Книги по тегу «короткий любовный роман»: ""
- Гриш, - Алиса посмотрела на меня сквозь пелену воспоминаний. – Помнишь, как мы с тобой готовились к этому танцу? Ходили на занятия, дома репетировали. И все равно облажались на свадьбе, не попали в ноты.
Я помнил все, и эти воспоминания сейчас были для меня мучительны. Я чувствовал прожигающий взгляд Инессы, наши отношения с ней были настоящим, а вот это все, что связано с Алисой, прошлым. Все давно подернуто дымкой былого и возвращать нет желания.
- Не надо, Алис, - попросил я. – Прошлое прошлому. Сейчас у нас другая жизнь, и не надо пытаться достать оттуда даже воспоминания.
Взгляд Алисы тут же протрезвел, сделался отчужденным, лицо стало похожим на изваяние, губы поджаты. Задел ее, знаю, но лучше на корню оборвать любые искры в наших сердцах. А я знаю, что они есть как у нее, так и у меня.
Я помнил все, и эти воспоминания сейчас были для меня мучительны. Я чувствовал прожигающий взгляд Инессы, наши отношения с ней были настоящим, а вот это все, что связано с Алисой, прошлым. Все давно подернуто дымкой былого и возвращать нет желания.
- Не надо, Алис, - попросил я. – Прошлое прошлому. Сейчас у нас другая жизнь, и не надо пытаться достать оттуда даже воспоминания.
Взгляд Алисы тут же протрезвел, сделался отчужденным, лицо стало похожим на изваяние, губы поджаты. Задел ее, знаю, но лучше на корню оборвать любые искры в наших сердцах. А я знаю, что они есть как у нее, так и у меня.
Муж и лучшая подруга ПРЕДАЛИ, но я не сдамся – ради себя и своих малышей
Меня зовут Эмма, мне тридцать четыре года, я успешный редактор нью-йоркского модного журнала и счастливая мама близняшек.
А это – моя история об измене мужа и лучшей подруги. И о том, что предательство нельзя оставлять безнаказанным.
Меня зовут Эмма, мне тридцать четыре года, я успешный редактор нью-йоркского модного журнала и счастливая мама близняшек.
А это – моя история об измене мужа и лучшей подруги. И о том, что предательство нельзя оставлять безнаказанным.
История о неожиданной встрече двух соседей по новостройке, которая началась с конфликта из-за ночной шлифовки стен. Их отношения, зародившиеся среди строительного мусора и ремонтных работ, постепенно перерастают в нечто большее. Повествование показывает, как любовь может возникнуть в самых обыденных и неромантичных обстоятельствах, превращая бытовые трудности в основу для глубокой связи.
Андрей полулежит на диване с опрокинутой на спинку головой. Его рубашка расстегнута, волосы взъерошены. А на его коленях молодая девушка с длинными светлыми волосами, которую я сразу узнаю. Юля, его подчиненная.
Её руки обвивают его шею, губы прижимаются к его шее, а его ладони... его ладони на её бедрах. Она что-то шепчет ему на ухо, и он хрипло стонет.
Воздух застревает в лёгких. Внутри меня что-то обрывается, словно невидимая нить, соединявшая нас пять лет, с хрустом лопается.
Дверь скрипит под моей рукой, и они оба резко поворачивают головы.
– Катя? – Андрей моргает, его взгляд расфокусирован. – Ты... что ты здесь...
Юля не отстраняется. Даже наоборот, я замечаю, как её пальцы сильнее вцепляются в его плечи, а на губах мелькает улыбка. Улыбка, которая говорит больше любых слов.
– С годовщиной, – выдавливаю я, и слова обжигают горло, как кислота.
Мир рушится, ведь я беременна нашим вторым ребенком…
Её руки обвивают его шею, губы прижимаются к его шее, а его ладони... его ладони на её бедрах. Она что-то шепчет ему на ухо, и он хрипло стонет.
Воздух застревает в лёгких. Внутри меня что-то обрывается, словно невидимая нить, соединявшая нас пять лет, с хрустом лопается.
Дверь скрипит под моей рукой, и они оба резко поворачивают головы.
– Катя? – Андрей моргает, его взгляд расфокусирован. – Ты... что ты здесь...
Юля не отстраняется. Даже наоборот, я замечаю, как её пальцы сильнее вцепляются в его плечи, а на губах мелькает улыбка. Улыбка, которая говорит больше любых слов.
– С годовщиной, – выдавливаю я, и слова обжигают горло, как кислота.
Мир рушится, ведь я беременна нашим вторым ребенком…
Катя всегда была интровертом, но после предательства жениха она замкнулась в себе. Даже многолетние походы к психологу не смогли помочь ей справиться с этой проблемой. Привыкнув к одиночеству, она даже не представляла, как переход по ссылке, которую ей прислала коллега, может навсегда изменить её жизнь.
Реальность или виртуальность? Что выберет Катя?
Реальность или виртуальность? Что выберет Катя?
В этом мире соулмейты сияют друг для друга, и только они видят это сияние. Но как быть с теми, кто лишён всех чувств? А если кто-то видит сияющими вообще всех? А если эти двое предназначены друг другу судьбой, но не видят этого, хотя работают в одном кабинете? Соулмейта лишённые сверхспособностей, смогут ли они "узнать" друг друга?
