Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Вылазь, Снегурочка, — усмехается нагло, — я тебя вижу!
Этот прохладный, красивый голос… Он кажется мне знакомым.
Смущаясь, выглядываю из-за кустиков и моментально тону в бездне ледяных, арктических глаз.
Не может быть, это он! Тот самый высокомерный богач, с которым я провела ночь...
— Решила спрятаться от меня под ёлкой? Какая же ты забавная!
Секунда. Я оказываюсь в жарком плену безупречного, мужского тела.
— Забирайте девчонку!
Он не спрашивает, не предлагает, а приказывает.
Мужчины из личной охраны миллиардера окружают меня, а рядом эффектно останавливается роскошный белоснежный лимузин.
— Пустите! Это же похищение!
— Тшш! Скоро полночь, а я до сих пор не определился с подарком. Деньги, недвижимость, женщины — я миллиардер, у меня есть все! Кроме одного… Хочу наследника!
Этот прохладный, красивый голос… Он кажется мне знакомым.
Смущаясь, выглядываю из-за кустиков и моментально тону в бездне ледяных, арктических глаз.
Не может быть, это он! Тот самый высокомерный богач, с которым я провела ночь...
— Решила спрятаться от меня под ёлкой? Какая же ты забавная!
Секунда. Я оказываюсь в жарком плену безупречного, мужского тела.
— Забирайте девчонку!
Он не спрашивает, не предлагает, а приказывает.
Мужчины из личной охраны миллиардера окружают меня, а рядом эффектно останавливается роскошный белоснежный лимузин.
— Пустите! Это же похищение!
— Тшш! Скоро полночь, а я до сих пор не определился с подарком. Деньги, недвижимость, женщины — я миллиардер, у меня есть все! Кроме одного… Хочу наследника!
- Ну и халат ты купила! Он же ничего не скрывает! - пережевывая пробормотал муж.
- Я его для тебя купила, Артур.
Я снова стыдливо обхватила себя руками.
- Для меня? Оль, ты для меня всегда красивая. Зачем все эти рюши и кружева?
Артур приблизился и поцеловал меня в щеку. Понял, что вспылил. Но от этого легче не становилось.
- Артур, между нами давно не было близости. - я чувствовала, что щеки становятся пунцовыми.
Стою разряженная перед собственным мужем. Да ещё и прошу его обратить свое внимание на меня.
Я думала, что такие моменты возможны в пенсионном возрасте и старше. Но мне всего 31 год. Или уже 31?
- Да недавно вроде было. - муж явно что-то подсчитывал в уме.
- Давно. - я стояла на своем. - Целых три месяца!
- Я его для тебя купила, Артур.
Я снова стыдливо обхватила себя руками.
- Для меня? Оль, ты для меня всегда красивая. Зачем все эти рюши и кружева?
Артур приблизился и поцеловал меня в щеку. Понял, что вспылил. Но от этого легче не становилось.
- Артур, между нами давно не было близости. - я чувствовала, что щеки становятся пунцовыми.
Стою разряженная перед собственным мужем. Да ещё и прошу его обратить свое внимание на меня.
Я думала, что такие моменты возможны в пенсионном возрасте и старше. Но мне всего 31 год. Или уже 31?
- Да недавно вроде было. - муж явно что-то подсчитывал в уме.
- Давно. - я стояла на своем. - Целых три месяца!
– Ты же понимаешь, какую плату за свою помощь я попрошу? – Давид вопросительно смотрит на меня, а мое сердце заходится бешеным ритмом.
– Какую? – едва размыкаю губы, чтобы спросить.
Мужчина поднимается с широкого кожаного диванчика и подходит ближе.
Застываю, точно каменная статуя, пока он проводит горячими пальцами по моей щеке.
– Тебя.
Одно единственное слово, пронзает насквозь.
– И если ты согласишься… – теперь Давид совсем близко, и я перестаю дышать. – Мне будет позволено все.
Я пришла просить помощи у человека, к которому никогда бы не хотелось обращаться. Потому что только он способен остановить моего мужа и спасти мне жизнь.
– Какую? – едва размыкаю губы, чтобы спросить.
Мужчина поднимается с широкого кожаного диванчика и подходит ближе.
Застываю, точно каменная статуя, пока он проводит горячими пальцами по моей щеке.
– Тебя.
Одно единственное слово, пронзает насквозь.
– И если ты согласишься… – теперь Давид совсем близко, и я перестаю дышать. – Мне будет позволено все.
Я пришла просить помощи у человека, к которому никогда бы не хотелось обращаться. Потому что только он способен остановить моего мужа и спасти мне жизнь.
– Я поднимаю этот бокал за тебя, любимая! За самую верную и надежную женщину, за соратницу, за мою жену, в конце концов! С годовщиной, родная! – произносит Кирилл и обнимает меня. – Я хочу подарить нам с тобой самое настоящее свадебное путешествие, которого у нас не было!
– Ну раз пришло время дарить подарки, то и я свой подарю, – доносится до меня уверенный звонкий женский голос.
