Книги в жанре «Современная проза» по тегу «razvod»
— Ты зачем приехала в банк?
— Узнать, сколько ещё ты успел у нас забрать.
— Я ничего не забирал. Деньги вложены, я их верну.
— Восемьсот сорок тысяч, которые мы копили Лере, ты серьезно?
— Лида, давай не начинай.
— Хорошо. Тогда объясни спокойно, зачем оформил на меня кредит.
— Мы семья. Я имел право рассчитывать на тебя.
— Семья не узнаёт о долгах из банковской выписки.
— Ты всё разрушишь из-за денег?
— Нет, Вадим. Из-за того, что ты купил другой женщине квартиру и решил, что я промолчу.
Я годами объясняла пациентам, что лишний вес не делает человека ленивым, слабым или недостойным помощи. Дома же позволяла мужу ссылаться на моё тело всякий раз, когда ему требовалось оправдание. Теперь выяснилось, что у Вадима есть Ксения, квартира, на которую он перевёл деньги нашей дочери, и мой медицинский проект, который он отдал частному центру. А ещё — кредит, подтверждённый с моего банковского доступа без моего согласия. И теперь мне это всё предстоит разгрести красиво.
— Узнать, сколько ещё ты успел у нас забрать.
— Я ничего не забирал. Деньги вложены, я их верну.
— Восемьсот сорок тысяч, которые мы копили Лере, ты серьезно?
— Лида, давай не начинай.
— Хорошо. Тогда объясни спокойно, зачем оформил на меня кредит.
— Мы семья. Я имел право рассчитывать на тебя.
— Семья не узнаёт о долгах из банковской выписки.
— Ты всё разрушишь из-за денег?
— Нет, Вадим. Из-за того, что ты купил другой женщине квартиру и решил, что я промолчу.
Я годами объясняла пациентам, что лишний вес не делает человека ленивым, слабым или недостойным помощи. Дома же позволяла мужу ссылаться на моё тело всякий раз, когда ему требовалось оправдание. Теперь выяснилось, что у Вадима есть Ксения, квартира, на которую он перевёл деньги нашей дочери, и мой медицинский проект, который он отдал частному центру. А ещё — кредит, подтверждённый с моего банковского доступа без моего согласия. И теперь мне это всё предстоит разгрести красиво.
Одиннадцатилетняя Иринка возвращается из лагеря и узнаёт, что родители расстались, а папа уехал в далёкий северный город. Девочка пытается привыкнуть к опустевшей квартире и новой жизни, но продолжает верить, что семья ещё может воссоединиться. Перед Новым годом она отправляет Деду Морозу необычное письмо — рисунок, на котором мама, папа и она снова вместе. Иногда самые заветные детские желания действительно исполняются.
Мы с мужем счастливо прожили больше двадцати лет, пока в его поведение не изменилось, а в словах стала чудиться ложь.
В какой-то момент Марк начал позволять себе неприятные шутки в мой адрес, решив, что нет ничего обидного в том, чтобы называть меня, ещё молодую женщину, старушкой. А про его резкие перепады настроения я вообще молчу.
И из-за привязанности к нему я многое могла стерпеть, но даже моё терпение не было безграничным, и я не могла и дальше во всём ему верить.
– Оля, ну хватит уже разыгрывать комедию и строить из себя гордую и независимую. Если я сейчас уйду, то...
– Уходи. Я тебя не держу, ты сам пришёл.
– Оль, ну честно, перестань. Это была моя первая измена. И чтоб ты знала, измена – это когда мужик бросает жену и уходит к любовнице. А у меня такого и в планах не было. Потому что я люблю тебя. Такую, какая ты есть. Со всеми твоими недостатками.
В какой-то момент Марк начал позволять себе неприятные шутки в мой адрес, решив, что нет ничего обидного в том, чтобы называть меня, ещё молодую женщину, старушкой. А про его резкие перепады настроения я вообще молчу.
И из-за привязанности к нему я многое могла стерпеть, но даже моё терпение не было безграничным, и я не могла и дальше во всём ему верить.
– Оля, ну хватит уже разыгрывать комедию и строить из себя гордую и независимую. Если я сейчас уйду, то...
