Книги по тегу «измена и предательство»: ""
Подхожу к офису Александра с термосом и контейнером с едой – решила принести ему обед, знаю, как он забывает поесть, когда занят.
Захожу в офис. Ирины Васильевны нет на месте, наверное, вышла.
Слышу голоса из кабинета – Саша и женский, незнакомый. Смеются о чём-то. Подхожу ближе, дверь приоткрыта.
И вижу.
Александр прижимает к себе темноволосую женщину в красном платье. Её руки обвивают его шею, его ладони на её талии. Они целуются…
Термос выскальзывает из рук, падает на пол с грохотом. Они вздрагивают, оборачиваются.
Я смотрю прямо в глаза Александру. Его лицо белеет.
– Таня...
Не могу дышать.
Стою и смотрю на человека, которому доверяла двадцать лет.
Захожу в офис. Ирины Васильевны нет на месте, наверное, вышла.
Слышу голоса из кабинета – Саша и женский, незнакомый. Смеются о чём-то. Подхожу ближе, дверь приоткрыта.
И вижу.
Александр прижимает к себе темноволосую женщину в красном платье. Её руки обвивают его шею, его ладони на её талии. Они целуются…
Термос выскальзывает из рук, падает на пол с грохотом. Они вздрагивают, оборачиваются.
Я смотрю прямо в глаза Александру. Его лицо белеет.
– Таня...
Не могу дышать.
Стою и смотрю на человека, которому доверяла двадцать лет.
– Я сплю с твоим мужем.
Слова подруги разрезают тишину пустого салона парикмахерской словно раскаленный нож масло. Сижу в кресле, голова покрыта фольгой наполовину. Юля стоит позади с кистью в руке, застывшая словно каменное изваяние.
Не понимаю. Слова не складываются в смысл.
– Что? – выдавливаю сквозь онемевшие губы.
– Я сплю с Кириллом, – повторяет тихо, но отчетливо. – Твоим мужем.
Желудок выворачивает наизнанку.
– Я влюбилась, – выдавливает сквозь рыдания. – Я не планировала, клянусь. Просто это случилось. Я люблю его так, как никогда никого не любила.
Послезавтра годовщина. Круглая дата. Десять лет совместного быта, завтраков, ужинов, отпусков, ссор, примирений. Я всего лишь хотела выглядеть особенно хорошо к празднику, но мой мир рухнул.
Слова подруги разрезают тишину пустого салона парикмахерской словно раскаленный нож масло. Сижу в кресле, голова покрыта фольгой наполовину. Юля стоит позади с кистью в руке, застывшая словно каменное изваяние.
Не понимаю. Слова не складываются в смысл.
– Что? – выдавливаю сквозь онемевшие губы.
– Я сплю с Кириллом, – повторяет тихо, но отчетливо. – Твоим мужем.
Желудок выворачивает наизнанку.
– Я влюбилась, – выдавливает сквозь рыдания. – Я не планировала, клянусь. Просто это случилось. Я люблю его так, как никогда никого не любила.
Послезавтра годовщина. Круглая дата. Десять лет совместного быта, завтраков, ужинов, отпусков, ссор, примирений. Я всего лишь хотела выглядеть особенно хорошо к празднику, но мой мир рухнул.
Я помню тот день. Каждую секунду. Как бежала домой, прижимая к груди тест с двумя полосками — наше счастье, наше чудо. Как открыла дверь и увидела ЕЁ в его объятиях. На нашей кухне. В нашей жизни.
Как он посмотрел на меня холодно, пьяным взглядом, будто я — незваная гостья.
«Собирай вещи».
Два слова. И я умерла.
Семь лет тишины. Семь лет, чтобы научиться дышать без него. Семь лет, чтобы поднять нашу дочь — ту, о которой он так и не узнал.
Я не искала мести. Не мечтала о встрече. Я просто жила. Работала. Растила глухую девочку с его глазами и моим упрямством.
А потом он вошёл в кабинет главврача.
В дорогом костюме. С чужим обручальным кольцом. С тем самым взглядом, который прожигает меня до сих пор.
Теперь он — мой заведующий. Успешный кардиохирург. Женат. Богат. Недосягаем.
