Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «silnaya-geroinya»

— У тебя будет ребенок. От другой. И ты говоришь это так, будто заказал не то блюдо?
Муж пожал плечами. Цинично. Холодно. Чужой.
— Я остаюсь с тобой. Если ты об этом. А ребенка буду содержать. Вполне решаемо. Мать ребенка тоже. Не волнуйся, денег на всех хватит.
— Ты с ума сошел?
— Послушай, Карин… Двадцать лет вместе. Мы даже не семья уже. Мы система. Устроенная. Все работает. И ты прекрасно знаешь, что в сорок лет, не молода, не свежа, не можешь родить… Ты никому не будешь нужна. Так что не драматизируй.
Я смотрела на него и ощущала, как во мне что-то обрывается.
— Я не часть системы, Костя. И не твоя тень. И уж точно не безропотная жена, которая смирится с любовницей.
— Ты не справишься одна, — сказал он в спину.
Я уже шла к двери.
— Смотри внимательно, — бросила через плечо. — Справляюсь прямо сейчас.

— Отпусти его, — произносит помощница моего мужа. — Отпусти и не мешай.
— О чем ты?
— Отпусти Демьяна. Мы с ним ждем ребенка, а ты… ты даже не можешь ему родить. Я знаю твой диагноз, мы наблюдаемся у одного врача.

Десять лет счастливого брака перечеркнули две полоски на тесте. Не моем, любовницы мужа. Иллюзия счастливого брака и любящего мужа рассыпалась вдребезги. Мой муж оказался неверным, а семья у него теперь будет с другой. С той, которая сможет родить ему ребенка. Вот только… и меня он отпускать не хочет.

– Какого чёрта ты творишь? – прошипела сквозь зубы, сумев оттолкнуть от себя бывшего, тут же проведя ладонью по губам, чтобы стереть с них неприятный поцелуй.
– Ой, да брось! Будешь и дальше делать вид, что не скучала по мне? – самодовольно спросил Андрей, внимательно меня рассматривая.
Он словно пытался найти во мне хоть что-то, что подтвердило бы его слова, не собираясь принимать как факт моё нежелание прощать его.
– Я счастлива без тебя! Можно сказать, что жизнь заиграла новыми красками.
– Вика, не надо врать. Такая любовь, как у нас, не проходит так быстро и всего из-за одной ошибки.
– Ошибки? Вот как ты это называешь? И о какой любви ты говоришь? Ты мне регулярно изменял! Признаю, я очень сильно тебя любила, но и себя я тоже люблю, поэтому я не позволю ни одному мужчине так со мной обращаться, унижая изменами.

– Ты давно с ней спишь?
- Я не понимаю о чем ты, Руся! – попытался извернуться Павел, хмурясь и сморщивая нос.
– А что здесь не понятного? – уточнила я. Последний бокал все же был лишним. Язык начал с трудом шевелиться и путаться. – Я задала простой вопрос – ты давно спишь с моей лучшей подругой? Ой, – икнула я и продолжила говорить, – То есть, уже с бывшей лучшей подругой!
Павел был зажат в тупик. Он рыскал глазами по столу и боялся поднять их на меня! Свои бесстыжие глаза. Его рука подтянулась к шее и расстегнула несколько верхних пуговиц. Расстегнул рукава на рубашке и словно в смирительном жесте, сложил ладони вместе, опустив на них свой взгляд.
– Мы с Ариной всего несколько раз переспали… – тихо и смирно начал супруг. Его голос ломался. Он глотал слюну и сбивался. Было очевидно – ему стыдно! – Это ошибка, Руся! Я люблю только тебя!
Мне бы рассмеяться, но было почему –то не смешно!

— Это твоя ночнушка?
— Да. А что такого?..
— Она была в стиральной машине. С его рубашками.
— Ань, ты опять накручиваешь. Просто совпало.
Я не накручивала. Я чувствовала.
Потом — отпечаток помады на его воротнике.
Потом — телефон. Переписка. Фото. Видео.
Стена спальни на фоне. Мой плед. Его руки. Её смех.
Сестра. Муж. В моей постели.
Они надеялись, что я закрою глаза. Что проглочу. Что сломаюсь. Они плохо меня знали.
Я не плакала. Я встала — и ударила первой. Сильно. Точно. До крови.

— Я не думал, что всё зайдёт так далеко. Да, я специально стал встречаться с тобой. Думал, твоя сестра вернётся, как только узнает. Она разозлилась, но осталась в Париже. И я продолжил игру, — бросил на меня виноватый взгляд. — Потом она вышла замуж, и…
— И ты женился на мне в отместку? — горько закончила я. — Если бы она родила, ты бы и со мной завёл ребёнка — просто чтобы отомстить?

Муж и сестра втянули меня в любовный треугольник и превратили семь лет моей жизни в глупый фарс.
Я думала, жизнь разрушена.
Но брат мужа напомнил: условия счастья обновляются в 30.

Наслушавшись грязных историй про измены, чувствую себя самой настоящей идиоткой, подозревающей мужа на каждом шагу. Хоть и знаю, что мой Миша, в отличие от лицемерных мерзавцев, счастлив со мной и никогда не предаст.
Вот только я никак не могу избавиться от липкого ощущения обмана, который преследует меня изо дня в день.
Пожалуй, я готова стать той самой идиоткой, лишь бы убедиться, что мои опасения абсолютно беспочвенны.

– Да, я влюбился! Можешь считать меня козлом, – взрывается муж.

– Саша, а почему ты молчал? Ты… Неужели, я бы не поняла? Зачем столько лжи? – растерянно бормочу я.

– Жалел, Надь. Мне тебя давно просто… жаль… А Лика, она…

– Моложе и краше?

– Она родила мне сына, а ты… Пустышка.

Накануне возвращения мужа из командировки мне сообщают о крушении поезда. 

Пока я бегаю по больницам и моргам, оплакивая пропавшего без вести мужа, следствие обнаруживает чудовищную правду — он годами скрывал вторую семью и воспитывал сына на стороне.

Мой путь пересекается с известным в городе адвокатом, а тайная связь моего мужа с любовницей оказывается самым малым из его прегрешений…

В три часа ночи телефон Андрея завибрировал. Один раз, второй. Сообщения. В такое время?
Искушение было слишком велико. Я тихо встала, прокралась в спальню. Андрей спал, отвернувшись к стене. Телефон лежал на тумбочке, экран светился.
Сообщение было от неизвестного номера: «Спасибо за вечер. Было чудесно. До завтра! ❤️»
Сердце ухнуло вниз. Кто это? Когда они виделись? Что значит «до завтра»?
Я вернулась в гостиную, сжимая подушку. Слёзы текли сами собой. Неужели всё? Неужели я окончательно потеряла его?

— Ты хочешь сказать, что Савелий — не твой сын?
— Мой, но я просто не хочу платить аллименты.
— А совесть у тебя есть, Павел?
— Это не про совесть. Это про деньги.
Я молчала долго. Смотрела, как он собирает чемодан, как чужой человек. А потом началось.
Всё, что он пытался провернуть — я раскопала. Всё, что хотел скрыть — вытащила наружу.
Он думал, я прогнусь. А я встала и перешагнула.
Теперь — моя очередь решать, как закончится эта история.
И нет, я не собираюсь уходить тихо.