- Чиво? – с недоверием уставился на эту гламурную фифу.
- Не чиво, а что…тьфу, деревня!
- Да объясните толком, что здесь происходит? – ишь, какая умная.
- Половина этой фермы принадлежит мне, и я собираюсь здесь жить! – не, ну это вообще уже не смешно…
- Половина фермы принадлежит моему компаньону и то временно, я могу выкупить её в течение этого года, время у меня ещё есть, - сразу ставлю её на место, ибо нечё здесь командовать!
- Половина фермы мне досталась в наследство от деда и продавать её я точно не собираюсь, так что, ковбой, закатай губу и покажи мне, какая половина дома моя! – и тут же поворачивается к мужчинам, которые приехали на грузовой газели. – Мальчики, заносите в дом!
В смысле в наследство…Петрович…да нет…не может быть…
Неожиданно на мою голову сваливается эта бабёнка и начинает командовать в моей епархии…, но пусть не думает, что я легко дамся, ни одной женщине не удастся прижать к ногтю Василия Егорова! Не на того нарвалась, девочка!
- Не чиво, а что…тьфу, деревня!
- Да объясните толком, что здесь происходит? – ишь, какая умная.
- Половина этой фермы принадлежит мне, и я собираюсь здесь жить! – не, ну это вообще уже не смешно…
- Половина фермы принадлежит моему компаньону и то временно, я могу выкупить её в течение этого года, время у меня ещё есть, - сразу ставлю её на место, ибо нечё здесь командовать!
- Половина фермы мне досталась в наследство от деда и продавать её я точно не собираюсь, так что, ковбой, закатай губу и покажи мне, какая половина дома моя! – и тут же поворачивается к мужчинам, которые приехали на грузовой газели. – Мальчики, заносите в дом!
В смысле в наследство…Петрович…да нет…не может быть…
Неожиданно на мою голову сваливается эта бабёнка и начинает командовать в моей епархии…, но пусть не думает, что я легко дамся, ни одной женщине не удастся прижать к ногтю Василия Егорова! Не на того нарвалась, девочка!
- Значит, всё-таки пришла, - довольно замечает Леон.
Я киваю, опуская взгляд в пол.
Стыд заливает щёки. Хотя причины нет. Я ведь знала, куда иду и что здесь будет сегодня происходить.
- Ты ведь понимаешь, Настя, что если соглашаешься, то ты наша на несколько дней?
- Или недель, - отзывается, Демьян.
Леон и Демьян братья, между ними разница год. Им чуть за тридцать. А мне всего девятнадцать. И я невинна. Знаю их года два. С первой минуты знакомства я ощутила странное волнение, мне почему-то показалось, что они не просто так появились в моей жизни. И вот, как итог – стою перед ними и дышать не смею. А ещё я точно с ума сошла… когда решила, что близость с этими двумя одновременно будет для меня нормой!
- Бедная Настя дрожит, - говорит Леон, подходя и откидывая прядь длинных светлых волос с моего плеча. – Не переживай, мы всему тебя научим.
Я киваю, опуская взгляд в пол.
Стыд заливает щёки. Хотя причины нет. Я ведь знала, куда иду и что здесь будет сегодня происходить.
- Ты ведь понимаешь, Настя, что если соглашаешься, то ты наша на несколько дней?
- Или недель, - отзывается, Демьян.
Леон и Демьян братья, между ними разница год. Им чуть за тридцать. А мне всего девятнадцать. И я невинна. Знаю их года два. С первой минуты знакомства я ощутила странное волнение, мне почему-то показалось, что они не просто так появились в моей жизни. И вот, как итог – стою перед ними и дышать не смею. А ещё я точно с ума сошла… когда решила, что близость с этими двумя одновременно будет для меня нормой!
- Бедная Настя дрожит, - говорит Леон, подходя и откидывая прядь длинных светлых волос с моего плеча. – Не переживай, мы всему тебя научим.
Женя теряет ребёнка на раннем сроке беременности, муж обвиняет её в том, что она не смогла сохранить малыша и уходит из семьи. Истерзанная бесконечной душевной болью, она решает отправиться к морю, надеясь, что оно излечит душевные раны. Девушка снимает домик на берегу тихой дельфиньей бухты. Воспоминания о муже не дают ей покоя, и в вечер приезда, она заходит на его страничку в соцсети и видит в объятиях красивой девушки. Женя в отчаянии решает покончить с собой, войдя в море...
Я всегда любила готовить. Это у меня от моей мамы. Процесс смешивания и нарезания ингредиентов лучше всего помогал справиться с напряжением.
И кто сказал, что месть - это холодное блюдо? Нет, куда лучше, если это блюдо немного постоит в стороне для вызревания. Чтобы потом все участники могли насладиться его раскрывшимся букетом вкусов. Прочувствовать все яркие нотки этого шедевра.
И кто сказал, что месть - это холодное блюдо? Нет, куда лучше, если это блюдо немного постоит в стороне для вызревания. Чтобы потом все участники могли насладиться его раскрывшимся букетом вкусов. Прочувствовать все яркие нотки этого шедевра.
Выберите полку для книги