Что? — шикает муж. — Какая любовница, Тань?
— Тогда скажи мне, кто она?!
Тяжелый вздох. Удушающая правда. Неминуемая гибель.
— Виолетта - моя дочь.
Более двадцати лет брака было перечеркнуто одним махом, когда на пороге нашего дома внезапно появляется внебрачная дочь моего бессовестного мужа.
Тошнит. Душно. Воздуха не хватает. Вырываюсь из тесной, переполненной людьми гостиной на улицу. Не так я представляла себе юбилей любимого, где в качестве главного подарка я приготовила ему новость о долгожданном пополнении. Из-за длинного языка свекрови так ничего и не сказала, теперь ещё и мы с Арсом поссорились.
Но он ведь ещё не знает, что это гормоны у меня играют, поэтому такая эмоциональная стала.
Хочу крикнуть, чтобы пропавший муж скорее вышел из тени, как вдруг мой слух привлекают какие-то голоса. Приглушенные. Шепот. Смех.
Иду на звук. И…
Вижу вдали его силуэт. Стоит ко мне спиной. Не один.
— У тебя с твоей совсем все плохо? – звонкий женский хохот режет слух.
— Лер, заткнись и продолжай.
Его голос. Хриплый, томный, незнакомый. Чужой. Голос предателя.
Машинально прикладываю ладонь к животу, где растет наш малыш. Наверное, даже к лучшему, что я не успела ничего сказать. Этот подонок… Теперь не узнает о ребенке.
Но он ведь ещё не знает, что это гормоны у меня играют, поэтому такая эмоциональная стала.
Хочу крикнуть, чтобы пропавший муж скорее вышел из тени, как вдруг мой слух привлекают какие-то голоса. Приглушенные. Шепот. Смех.
Иду на звук. И…
Вижу вдали его силуэт. Стоит ко мне спиной. Не один.
— У тебя с твоей совсем все плохо? – звонкий женский хохот режет слух.
— Лер, заткнись и продолжай.
Его голос. Хриплый, томный, незнакомый. Чужой. Голос предателя.
Машинально прикладываю ладонь к животу, где растет наш малыш. Наверное, даже к лучшему, что я не успела ничего сказать. Этот подонок… Теперь не узнает о ребенке.
🔥ЭКСКЛЮЗИВНО НА ЛИТМАРКЕТ🔥
- Расскажи, хоть как выжила без меня? - усмехается бывший.
Сжимаю кулаки. Чувствую, как снова закипаю.
- Ничего я тебе не расскажу!
Боже, как же он меня бесит! Как был эгоистичным, самовлюбленным индюком, так и остался!
- Спасибо, за помощь, но тебе уже пора! - киваю в сторону двери. Оставь номер, на днях с тобой свяжется мой юрист по поводу компенсации, - скрещиваю руки на груди.
А том, где взять «моего юриста» я подумаю позже.
Наше расставание было слишком болезненным, чтобы сейчас я с ним мило болтала!
- Какая ты стала. Строгая.
- Какая есть. Тебе пора!
- И неприветливая. И почему мне кажется, что ты пытаешься меня спровадить?
- Тебе не кажется. До свидания! - дрожит мой голос.
Но Громов подозрительно щурится, переводит взгляд мне за спину. Оборачиваюсь.Стоя на диване из гостиной выглядывает сын.
Черт!
- Я не тороплюсь. Хочу вот с мальчишкой твоим ближе познакомиться.
- Зачем? - замираю испуганно.
- Сколько ты говоришь ему лет?
- Расскажи, хоть как выжила без меня? - усмехается бывший.
Сжимаю кулаки. Чувствую, как снова закипаю.
- Ничего я тебе не расскажу!
Боже, как же он меня бесит! Как был эгоистичным, самовлюбленным индюком, так и остался!
- Спасибо, за помощь, но тебе уже пора! - киваю в сторону двери. Оставь номер, на днях с тобой свяжется мой юрист по поводу компенсации, - скрещиваю руки на груди.
А том, где взять «моего юриста» я подумаю позже.
Наше расставание было слишком болезненным, чтобы сейчас я с ним мило болтала!
- Какая ты стала. Строгая.
- Какая есть. Тебе пора!
- И неприветливая. И почему мне кажется, что ты пытаешься меня спровадить?
- Тебе не кажется. До свидания! - дрожит мой голос.
Но Громов подозрительно щурится, переводит взгляд мне за спину. Оборачиваюсь.Стоя на диване из гостиной выглядывает сын.
Черт!
- Я не тороплюсь. Хочу вот с мальчишкой твоим ближе познакомиться.
- Зачем? - замираю испуганно.
- Сколько ты говоришь ему лет?
— Ты мне изменил.
— Что? Я тебе не изменяю, Лиль.
— Я сказала «изменил». Шесть лет назад. И у тебя есть сын. Ты навещаешь его дважды в неделю.
— Откуда ты… — бледнеет муж, приподнимаясь на локтях с постели.
— Развод! — выпаливаю ему в лицо. — Я с тобой, предатель, развожусь!
— Лиль, успокойся. Ну какой развод? Это старая интрижка. Марина залетела и не стала делать аборт, надеясь, что я уйду от тебя к ней. Но я люблю тебя... — руки ко мне свои тянет.
— Не прикасайся ко мне! Вали к своей Марине и вашему ребенку! Обо мне забудь!
Мужа всегда мало волновало, что я не могу ему родить. Говорил, что ему меня достаточно, что он счастлив и без детей. Я как дура верила. А у него, оказывается, уже есть ребенок. Сын. Другая семья. Он хорошо устроился. Но я положу этому конец.
