Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «novinki»
А затем на кухню заглянул высокий мужчина в форме старлея.
- Здравствуйте, - проговорил военный, с улыбкой стягивая с головы черный берет, застенчиво комкая его в руках.
Женщины уставились на гостя, вытаращив удивленные глаза, замерли, не мигая, и, казалось, даже перестали дышать.
Старлей застыл на пороге, улыбчивый, лопоухий, с лучистыми глазами цвета молодой зелени. Пристально и внимательно рассматривал двух дам за кухонным столом.
- Рыцарь? – спросила у него пожилая женщина в цветастом халате.
- Чего? – хохотнул мужчина, удивленно поднимая густые брови.
- Дракона, говорю, победить можешь? – спросила старушка.
- Так точно, - кивнул военный, - Я ж морпех, - широкая улыбка делала его забавным, озорным пацаном.
- Годишься, - одобрила его пенсионерка, окинув с головы до ног оценивающим взглядом.
- Здравствуйте, - проговорил военный, с улыбкой стягивая с головы черный берет, застенчиво комкая его в руках.
Женщины уставились на гостя, вытаращив удивленные глаза, замерли, не мигая, и, казалось, даже перестали дышать.
Старлей застыл на пороге, улыбчивый, лопоухий, с лучистыми глазами цвета молодой зелени. Пристально и внимательно рассматривал двух дам за кухонным столом.
- Рыцарь? – спросила у него пожилая женщина в цветастом халате.
- Чего? – хохотнул мужчина, удивленно поднимая густые брови.
- Дракона, говорю, победить можешь? – спросила старушка.
- Так точно, - кивнул военный, - Я ж морпех, - широкая улыбка делала его забавным, озорным пацаном.
- Годишься, - одобрила его пенсионерка, окинув с головы до ног оценивающим взглядом.
– Пап! Ты думаешь, я слепой? Думаешь, я не вижу, как ты развлекаешься со своей девкой, пока мама дома борщи варит и ждет тебя, как дура?!
Голос сына заставляет меня замереть и прикусить губу до боли.
Я же ослышалась… Этого ведь быть не может…
– Ярослав, не начинай. Не здесь и не сейчас, – отвечает муж резко.
– Ты вообще себя слышишь, пап?
– Ярослав!
Кажется, что муж сейчас отсечет все обвинения сына, развеет их, но вместо этого муж проговаривает твердо:
– С кем я развлекаюсь, это мое дело. Твое – молчать и не лезть.
– И?! Мне интересно, чем ты собираешься откупаться за мое молчание, а, батя?! Инфа ведь на миллион…
Я чувствую, как холод разливается в груди. Упираюсь в стену, чтобы не упасть, когда слышу смешок мужа и его убийственный ответ:
– Не волнуйся, сын, договоримся. В миллионах не обижу… развод мне все равно в копеечку влетит. Невыгодно…
Голос сына заставляет меня замереть и прикусить губу до боли.
Я же ослышалась… Этого ведь быть не может…
– Ярослав, не начинай. Не здесь и не сейчас, – отвечает муж резко.
– Ты вообще себя слышишь, пап?
– Ярослав!
Кажется, что муж сейчас отсечет все обвинения сына, развеет их, но вместо этого муж проговаривает твердо:
– С кем я развлекаюсь, это мое дело. Твое – молчать и не лезть.
– И?! Мне интересно, чем ты собираешься откупаться за мое молчание, а, батя?! Инфа ведь на миллион…
Я чувствую, как холод разливается в груди. Упираюсь в стену, чтобы не упасть, когда слышу смешок мужа и его убийственный ответ:
– Не волнуйся, сын, договоримся. В миллионах не обижу… развод мне все равно в копеечку влетит. Невыгодно…
Алёна Соколова - скромная и бедная девушка, своими знаниями и упорством пробившая себе путь в престижное учебное заведение. Павел Деев - местный красавец-мажор, которого Алёна раздражает, кажется, всем.
Однажды в студенческой столовой между ними возникает ссора, приводящая к самым ужасным последствиям...
Однажды в студенческой столовой между ними возникает ссора, приводящая к самым ужасным последствиям...
- Илья, что это значит? Это приглашение на твою свадьбу? – спрашиваю у мужа, держа открытку в руках, сгорая от боли и не понимаю, что происходит.
- Давай только без вот этого всего. Я даю тебе неделю, чтобы вы с Ксюшей исчезли до того, как сюда приедет моя любовь. Ты меня поняла? - цинично спрашивает муж, постукивая пальцами по столешнице.
- Илья, это шутка такая? А как же мы? А как же наша дочка? Планы? Да мы даже не разведены!
- Почему же шутка? Полгода назад, ты не только документы по закрытию ипотеки подписала, но и много чего другого… - муж делает многозначительную паузу, а я понимаю, что он уже тогда меня обманул и разрушил нашу семью.
