Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
Муж вышвырнул меня после семи лет брака. Без денег. Без работы. «Ты стала скучной. Сама виновата».
Марк Воронцов дал мне шанс. Ледяной взгляд, адский характер. А я — его новая помощница.
Я не должна была в него влюбляться. Не должна была проводить ночи в его особняке. И уж точно не должна была увидеть две полоски на тесте.
Но всё это случилось. А потом на пороге появилась она — та, что предала его пять лет назад. И он не сказал ей «уходи».
Марк Воронцов дал мне шанс. Ледяной взгляд, адский характер. А я — его новая помощница.
Я не должна была в него влюбляться. Не должна была проводить ночи в его особняке. И уж точно не должна была увидеть две полоски на тесте.
Но всё это случилось. А потом на пороге появилась она — та, что предала его пять лет назад. И он не сказал ей «уходи».
Алина третье лето подряд сдаёт велосипеды напрокат, готовясь к аспирантуре, выбранной для неё ещё в школе — пока сломанная цепь незнакомца не привозит к её стойке человека, который заставит её усомниться, чей это вообще план на жизнь.
— Тихо, не дергайся, — его ладонь в жесткой тактической перчатке ложится мне на талию, мгновенно сминая легкое кружево платья.
В салоне машины пахнет порохом, сталью и его дорогим парфюмом. Моё сердце бьется где-то в горле. Вспышки мигалок за окном разрезают темноту, а я смотрю в его суровое, волевое лицо и не могу дышать. Так близко. Безумно близко.
— Кто вы? — шепчу я, сжимая в руке туфли.
— Твое спасение, Алина, — его голос низкий, пробирающий до костей. — Привыкай. Теперь твоя жизнь принадлежит мне.
Хочу возмутиться, но слова застревают. В его глазах — лед и абсолютная, непоколебимая уверенность.
— Веришь мне? — спрашивает он, всматриваясь в мои разводы от туши.
— Верю, — выдыхаю я. Потому что больше мне верить некому.
Наивная девочка… В день своей несостоявшейся свадьбы я еще не знала, что этот суровый майор ФСБ станет моим личным приговором. И моим единственным правом на месть.
В салоне машины пахнет порохом, сталью и его дорогим парфюмом. Моё сердце бьется где-то в горле. Вспышки мигалок за окном разрезают темноту, а я смотрю в его суровое, волевое лицо и не могу дышать. Так близко. Безумно близко.
— Кто вы? — шепчу я, сжимая в руке туфли.
— Твое спасение, Алина, — его голос низкий, пробирающий до костей. — Привыкай. Теперь твоя жизнь принадлежит мне.
Хочу возмутиться, но слова застревают. В его глазах — лед и абсолютная, непоколебимая уверенность.
— Веришь мне? — спрашивает он, всматриваясь в мои разводы от туши.
— Верю, — выдыхаю я. Потому что больше мне верить некому.
Наивная девочка… В день своей несостоявшейся свадьбы я еще не знала, что этот суровый майор ФСБ станет моим личным приговором. И моим единственным правом на месть.
— Твой муж изменяет тебе с моей матерью, — говорит он, и я чувствую, как мир рушится.
Я думала, что моя жизнь кончена, когда я застала мужа с другой. Я терпела его измены тринадцать лет, пока однажды не поняла: больше не могу. Я подала на развод. Я ушла. Я начала новую жизнь.
И тогда я встретила его. Молодого, дерзкого, с глазами, которые видели меня настоящую. Студент-практикант на моих уроках литературы. Я знала, что это неправильно. Он младше меня. Он мой ученик. Но я не могла устоять против его взгляда, его улыбки, его рук.
Я думала, что наконец-то нашла счастье. Что прошлое осталось позади. Что я могу дышать, любить, жить.
Но в тот вечер он сказал мне правду:
— Женщина, с которой твой муж изменял тебе, — моя мать.
Его мать — та самая любовница, которая разрушила мою семью. Он — сын женщины, которую я ненавижу.
Я должна была уйти. Должна была забыть его. Должна была ненавидеть его за то, что он — часть моего прошлого.
Но я уже не могла. Потому что он стал моим будущим.
Я думала, что моя жизнь кончена, когда я застала мужа с другой. Я терпела его измены тринадцать лет, пока однажды не поняла: больше не могу. Я подала на развод. Я ушла. Я начала новую жизнь.
