Книги по тегу «врачи»: ""
– Ясенька! – Варя подбежала к нам.
– Мама! – воскликнула Яся и потянулась к матери.
– Иди ко мне, солнышко мое, – Варя протянула руки и перехватила малышку.
Девочка прильнула к матери, а у меня внутри все перевернулось. Как же они похожи. Не зря в дочери я сразу узнал ее мать. Просто копия.
– Я не солнышко, я Ясноглазка! – девочка четко выговорила свое новое прозвище. Умница какая.
– Ничего себе, раньше меня так называли, – Варя дала понять, что ничего не забыла.
– Здравствуй, Варя. Нам надо поговорить, пройдем в мой кабинет.
Неожиданная травма моей дочери привела ее не просто к доктору, а к родному отцу. Бывший не забыл меня, и только он сможет мне помочь.
– Мама! – воскликнула Яся и потянулась к матери.
– Иди ко мне, солнышко мое, – Варя протянула руки и перехватила малышку.
Девочка прильнула к матери, а у меня внутри все перевернулось. Как же они похожи. Не зря в дочери я сразу узнал ее мать. Просто копия.
– Я не солнышко, я Ясноглазка! – девочка четко выговорила свое новое прозвище. Умница какая.
– Ничего себе, раньше меня так называли, – Варя дала понять, что ничего не забыла.
– Здравствуй, Варя. Нам надо поговорить, пройдем в мой кабинет.
Неожиданная травма моей дочери привела ее не просто к доктору, а к родному отцу. Бывший не забыл меня, и только он сможет мне помочь.
Вся моя жизнь — лёд, и он треснул, когда услышала приговор: ты не сможешь ходить.
Я потеряла веру в себя.
Но один странный доктор в татуировках обещает снова поставить меня на ноги…
Стоит ли ему верить? Хотя... есть ли у меня выбор?
Я потеряла веру в себя.
Но один странный доктор в татуировках обещает снова поставить меня на ноги…
Стоит ли ему верить? Хотя... есть ли у меня выбор?
Моя новая пациентка — бывшая свекровь. И, кажется, это самая неудачная временная работа в моей жизни.
Теперь мне придется жить в одном доме не только с требовательной старухой и колючей падчерицей, но и с бывшим мужем…
— Ритуль, а ты не хочешь сиделкой поработать? Работа не пыльная, а платят очень хорошо! Поработаешь немного, пока нормальную работу не найдёшь... Я там работала, но вот как замуж вышла, мне Владик запретил.
Я вдруг вспомнила бывшего мужа, который тоже, в то время, когда мы поженились, открыл бизнес и хотел, чтобы я бросила работу. Хорошо, что я тогда не послушала его…
— Ириш, а за кем ухаживать-то хоть надо?
— Да за бабулькой одной, — затарахтела Иришка. — Бабуля — божий одуванчик. Живёт с сыном, он у неё какой-то олигарх крутой. Но ты не бойся, его дома почти никогда не бывает...
Теперь мне придется жить в одном доме не только с требовательной старухой и колючей падчерицей, но и с бывшим мужем…
— Ритуль, а ты не хочешь сиделкой поработать? Работа не пыльная, а платят очень хорошо! Поработаешь немного, пока нормальную работу не найдёшь... Я там работала, но вот как замуж вышла, мне Владик запретил.
Я вдруг вспомнила бывшего мужа, который тоже, в то время, когда мы поженились, открыл бизнес и хотел, чтобы я бросила работу. Хорошо, что я тогда не послушала его…
— Ириш, а за кем ухаживать-то хоть надо?
— Да за бабулькой одной, — затарахтела Иришка. — Бабуля — божий одуванчик. Живёт с сыном, он у неё какой-то олигарх крутой. Но ты не бойся, его дома почти никогда не бывает...
— Ты сядешь за кражу препаратов, Лена, а мы с мамой тихо заберем твои сорок восемь миллионов, — бывший муж брезгливо перешагнул через меня.
