Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""

Он поймал меня в аэропорту, когда я пыталась сбежать от навязанной свадьбы.
— Куда намылилась, Зарина? — раздается за моей спиной хриплый мужской голос.
— Не твое дело, Шамиль.
— Очень даже мое. Ты — невеста моего брата.
— Я никому не невеста! Меня не спрашивали!
Он хватает меня за руку, тащит к машине. Я дергаюсь, но его хватка железная.
— Отпусти! Я расскажу всем!
— Что расскажешь? — он наклоняется так близко, что я чувствую его дыхание. — Что пыталась сбежать с поддельным паспортом?
— Лучше сбежать, чем выходить замуж за твоего братика-мажора!
Его глаза темнеют.
— Закрой рот и готовься к свадьбе. А до этого времени я буду тебя охранять. Лично.
— Я тебя ненавижу.
— Взаимно, красавица.

— Машенька, — произнес он, и ее имя в его устах звучало как что-то запретное.
— Сергей Николаевич, — она кивнула, чувствуя, как тепло разливается по щекам.
Он отступил, пропуская ее внутрь.
— Лера в душ побежала, готовься к объятиям мокрым.
Квартира пахло корицей и чем-то дорогим — его одеколоном, поняла Маша. Она сняла пальто, чувствуя его взгляд на своей фигуре, обтянутой узким свитером.

— Знаешь, — начал он, — мы могли бы как-то компенсировать тебе неудобства.
— Например?
— Например, — он улыбнулся, — пригласить тебя сегодня вечером к нам. У нас небольшая вечеринка.
Алина подняла бровь.
— Это что, способ заставить меня терпеть ваш шум?
— Нет, — Сергей рассмеялся. — Просто мы поняли, что ты живешь одна, а сегодня 14 февраля.
— И что?
— И что это повод выпить.
Алина посмотрела на него, потом на дверь его квартиры, откуда доносился смех и музыка.
— Ладно, — неожиданно для себя сказала она. — Но только если вы действительно будете тише.

Заинтересовать миллиардера? Стать его одержимостью? Глупо думать, что это не приведёт к крупным неприятностям. Поэтому, даже работая официанткой для элиты, я старалась лишний раз не привлекать внимание.
Вот только у меня всё равно появился особенный постоянный посетитель... А потом я узнала, какие слухи о нём ходят.

Несправедливо уволенный бармен-чемпион Денис на спор открывает первый в России безалкогольный бар. У него полгода, чтобы превратить трезвость в тренд. Но роковая Маргарита предлагает сделку: одна ночь с ней — и бар станет хитом! На кону — репутация, семейное достояние и девушка, которую Денис любит.

Припёрлись на мою голову ненавистные сводные! Всё детство травили, а теперь встречай их с хлебом и солью. Ага, бегу и тапочки теряю! Может вам ещё и булочек испечь?

Если бы мне в моей прошлой, пенсионерской жизни сказали, что высшая точка наслаждения — это когда тебя облизывают как конфету в тряской карете, пока другой мужчина тебя тискает, я бы покрутила пальцем у виска. Теперь же это было единственное, о чем могло думать мое тело. Вернее, не думать. Трепетать. Вздрагивать. И молиться о продолжении.

Дожить до пенсии, смирившись с одиночеством, чтобы потом проснуться в теле 22-летней аристократки с неверным мужем — это, считай, подарок судьбы. Теперь у меня есть всё: корсет, кринолин, свекор с ледяным взглядом и друг отца с бархатным голосом, которые внезапно решили, что мой брак нуждается в… коллективном улучшении. Викторианские нравы, говорите? Ну-ну. Похоже, в этом веке уроки благодарности преподают особенно наглядно.

— Не то?! — Алина задохнулась от ярости. — Я что, слепая по-твоему?! В нашей постели! В День всех влюбленных! Сколько это уже продолжается?!
Олька, прикрываясь диванной подушкой, металась по комнате, собирая свои вещи.
— Я... я сейчас уйду... — пролепетала она.
— Да ты уже ушла! — закричала Алина, хватая с туалетного столика флакон духов и швыряя его в сторону девушки. — Вон! Сейчас же!
Когда дверь за рыжей захлопнулась, в квартире повисла гнетущая тишина. Дима стоял посреди комнаты, по его лицу текли капли пота.
— Дорогая, я могу объяснить...

Я приехала на практику, думая, что это будет просто тяжёлая работа и временное одиночество. Но с первого дня я чувствую что-то запретное и опасное в взглядах, интонациях, слишком близких шагах. Мужчины здесь не скрывают интереса к молоденькой студентке, а моё тело реагирует раньше, чем я успеваю поставить границы...

— Тебе не холодно? — Олег появился в дверях, наливая себе бокал.
— Немного…
Он снял свой тёмный кардиган и накинул ей на плечи.
— Ты дрожишь.
Его руки не убрались сразу, а медленно провели по её коже, оставляя огненный след.
— Ты такая хрупкая…
Алиса замерла. Это было неправильно. Но она не могла пошевелиться.