Книги по тегу «властный герой сильная героиня»: ""
— …да ну, брось ты! — говорит Рамиль. — В твои-то годы, с твоими деньгами! Все уже давно на молоденьких кобылках катаются, а ты всё на старой кляче ездишь!
— Не надо так, — наконец произносит Ильдар. — Адель — мать моих детей.
— Да ладно, ладно, ну, я же по-дружески! Смотри, Ильдар. Ты в самом соку. Деньги есть, статус. Жена… ну, она, конечно, молодец, хозяйка отличная, это всё понятно. Но она же уже… Ты сам говорил, фантазии никакой, всё по расписанию. Как заводная кукла.
***
Когда-то давно, двадцать пять лет назад, Ильдар называл меня ласково «шайтаночкой» — колдуньей. За то что я околдовала его. Ну что же, пришло время шайтаночке отомстить за себя...
— Не надо так, — наконец произносит Ильдар. — Адель — мать моих детей.
— Да ладно, ладно, ну, я же по-дружески! Смотри, Ильдар. Ты в самом соку. Деньги есть, статус. Жена… ну, она, конечно, молодец, хозяйка отличная, это всё понятно. Но она же уже… Ты сам говорил, фантазии никакой, всё по расписанию. Как заводная кукла.
***
Когда-то давно, двадцать пять лет назад, Ильдар называл меня ласково «шайтаночкой» — колдуньей. За то что я околдовала его. Ну что же, пришло время шайтаночке отомстить за себя...
Он повидал многое в жизни и твердо уверен — все бабы меркантильные и продажные, все дело лишь в предлагаемой цене. Любви не существует, она — миф, просто инструмент в руках расчетливых особ, с помощью которого они крутят недалекими мужиками и даже злиться на женщин за ложь и притворство — глупо, ведь это сама их природа.
Ей некогда пока строить отношения и делать собственные далеко идущие выводы о мужчинах, зарабатывать нужно, ведь семье на что-то нужно жить. Но она верит в то, что однажды встретит того самого, единственного и вот тогда все и будет: любовь, доверие, душевная близость, яркая страсть. Будет, не может не быть.
У каждого была своя жизнь и убеждения… а потом они встретились.
Ей некогда пока строить отношения и делать собственные далеко идущие выводы о мужчинах, зарабатывать нужно, ведь семье на что-то нужно жить. Но она верит в то, что однажды встретит того самого, единственного и вот тогда все и будет: любовь, доверие, душевная близость, яркая страсть. Будет, не может не быть.
У каждого была своя жизнь и убеждения… а потом они встретились.
Город охватывала паника, люди бежали, пытаясь спрятаться от неизвестности. Черные щупальца проникали в здания, и людей вытаскивая из них души ярким светом, запутавшиеся во тьме. Люди падали, как сломанные куклы, оставаясь в неестественных позах уже навечно.
Хаос, творившийся вокруг, заполонил всё. Сначала я тоже бежала вместе со всеми, пытаясь не быть затоптанной неудержимой толпой. Понимая, что спасения нет, никто не выживет, я остановилась, подняв голову к небу и мысленно взывая к высшим силам. “Господи, неужели всё так и закончиться? Помоги!”
Хаос, творившийся вокруг, заполонил всё. Сначала я тоже бежала вместе со всеми, пытаясь не быть затоптанной неудержимой толпой. Понимая, что спасения нет, никто не выживет, я остановилась, подняв голову к небу и мысленно взывая к высшим силам. “Господи, неужели всё так и закончиться? Помоги!”
Кажется, за все мои триста десять лет мне никогда не было так стыдно, так отчаянно и так пьяняще любопытно.
Я, леди Периолла из рода Драконов, согласилась на встречу с мастером касаний.
Не дрожать, не дрожать, не дрожать...
*чувственно, камерно, но не эротика
*можети читаться самостоятельно
Я, леди Периолла из рода Драконов, согласилась на встречу с мастером касаний.
Не дрожать, не дрожать, не дрожать...
*чувственно, камерно, но не эротика
*можети читаться самостоятельно
— Где? Где эта чёртова стерва, которая выиграла тендер на поставку?! — дверь моего кабинета с грохотом распахивается и меня окатывает лихим ветерком.
Я отрываюсь от монитора. На пороге бывшенький муж Кирилл. Он замирает, словно налетает на невидимую бетонную стену. Карие глаза расширяются от изумления.
— Машка?.. Ты?..
Я медленно откидываюсь на спинку кожаного кресла, скрещиваю руки на груди. Десять лет. Целых десять лет я не видела его так близко.