И тогда я встретила его. Молодого, дерзкого, с глазами, которые видели меня настоящую. Студент-практикант на моих уроках литературы. Я знала, что это неправильно. Он младше меня. Он мой ученик. Но я не могла устоять против его взгляда, его улыбки, его рук.
Я думала, что наконец-то нашла счастье. Что прошлое осталось позади. Что я могу дышать, любить, жить.
Но в тот вечер он сказал мне правду:
— Женщина, с которой твой муж изменял тебе, — моя мать.
Его мать — та самая любовница, которая разрушила мою семью. Он — сын женщины, которую я ненавижу.
Я должна была уйти. Должна была забыть его. Должна была ненавидеть его за то, что он — часть моего прошлого.
Но я уже не могла. Потому что он стал моим будущим.
💥КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
💥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Все, уходи, — цедит Лиана. — Не порти нам аппетит.
— Я хочу поговорить с женой, — заявляет негодяй, и в голосе звучит такая твердость, что я понимаю: отделаться от него будет непросто.
— С бывшей! — не выдержав, поправляю я, поднимая на него глаза.
— С настоящей! — в тон отвечает Глеб и протягивает руку, показывая простенькое колечко на своем пальце. — Мы женаты! Снова!
💥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Все, уходи, — цедит Лиана. — Не порти нам аппетит.
— Я хочу поговорить с женой, — заявляет негодяй, и в голосе звучит такая твердость, что я понимаю: отделаться от него будет непросто.
— С бывшей! — не выдержав, поправляю я, поднимая на него глаза.
— С настоящей! — в тон отвечает Глеб и протягивает руку, показывая простенькое колечко на своем пальце. — Мы женаты! Снова!
- Мама, папа, где мой муж, вы можете сказать? Что вообще происходит?
Я задаю этот вопрос в сотый раз с тех пор, как впервые пришла в себя в реанимации после аварии.
Мама отводит взгляд, они с папой приехали сегодня забирать меня из больницы, но явно что-то скрывают.
- Артем теперь с Лидой Сергеевой. И он… забрал одну из близняшек, потому что Лида не хочет рожать ему детей, - все же говорит мама.
Я застываю, а сердце бьется в висках.
Мой муж, пока я лежала в больнице, сошелся с моей подругой и разлучил наших детей? Одну забрал себе, а вторую, так и быть, оставил мне?
- Срочно едем домой! - выдыхаю хрипло. - Почему же вы молчали?!
Я задаю этот вопрос в сотый раз с тех пор, как впервые пришла в себя в реанимации после аварии.
Мама отводит взгляд, они с папой приехали сегодня забирать меня из больницы, но явно что-то скрывают.
- Артем теперь с Лидой Сергеевой. И он… забрал одну из близняшек, потому что Лида не хочет рожать ему детей, - все же говорит мама.
Я застываю, а сердце бьется в висках.
Мой муж, пока я лежала в больнице, сошелся с моей подругой и разлучил наших детей? Одну забрал себе, а вторую, так и быть, оставил мне?
- Срочно едем домой! - выдыхаю хрипло. - Почему же вы молчали?!
Кира привыкла, что на неё смотрят либо с жалостью, либо с насмешкой. Она не вписывается в глянцевые стандарты, зато у неё стальной характер и ноль терпения к пафосу. Артём — типичный мажор: яхта, деньги, папа-босс и уверенность, что мир крутится вокруг него. Их встреча на курорте будто искра от огромного костра: колкие фразы, взаимные подколы и ощущение, что лучше держаться друг от друга подальше.
Но море не спрашивает, готовы ли ты к переменам. Шторм, который обрушивается на яхту Артёма, в одну секунду стирает все статусы. Теперь неважно, кто сколько зарабатывает и что о нём говорят в светских кругах. Важно только одно: держаться за руку и не отпускать.
Но море не спрашивает, готовы ли ты к переменам. Шторм, который обрушивается на яхту Артёма, в одну секунду стирает все статусы. Теперь неважно, кто сколько зарабатывает и что о нём говорят в светских кругах. Важно только одно: держаться за руку и не отпускать.
Знаете, что самое сложное в отношениях с идеальным мужчиной? Дожить с ним до постели.
