Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
— Что там, на твоём УЗИ? Всё в порядке?
— Всё хорошо. С ней… с ней всё хорошо.
— С ней? В смысле, с ней? Ты о чём?
— У нас будет дочка. Сегодня на УЗИ сказали.
— Ну, раз это девочка… То можешь проваливать. Мне девчонка не нужна.
Я вернулась домой раньше и застала любимого парня с другой. Не успела отойти от шока, как он заявил, что девочка, которую я ношу под сердцем, ему не нужна. И я... и я ему не нужна.
— Всё хорошо. С ней… с ней всё хорошо.
— С ней? В смысле, с ней? Ты о чём?
— У нас будет дочка. Сегодня на УЗИ сказали.
— Ну, раз это девочка… То можешь проваливать. Мне девчонка не нужна.
Я вернулась домой раньше и застала любимого парня с другой. Не успела отойти от шока, как он заявил, что девочка, которую я ношу под сердцем, ему не нужна. И я... и я ему не нужна.
Услышав голос мужа, я застыла на месте.
— Мася, почему именно центр Бельчунского? В Москве полно других элитных клиник, — озирается по сторонам.
— А я не хочу в другую! — капризно надула губы высокая блондинка. Судя по размеру живота, у нее такой же срок, что и у меня. — Логинов, тебе денег на меня жалко?! Я твоего сына ношу, между прочим. Мне нельзя волноваться.
В глазах потемнело. Я скоро рожу дочь, а у моего «любимого» и сынок на подходе.
И жену, и любовницу умник в одну клинику определил…
Больше всего на свете я хотела семью, ребенка, но муж вытер о мою мечту ноги. Но тогда я еще не знала, что это меньшее из испытаний, что ждут меня впереди…
Книга участвует в литмобе "Счастье быть мамой": https://litmarket.ru/selections/litmob-schaste-byt-mamoy
— Мася, почему именно центр Бельчунского? В Москве полно других элитных клиник, — озирается по сторонам.
— А я не хочу в другую! — капризно надула губы высокая блондинка. Судя по размеру живота, у нее такой же срок, что и у меня. — Логинов, тебе денег на меня жалко?! Я твоего сына ношу, между прочим. Мне нельзя волноваться.
В глазах потемнело. Я скоро рожу дочь, а у моего «любимого» и сынок на подходе.
И жену, и любовницу умник в одну клинику определил…
Больше всего на свете я хотела семью, ребенка, но муж вытер о мою мечту ноги. Но тогда я еще не знала, что это меньшее из испытаний, что ждут меня впереди…
Книга участвует в литмобе "Счастье быть мамой": https://litmarket.ru/selections/litmob-schaste-byt-mamoy
❗❗❗ Майор Медведев (Бурый) ушел от войны в глухую тайгу. Но война пришла за ним — и привела с собой женщину, за которой началась охота. ❗❗❗ В ПЕРВЫХ ГЛАВАХ ЕСТЬ КУПОН НА СКИДКУ
Майор Максим «Бурый» Медведев, бывший командир элитного спецназа, похоронил своих людей и свой покой в горах. Теперь его дом — сибирская тайга.
Биолог Полина Светлова приехала в тайгу изучать жизнь, а нашла смерть. Незаконная вырубка, секретный комплекс и люди с автоматами, готовые стереть любого свидетеля.
Чтобы выжить, циничному отшельнику придется снова стать «Призраком». А идеалистке-ученой — научиться обороняться и быстро бегать.
Майор Максим «Бурый» Медведев, бывший командир элитного спецназа, похоронил своих людей и свой покой в горах. Теперь его дом — сибирская тайга.
Биолог Полина Светлова приехала в тайгу изучать жизнь, а нашла смерть. Незаконная вырубка, секретный комплекс и люди с автоматами, готовые стереть любого свидетеля.
Чтобы выжить, циничному отшельнику придется снова стать «Призраком». А идеалистке-ученой — научиться обороняться и быстро бегать.
— Ты уже несколько недель моя сотрудница, — говорит он. Его голос низкий, ровный, без эмоций. Он не спрашивает. Констатирует. — Теперь будешь моей. Точка.
Это не объяснение. Не просьба. Не ухаживание. Это — акт. Чистое, ничем не прикрытое утверждение власти. Пометка территории.