— Удивительный сюрприз, не находишь? — внутри меня всё сжимается. — Врываешься в чужой кабинет с криками, а тут бывшая жена. Не ожидал?
Я отрываюсь от монитора. На пороге бывшенький муж Кирилл. Он замирает, словно налетает на невидимую бетонную стену. Карие глаза расширяются от изумления.
— Машка?.. Ты?..
Я медленно откидываюсь на спинку кожаного кресла, скрещиваю руки на груди. Десять лет. Целых десять лет я не видела его так близко.
— Удивительный сюрприз, не находишь? — внутри меня всё сжимается. — Врываешься в чужой кабинет с криками, а тут бывшая жена. Не ожидал?
Я попала в любовный роман на место подпевалы злодейки. Магии нет, зато долгов и лишних килограммов полно. Мой шанс на лучшую жизнь: соблазнить дракона, чтобы потом его мегера-мамаша от меня откупилась.
Вот только драконов соблазнилось двое, а свекровь почему-то не торопится просить меня исчезнуть из города и забыть о ее сыне. Напротив, теперь меня преследует вся драконья семейка! Как бы потактичнее объяснить им, что бедной попаданке нужны только деньги и диплом, но никак не любовь?
В книге вас ждет:
🔥приворотный борщ
🔥хэппи-энд для всех, включая главную героиню
🔥горячие драконы, а иногда и горящие драконы
🔥свекровище от слова “сокровище”
🔥драконьи труселя как вечный двигатель сюжета
Вот только драконов соблазнилось двое, а свекровь почему-то не торопится просить меня исчезнуть из города и забыть о ее сыне. Напротив, теперь меня преследует вся драконья семейка! Как бы потактичнее объяснить им, что бедной попаданке нужны только деньги и диплом, но никак не любовь?
В книге вас ждет:
🔥приворотный борщ
🔥хэппи-энд для всех, включая главную героиню
🔥горячие драконы, а иногда и горящие драконы
🔥свекровище от слова “сокровище”
🔥драконьи труселя как вечный двигатель сюжета
– Весь мир к твоим ногам положу. Соглашайся, я назову тебя своей… донной, – шикарный мужчина улыбается, протягивая кольцо с огромным бриллиантом.
Разум требует: «Отказать! Немедленно!», а сердце, разбитое предательством любимого и семьи, шепчет: «Соглашайся! Уезжай! Пусть им будет так же больно!».
Когда это обиженные женщины слушали разум?
– Да, – слово наследницы дано.
Пути назад нет.
Наплевав на просьбы родителей не спешить, я вышла замуж за влиятельного и состоятельного мужчину, на двадцать лет старше, в день свадьбы пообещав себе:
– Оставлю измены в прошлом. Я справлюсь. Стану счастливой! Непременно!
Но укатив с мужем в Европу, я не представляла, что он – глава преступного клана, а в его доме меня не ждёт ничего, кроме смертельно опасных сюрпризов.
Мало родиться Принцессой, нужно еще и нести по жизни свою корону с достоинством. Это трудно, особенно если на пути тебе попадаются сплошь… чудовища.
Есть ли шанс вырваться из западни, куда загнали гордость и разбитое сердце?
Разум требует: «Отказать! Немедленно!», а сердце, разбитое предательством любимого и семьи, шепчет: «Соглашайся! Уезжай! Пусть им будет так же больно!».
Когда это обиженные женщины слушали разум?
– Да, – слово наследницы дано.
Пути назад нет.
Наплевав на просьбы родителей не спешить, я вышла замуж за влиятельного и состоятельного мужчину, на двадцать лет старше, в день свадьбы пообещав себе:
– Оставлю измены в прошлом. Я справлюсь. Стану счастливой! Непременно!
Но укатив с мужем в Европу, я не представляла, что он – глава преступного клана, а в его доме меня не ждёт ничего, кроме смертельно опасных сюрпризов.
Мало родиться Принцессой, нужно еще и нести по жизни свою корону с достоинством. Это трудно, особенно если на пути тебе попадаются сплошь… чудовища.
Есть ли шанс вырваться из западни, куда загнали гордость и разбитое сердце?
Я — хирург. Я умею собирать чужие жизни из осколков, но не смогла сберечь свою. Десять лет брака, две неудавшихся беременности и пустая детская, ставшая моим личным мемориалом. Я думала, это дно, но снизу постучали.
— Ты не женщина, ты хирургический стол — такая же холодная и стерильная. Ты пустая, Кира. Бракованная, — бросил мне муж, стоя в нашей спальне рядом с юной любовницей. — А Алина ждет ребенка. Мне нужен сын, а ты мне его дать не можешь! Мне тепло нужно. Жизнь! А с тобой… с тобой, как в склепе.