Но он смотрит на меня так, будто всё ещё видит ту девушку, которую выкинул из своей жизни. Он не знает, что каждый вечер я укладываю спать его дочь. Не знает, что она спрашивает жестами: «Где мой папа?"
Как он посмотрел на меня холодно, пьяным взглядом, будто я — незваная гостья.
«Собирай вещи».
Два слова. И я умерла.
Семь лет тишины. Семь лет, чтобы научиться дышать без него. Семь лет, чтобы поднять нашу дочь — ту, о которой он так и не узнал.
Я не искала мести. Не мечтала о встрече. Я просто жила. Работала. Растила глухую девочку с его глазами и моим упрямством.
А потом он вошёл в кабинет главврача.
В дорогом костюме. С чужим обручальным кольцом. С тем самым взглядом, который прожигает меня до сих пор.
Теперь он — мой заведующий. Успешный кардиохирург. Женат. Богат. Недосягаем.
Но он смотрит на меня так, будто всё ещё видит ту девушку, которую выкинул из своей жизни. Он не знает, что каждый вечер я укладываю спать его дочь. Не знает, что она спрашивает жестами: «Где мой папа?"
– Я надеюсь, тебе всё понятно. Я с тобой развожусь.
– Борь, – слова царапают горло. – Ты в своём уме?
– Лена, – морщится. – Если ты не прекратишь истерику, мне придется принять меры. Подумай, что тогда будет с сыном. Неуравновешенная мать, безработная и бездомная – не лучший исход. Не доводи до крайности.
– Ты не посмеешь! Я пойду в суд!
– Будешь психовать, сын поедет в интернат. Дома ни мне, ни моей любимой он не нужен.
– Не старайся разжалобить Борясика, – смеётся мерзавка. – Ты, тётя Лена, отработанный материал.
А Борис кладёт ладонь на талию дочери своего лучшего друга и притягивает её к себе...
После шестнадцати лет брака муж изменил мне с дочерью своего лучшего друга. Который считает, что они отличная пара, а я – неудачница.
Моя жизнь разрушена, но я не позволю себя сломить. Потому что мне есть, ради кого бороться. Я заберу своё и накажу тех, кто разрушил мою жизнь!
– Борь, – слова царапают горло. – Ты в своём уме?
– Лена, – морщится. – Если ты не прекратишь истерику, мне придется принять меры. Подумай, что тогда будет с сыном. Неуравновешенная мать, безработная и бездомная – не лучший исход. Не доводи до крайности.
– Ты не посмеешь! Я пойду в суд!
– Будешь психовать, сын поедет в интернат. Дома ни мне, ни моей любимой он не нужен.
– Не старайся разжалобить Борясика, – смеётся мерзавка. – Ты, тётя Лена, отработанный материал.
А Борис кладёт ладонь на талию дочери своего лучшего друга и притягивает её к себе...
После шестнадцати лет брака муж изменил мне с дочерью своего лучшего друга. Который считает, что они отличная пара, а я – неудачница.
Моя жизнь разрушена, но я не позволю себя сломить. Потому что мне есть, ради кого бороться. Я заберу своё и накажу тех, кто разрушил мою жизнь!
Пятнадцать лет брака и всё летит в тартарары из-за дурацкой мечты о наследнике.
Мой муж, Арсений, осчастливил меня ночью страсти, а утром объявил, что уходит к молодой и, конечно же, «плодовитой» сотруднице.
Мой ответ ему – дорогая ваза ему в голову и пожелание, чтобы молодуха наставила такие ему рога, чтобы его тупая башка к земле клонилась!
Казалось, точка поставлена.
Но судьба, видимо, обожает чёрный юмор. Я беременна. И меня новый мужчина. И кто же… отец?
Мой муж, Арсений, осчастливил меня ночью страсти, а утром объявил, что уходит к молодой и, конечно же, «плодовитой» сотруднице.
Мой ответ ему – дорогая ваза ему в голову и пожелание, чтобы молодуха наставила такие ему рога, чтобы его тупая башка к земле клонилась!
Казалось, точка поставлена.
Но судьба, видимо, обожает чёрный юмор. Я беременна. И меня новый мужчина. И кто же… отец?
— Я подал на банкротство, — буднично сообщает муж, стягивая галстук. — Квартира, счета, бизнес — всё пойдёт с молотка. Но ты не переживай, твоя проблема решится сама собой.