– Уходи. Я тебя не держу, ты сам пришёл.
– Оль, ну честно, перестань. Это была моя первая измена. И чтоб ты знала, измена – это когда мужик бросает жену и уходит к любовнице. А у меня такого и в планах не было. Потому что я люблю тебя. Такую, какая ты есть. Со всеми твоими недостатками.
— Юра, это кто?
— Диспетчер, — отвечает он.
— Правильно. Диспетчер, — срываюсь уже я. — А ещё твоя жена. Двадцать лет стажа.
— Надя, давай поговорим дома.
— А я думала, ты людей из застрявшего лифта спасаешь.
— Юра… — любовница смотрит на него. — Она и про квартиру ничего не знает?
В нашу годовщину муж сообщил, что у него аварийный вызов. А вскоре я собственными глазами увидела, как он с цветами ведёт другую женщину на теплоход, который отправляю я.
К концу этого вечера я уже знала: любовница у него уже два года, муж готовил новую жизнь заранее, а часть денег, которые мы откладывали дочери, ушла в чужой бизнес.
Я собиралась всего лишь развестись и научиться жить на одну зарплату.
Но городское реабилитационное отделение решило запустить речные прогулки для пациентов, и в моей диспетчерской появился врач Григорий Лавров — человек, который придирался к каждому порогу, спорил со мной из-за пандуса и совершенно не собирался становиться утешением для брошенной жены.
— Диспетчер, — отвечает он.
— Правильно. Диспетчер, — срываюсь уже я. — А ещё твоя жена. Двадцать лет стажа.
— Надя, давай поговорим дома.
— А я думала, ты людей из застрявшего лифта спасаешь.
— Юра… — любовница смотрит на него. — Она и про квартиру ничего не знает?
В нашу годовщину муж сообщил, что у него аварийный вызов. А вскоре я собственными глазами увидела, как он с цветами ведёт другую женщину на теплоход, который отправляю я.
К концу этого вечера я уже знала: любовница у него уже два года, муж готовил новую жизнь заранее, а часть денег, которые мы откладывали дочери, ушла в чужой бизнес.
Я собиралась всего лишь развестись и научиться жить на одну зарплату.
Но городское реабилитационное отделение решило запустить речные прогулки для пациентов, и в моей диспетчерской появился врач Григорий Лавров — человек, который придирался к каждому порогу, спорил со мной из-за пандуса и совершенно не собирался становиться утешением для брошенной жены.
– Кофе хочешь? – Спросила она на автомате, открыв в телефоне приложение.
– Нет, не успею. – Он с интересом смотрел, как Нина быстро бьёт длинными тонкими пальцами по сенсорному экрану айфона. Наконец, поинтересовался: – Что делаешь?
– Заказываю тебе такси.
– Не надо.– Громко рассмеялся Стас. – Я уже вызвал, через пять минут подъедет.
Он поднялся, с усмешкой наблюдая за удивлением в серых глазах. Отлично понимая поведение красивой шатенки. Находись они сейчас в его съёмной квартире, то поступил бы также. Никаких ночёвок бок о бок, пока не решит жениться. Никаких обязательств, секс и ничего больше. Два охотника встретились на одной тесной тропе.
– Почему не ищешь ровесниц?
– Глупый вопрос. Возраст лишь цифры.– Стас зашнуровал кроссовки и вскинул голову.– Что они могут мне дать?
– Нет, не успею. – Он с интересом смотрел, как Нина быстро бьёт длинными тонкими пальцами по сенсорному экрану айфона. Наконец, поинтересовался: – Что делаешь?
– Заказываю тебе такси.
– Не надо.– Громко рассмеялся Стас. – Я уже вызвал, через пять минут подъедет.
Он поднялся, с усмешкой наблюдая за удивлением в серых глазах. Отлично понимая поведение красивой шатенки. Находись они сейчас в его съёмной квартире, то поступил бы также. Никаких ночёвок бок о бок, пока не решит жениться. Никаких обязательств, секс и ничего больше. Два охотника встретились на одной тесной тропе.
– Почему не ищешь ровесниц?
– Глупый вопрос. Возраст лишь цифры.– Стас зашнуровал кроссовки и вскинул голову.– Что они могут мне дать?