— Что? Я тебе не изменяю, Лиль.
— Я сказала «изменил». Шесть лет назад. И у тебя есть сын. Ты навещаешь его дважды в неделю.
— Откуда ты… — бледнеет муж, приподнимаясь на локтях с постели.
— Развод! — выпаливаю ему в лицо. — Я с тобой, предатель, развожусь!
— Лиль, успокойся. Ну какой развод? Это старая интрижка. Марина залетела и не стала делать аборт, надеясь, что я уйду от тебя к ней. Но я люблю тебя... — руки ко мне свои тянет.
— Не прикасайся ко мне! Вали к своей Марине и вашему ребенку! Обо мне забудь!
Мужа всегда мало волновало, что я не могу ему родить. Говорил, что ему меня достаточно, что он счастлив и без детей. Я как дура верила. А у него, оказывается, уже есть ребенок. Сын. Другая семья. Он хорошо устроился. Но я положу этому конец.
- А зачем мне на ней жениться? – слышу под окнами голос своего Лёшки. – Мне и так неплохо живётся: готовит обалденно, меня в чистоте держит, в кровати – огонь, любит меня…
- Ну ты, Лёшка, и жучара! И не жалко такую хорошую девушку использовать?
- Так у меня ж Оксана в мае с обучения возвращается.
- Некрасова?
- Ага, у нас уже три года любовь, а Дашка так для здоровья, что такому добру сочному пропадать? Там зажмёшь так зажмёшь!
Заржали оба и голоса мужские стихли.
А я стою и делать не знаю что. Значит я временная замена какой-то Оксане?
Чувствую внутри закипать начинаю.
Спокойно, Даша, спокойно. Тут действовать с головой надо.
Всё, дорогой, общежитие для тебя закрывается!
Я не та женщина, которой просто пользоваться можно.
- Ну ты, Лёшка, и жучара! И не жалко такую хорошую девушку использовать?
- Так у меня ж Оксана в мае с обучения возвращается.
- Некрасова?
- Ага, у нас уже три года любовь, а Дашка так для здоровья, что такому добру сочному пропадать? Там зажмёшь так зажмёшь!
Заржали оба и голоса мужские стихли.
А я стою и делать не знаю что. Значит я временная замена какой-то Оксане?
Чувствую внутри закипать начинаю.
Спокойно, Даша, спокойно. Тут действовать с головой надо.
Всё, дорогой, общежитие для тебя закрывается!
Я не та женщина, которой просто пользоваться можно.
– Слушай, Гриш, твою Лерку неслабо разнесло, совсем окоровилась, – усмехается Володя, друг мужа. – Как тебе с ней?
Услышав своё имя, застываю за приоткрытой дверью.
– Пока терпимо. Она же не всегда такой была, – отвечает муж небрежным тоном.
Мужчины ржут.
– В смысле, ты помнишь её нормальной, и этого хватает?
– У меня в телефоне фотки остались, – усмехается муж.
– Но ты ж с ней того-этого...
– Я ж не смотрю на неё в темноте, могу кого угодно представить.
Зажимаю рот ладонью, чтобы не всхлипнуть.
Утром муж целовал меня, а теперь говорит обо мне гадости, и друзья смеются.
Ноги дрожат так сильно, что приходится прислониться к стене.
Вот, значит, кем я стала для любимого мужа.
Воспоминанием о женщине.
Услышав своё имя, застываю за приоткрытой дверью.
– Пока терпимо. Она же не всегда такой была, – отвечает муж небрежным тоном.
Мужчины ржут.
– В смысле, ты помнишь её нормальной, и этого хватает?
– У меня в телефоне фотки остались, – усмехается муж.
– Но ты ж с ней того-этого...
– Я ж не смотрю на неё в темноте, могу кого угодно представить.
Зажимаю рот ладонью, чтобы не всхлипнуть.
Утром муж целовал меня, а теперь говорит обо мне гадости, и друзья смеются.
Ноги дрожат так сильно, что приходится прислониться к стене.
Вот, значит, кем я стала для любимого мужа.
Воспоминанием о женщине.
– И как долго ты будешь молчать? Игорь, к нам сегодня в гости пожаловал муж твоей любовницы. И честно, я не представляю себе, чем бы всё закончилось, будь ты в этот момент дома.
– Анечка, я...
– Не надо меня так называть! Меня это раздражает!
– Тише, не горячись. Я по полной облажался перед тобой, и я это понимаю.
– Облажался? Как по мне, это не самое подходящее слово! Ты же мне изменил!
– Тише. Не кричи. – Игорь поднял руки, повернув ладони ко мне, но этот жест разозлил меня только сильнее.
– Я буду кричать! Мне, на минуточку, изменил любимый мужчина! Так что да, я в ярости, мне больно, и я буду кричать!
– Это была разовая измена.
– Ого! Так у измен ещё есть какие-то разновидности? И что же это значит? Разовая измена не считается за измену?
– Анечка, я...
– Не надо меня так называть! Меня это раздражает!
– Тише, не горячись. Я по полной облажался перед тобой, и я это понимаю.
– Облажался? Как по мне, это не самое подходящее слово! Ты же мне изменил!
– Тише. Не кричи. – Игорь поднял руки, повернув ладони ко мне, но этот жест разозлил меня только сильнее.
– Я буду кричать! Мне, на минуточку, изменил любимый мужчина! Так что да, я в ярости, мне больно, и я буду кричать!
– Это была разовая измена.
– Ого! Так у измен ещё есть какие-то разновидности? И что же это значит? Разовая измена не считается за измену?
Выберите полку для книги