Владлен наклоняется, и его руки, сильные и уверенные, берут меня за плечи. Его прикосновение обжигает даже через ткань. Я инстинктивно пытаюсь отпрянуть, но его хватка железная.
— Не... — вырывается у меня хриплый шепот. Протест. Мольба. Он игнорирует его.
Мужчина притягивает меня к себе, и его губы находят мои. Это не поцелуй. Это захват. Это заявление прав. В нем нет нежности, нет пробуждения. Есть только власть, горьковатый привкус его желания и абсолютная, всесокрушающая уверенность.
Это не объяснение. Не просьба. Не ухаживание. Это — акт. Чистое, ничем не прикрытое утверждение власти. Пометка территории.
Владлен наклоняется, и его руки, сильные и уверенные, берут меня за плечи. Его прикосновение обжигает даже через ткань. Я инстинктивно пытаюсь отпрянуть, но его хватка железная.
— Не... — вырывается у меня хриплый шепот. Протест. Мольба. Он игнорирует его.
Мужчина притягивает меня к себе, и его губы находят мои. Это не поцелуй. Это захват. Это заявление прав. В нем нет нежности, нет пробуждения. Есть только власть, горьковатый привкус его желания и абсолютная, всесокрушающая уверенность.
Добро пожаловать в Стормхолл — замок, где каждый взгляд — сделка, каждая улыбка — оружие, а каждое слово может стоить жизни.
Элин Розвуд возвращается в родные края, чтобы стать фрейлиной королевы. Она умна, искренна и опасна именно тем, что не умеет врать. При дворе ей уготована роль трофея — но она не собирается быть чьей-то игрушкой.
Король Генрих привык брать то, что хочет. И он хочет её.
Герцог Мальбург привык не хотеть ничего. Но Элин Розвуд заставляет его забыть все запреты.
Они оба — хищники.
Она — их добыча.
Или она — та самая искра, которая подожжёт пороховую бочку Стормхолла?
Семнадцатилетняя леди, король, который не умеет проигрывать, и полководец, который запретил себе любить.
Чья ставка окажется выше?
Элин Розвуд возвращается в родные края, чтобы стать фрейлиной королевы. Она умна, искренна и опасна именно тем, что не умеет врать. При дворе ей уготована роль трофея — но она не собирается быть чьей-то игрушкой.
Король Генрих привык брать то, что хочет. И он хочет её.
Герцог Мальбург привык не хотеть ничего. Но Элин Розвуд заставляет его забыть все запреты.
Они оба — хищники.
Она — их добыча.
Или она — та самая искра, которая подожжёт пороховую бочку Стормхолла?
Семнадцатилетняя леди, король, который не умеет проигрывать, и полководец, который запретил себе любить.
Чья ставка окажется выше?
– Масик, ты точно бросишь свою курицу? Я вот тут шубку присмотрела… – щебечет любовница мужа.
– Все купим, звезда моя. Ты же у меня…
– Огонь, да? Не то, что твоя мымра сморщенная. Когда уже мы будем вместе?
– Скоро, скоро… Как ты правильно сказала… Она сухарь и есть… И я ничего, кроме жалости, к ней не испытываю.
Я услышала разговор мужа с любовницей и решила…
Нет, не рвать на себе волосы и не страдать.
Я лишу их всего, опустошу счета мужа и отправлюсь в путешествие…
Но моим планам не суждено было сбыться – муж приготовил ответный удар, а мне пришлось искать того, кто поможет остаться на свободе…
– Все купим, звезда моя. Ты же у меня…
– Огонь, да? Не то, что твоя мымра сморщенная. Когда уже мы будем вместе?
– Скоро, скоро… Как ты правильно сказала… Она сухарь и есть… И я ничего, кроме жалости, к ней не испытываю.
Я услышала разговор мужа с любовницей и решила…
Нет, не рвать на себе волосы и не страдать.
Я лишу их всего, опустошу счета мужа и отправлюсь в путешествие…
Но моим планам не суждено было сбыться – муж приготовил ответный удар, а мне пришлось искать того, кто поможет остаться на свободе…
– Я думал, что забыл бывшую, но ошибся! – произносит муж, обнимая любовницу. – Я пытался заткнуть тобой раны на сердце, но не смог. Все эти годы я любил только одну женщину – Лену! Не тебя! Прости, но всё это время ты была лишь временной затычкой!
