Книги в жанре «Современная проза» по тегу «luchshee»

— Ты с ней спишь?
— Вера…
— Просто скажи. Я шесть лет мыла твою мать, пока ты гладил чужие бёдра. Я заслужила ответ.
— Я не виноват. Мне стало тяжело. Всё вокруг — болезнь, дом, ты…
— А я? Я стала мебелью? Или просто той, кто не жалуется?
Я ушла. Без истерик. Без шанса на «поговорим потом».
И впервые за много лет спросила себя: а чего хочу я — и почему до сих пор молчала?

— Он мой сын.
— Ты издеваешься?.. Я спасала этого мальчика, лечила его. И теперь узнаю такое…
Борясь за жизнь ребенка, я даже подумать не могла, кем он на самом деле является моему мужу.
Что у его матери и моего любимого - отношения. И теперь я та, кто оказалась лишней.
Но я не сломаюсь. Не стану реветь в подушку. Они даже не догадываются, что будет дальше...

И вот мы с ним, предателем, стоим посередине спальни. Смотрим друг на друга. Он, гад, ещё мельком на кровать...
-Давай, излагай, что ты хотел. И побыстрее!
-Короче, Маша беременна.
Вот так новость! Я уже в курсе.
-Ну? И дальше что? Это я знаю.
-И Катя тоже...
- Катя? В смысле Машина мама? В смысле "тоже"?
Не даю ему ответить, развиваю свою мысль сама:
-Катя, наша сваха, беременна? Постой-постой! Да-ка я угадаю!
-Ну, попробуй, - усмехается он, обходит меня и по-наглому садится на мою кровать!
-Маша, ясное дело, беременна от нашего сына. А Катя? Неужели от тебя?
Не зря же я их видела вместе! Не зря же Максим сюда ко мне приехал!
- Ты мне еще Машиного ребенка припиши! - раскинув руки, падает спиной на мою кровать.
-А что? И Маша тоже от тебя? - ахаю я. - Ох, Фомин, старый ты развратник! Как ты мог так поступить с нашим сыном!
-Пошутил я, - ворчит он. - Я к обеим этим беременностям не причастен.
-Так, а чего тогда ко мне приехал?
-Ох, Вера, тебе лучше, наверное, присесть..

- Дорогие гости, прошу минутку внимания! - крик ведущего заставляет меня вздрогнуть. - Большое спасибо, что собрались здесь сегодня! Сейчас сделаем небольшую паузу и покажем клип для именинницы!
Камилла впивается взглядом в моё лицо, и я отчётливо вижу в её глазах… ненависть.
Она поворачивается к огромному плазменному экрану, и все присутствующие, как заворожённые, делают то же самое. Экран вспыхивает и… Приступ дурноты подкатывает к горлу.
Вместо милых детских фото и видео с воспоминаниями, на экране мелькают кадры с Камиллой и Кириллом… на одной кровати.
Я в ужасе смотрю на мужа, который замер неподвижным изваянием, а в памяти вплывают картины из прошлого.
Он сделал мне предложение через сорок восемь часов после нашего знакомства. И я ответила согласием.
Мы поженились ровно через месяц.
Ещё через пять я узнала, что он изменяет мне с моей собственной дочерью.

— Всем привет! А где Ваня?
Гости переглядываются между собой, повисает неловкая пауза.
Сегодня у моего мужа встреча бывших одноклассников, на которую я с ним не пошла из-за болезни сына. Но затем передумала и решила явиться в ресторан.
— Ваньку давно не видели, — говорит кто-то из компании.
— Да и Дианы тоже нет, — добавляет другой.
Слова о том, что Диана тоже была здесь, ударяют меня, словно пощечина. Муж уверял, что она не придет на эту встречу.
— Может, они вместе уехали? — шутливо выпаливает незнакомый мне мужчина.
Шутка? Почему-то мне совсем не смешно.
— Что? Куда уехали?
— Да шучу я. Не бери в голову, — говорит в ответ незнакомец, я даже имени его не знаю. Но его хитрая улыбка начинает раздражать.
— Я, пожалуй, пойду, — с трудом произношу, чувствуя себя полной идиоткой.
Восемнадцать лет брака, пятеро детей. Казалось бы, у нас с Ваней идеальная семья. Но что-то идет не так, когда он тайком сбегает со встречи выпускников со своей бывшей одноклассницей.

