Книги по тегу «измена и предательство»: ""

— Олег? Я привезла тебе обед. Ты забыл.
Мой муж резко обернулся. На его лице за секунду сменилось несколько выражений — удивление, досада и то, что я меньше всего ожидала увидеть. Страх.
— Марина? — он шагнул ко мне, заслоняя собой женщину, которая поправляла блузку. — Я же говорил — никаких визитов без предупреждения!
— Я просто обед привезла, — повторила я.
Женщина спокойно сползла со стола, поставила бокал на подоконник и стала поправлять юбку. На ее лице не было ни капли смущения.
— Олеж, я пойду, пожалуй, — сказала она лениво. — Позвони, как освободишься.
И вышла из кабинета, цокая каблуками. Проходя мимо, даже не взглянула на меня. Я для нее не существовала.

«От тебя пахнет борщом, а не духами. Ты просто прислуга в моём доме».
Муж сказал это после двадцати лет брака, когда я узнала об измене. В сорок лет я осталась у разбитого корыта: ни денег, ни жилья, только горькое клеймо «разведенка». Но у меня есть сын, который не дал мне сломаться, и я решила бороться.

Галя и Гриша была в браке двенадцать лет.
Но... измена. Развод. месть.
И Гоша. Который тринадцать лет мечтал сказать последнее слово...

— Ты мне нужна, понимаешь!
Он подходит ближе. Ещё ближе. Смотрит прямо в глаза. Чувствую, как бешено стучит сердце.
Обнимает за талию и притягивает к себе. Одно движение, один миг… Глаза в глаза. Очнись, Вика, тебе сорок пять. Просто очнись, сказок нет и не бывает, и это не сказка, а суровая реальность.
— Я прошу тебя, Гордей!
— Я тебя не отпущу, ты моя!
— Мы ещё не развелись с Викторией, и она всё ещё моя законная жена!
Голос Малафеева заставляет вздрогнуть. Прошу, только не он, только не он…

Строгий голос нотариуса вывел меня из мыслей. Завещание свекрови было тайной для нас целых полгода.
— Все свое движимое и недвижимое имущество завещаю Бариновой Марии Дмитриевне.
Мой голос срывается от шока и удивления.
— Простите, мы не знаем никого с таким именем. Кто эта Мария Дмитриевна?
— Мария Дмитриевна Баринова,- говорит нотариус. - Семнадцать лет, является внучкой покойной Валентины Ивановны. Мать — Ирина Соболева, отец — Дмитрий Баринов – Ваш муж. Родство подтверждено ДНК-тестом, все документы в порядке. Завещание составлено год назад, заверено нотариально, оспариванию не подлежит.

Я слышу слова «дочь», «ДНК», «отец», и они складываются в одну страшную картину.
У моего мужа есть дочь. Семнадцать лет. И я ничего не знала. Семнадцать лет я жила с мужчиной, который хранил эту тайну от меня.
Развод будет незамедлительным.
В отместку я тоже сохраню одну тайну, которую уже храню у себя под сердцем...

Это должен был быть лучший день. День нашей свадьбы, но меня с сильным отравлением увозят в больницу.
Я думала, он меня любит и остановит церемонию. Но нет — он просто заменил невесту, оправдывая всё тем, что на свадьбе были слишком важные люди и она должна была состояться.
Я оставила ему кольцо и уехала в село к дедушке, унеся с собой маленькую тайну под сердцем.
Через шесть лет судьба снова нас сводит. Мячиком в его лобовое стекло.

🔥СЕГОДНЯ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА

— Мамочка, я буду холошим! Только не уходи!
Меня обвиняют в хищении трёхсот восьмидесяти миллионов. Доказательства нашли в моём кабинете, сотрудники дают показания против меня, а муж смотрит в глаза и уверяет, что обязательно спасёт.

Однако, потом муж говорит совсем другое:
— Возьми на себя вину, и скоро вернёшься к сыну. Иначе Миша вырастет без матери.
— Не дай сыну решить, что я его бросила! — умоляю мужа перед судом.
— Никогда, — обещает он.

Мне дают семь лет.
После освобождения меня никто не встречает.

Я возвращаюсь домой и вижу мужа рядом с женщиной, которая заняла мою спальню и моё место возле сына.
Миша испуганно смотрит на меня и шепчет ей:
— Мам, а почему эта тётя плачет?

— Жанна Сергеевна. — Он тоже поднялся. — Мы с вами раньше не встречались?

Вот оно.

Я подняла на него глаза и отмерила себе две секунды — вежливость к незнакомому человеку. Внутри всё стояло на цыпочках. Сказать «нет» — соврать при единственном свидетеле, знающем правду. Сказать «да» — открыть дверь, а за дверью одиннадцать лет и Казанский вокзал.

Он ждал. Спокойно, с прямой спиной, и в этом спокойствии было что-то от врача, привыкшего к чужой боли на приёме.

Я выбрала третье.

— У меня плохая память на лица, Максим Андреевич. Профессиональное. Я помню коммиты.

Секунду он молчал.

Потом сказал, тише и без служебной интонации:

— А я тебя помню.

«Тебя».

Мне заплатили, чтобы я его уничтожила.
Я не планировала в него влюбиться.
Алексей Скалов — холодный, расчетливый, опасный. Бизнес-империя, которую он построил с нуля, должна была рухнуть от моих рук. Я — лучшая в своем деле. Я не ошибаюсь. Я не чувствую.
Так было до него. Каждая встреча — игра. Каждый взгляд — ложь. Каждое прикосновение — предательство.
Но что, если он давно меня раскусил?
И что, если эта игра — не моя, а его?
От автора: В этой книге вас ждут: Троп «Мистер и миссис Смит»,
Циничный герой с двойным дном
Шпионка, попавшая в собственную ловушку
Гарантированный happy end

Я пришла к нему как секретарша.
Стала его любовницей.
Выжила с ним в горящей тайге.
А он всё равно женился не на мне.
Владимир Ковальд должен был стать мужем моей сводной сестры. Я хотела всего лишь проучить её — но судьба распорядилась иначе. Подстроенная авария, упавший самолёт, четыре дня вдвоём в дикой глуши.
Там, среди медведей и холода, я впервые поняла, что значит любить.
А вернувшись, поняла, что значит — потерять.
Я выхожу замуж через час. Не за него.
Но почему мне кажется, что он сейчас войдёт в эти двери?
От автора: В книге вас ждет:
Любовный треугольник с местью и предательством
Авиакатастрофа и выживание в дикой тайге
Корпоративные интриги и рейдерский захват
Властный герой, который привык получать желаемое
Дерзкая героиня, которая ему не уступит
Гарантированный happy end

Моя семья развалилась за одни сутки. Долги, путаница с документами, угрозы мафии, где найти выход? В поисках, я обратилась к врагу своего врага. И большой вопрос друг ли мне он? Но может не друг, а кто-то ближе и роднее. Иногда все выглядит не тем, чем кажется. Я Алиса Ершова и это моя история взросления. А еще у меня синдром Аспергера и это мешает мне жить.