— Вы чудовища! Я всё расскажу следователю!
— Никто не поверит нищей медсестре, — усмехнулся он, и железная дверь камеры захлопнулась.
Но через час засов лязгнул снова, и на пороге вырос ОН — Марк Громов, гениальный и безжалостный хирург по прозвищу «Палач».
— Я выкупил твоё дело, Смирнова. Отныне ты принадлежишь мне.
— Я не продаюсь! — выдохнула я, когда его обжигающе горячие руки жёстко впечатали меня в бетонную стену.
— Я уже заплатил, — его властный шёпот обжёг мне губы.
— А теперь раздевайся. Я хочу осмотреть свою новую собственность...
— Вы чудовища! Я всё расскажу следователю!
— Никто не поверит нищей медсестре, — усмехнулся он, и железная дверь камеры захлопнулась.
Но через час засов лязгнул снова, и на пороге вырос ОН — Марк Громов, гениальный и безжалостный хирург по прозвищу «Палач».
— Я выкупил твоё дело, Смирнова. Отныне ты принадлежишь мне.
— Я не продаюсь! — выдохнула я, когда его обжигающе горячие руки жёстко впечатали меня в бетонную стену.
— Я уже заплатил, — его властный шёпот обжёг мне губы.
— А теперь раздевайся. Я хочу осмотреть свою новую собственность...
— Что, руки холодные? — спрашивает отчим, коснувшись меня.
— Нет, — краснею. — Просто не могу так… Вы же живете с моей мамой, а я на кресле.
— Я сейчас доктор. Гинеколог. Считай, что у меня нет пола. Я сделаю все аккуратно.
***
Пришла к гинекологу, а им оказался мой новый отчим. Кошмар, как стыдно!
— Нет, — краснею. — Просто не могу так… Вы же живете с моей мамой, а я на кресле.
— Я сейчас доктор. Гинеколог. Считай, что у меня нет пола. Я сделаю все аккуратно.
***
Пришла к гинекологу, а им оказался мой новый отчим. Кошмар, как стыдно!
ЗА восемь лет нашего брака я сделала три цикла ЭКО. Гормоны, уколы, надежды, разочарования. И вот сегодня, в один день, мне сказали две вещи: что я наконец-то жду ребёнка... и что мой муж уже почти стал отцом. Но нет, это не наша с ним заслуга. Вернее, я-то руку приложила, спасла жизнь его любовницы и еще не родившегося малыша после страшного ДТП. И вместо извинений, слов раскаяния от мужа получила "щедрое" предложение.
— Алина, давай по-взрослому. Я звезда эстетической хирургии, у меня контракты. Дай мне год. Будешь моей женой для камер, она — для жизни.
— А если откажусь?
— Тогда я заберу у тебя всё. И ребёнка твоего, пробирочного, если он вообще родится, сгною и не дам жизни.
Я смотрела на человека, рядом с которым прожила треть жизни, и не узнавала его. Или, может, впервые видела по-настоящему.
— Алина, давай по-взрослому. Я звезда эстетической хирургии, у меня контракты. Дай мне год. Будешь моей женой для камер, она — для жизни.
— А если откажусь?
— Тогда я заберу у тебя всё. И ребёнка твоего, пробирочного, если он вообще родится, сгною и не дам жизни.
Я смотрела на человека, рядом с которым прожила треть жизни, и не узнавала его. Или, может, впервые видела по-настоящему.
Я пыталась забыть этих двоих, но каждую ночь моё тело предавало меня.
Игорь ломает моё сопротивление там, где мы прячемся от чужих глаз — грубо, жадно, как ураган. Константин видит меня насквозь и обещает исцелить, но его спокойная ласка оказывается самой опасной ловушкой.
Я падаю всё глубже, и когда дверь открывается, а они входят все вместе, я понимаю: я уже не хочу, чтобы меня спасали.