У нас с Глебом полгода. Он стоматолог с руками хирурга и юмором сапера.
Я кондитер «уютной комплектации» с фантазией, о которой приличные девушки молчат. Я хочу его так, что подгорает карамель.
И вот я решилась. Белье куплено с боем. Свечи зажжены. Утка в духовке.
А он за ужином складывается пополам. Аппендицит.
Дальше по списку: хирург со своим «четыре недели никаких нагрузок» – и не спрашивайте, что я у него уточнила. Свекровь с чемоданом «на недельку» – в тот самый вечер. Отель с эвакуацией в халатах на мороз, потому что сосед жарил сырники кипятильником.
Где-то на четвертой катастрофе я поняла: вселенная намекает. Такие, как я, красиво не раздеваются при свечах.
Но у моего стоматолога железное правило: начатое лечение доводят до конца. Он включил свет – весь, всю люстру – усадил меня напротив и сказал: «Сиди и слушай. Перебивать нельзя, у меня прием».
У нас с Глебом полгода. Он стоматолог с руками хирурга и юмором сапера.
Я кондитер «уютной комплектации» с фантазией, о которой приличные девушки молчат. Я хочу его так, что подгорает карамель.
И вот я решилась. Белье куплено с боем. Свечи зажжены. Утка в духовке.
А он за ужином складывается пополам. Аппендицит.
Дальше по списку: хирург со своим «четыре недели никаких нагрузок» – и не спрашивайте, что я у него уточнила. Свекровь с чемоданом «на недельку» – в тот самый вечер. Отель с эвакуацией в халатах на мороз, потому что сосед жарил сырники кипятильником.
Где-то на четвертой катастрофе я поняла: вселенная намекает. Такие, как я, красиво не раздеваются при свечах.
Но у моего стоматолога железное правило: начатое лечение доводят до конца. Он включил свет – весь, всю люстру – усадил меня напротив и сказал: «Сиди и слушай. Перебивать нельзя, у меня прием».
Я ждала мужа с ужином, а дождалась его любовницу. Она пришла не с истерикой — с документами и такой уверенностью, будто в нашем доме ей уже всё разрешили. Олег изменил, соврал и впустил чужую женщину туда, куда не имел права: в нашу семью. Он просит шанс, а я смотрю на предателя и понимаю самое страшное — я всё ещё люблю его.
— Теперь вези. Но помни: я иду, потому что мне интересно, насколько ты глуп. И я не твоя вещь.
В машине я молчал, сжимая руль. Она сидела рядом, от неё пахло ванилью и сухими страницами — я вдруг понял, что этот запах въедается в память. Я пытался найти слова, чтобы уколоть её, но вместо этого буркнул:
— Только не ешь много на фуршете, а то платье лопнет.
Она засмеялась — звонко, искренне — и ответила:
— Не волнуйся, мажор. Я умею удивлять. И, если честно, я хочу увидеть твоё лицо, когда ты поймёшь, что проиграл.
Мажор проиграл спор и привёл меня, скромную библиотекаршу, на светский раут — чтобы посмеяться. Он даже не подозревает, что я вижу его насквозь и умею играть по своим правилам. Я согласилась на эту авантюру не для того, чтобы стать жертвой. Посмотрим, кто над кем посмеётся, когда игра перевернётся. И кто на самом деле кого выбрал.
В машине я молчал, сжимая руль. Она сидела рядом, от неё пахло ванилью и сухими страницами — я вдруг понял, что этот запах въедается в память. Я пытался найти слова, чтобы уколоть её, но вместо этого буркнул:
— Только не ешь много на фуршете, а то платье лопнет.
Она засмеялась — звонко, искренне — и ответила:
— Не волнуйся, мажор. Я умею удивлять. И, если честно, я хочу увидеть твоё лицо, когда ты поймёшь, что проиграл.
Мажор проиграл спор и привёл меня, скромную библиотекаршу, на светский раут — чтобы посмеяться. Он даже не подозревает, что я вижу его насквозь и умею играть по своим правилам. Я согласилась на эту авантюру не для того, чтобы стать жертвой. Посмотрим, кто над кем посмеётся, когда игра перевернётся. И кто на самом деле кого выбрал.
Подборка эмоциональных коротких любовных романов
Выберите полку для книги