– За что ты так со мной? Выходит, ты никогда не любил меня? – шепчу и прикусываю нижнюю губу до боли.
Я отдала нашему браку пятнадцать лет своей жизни. Родила предалю дочь и со дня на день должна родить сына! Я на девятом месяце! И после этого он называет меня затычкой!
– Прости, но настоящей любви я к тебе никогда не испытывал. Ты была заменой. Временно исполняющей обязанности жены! Сейчас твои услуги больше не нужны.
– Как же так? – боль внизу живота нарастает. Я еле стою на ногах.
– В общем, я подаю на развод! На машину, долю в квартире и бизнес можешь даже не рассчитывать! Ты не вложила ни копейки и ни копейки не получишь! Дочь остаётся со мной! А твой щенок мне даром не сдался! Не хочешь растить одна – отдай в детдом!
– За что ты так со мной? Выходит, ты никогда не любил меня? – шепчу и прикусываю нижнюю губу до боли.
Я отдала нашему браку пятнадцать лет своей жизни. Родила предалю дочь и со дня на день должна родить сына! Я на девятом месяце! И после этого он называет меня затычкой!
– Прости, но настоящей любви я к тебе никогда не испытывал. Ты была заменой. Временно исполняющей обязанности жены! Сейчас твои услуги больше не нужны.
– Как же так? – боль внизу живота нарастает. Я еле стою на ногах.
– В общем, я подаю на развод! На машину, долю в квартире и бизнес можешь даже не рассчитывать! Ты не вложила ни копейки и ни копейки не получишь! Дочь остаётся со мной! А твой щенок мне даром не сдался! Не хочешь растить одна – отдай в детдом!
Он не слышит музыку. Она не слышит ничего, кроме цифр. В пустом зале недостроенной филармонии они встречаются, чтобы возненавидеть друг друга с первого взгляда. Стройка гудит, падают балки — а между ними возникает звук. Тихий, настойчивый, опасный. Тот, который не запишешь на график. Из-за которого рушатся браки и карьеры. Когда эта мелодия начинается, остановиться уже нельзя. Честно, будоражит, напряжение до разрыва струн, трогает до мурашек — и не отпускает после последней ноты.
— Он мне в отцы годится! — кричу.
— Ты не в том положении, чтобы выбирать, — парирует мать.
Я открываю рот и закрываю, потому что она права. Семь лет назад я сбежала из дома, поступила на модельера вопреки воле родителей. Потом совершила самую большую ошибку в своей жизни и вернулась домой беременной, сломленной, с одним чемоданом.
Родители приняли меня. Дали крышу над головой, защиту, оплатили ненужный мне диплом, устроили на работу, где я элемент декора. Я благодарна им за всё, они помогли выбраться из ямы.
Но это...
— Подумай о Мише, — тихо добавляет отец. — Он растёт без отца, люди шепчутся. Виктор Анатольевич — достойный человек.
Да, достойный, добрый, но на двадцать восемь лет старше меня. Он просто партнёр отца, друг семьи, я никогда не смотрела на него как на мужчину.
— Ты не в том положении, чтобы выбирать, — парирует мать.
Я открываю рот и закрываю, потому что она права. Семь лет назад я сбежала из дома, поступила на модельера вопреки воле родителей. Потом совершила самую большую ошибку в своей жизни и вернулась домой беременной, сломленной, с одним чемоданом.
Родители приняли меня. Дали крышу над головой, защиту, оплатили ненужный мне диплом, устроили на работу, где я элемент декора. Я благодарна им за всё, они помогли выбраться из ямы.
Но это...
— Подумай о Мише, — тихо добавляет отец. — Он растёт без отца, люди шепчутся. Виктор Анатольевич — достойный человек.
Да, достойный, добрый, но на двадцать восемь лет старше меня. Он просто партнёр отца, друг семьи, я никогда не смотрела на него как на мужчину.
Умереть под колесами фуры и очнуться в другом мире? Легко. Обзавестись навязчивым женихом и строгой тетушкой? Тоже бывает. Влюбиться в орка с янтарными глазами? А вот это уже проблема. Особенно когда ты помолвлена с другим, а эльфы тем временем превращают папину гостиницу в филиал Венсенского леса.
Выберите полку для книги