Нина сомкнула веки, ослеплённая наготой любовников. Сердце ухнуло вниз. Второй раз в жизни её предавали настолько подло.
Стас открыл глаза, с изумлением уставившись на неизвестно как попавшую в номер жену.
– Он меня любит! Давно! Цветы приносил, забираясь по стенам!– крикливый голос рыжеволосой красотки бил по мембранам ушей.
Шатенка не смотрела на любовницу мужа, она сверлила взглядом лицо предателя с усмешкой заметив.
– Так вот где был первый раз вашей встречи?
Он вцепился в рукав пальто со словами, над которыми совсем недавно смеялся.
– Это не то, что ты думаешь!
Стас открыл глаза, с изумлением уставившись на неизвестно как попавшую в номер жену.
– Он меня любит! Давно! Цветы приносил, забираясь по стенам!– крикливый голос рыжеволосой красотки бил по мембранам ушей.
Шатенка не смотрела на любовницу мужа, она сверлила взглядом лицо предателя с усмешкой заметив.
– Так вот где был первый раз вашей встречи?
Он вцепился в рукав пальто со словами, над которыми совсем недавно смеялся.
– Это не то, что ты думаешь!
Я безмолвно кричу. То, что сейчас испытываю, не передать словами. Не пожелать врагу. Хотя враг совсем рядом. «Метр с кепкой» торжествует за дверью, пока муж советует, как мне дальше жить.
— Жалко тебя. Не унижайся, Лиза! Уходи. Ещё найдёшь своё счастье!
Зря он так. Ненавижу жалость! Выпрямляю спину. Собираю в кулак остатки гордости. Из последних сил сдерживаю слёзы. Твёрдо верю в то, что произношу:
— Яковлев, себя пожалей. Своё я верну! — онемевшие губы с трудом растягиваются в ухмылке. Реквием по любви пахнет совсем не розами. — Готовься переезжать из отнятой у меня квартиры в тот самый домик в деревне!
— Жалко тебя. Не унижайся, Лиза! Уходи. Ещё найдёшь своё счастье!
Зря он так. Ненавижу жалость! Выпрямляю спину. Собираю в кулак остатки гордости. Из последних сил сдерживаю слёзы. Твёрдо верю в то, что произношу:
— Яковлев, себя пожалей. Своё я верну! — онемевшие губы с трудом растягиваются в ухмылке. Реквием по любви пахнет совсем не розами. — Готовься переезжать из отнятой у меня квартиры в тот самый домик в деревне!
Катя смотрит на меня с наглой, торжествующей усмешкой. Она даже не пытается встать с колен моего мужа.
— Ариана? — его голос хриплый. — Что ты здесь делаешь?
Я не могу вымолвить ни слова. Стою на пороге, дрожа всем телом, сжимаю в побелевших пальцах ручку сумки. Внутри меня воет сирена. Громче любого оркестра. Громче грома.
— Я... ты... забыл планшет, — наконец выдавливаю из себя голосом похожим на скрип ржавой двери.
— И что? Ты решила устроить проверку? — он медленно, с преувеличенным спокойствием, поднимается, стряхивая с себя Катю. Та нехотя встаёт, поправляет платье. Её взгляд на мне — смесь презрения и любопытства.
— Ты сказал, что улетаешь в Питер, — шепчу я, и в моём голосе слышны слёзы. Ненавижу себя за эту слабость. — Командировка... с Катей.
— Планы изменились, — отрезает он, его глаза становятся совсем холодными. — И вообще, Ариана, не делай из себя наивную дурочку. Ты всё прекрасно поняла.
— Ариана? — его голос хриплый. — Что ты здесь делаешь?
Я не могу вымолвить ни слова. Стою на пороге, дрожа всем телом, сжимаю в побелевших пальцах ручку сумки. Внутри меня воет сирена. Громче любого оркестра. Громче грома.
— Я... ты... забыл планшет, — наконец выдавливаю из себя голосом похожим на скрип ржавой двери.
— И что? Ты решила устроить проверку? — он медленно, с преувеличенным спокойствием, поднимается, стряхивая с себя Катю. Та нехотя встаёт, поправляет платье. Её взгляд на мне — смесь презрения и любопытства.
