Книги по тегу «властный герой нежная героиня»: ""
С подносом в руках я вернулся в спальню. Толкнул дверь ногой и… замер.
Комната была пуста. Кровать аккуратно застелена, будто никто на ней и не спал. Ни следа Василисы. Только на подушке лежала сложенная записка. Я поставил поднос на тумбочку и развернул листок.
Аккуратный, красивый почерк:
«Спасибо. Это была разовая акция!!!»
Внутри что‑то взорвалось. Кровь ударила в виски, руки затряслись от ярости.
— Что за…?! — выдохнул я сквозь зубы.
Поднос полетел в стену. Чашка разлетелась на осколки, яичница шлепнулась на паркет, кофе растёкся тёмной лужей.
Ярость захлестнула с головой. Дикое, первобытное желание крушить и швырять. В груди клокотало: не одна девушка от меня не сбегала — всегда делал это я. И не одну девушку я не приводил к себе в квартиру. Никогда.
Эта квартира — моё личное пространство, мой бастион. Сюда не ступала нога ни одной женщины. А она… она просто взяла и ушла. Как будто я — никто. Как будто ночь, которую мы провели, — пустое место.
Сжал кулаки...
Комната была пуста. Кровать аккуратно застелена, будто никто на ней и не спал. Ни следа Василисы. Только на подушке лежала сложенная записка. Я поставил поднос на тумбочку и развернул листок.
Аккуратный, красивый почерк:
«Спасибо. Это была разовая акция!!!»
Внутри что‑то взорвалось. Кровь ударила в виски, руки затряслись от ярости.
— Что за…?! — выдохнул я сквозь зубы.
Поднос полетел в стену. Чашка разлетелась на осколки, яичница шлепнулась на паркет, кофе растёкся тёмной лужей.
Ярость захлестнула с головой. Дикое, первобытное желание крушить и швырять. В груди клокотало: не одна девушка от меня не сбегала — всегда делал это я. И не одну девушку я не приводил к себе в квартиру. Никогда.
Эта квартира — моё личное пространство, мой бастион. Сюда не ступала нога ни одной женщины. А она… она просто взяла и ушла. Как будто я — никто. Как будто ночь, которую мы провели, — пустое место.
Сжал кулаки...
Прекрасная богиня, проснувшаяся без памяти и сердца, становится игрушкой в руках умелого игрока. Она словно слепая, пробирается в этом мире, не имея воспоминаний и чувств. Страсть, любовь, разлука, разные божественные и скрытые миры, люди, боги. Вернется ли она к обретению себя прежней, или перерождение было благословением.
🔥 Потрясающий, динамичный сюжет
🔥 Волшебная атмосфера Азии
🔥 Пекло постельных сцен
🔥 Наше любимое стекло
🔥 Потрясающий, динамичный сюжет
🔥 Волшебная атмосфера Азии
🔥 Пекло постельных сцен
🔥 Наше любимое стекло
— Дамы и господа! — раздаётся голос ведущего. — Сегодня в нашем клубе не очень простой гость, и специально для него мы подготовили кое‑что особенное!
На сцену выходят три здоровенных качка — мускулистые, в облегающих трусах, с ослепительными улыбками. Зал взрывается хохотом и аплодисментами. Парни подмигивают мне, откровенно пялятся, один даже посылает воздушный поцелуй.
— Ратмир Аскеров! — торжественно объявляет ведущий. — Надеюсь, вам понравится наш подарок!
Я застываю на месте. В голове — пустота. Что это? Кто это устроил? Вокруг все смеются, тычут в меня пальцами, кто‑то снимает на телефон. Я чувствую, как краснею от стыда и ярости одновременно. Меня выставили на посмешище перед всем баром, да ещё и в таком ключе…
На сцену выходят три здоровенных качка — мускулистые, в облегающих трусах, с ослепительными улыбками. Зал взрывается хохотом и аплодисментами. Парни подмигивают мне, откровенно пялятся, один даже посылает воздушный поцелуй.
— Ратмир Аскеров! — торжественно объявляет ведущий. — Надеюсь, вам понравится наш подарок!
Я застываю на месте. В голове — пустота. Что это? Кто это устроил? Вокруг все смеются, тычут в меня пальцами, кто‑то снимает на телефон. Я чувствую, как краснею от стыда и ярости одновременно. Меня выставили на посмешище перед всем баром, да ещё и в таком ключе…
Снежана возвращается в родной поселок после университета, чтобы начать новую жизнь. Но судьба готовит ей встречу, которой она не ждала. Встречу с тем, кого видела однажды в детстве на горе Кумба. С тем, кто ждал её десять лет.