— Ты мне изменил.
— Что? Я тебе не изменяю, Лиль.
— Я сказала «изменил». Шесть лет назад. И у тебя есть сын. Ты навещаешь его дважды в неделю.
— Откуда ты… — бледнеет муж, приподнимаясь на локтях с постели.
— Развод! — выпаливаю ему в лицо. — Я с тобой, предатель, развожусь!
— Лиль, успокойся. Ну какой развод? Это старая интрижка. Марина залетела и не стала делать аборт, надеясь, что я уйду от тебя к ней. Но я люблю тебя... — руки ко мне свои тянет.
— Не прикасайся ко мне! Вали к своей Марине и вашему ребенку! Обо мне забудь!

Мужа всегда мало волновало, что я не могу ему родить. Говорил, что ему меня достаточно, что он счастлив и без детей. Я как дура верила. А у него, оказывается, уже есть ребенок. Сын. Другая семья. Он хорошо устроился. Но я положу этому конец.

Почти влетаю в кабинет. Хочу сообщить мужу эту радостную новость.

Но дверь закрыта. Ручка не поддается…

Зачем он закрылся? Зачем закрываться на рабочем месте… с «бухгалтером»?

Стучу сильнее.

— Да кто там?! — резкий, сердитый голос изнутри.

Через мгновение дверь открывается.
Рома. Растерянный.
Он явно не ожидал меня увидеть.

— Оля?! Что ты здесь делаешь?! — в его голосе нет ни капли радости.

— Приехала к тебе. А что, уже нельзя?
— говорю ровно, сдерживаясь.

— Роман Александрович, я домой… — слышится голос из кабинета.
Я ЗНАЮ этот голос.

Заглядываю в кабинет через его плечо и…
Замираю на месте..
Передо мной — Диана. Это она его новый бухгалтер?!

Та самая, бывшая. Та, которую он обещал не пускать в нашу семью. Та, что пришла НА НАШУ СВАДЬБУ — без приглашения.
И теперь она здесь. В его кабинете. За запертой дверью.

А в руке — ещё дрожит конверт с тестом на беременность… О которой я уже не хочу ему рассказывать…

Открыла – свекровь. Раиса Петровна собственной персоной. В боевом фартуке с петухами и с выражением лица "сейчас всех убью, потом разберусь кто прав".
– Где мой сын?! – рявкнула она с порога.
– В спальне. Прячется от борща и ответственности.
– А это кто?! – она уставилась на Аллу как удав на кролика. Или как свекровь на любовницу сына.
– Это Алла. Любовница вашего сына. Беременная. Садитесь, Раиса Петровна, борща хватит на всех.
Свекровь села. Точнее, рухнула на стул. Достала валидол.
– Любовница... Беременная... Вика, это правда?

— Арсен, ты серьёзно? Она будет жить в нашем доме?
— Привыкай, Лали. Это моя жена.
Я двадцать лет делила с ним кров и хлеб. Родила ему детей. Терпела его вспышки, молчала под давлением свекрови и «старших».
И всё ради чего? Ради того, чтобы однажды увидеть в дверях девочку в белом платье и услышать: «Это теперь часть семьи».
Меня хотели заставить смириться.
Сделать мебелью, тенью, безмолвной женщиной, которая будет варить чай для мужа и его новой «жены». Но я не стала молчать.
Я пошла против рода, против привычек и правил. И поняла: страшно только в первый раз.

— Тимур, это кто?
— Вторая жена. Смирись. Так решили старшие.
— А я?
— А ты — терпи.
Я двадцать лет жила рядом с мужем, растила детей, строила дом. И в один день мне сказали: «твоё место остаётся, просто дели».
Я должна была молчать. Ради «правил», ради «лица семьи». Ради того, чтобы не позориться перед соседями.
Но я не согласилась.
Я выбрала боль, позор и сплетни, но не унижение.
И именно тогда судьба показала мне: жизнь после предательства есть.
И у неё вкус свободы.