— Ты сказал, что улетаешь в Питер, — шепчу я, и в моём голосе слышны слёзы. Ненавижу себя за эту слабость. — Командировка... с Катей.
— Планы изменились, — отрезает он, его глаза становятся совсем холодными. — И вообще, Ариана, не делай из себя наивную дурочку. Ты всё прекрасно поняла.
Листаю страницы забытого мужем смартфона. Переписка с «К.». Кристиной. Молодой бухгалтершей из его фирмы. Нежные, циничные сообщения.
«Когда ты избавишься от этой истерички? Мне надоело прятаться».
«Скоро, кошечка. Она сама даёт нам все козыри. Психика не железная. Считай, что она уже стала тенью».
«А дочку заберёшь?»
«Конечно. Лика — моя кровь. Я дам ей всё. А Анне нужна помощь специалистов. В хорошем закрытом санатории. Надолго».
«Закрытый санаторий»… Психиатрическая клиника! Всё становится на свои места. Его настойчивость и контроль посещения мною психолога. Его вопросы: «Ты уверена, что тебе хорошо?», «Может, тебе полечиться?». Не забота, а подготовка почвы. Он не хочет развода. Он решил объявить меня сумасшедшей. Отобрать дочь и вышвырнуть жену в «психическую нестабильность», создаваемую им годами.
«Когда ты избавишься от этой истерички? Мне надоело прятаться».
«Скоро, кошечка. Она сама даёт нам все козыри. Психика не железная. Считай, что она уже стала тенью».
«А дочку заберёшь?»
«Конечно. Лика — моя кровь. Я дам ей всё. А Анне нужна помощь специалистов. В хорошем закрытом санатории. Надолго».
«Закрытый санаторий»… Психиатрическая клиника! Всё становится на свои места. Его настойчивость и контроль посещения мною психолога. Его вопросы: «Ты уверена, что тебе хорошо?», «Может, тебе полечиться?». Не забота, а подготовка почвы. Он не хочет развода. Он решил объявить меня сумасшедшей. Отобрать дочь и вышвырнуть жену в «психическую нестабильность», создаваемую им годами.
– У вас нет ничего общего! – сказала мне лучшая подруга. – Он наиграется с тобой и бросит. И ни копейки тебе после развода не даст.
Но разве можно думать о разводе, когда ты только-только стала женой? И я же красивая, умная, веселая. Меня нельзя не любить!
***
– А давай соберем всех моих на Новый год – маму, папу, подруг! – предлагаю я. – Снимем дом за городом и устроим пир. Они увидят тебя и сразу поймут, что ты – лучший!
И когда он говорит: «А давай!», я взвизгиваю и бросаюсь ему на шею, по дороге смахивая со стола бокал.
– На счастье! – говорит муж, когда по кухне разлетаются осколки.
А я еще не знаю, что скоро вот так же на мелкие осколки разлетится и наш брак. И Сергей коротко бросит: «Прости, так получилось».
***
Я сильная, я справлюсь, я смогу. Вот только что сказать уже выехавшим в Питер на наш званый вечер родителям и подружкам? А ведь именно в Новый год сердцу особенно хочется верить в чудо!
Но разве можно думать о разводе, когда ты только-только стала женой? И я же красивая, умная, веселая. Меня нельзя не любить!
***
– А давай соберем всех моих на Новый год – маму, папу, подруг! – предлагаю я. – Снимем дом за городом и устроим пир. Они увидят тебя и сразу поймут, что ты – лучший!
И когда он говорит: «А давай!», я взвизгиваю и бросаюсь ему на шею, по дороге смахивая со стола бокал.
– На счастье! – говорит муж, когда по кухне разлетаются осколки.
А я еще не знаю, что скоро вот так же на мелкие осколки разлетится и наш брак. И Сергей коротко бросит: «Прости, так получилось».
***
Я сильная, я справлюсь, я смогу. Вот только что сказать уже выехавшим в Питер на наш званый вечер родителям и подружкам? А ведь именно в Новый год сердцу особенно хочется верить в чудо!
Подборка романов о разводе
Выберите полку для книги