Дамир привык к одиночеству. Он смирился с тем, что его истинная пара — маленькая девочка с рыжими волосами, которую он вынужден отпустить. Но годы идут, и однажды ветер снова приносит ему запах жасмина и лесной земляники. Она вернулась. И теперь он не отпустит её.
Это история о любви, которая сильнее времени. О выборе, который меняет всё. О двух мирах, которые, столкнувшись, рождают не войну, а новую жизнь. И о том, что настоящий дом — не там, где ты родился, а там, где тебя ждут.
Дамир привык к одиночеству. Он смирился с тем, что его истинная пара — маленькая девочка с рыжими волосами, которую он вынужден отпустить. Но годы идут, и однажды ветер снова приносит ему запах жасмина и лесной земляники. Она вернулась. И теперь он не отпустит её.
Это история о любви, которая сильнее времени. О выборе, который меняет всё. О двух мирах, которые, столкнувшись, рождают не войну, а новую жизнь. И о том, что настоящий дом — не там, где ты родился, а там, где тебя ждут.
Я подхожу к нашему зданию, ещё немного и лестница. И тут проезжает машина и обливает меня грязной жижей! Мои сапожки и пальто все в брызгах! Вот же козёл! Он припарковал свою дорогую тачку и вышел из машины. В дорогущем пальто нараспашку, в костюме и галстуке, высокий качок. Таких нужно на ринг выпускать, а не в костюмы наряжать. Терпеть не могу таких, если они ездят на таких крутых машинах, то им можно всё!
-А поаккуратнее нельзя? Тут люди ходят вообще-то! — возмущённо и громко крикнула я этому королю всея Руси.
-Там яма была, за лужей не видно. Я тебе химчистку оплачу, не ори.
-Себе оплати! Мог бы просто извиниться.
-Извинился бы, если бы ты не орала и шла по тротуару. Это дорога для машин. — и показал рукой. — А это дорожка для пешеходов. — тоже показал рукой. — Родители не научили, как ходить нужно? Или блондинкам это нужно объяснять более простыми словами, чтобы понятней было?
-Ты меня, тупицей, что ли, назвал? — хочу его побить, тоже мне, учитель года!
-А поаккуратнее нельзя? Тут люди ходят вообще-то! — возмущённо и громко крикнула я этому королю всея Руси.
-Там яма была, за лужей не видно. Я тебе химчистку оплачу, не ори.
-Себе оплати! Мог бы просто извиниться.
-Извинился бы, если бы ты не орала и шла по тротуару. Это дорога для машин. — и показал рукой. — А это дорожка для пешеходов. — тоже показал рукой. — Родители не научили, как ходить нужно? Или блондинкам это нужно объяснять более простыми словами, чтобы понятней было?
-Ты меня, тупицей, что ли, назвал? — хочу его побить, тоже мне, учитель года!
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ НЕЦЕНЗУРНУЮ БРАНЬ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ ОТКРОВЕННЫЕ ЭРОТИЧЕСКИЕ СЦЕНЫ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ ЖЕСТОКОСТИ И НАСИЛИЯ.
Я услышала, как входная дверь хлопнула, и кто-то вошел. Вопросительно глянула на подругу:
- Это отец, с работы пришел.
- Пап! Ко мне, наконец, подруга доехала, помнишь, я рассказывала, что еще вчера ее ждала?
- Да! – раздалось из коридора, и я вздрогнула. Этот голос…
Звук шагов быстро приближался, и в кухню вошел… майор Серов!
Только сейчас я заметила, что он в той же рубашке, что и вчера, а подмышкой кобура. Что, так и не пришел домой ночью? При мысли о ночи у меня вспыхнули щеки, и я опустила глаза.
Время звучания: 06:09:23
© Мэй Кристина
© ИДДК
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ ОТКРОВЕННЫЕ ЭРОТИЧЕСКИЕ СЦЕНЫ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ ЖЕСТОКОСТИ И НАСИЛИЯ.
Я услышала, как входная дверь хлопнула, и кто-то вошел. Вопросительно глянула на подругу:
- Это отец, с работы пришел.
- Пап! Ко мне, наконец, подруга доехала, помнишь, я рассказывала, что еще вчера ее ждала?
- Да! – раздалось из коридора, и я вздрогнула. Этот голос…
Звук шагов быстро приближался, и в кухню вошел… майор Серов!
Только сейчас я заметила, что он в той же рубашке, что и вчера, а подмышкой кобура. Что, так и не пришел домой ночью? При мысли о ночи у меня вспыхнули щеки, и я опустила глаза.
Время звучания: 06:09:23
© Мэй Кристина
© ИДДК
— Скажи это ещё раз.
— Я вам не принадлежу.
— Неправильно.
— Тогда поправь.
— Ты уже слишком далеко зашла, чтобы это отрицать.
