Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""

Я вынуждена скрываться. Особенно от них, опасных альфа-генералов, что снова появились в моей жизни. Ведь во время побега я забрала у них нечто бесценное.
__
Внутри:
> многомужество 18+ (горячо и нежно) > настоящие мужчины > невинная героиня > авторские расы
> обязательный ХЭ

Он приехал в Турцию за оружием, а нашел свою погибель.
Винченцо Манфреди — наследник итальянской мафии. Холодный, расчетливый, беспощадный. Его стихия — власть и контроль. Он никогда не ошибался. Пока не увидел Айлин.
Молодая турецкая художница с душой из света и красок. Один взгляд на нее — и Винченцо понимает: он должен ею обладать. Любовь? Для таких, как он, не существует этого слова. Только право сильного. Только желание — жестокое и безграничное.

Когда двери закрылись за ними, Даша невольно задумалась, почему пространство вдруг стало таким... тесным. Сергей стоял слишком близко, его дорогой парфюм смешивался с лёгким запахом шампанского от её собственного дыхания.
— Эх, жаль, тут нет кнопки «пропустить скучные моменты», — она потянулась к панели, нарочно грациозно изгибаясь.
Лифт дёрнулся — и свет погас.
— Вот чёрт!
Тёплые руки схватили её за талию прежде, чем она успела врезаться в стену.
— Спокойно, — его дыхание обожгло шею. — Вспомогательное освещение должно...
Свет мигнул и снова исчез. В темноте его тело казалось ещё больше, ещё опаснее.
— ...не работать, — закончил он с лёгкой иронией.
Даша рассмеялась, но смех застрял в горле, когда его пальцы слегка сжали её бока.
— Ты...
— Да?
Он наклонился ближе. Она почувствовала, как его губы коснулись её виска — случайно? Нет, слишком медленно...
— Мы... не должны...
Его рот нашёл её губы без слов.

«Все мужики козлы», — рыдала она вчера в баре своему злейшему врагу, а сегодня оказалась в его постели.
Тихо одеться и сбежать, пока он не проснулся это ее план. Но он проваливается в ту же секунду, когда за ее спиной раздается спокойный и властный голос:
— Стоять.

Десять лет брака с графом Скоберски стали для Ани медленной пыткой. Холодность мужа, его равнодушие к её болезни и жестокость, которую он называл «супружеским долгом», почти сломали её. Но когда на замок нападают, а граф сбегает, бросив умирающую жену, судьба даёт Ани последний шанс. Её похищает сам Оскал Джей, самый свирепый пират Семи морей. Кто он на самом деле? Почему его улыбка, похожая на оскал, кажется ей до боли знакомой? И зачем пирату больная графиня?

Что делать, когда ты простая деревенская пышка, у которой нет ни денег, ни интернета, ни мужика, чтобы помог? А есть-то хочется! Остается одно- как Емеля-дурак, идти на речку… Нет, не ради трех желаний по щучьему велению, а чтобы хоть котлеток из этой щуки налепить, а то третий день на одних соленых огурцах!
Но вместо рыбы выловили меня, чуть не ушедшую ко дну...
Причем не кто-нибудь, а двухметровый кавказец на огромной черной машине, с татуировками и глазами, которые растопили весь лед на реке.
Теперь он у меня дома.
Греется в бане. Потому что простыл, спасая меня…
Я уже было поверила, что щука реально услышала меня, послав мужика из фантазий…
Вот только не учла, что в нашем мире обычно исполняются желания не таких, как я — скромных и голодных, а таких, как он — наглых, красивых и очень богатых.
И желания у него… Совсем не про котлеты.
История о том, как и рыбку съесть, и…

Он привык брать всё, что захочет. Она — вдова его сына, скромная и беззащитная. Он захотел её. Но он не знал, что именно она перевернёт его мир. И что однажды самый опасный мужчина упадёт перед ней на колени.

- Ты придешь и будешь старательно, слышишь меня, очень старательно просить у меня прощение за эту выходку, будешь, с энтузиазмом поздравлять и только попробуй не прийти . - прохрипел он, вжимая меня…Делаю еще одну попытку вскочить, но теперь меня никто не держит, хватаю свои вещи и бегу без оглядки, от этого демона, демона, сумевшего разбить мое сердце на миллиард мелких осколков. От человека очернившего мою душу. Ведь он, Влад- моя такая далекая, но очень сладкая с терпким вкусом боли- первая любовь, любовь которая даже не знает, что именно я автор сообщения, разорвавшие ему сердце, в клочья.

– Ну ты и подонок, Эрик, – моя зависимость, моя одержимость, мой фетиш, смелеет, собирается свалить с моей, мать его, вечеринки!
– Стоять, мелочь мейд ин джапан!
Присвистываю и она оборачивается. Эти малиновые губы сорвут мне тормоза, чесслово.
– И что на этот раз? Что, Виртанен? Опять зажмешь меня, как тогда в библиотеке, поцелуешь и потребуешь потрогать своего дружка?
Отрицательно верчу башкой. Плохо же она меня знает. Я тот, к кому приходят, когда отчаяние достигает апогея. Тот, кто сможет избавить от "проблемы" и реального тюремного срока. Ведь мое сердце - лёд. А вместо крови течет криогенная жижа. Ни пощады, ни жалости, ни страха.
– Долбаный обиженный япошка только и ждёт, когда ты выйдешь отсюда и попадешь к нему в лапы. Оставайся здесь со мной, – дразню ее бровями, наваливаюсь на дверной косяк, – в моей постели тебе ничего не будет угрожать.

Кристина думала, что её ждёт обычный брак. Но старый особняк свёкра встретил её тишиной, которая говорит громче слов, и двумя мужчинами, не привыкшими уступать. Они ничего не обещают. Они не дают выбора. Но, может быть, выбор ей и не нужен?
***
Свёкор, Олег, стоял в проёме, заполняя его целиком. Широкие плечи, обтянутые тёмно-серым кашемиром. Густая проседь в тёмных волосах контрастировала с молодым, цепким разрезом глаз. Он не улыбнулся. Он оценил — медленно, от каблуков к макушке, задерживаясь на изгибе бедра, на линии ключиц, на губах.
Кристина вдруг остро ощутила, что скромный трикотаж цвета тёмной вишни не скрывает ровным счётом ничего. Дело было в его взгляде.
— Кристина, — произнёс он. Голос оказался низким, с лёгкой вибрацией. — Вадим говорил, что ты миниатюрна. Он был прав.
Когда она проходила мимо, его ладонь легла на поясницу, направляя в полумраке прихожей. Пальцы были горячими даже сквозь ткань. Прикосновение длилось на долю секунды дольше дозволенного.