Его слова стали моим приговором. Я сбежала в единственное место, где еще была кем-то — в операционную. Но что, если руки, которые держат скальпель, начнут дрожать? Что, если тот, кто разрушил мою жизнь, однажды окажется на моем операционном столе?
— Ты не женщина, ты хирургический стол — такая же холодная и стерильная. Ты пустая, Кира. Бракованная, — бросил мне муж, стоя в нашей спальне рядом с юной любовницей. — А Алина ждет ребенка. Мне нужен сын, а ты мне его дать не можешь! Мне тепло нужно. Жизнь! А с тобой… с тобой, как в склепе.
Его слова стали моим приговором. Я сбежала в единственное место, где еще была кем-то — в операционную. Но что, если руки, которые держат скальпель, начнут дрожать? Что, если тот, кто разрушил мою жизнь, однажды окажется на моем операционном столе?
— Марго. Что ты наделала?
Леонид трогает затылок и кривится. Отнимает руку, смотрит на пальцы, на которых блестит темное.
— Я не хотела... я... Леня, моя подруга твоя любовница!
— Может и так, но ты... — поворачивается к Илоне, и вот тут что-то в его лице меняется. Хватает запястье. Ищет пульс. — Пульса нет, — говорит тихо. — Марго. У нее нет пульса.
— Нет... нет, я же не... я не могла так сильно...
Леонид смотрит на статуэтку на тумбочке.
— Дорогая, — говорит он, и слово застревает у него поперек горла, — ты убила любовницу!
Моя жизнь пошла под откос, она разделилась на до и после из-за любовницы, статуэтки и... пепельницы. Не спрашивайте, я сама до сих пор в шоке.
Леонид трогает затылок и кривится. Отнимает руку, смотрит на пальцы, на которых блестит темное.
— Я не хотела... я... Леня, моя подруга твоя любовница!
— Может и так, но ты... — поворачивается к Илоне, и вот тут что-то в его лице меняется. Хватает запястье. Ищет пульс. — Пульса нет, — говорит тихо. — Марго. У нее нет пульса.
— Нет... нет, я же не... я не могла так сильно...
Леонид смотрит на статуэтку на тумбочке.
— Дорогая, — говорит он, и слово застревает у него поперек горла, — ты убила любовницу!
Моя жизнь пошла под откос, она разделилась на до и после из-за любовницы, статуэтки и... пепельницы. Не спрашивайте, я сама до сих пор в шоке.
— Плачу зарплату в обмен на твоё тело. Твой ответ?
— Мне нужны деньги, но я не буду спать с вами.
— А ты упрямая! — В его голосе звучало опасное удовольствие. — Знала бы ты, как это заводит!
Орлов подошёл вплотную, нависая надо мной. Я ощутила его запах — терпкий, мужской, до одури притягательный. Я вдохнула его, и лёгкие будто обожгло.
Он провёл пальцем по моей шее, и по коже побежали мурашки. На секунду я замерла, как кролик перед удавом.
— В какой момент, — выдохнула я, наконец обретая дар речи, — вы разглядели во мне эскортницу?!
Орлов усмехнулся, во взгляде мелькнуло что-то хищное.
— Ты же умная девочка, — произнёс он почти ласково. — Настоящая продажная женщина мне неинтересна. Интересно купить то, что не продаётся.
Я развернулась и пошла к двери, сжимая кулаки. Его насмешливые слова догнали меня уже у порога:
— Не понимаю, почему ты ломаешься. Ты должна мне, Решка. И свой долг ты отработаешь. Так или иначе.
— Мне нужны деньги, но я не буду спать с вами.
— А ты упрямая! — В его голосе звучало опасное удовольствие. — Знала бы ты, как это заводит!
Орлов подошёл вплотную, нависая надо мной. Я ощутила его запах — терпкий, мужской, до одури притягательный. Я вдохнула его, и лёгкие будто обожгло.
Он провёл пальцем по моей шее, и по коже побежали мурашки. На секунду я замерла, как кролик перед удавом.
— В какой момент, — выдохнула я, наконец обретая дар речи, — вы разглядели во мне эскортницу?!
Орлов усмехнулся, во взгляде мелькнуло что-то хищное.
— Ты же умная девочка, — произнёс он почти ласково. — Настоящая продажная женщина мне неинтересна. Интересно купить то, что не продаётся.
Я развернулась и пошла к двери, сжимая кулаки. Его насмешливые слова догнали меня уже у порога:
— Не понимаю, почему ты ломаешься. Ты должна мне, Решка. И свой долг ты отработаешь. Так или иначе.
Выберите полку для книги