Я буквально ощущаю, как под моими пальцами каменеют мышцы Кирилла. Поворачиваюсь и с улыбкой смотрю на двоюродную сестру, которая сжимает в руках небольшой букетик, протягивает его мне.
– Открой конверт, загляни внутрь, – вновь с улыбкой проговаривает Кара.
Я словно под гипнозом открываю конверт, цепляю пальцами черно-белый снимок, достаю и присматриваюсь. Догадка озаряет, и я улыбаюсь, глядя на Кару:
– Ты беременна?! Поздравляю!
Радуюсь за сестру, как вдруг получаю удар в самое сердце, когда она раздвигает ярко-алые губы в улыбке и отвечает твердо:
– Да. Беременна. От твоего мужа.
– Ну раз пришло время дарить подарки, то и я свой подарю, – доносится до меня уверенный звонкий женский голос.
Я буквально ощущаю, как под моими пальцами каменеют мышцы Кирилла. Поворачиваюсь и с улыбкой смотрю на двоюродную сестру, которая сжимает в руках небольшой букетик, протягивает его мне.
– Открой конверт, загляни внутрь, – вновь с улыбкой проговаривает Кара.
Я словно под гипнозом открываю конверт, цепляю пальцами черно-белый снимок, достаю и присматриваюсь. Догадка озаряет, и я улыбаюсь, глядя на Кару:
– Ты беременна?! Поздравляю!
Радуюсь за сестру, как вдруг получаю удар в самое сердце, когда она раздвигает ярко-алые губы в улыбке и отвечает твердо:
– Да. Беременна. От твоего мужа.
– Поля, а ты это… знаешь, где сейчас твой муж?! – раздается в трубке напряженный голос подруги.
– Да. Знаю, Кира, к чему спрашиваешь?! – пытаюсь спросить в шутливом тоне.
– И где он?!
– Кира, Максим в Петербурге. У него командировка. У тебя к нему какой-то вопрос? Можешь у меня спросить, я обязательно ему передам.
– Это странно…Ну… раз говоришь, что в командировке, значит, в командировке, может… я ошиблась…
– Что значит «ошиблась»?! Кира, поясни, пожалуйста.
Теряю терпение, и Кира выпаливает в ответ.
– Твой муж снял президентский люкс в отеле, где я работаю.
– Что?! – переспрашиваю в шоке. – это, наверное, какая-то ошибка…
– Возможно... но… ты должна знать...
– Что знать?!
Кира немного молчит, а потом обескураживает меня фразой:
– Твой муж заехал в номер с якобы женой… но… тебя тут нет… значит… с ним в номере другая женщина… я сожалею…
Десять лет брака. Шестилетний сын. И в день, когда тест показывает две полоски, я узнаю что мой муж – лжец и предатель!
– Да. Знаю, Кира, к чему спрашиваешь?! – пытаюсь спросить в шутливом тоне.
– И где он?!
– Кира, Максим в Петербурге. У него командировка. У тебя к нему какой-то вопрос? Можешь у меня спросить, я обязательно ему передам.
– Это странно…Ну… раз говоришь, что в командировке, значит, в командировке, может… я ошиблась…
– Что значит «ошиблась»?! Кира, поясни, пожалуйста.
Теряю терпение, и Кира выпаливает в ответ.
– Твой муж снял президентский люкс в отеле, где я работаю.
– Что?! – переспрашиваю в шоке. – это, наверное, какая-то ошибка…
– Возможно... но… ты должна знать...
– Что знать?!
Кира немного молчит, а потом обескураживает меня фразой:
– Твой муж заехал в номер с якобы женой… но… тебя тут нет… значит… с ним в номере другая женщина… я сожалею…
Десять лет брака. Шестилетний сын. И в день, когда тест показывает две полоски, я узнаю что мой муж – лжец и предатель!
— Ты мне изменил, Ферит, — Я смотрела на него немигающе. Это ведь не мой любимый, он так сделать не мог! — За что ты так со мной поступил? — спотыкалась на каждом слове. Воздуха катастрофически не хватало. В груди разрасталась черная дыра вместо сердца.
— Не выноси мне мозг своими претензиями, — навис надо мной грозно. Приподнял пальцами за подбородок. — Я мужчина, а не каблук, чтобы перед тобой тут оправдываться, — выдохнул в губы жестокие слова. — Случилось и случилось, — будничным тоном словно погоду за окном сообщал, поправляя запонки на манжетах, — Она не первая и не последняя в моей постели. А ты мне жена, ты всегда будешь единственной! Просто забудь и двигайся дальше.
Я любила и верила мужу всей душой. Но в пятый день рождения нашего маленького сына застала его с любовницей в нашей постели.
Он не видит в измене ничего страшного и не дает развода. Требует, чтобы я смирилась с тем, что случилось.