— Какая ещё проблема? — не понимаю.
Он усмехается так, словно говорит о погоде:
— Развод, Оля. Я ухожу. С головой в новый проект и к женщине, которая меня вдохновляет.
— А двадцать два года с тобой? Двое наших детей?
— Не драматизируй. Ты справишься. Ты всегда «тянула». Потянешь и это.
Через месяц я узнаю, что он всё оформил заранее: вывел активы, переписал фирму на любовницу, оставил мне официальные долги и пустой счёт.
И пока я разгребаю вызовы из банка и тащу на себе семью, он появляется на пороге в идеально выглаженной рубашке:
— Помогу, если согласишься сыграть роль счастливой жены перед инвесторами. Ты же не хочешь, чтобы наши дети жили на улице? Я могу устроить.
Он обокрал меня и эмоционально, и по-настоящему.
Но недооценил одно: женщина, которой больше нечего терять, — самое опасное вложение.
— Какая ещё проблема? — не понимаю.
Он усмехается так, словно говорит о погоде:
— Развод, Оля. Я ухожу. С головой в новый проект и к женщине, которая меня вдохновляет.
— А двадцать два года с тобой? Двое наших детей?
— Не драматизируй. Ты справишься. Ты всегда «тянула». Потянешь и это.
Через месяц я узнаю, что он всё оформил заранее: вывел активы, переписал фирму на любовницу, оставил мне официальные долги и пустой счёт.
И пока я разгребаю вызовы из банка и тащу на себе семью, он появляется на пороге в идеально выглаженной рубашке:
— Помогу, если согласишься сыграть роль счастливой жены перед инвесторами. Ты же не хочешь, чтобы наши дети жили на улице? Я могу устроить.
Он обокрал меня и эмоционально, и по-настоящему.
Но недооценил одно: женщина, которой больше нечего терять, — самое опасное вложение.
— Не злись, Надя.
— За что?
— За то, что я беременна от твоего мужа.
Она сказала это спокойно. Моя подруга. Женщина, с которой я делила секреты, праздники, детские дни рождения. А потом добавила, будто между делом:
— Ты же понимаешь… ему нужен наследник. А у тебя дочь. И кстати… мы летим в Таиланд.
В тот вечер я стояла в коридоре, держась за стену, чтобы не упасть. А потом…
Потом включилась злость.
Мой муж хотел красивый Новый год с любовницей? Он хотел сбежать от ответственности, от семьи, от нашей дочери?
Я сделала его невыездным утром следующего дня. Это была только первая часть моей мести. Главное впереди…
— За что?
— За то, что я беременна от твоего мужа.
Она сказала это спокойно. Моя подруга. Женщина, с которой я делила секреты, праздники, детские дни рождения. А потом добавила, будто между делом:
— Ты же понимаешь… ему нужен наследник. А у тебя дочь. И кстати… мы летим в Таиланд.
В тот вечер я стояла в коридоре, держась за стену, чтобы не упасть. А потом…
Потом включилась злость.
Мой муж хотел красивый Новый год с любовницей? Он хотел сбежать от ответственности, от семьи, от нашей дочери?
Я сделала его невыездным утром следующего дня. Это была только первая часть моей мести. Главное впереди…
– Леонид, ты решил привести на нашу годовщину свою любовницу? Ну же, отвечай, милый? Кто это? Скажи, что я ошиблась, и она… секретарша, ассистентка. Кто у вас там еще…
– Ирочка, успокойся, не позорься. Подойди поближе, познакомься. Это Яна.
Я не двигаюсь с места. Ноги будто вросли в пол.
– Знакомиться? – повторяю я, и мой вопрос повисает в воздухе.
– Ну да. А что? Ты ведь не в претензии? Десять лет брака, а детей как не было, так и нет. Ты, милая, бесплодная пустышка. А Яна уже беременна и родит мне наследника!
Все рухнуло в один миг. В день нашей десятой годовщины я узнала, что муж променял меня на молодуху. Моя жизнь уместилась в парочку мусорных мешков в углу прихожей.
Но у судьбы странное чувство юмора – в тот же вечер я попадаю под колеса самоката настоящего Деда Мороза!