Он отобрал у меня все, семью с тринадцатилетнем стажем, счастье, оставил нашу двухлетнюю дочку без отца. Но этого ему было мало. Через три года он вернулся, потому что снова… Снова захотел прогнать меня через все круги ада, пока его новая жена ждет его дома.
- Давай только без вот этого всего. Я даю тебе неделю, чтобы вы с Ксюшей исчезли до того, как сюда приедет моя любовь. Ты меня поняла? - цинично спрашивает муж, постукивая пальцами по столешнице.
- Илья, это шутка такая? А как же мы? А как же наша дочка? Планы? Да мы даже не разведены!
- Почему же шутка? Полгода назад, ты не только документы по закрытию ипотеки подписала, но и много чего другого… - муж делает многозначительную паузу, а я понимаю, что он уже тогда меня обманул и разрушил нашу семью.
Он отобрал у меня все, семью с тринадцатилетнем стажем, счастье, оставил нашу двухлетнюю дочку без отца. Но этого ему было мало. Через три года он вернулся, потому что снова… Снова захотел прогнать меня через все круги ада, пока его новая жена ждет его дома.
БЕСПЛАТНО! ЗАВЕРШЕНО❄️💗
План у меня был прост: отработать смену в клининговой фирме, не задушить начальника и получить зарплату перед Новым Годом.
Пока одна неуклюжая девица не устроила апокалипсис в виде падающей люстры! Теперь на деньги попала почему-то я! Единственный способ отработать долг — стать на две недели нянькой для маленькой дочки Игоря. Переехать в его роскошный дом с бассейном. И попытаться не убить друг друга от раздражения… или от внезапно проснувшегося притяжения, которое таилось за годами взаимных колкостей.
Что будет, если за маской вечной войны скрывается нечто большее? И самый большой беспорядок, который нам предстоит убрать, — это наши собственные чувства?
План у меня был прост: отработать смену в клининговой фирме, не задушить начальника и получить зарплату перед Новым Годом.
Пока одна неуклюжая девица не устроила апокалипсис в виде падающей люстры! Теперь на деньги попала почему-то я! Единственный способ отработать долг — стать на две недели нянькой для маленькой дочки Игоря. Переехать в его роскошный дом с бассейном. И попытаться не убить друг друга от раздражения… или от внезапно проснувшегося притяжения, которое таилось за годами взаимных колкостей.
Что будет, если за маской вечной войны скрывается нечто большее? И самый большой беспорядок, который нам предстоит убрать, — это наши собственные чувства?
—Самооценка, конечно, бесплатная, но и ты не зарывайся,— холодно произнес мой муж из-за двери кабинета.
Я напряглась, не знала, что делать. Войти или постоять, подождать?
— Ну, котик, пожалуйста. Я думала, ты мне подаришь точно такой же подарок, как и своей жене. Ты что, меня меньше, чем ее любишь? — плаксивый женский голос.
Я прикрыла глаза.
—Рот закрыла по поводу подарков моей жене. На то она и жена, чтобы получать колье с бриллиантами. На то ты и любовница, чтобы рот держать на замке и открывать, только когда я пальцем щелкаю.
Восемь лет брака.
Четырехлетняя дочь.
Я застала мужа в кабинете его офиса с другой, но скандал устраивать не стала. Тихо, почти беззвучно прикрыла дверь и уехала домой.
Теперь хотела лишь одного— развестись и никогда больше не видеть предателя.
Но я не собиралась бежать из дома, сверкая пятками в одних трусах.
Я напряглась, не знала, что делать. Войти или постоять, подождать?
— Ну, котик, пожалуйста. Я думала, ты мне подаришь точно такой же подарок, как и своей жене. Ты что, меня меньше, чем ее любишь? — плаксивый женский голос.
Я прикрыла глаза.
—Рот закрыла по поводу подарков моей жене. На то она и жена, чтобы получать колье с бриллиантами. На то ты и любовница, чтобы рот держать на замке и открывать, только когда я пальцем щелкаю.
Восемь лет брака.
Четырехлетняя дочь.
Я застала мужа в кабинете его офиса с другой, но скандал устраивать не стала. Тихо, почти беззвучно прикрыла дверь и уехала домой.
Теперь хотела лишь одного— развестись и никогда больше не видеть предателя.
Но я не собиралась бежать из дома, сверкая пятками в одних трусах.
– Вау! Такой классный телефон! Господи, дорогой! Ну, я же о таком мечтала давно! Неужели ты правда подаришь его дочке на день рождения?
Я замерла. В щель была видна полоска комнаты: Давид, поправляющий галстук у зеркала, и сзади — она, моя сестра.
– Да, дочь просила именно такой, - сказал он.
И тогда на его губы легла ее узкая ладошка.
Игривый шлепок.
– Нет-нет-нет. Что значит «она просила? Девчонке всего восемнадцать! Такие подарки детям не дарят. Их дарят любимым женщинам. Купи ей лучше брошку со стразами. Или мягкого мишку. А этот телефончик я возьму себе. Можно, котик? Можно? Можно?