— Не выноси мне мозг своими претензиями, — навис надо мной грозно. Приподнял пальцами за подбородок. — Я мужчина, а не каблук, чтобы перед тобой тут оправдываться, — выдохнул в губы жестокие слова. — Случилось и случилось, — будничным тоном словно погоду за окном сообщал, поправляя запонки на манжетах, — Она не первая и не последняя в моей постели. А ты мне жена, ты всегда будешь единственной! Просто забудь и двигайся дальше.
Я любила и верила мужу всей душой. Но в пятый день рождения нашего маленького сына застала его с любовницей в нашей постели.
Он не видит в измене ничего страшного и не дает развода. Требует, чтобы я смирилась с тем, что случилось.
— Кажется, муж тебе изменяет, — делится сестра и добавляет. — А ты же знаешь, когда что-то кажется, то это не кажется.
— С чего такие выводы?
— Видела его в отеле с одной мымрой. Она прячет лицо, но я знаю, в какие дни они встречаются.
— Откуда такая информация?
— Я подрабатываю в отеле. Только не говори маме, она уверена, что я работаю в офисе, пусть так и будет.
***
Я решила проверить слова сестры и обнаружила, что она права.
Муж гуляет бессовестно!
Да еще с кем… С женой своего босса.
Остается только одно: ворваться в кабинет этого угрюмого мужика и сказать ему:
— Как вам рога? Потолок не задевают? А отомстить? Не желаете?!
— С чего такие выводы?
— Видела его в отеле с одной мымрой. Она прячет лицо, но я знаю, в какие дни они встречаются.
— Откуда такая информация?
— Я подрабатываю в отеле. Только не говори маме, она уверена, что я работаю в офисе, пусть так и будет.
***
Я решила проверить слова сестры и обнаружила, что она права.
Муж гуляет бессовестно!
Да еще с кем… С женой своего босса.
Остается только одно: ворваться в кабинет этого угрюмого мужика и сказать ему:
— Как вам рога? Потолок не задевают? А отомстить? Не желаете?!
Пятнадцать лет брака рухнули, когда я увидела своего мужа в ресторане с другой. Я считала, что была для него идеальной женой, а оказалось – удобным фоном его успешной жизни. Мне хотелось бить посуду, кричать или хотя бы вылить вино ему в лицо, но я сдержалась, чтобы подготовиться и уничтожить его изящно. У него нет права на прощение.
— Мам… а мы всегда будем тут жить? С Мишей?
Я будто не слышу сначала.
Замираю.
— Нет, Машенька. Это временно, — отвечаю осторожно. — Мы скоро вернемся домой.
Она нахмурилась.
— Почему? Тут лучше. И Миша добрый… Он с нами… — ее голос дрожит. — Почему нельзя остаться?
Я вздыхаю. Медленно, глубоко.
Не готова.
Черт, я не готова.
— Солнце мое, — тяну руку, сжимаю ее ладошку. — Потому что… это не наш дом. И… Миша нам просто помогает.
— Но мы же теперь друзья! — вскидывается она. — Он мне плетет косички… он нас защищает…
— Маша, нельзя… — я шепчу. — Нельзя так привыкать. Потом будет больно. Мы… мы с ним не останемся вместе.
— Почему? — ее глаза уже в слезах. — Почему ты все время все ломаешь, мам?!
Она резко отодвигает стул, а я остаюсь с дыханием, застрявшим в груди.
Никак не скажешь ребенку: “Потому что он — не для нас”.
Я будто не слышу сначала.
Замираю.
— Нет, Машенька. Это временно, — отвечаю осторожно. — Мы скоро вернемся домой.
Она нахмурилась.
— Почему? Тут лучше. И Миша добрый… Он с нами… — ее голос дрожит. — Почему нельзя остаться?
Я вздыхаю. Медленно, глубоко.
Не готова.
Черт, я не готова.
— Солнце мое, — тяну руку, сжимаю ее ладошку. — Потому что… это не наш дом. И… Миша нам просто помогает.
— Но мы же теперь друзья! — вскидывается она. — Он мне плетет косички… он нас защищает…
— Маша, нельзя… — я шепчу. — Нельзя так привыкать. Потом будет больно. Мы… мы с ним не останемся вместе.
— Почему? — ее глаза уже в слезах. — Почему ты все время все ломаешь, мам?!
Она резко отодвигает стул, а я остаюсь с дыханием, застрявшим в груди.
Никак не скажешь ребенку: “Потому что он — не для нас”.
Из командировки мой муж привез...
Розовые женские трусики и записку.
«Тебе на память, любимый. Уже скучаю»
Оставить это так просто?
Ни за что!
Как любящая жена и хорошая хозяюшка, я решила порадовать мужа в ответ.
Разводом и кексами с сюрпризом…
Сегодня в меню — месть предателю!
Розовые женские трусики и записку.
«Тебе на память, любимый. Уже скучаю»
Оставить это так просто?
Ни за что!
Как любящая жена и хорошая хозяюшка, я решила порадовать мужа в ответ.
Разводом и кексами с сюрпризом…
Сегодня в меню — месть предателю!
Подборка эмоциональных коротких любовных романов
Выберите полку для книги