Наглый и до чертиков шикарный мужик, он не дает мне прохода, заставляя поверить, что у меня еще есть шанс начать заново… Измениться самой, поменять мир вокруг себя и… Отомстить предателям!
– Ирочка, успокойся, не позорься. Подойди поближе, познакомься. Это Яна.
Я не двигаюсь с места. Ноги будто вросли в пол.
– Знакомиться? – повторяю я, и мой вопрос повисает в воздухе.
– Ну да. А что? Ты ведь не в претензии? Десять лет брака, а детей как не было, так и нет. Ты, милая, бесплодная пустышка. А Яна уже беременна и родит мне наследника!
Все рухнуло в один миг. В день нашей десятой годовщины я узнала, что муж променял меня на молодуху. Моя жизнь уместилась в парочку мусорных мешков в углу прихожей.
Но у судьбы странное чувство юмора – в тот же вечер я попадаю под колеса самоката настоящего Деда Мороза!
Наглый и до чертиков шикарный мужик, он не дает мне прохода, заставляя поверить, что у меня еще есть шанс начать заново… Измениться самой, поменять мир вокруг себя и… Отомстить предателям!
— Не трогай ее. Дай хоть одеться, — орёт муж, застёгивая рубашку на ходу. — Ты с ума сошла?!
— Нет, — спокойно отвечаю я, отталкивая любовницу, которая ищет свои ботинки под моей кроватью. — Это вы оба сошли. Прямо на моей постели.
— Лена, не делай глупостей! Мы семья!
— Уже нет. Развод. И можешь считать, что это мой новогодний подарок тебе.
Мне сорок. Я вернулась домой в костюме Снегурочки — хотела порадовать мужа, сделать сюрприз. И застала сюрприз сама.
Теперь я ставлю точку. И докажу всем — особенно себе — что женщина за сорок имеет право не на компромиссы, а на новую жизнь, огонь и полное право быть счастливой.
— Нет, — спокойно отвечаю я, отталкивая любовницу, которая ищет свои ботинки под моей кроватью. — Это вы оба сошли. Прямо на моей постели.
— Лена, не делай глупостей! Мы семья!
— Уже нет. Развод. И можешь считать, что это мой новогодний подарок тебе.
Мне сорок. Я вернулась домой в костюме Снегурочки — хотела порадовать мужа, сделать сюрприз. И застала сюрприз сама.
Теперь я ставлю точку. И докажу всем — особенно себе — что женщина за сорок имеет право не на компромиссы, а на новую жизнь, огонь и полное право быть счастливой.
- Заходи, Ульяна. Нам поговорить надо. Серьезно, - говорит муж, когда из нашей спальни выходит его любовница.
- Дима, что это все значит?
- Я ухожу, Ульяна.
- Но… почему? За что ты так со мной? Неужели она стоит того, что было между нами? – слезы душат, я задыхаюсь, а он качает головой, не желая отвечать.
- Не волнуйся, с разводом проблем не будет. Я все решу буквально за неделю, и ты будешь свободна. Могу даже познакомить тебя с кем-нибудь. Ты красивая, хорошая баба. Еще успеешь побыть счастливой.
Вот так просто. Не волнуйся, что 22 года обесценены одной фразой, что все пошло ко дну. Муж уничтожил нас, а его любовница решила потоптаться на наших костях.
И все бы ничего, если бы через три месяца после развода, все не изменилось, когда я узнала, что беременна, и узнала об этом не только я…
- Дима, что это все значит?
- Я ухожу, Ульяна.
- Но… почему? За что ты так со мной? Неужели она стоит того, что было между нами? – слезы душат, я задыхаюсь, а он качает головой, не желая отвечать.
- Не волнуйся, с разводом проблем не будет. Я все решу буквально за неделю, и ты будешь свободна. Могу даже познакомить тебя с кем-нибудь. Ты красивая, хорошая баба. Еще успеешь побыть счастливой.
Вот так просто. Не волнуйся, что 22 года обесценены одной фразой, что все пошло ко дну. Муж уничтожил нас, а его любовница решила потоптаться на наших костях.
И все бы ничего, если бы через три месяца после развода, все не изменилось, когда я узнала, что беременна, и узнала об этом не только я…
Выберите полку для книги