Лика завилась вокруг него, как плющ, сжимая в руках коробку с праздничной лентой. Губы мужа коснулись ладони сестры:
– Хорошо. Можешь взять телефон себе.
– Ну, где вы? Опоздаем! — мама показалась в конце коридора. Я машинально отшатнулась от двери, навстречу.
Давид вышел из спальни. Положил руку на мою талию.
– Все нормально. Идем?
Я подняла голову и посмотрела в упор.
Я замерла. В щель была видна полоска комнаты: Давид, поправляющий галстук у зеркала, и сзади — она, моя сестра.
– Да, дочь просила именно такой, - сказал он.
И тогда на его губы легла ее узкая ладошка.
Игривый шлепок.
– Нет-нет-нет. Что значит «она просила? Девчонке всего восемнадцать! Такие подарки детям не дарят. Их дарят любимым женщинам. Купи ей лучше брошку со стразами. Или мягкого мишку. А этот телефончик я возьму себе. Можно, котик? Можно? Можно?
Лика завилась вокруг него, как плющ, сжимая в руках коробку с праздничной лентой. Губы мужа коснулись ладони сестры:
– Хорошо. Можешь взять телефон себе.
– Ну, где вы? Опоздаем! — мама показалась в конце коридора. Я машинально отшатнулась от двери, навстречу.
Давид вышел из спальни. Положил руку на мою талию.
– Все нормально. Идем?
Я подняла голову и посмотрела в упор.
— Сначала я попробую твои блины, красавица. А потом попробую тебя.
Буквально час назад я дала по лицу этому наглому и опасному кавказцу за то, что распускал руки и пытался забраться мне под платье…
А сейчас от этого мерзавца зависит не только моя карьера, но и жизнь дорогого мне человека.
Едва делаю шаг назад, он отрезает мне выход из кабинета.
Прижимает меня к себе, едва не касается губами.
— Я знаю, что от меня зависит твоя жизнь, — усмехается мерзавец, — имей в виду, красавица, тебе придётся ОЧЕНЬ постараться, чтобы сохранить работу и спасти того, кто тебе дорог…
Буквально час назад я дала по лицу этому наглому и опасному кавказцу за то, что распускал руки и пытался забраться мне под платье…
А сейчас от этого мерзавца зависит не только моя карьера, но и жизнь дорогого мне человека.
Едва делаю шаг назад, он отрезает мне выход из кабинета.
Прижимает меня к себе, едва не касается губами.
— Я знаю, что от меня зависит твоя жизнь, — усмехается мерзавец, — имей в виду, красавица, тебе придётся ОЧЕНЬ постараться, чтобы сохранить работу и спасти того, кто тебе дорог…
– Некуда бежать! Возвращайся в дом! – его баритон смешивается с порывами ветра.
За спиной обрыв, а прямо передо мной монстр. Когда-то был родным.
Делает шаг навстречу.
– Я еще ношу траур по мужу.
– Плевать! Когда-то ты отказала мне, теперь сделаешь все, что пожелаю. Ты моя жена!
– Где же ты был пять лет назад? – кричу в ответ.
– В тюрьме. Но сейчас я тут царь и бог. Я твой царь и бог. Подчиняйся мне, Ада!
За спиной обрыв, а прямо передо мной монстр. Когда-то был родным.
Делает шаг навстречу.
– Я еще ношу траур по мужу.
– Плевать! Когда-то ты отказала мне, теперь сделаешь все, что пожелаю. Ты моя жена!
– Где же ты был пять лет назад? – кричу в ответ.
– В тюрьме. Но сейчас я тут царь и бог. Я твой царь и бог. Подчиняйся мне, Ада!
— Дядя Сережа, а у тебя дети есть?
— Нет, Яська.
— Жалко. Ты был бы хороший папа...
***
Мне сорок один. Я — репродуктолог, мать-одиночка и женщина, которую предал муж. Я сделала ЭКО от анонимного донора, родила Ясю и пять лет жила спокойно…
А потом подруга подарила мне путевку на круиз, и мой «анонимный донор» оказался капитаном этого чертова лайнера. Он ничего не знает, Яся не знает, и я не знаю, как выжить следующие десять дней, глядя, как мой ребенок обнимает мужчину, который даже не подозревает, что он — ее отец.
— Нет, Яська.
— Жалко. Ты был бы хороший папа...
***
Мне сорок один. Я — репродуктолог, мать-одиночка и женщина, которую предал муж. Я сделала ЭКО от анонимного донора, родила Ясю и пять лет жила спокойно…
А потом подруга подарила мне путевку на круиз, и мой «анонимный донор» оказался капитаном этого чертова лайнера. Он ничего не знает, Яся не знает, и я не знаю, как выжить следующие десять дней, глядя, как мой ребенок обнимает мужчину, который даже не подозревает, что он — ее отец.
Топ новинок 2024
Выберите полку для книги