Она привыкла выживать одна — обманывать, убегать, не подпускать никого ближе.
Но этот рейс закончился там, где начинаются чужие правила.
Два командора. Две силы. Два взгляда, в которых нет ни жалости, ни сомнений.
Они не спрашивают. Не уговаривают. Не отпускают.
Её тело — ключ. Её воля — препятствие, которое они намерены стереть.
И чем дольше она сопротивляется, тем яснее понимает:
это не плен… это медленное, опасное подчинение, от которого уже невозможно отказаться. 🚀
— Я вам не принадлежу.
— Неправильно.
— Тогда поправь.
— Ты уже слишком далеко зашла, чтобы это отрицать.
Она привыкла выживать одна — обманывать, убегать, не подпускать никого ближе.
Но этот рейс закончился там, где начинаются чужие правила.
Два командора. Две силы. Два взгляда, в которых нет ни жалости, ни сомнений.
Они не спрашивают. Не уговаривают. Не отпускают.
Её тело — ключ. Её воля — препятствие, которое они намерены стереть.
И чем дольше она сопротивляется, тем яснее понимает:
это не плен… это медленное, опасное подчинение, от которого уже невозможно отказаться. 🚀
Она резко разворачивается — не от меня, а в сторону тех женщин. Делает шаг, наклоняется к ним и, глядя прямо в глаза, громко, чётко, с мягкой улыбкой произносит:
— Зато он трахается так, как вам и не снилось.
В зале повисает тишина. Кто‑то давится шампанским, кто‑то прикрывает рот рукой. А Мия, всё так же улыбаясь, поворачивается ко мне, берёт за руку и говорит:
— Зато он трахается так, как вам и не снилось.
В зале повисает тишина. Кто‑то давится шампанским, кто‑то прикрывает рот рукой. А Мия, всё так же улыбаясь, поворачивается ко мне, берёт за руку и говорит:
Маша выпрямляется, смотрит на меня. В её взгляде — ни тени прежней нежности. Только холод, сталь, обида, которая копилась три года.
— Убирайся, — говорит тихо, но твёрдо. — Пошёл вон отсюда, пока на вилы не посадила.
— Маша, — делаю шаг к ней, — а чей ребёнок у тебя?
Она не отвечает. Только сжимает ручку вил крепче, делает шаг вперёд.
— Вон, — повторяет. — И больше никогда не приезжай.
— Убирайся, — говорит тихо, но твёрдо. — Пошёл вон отсюда, пока на вилы не посадила.
— Маша, — делаю шаг к ней, — а чей ребёнок у тебя?
Она не отвечает. Только сжимает ручку вил крепче, делает шаг вперёд.
— Вон, — повторяет. — И больше никогда не приезжай.
– Завтра к нам придет очень уважаемый человек, дочь. Будь умницей, ты должна произвести хорошее впечатление. Демьян Вячеславович хочет взять тебя в жёны и ты не должна меня опозорить.
– Папа, мы не в каменном веке живём. Я не пойду замуж за незнакомца!
– Пойдешь, куда ты денешься. Всё уже решено, Валя. Я в тебя столько вложил, пора отблагодарить за эти труды.
Когда у отца начались проблемы, он отдал меня в жёны депутату нашего города, чтобы спасти своё кресло мэра.
Демьян Герасимов – опасный человек с идеальной репутацией «лучшего друга» криминала. Наш брак – сделка, а моя жизнь – под его контролем. Демьян не просто хочет меня. Он живёт мной.
– Почему ты меня боишься, любимая?
– Потому что ты не нормальный.
Я должна его ненавидеть, сопротивляться и не замечать, как за жёсткой властью скрывается человек, готовый уничтожать всё вокруг, лишь бы я посмотрела на него. Но чем сильнее я отталкиваю, тем безумнее становится его любовь.
– Папа, мы не в каменном веке живём. Я не пойду замуж за незнакомца!
– Пойдешь, куда ты денешься. Всё уже решено, Валя. Я в тебя столько вложил, пора отблагодарить за эти труды.
Когда у отца начались проблемы, он отдал меня в жёны депутату нашего города, чтобы спасти своё кресло мэра.
Демьян Герасимов – опасный человек с идеальной репутацией «лучшего друга» криминала. Наш брак – сделка, а моя жизнь – под его контролем. Демьян не просто хочет меня. Он живёт мной.
– Почему ты меня боишься, любимая?
– Потому что ты не нормальный.
Я должна его ненавидеть, сопротивляться и не замечать, как за жёсткой властью скрывается человек, готовый уничтожать всё вокруг, лишь бы я посмотрела на него. Но чем сильнее я отталкиваю, тем безумнее становится его любовь.
Выберите полку для книги