Игорь ломает моё сопротивление там, где мы прячемся от чужих глаз — грубо, жадно, как ураган. Константин видит меня насквозь и обещает исцелить, но его спокойная ласка оказывается самой опасной ловушкой.
Я падаю всё глубже, и когда дверь открывается, а они входят все вместе, я понимаю: я уже не хочу, чтобы меня спасали.
Драка на выпускном? Да легко!
Распределение в глухую сибирскую деревню? Катастрофа века!
Маша и Карина умудряются подраться прямо на выпускном из-за распределения. В итоге обеих «ссылают» по квоте в одну и ту же глухую сибирскую деревню Медвежьи Углы.
Они мечтают сбежать при первой возможности, но судьба явно решила над ними посмеяться. Вместо спокойной отработки их ждут деревенские тайны, бесконечные приключения, колоритные местные жители, странные происшествия и мужчина, встреча с которым перевернёт всё с ног на голову.
Только вот вопрос: удастся ли заклятым соперницам перестать воевать друг с другом и разобраться в собственных чувствах? Или Медвежьи Углы навсегда останутся местом их самой громкой катастрофы?
Распределение в глухую сибирскую деревню? Катастрофа века!
Маша и Карина умудряются подраться прямо на выпускном из-за распределения. В итоге обеих «ссылают» по квоте в одну и ту же глухую сибирскую деревню Медвежьи Углы.
Они мечтают сбежать при первой возможности, но судьба явно решила над ними посмеяться. Вместо спокойной отработки их ждут деревенские тайны, бесконечные приключения, колоритные местные жители, странные происшествия и мужчина, встреча с которым перевернёт всё с ног на голову.
Только вот вопрос: удастся ли заклятым соперницам перестать воевать друг с другом и разобраться в собственных чувствах? Или Медвежьи Углы навсегда останутся местом их самой громкой катастрофы?
– Спасите моего жениха, - хватает меня за руку девушка, которую привезли после ДТП. - Я вас очень прошу. Мы должны пожениться. У нас скоро свадьба. Он не двигался, когда меня вытаскивали из машины. Скажите, пожалуйста, что с ним?
– Я обязательно узнаю, - обещаю девушке. - Но сначала вам необходимо сделать операцию. Вы потеряли много крови.
– Скажите просто, что он жив! - настаивает она. - Я вас очень прошу. Пожалуйста!
– Хорошо. Я узнаю, - в очередной раз обещаю.
– Ой, вот он! - кричит девушка. - Константин! Костя! Ты меня слышишь?
Я оборачиваюсь. На каталке завозят моего мужа Константина. Он без сознания. Пострадал в той же аварии, что и девушка.
– Спасите моего жениха! Пожалуйста! У нас скоро свадьба!
– Я обязательно узнаю, - обещаю девушке. - Но сначала вам необходимо сделать операцию. Вы потеряли много крови.
– Скажите просто, что он жив! - настаивает она. - Я вас очень прошу. Пожалуйста!
– Хорошо. Я узнаю, - в очередной раз обещаю.
– Ой, вот он! - кричит девушка. - Константин! Костя! Ты меня слышишь?
Я оборачиваюсь. На каталке завозят моего мужа Константина. Он без сознания. Пострадал в той же аварии, что и девушка.
– Спасите моего жениха! Пожалуйста! У нас скоро свадьба!
Лиза – обычная девушка с необычной болезнью. И даже страдая от страшного врождённого недуга, она умеет жить полной жизнью и заражать своим хорошим настроением всех вокруг. Но несчастный случай внезапно ставит под угрозу операцию, без которой у неё нет будущего. Благо, за её здоровье борется молодой врач Константин Багин, который пообещал ей, что поставит девушку на ноги, чего бы ему это ни стоило.
Трогательный мини-роман о любви к жизни, вере в лучшее и сильных людях, ради которых хочется совершать невозможное.
Трогательный мини-роман о любви к жизни, вере в лучшее и сильных людях, ради которых хочется совершать невозможное.
Выберите полку для книги