Книги по тегу «обман»: ""
Роман о непростой работе реализаторов экскурсий, наполненной скандалами, заговорами, интригами, страстями и невероятными открытиями.
Две студентки из Тамбова, Света и Ника, отправляются на летние каникулы на черноморское побережье, чтобы подзаработать денег. Но все мечты о легком заработке разбиваются о реальность. Практически сразу они понимают, что работа реализатора – не самая простая вещь. Даже у пробивной Светы ничего не клеится! Что уж говорить о скромной и неуверенной в себе Нике? В итоге реализаторский тандем распадается. Но вскоре Нике приходится взять на себя решение не только своих, но и Светиных проблем и наконец-то научиться защищать себя.
К счастью, в ее жизни появляется Саша...Он помогает героине повзрослеть и распутать неприятную, практически детективную историю, в которую они оказываются втянутыми вдвоем.
Две студентки из Тамбова, Света и Ника, отправляются на летние каникулы на черноморское побережье, чтобы подзаработать денег. Но все мечты о легком заработке разбиваются о реальность. Практически сразу они понимают, что работа реализатора – не самая простая вещь. Даже у пробивной Светы ничего не клеится! Что уж говорить о скромной и неуверенной в себе Нике? В итоге реализаторский тандем распадается. Но вскоре Нике приходится взять на себя решение не только своих, но и Светиных проблем и наконец-то научиться защищать себя.
К счастью, в ее жизни появляется Саша...Он помогает героине повзрослеть и распутать неприятную, практически детективную историю, в которую они оказываются втянутыми вдвоем.
— Не могу без тебя… Ты самая красивая.
Тот самый голос, что я слышу каждое утро, раздаётся из колонок.
Я замираю, пальцы на клавиатуре коченеют.
Это не может быть правдой. Не может.
— Кирилл… — слышится женский смех, игривый, довольный. — А как же твоя Вероника?
На экране — гостиничный номер. Он и она заходят целуясь.
Качество видео плохое. Но я узнаю Кирилла.
Это он. Ошибки быть не может.
— Не порти момент, — его голос звучит резко, но в нём слышна улыбка. — Сейчас есть только ты, звёздочка моя.
Мир сужается до размеров экрана. До этого кадра, где он наклоняется к незнакомке, целует её шею.
Мир рухнул, когда накануне свадьбы я узнала, что парень мне изменяет. Я уехала, оставила прошлое позади.
Но болезнь матери заставила меня вернуться в столицу. И по жуткому стечению обстоятельств бывший стал моим начальником.
Он предложил контракт и оплату лечения мамы. Сделка с дьяволом…
Смогу ли я пережить, что уготовила мне судьба?
И что же было правдой в наших отношениях?
Тот самый голос, что я слышу каждое утро, раздаётся из колонок.
Я замираю, пальцы на клавиатуре коченеют.
Это не может быть правдой. Не может.
— Кирилл… — слышится женский смех, игривый, довольный. — А как же твоя Вероника?
На экране — гостиничный номер. Он и она заходят целуясь.
Качество видео плохое. Но я узнаю Кирилла.
Это он. Ошибки быть не может.
— Не порти момент, — его голос звучит резко, но в нём слышна улыбка. — Сейчас есть только ты, звёздочка моя.
Мир сужается до размеров экрана. До этого кадра, где он наклоняется к незнакомке, целует её шею.
Мир рухнул, когда накануне свадьбы я узнала, что парень мне изменяет. Я уехала, оставила прошлое позади.
Но болезнь матери заставила меня вернуться в столицу. И по жуткому стечению обстоятельств бывший стал моим начальником.
Он предложил контракт и оплату лечения мамы. Сделка с дьяволом…
Смогу ли я пережить, что уготовила мне судьба?
И что же было правдой в наших отношениях?
Девушка с нескрываемым интересом прошлась по Маше, а затем сложив губы в насмешливую усмешку и высоко вздернув подбородок, проговорила.
- Я приехала к Павлу.
-Его дома нет. Он еще на работе. А вы собственно кто? Паша меня не предупреждал, что к нам приедет кто то из его родственников.
Маша перевела взгляд на большую дорожную сумку.
- Я приехала к Павлу.
-Его дома нет. Он еще на работе. А вы собственно кто? Паша меня не предупреждал, что к нам приедет кто то из его родственников.
Маша перевела взгляд на большую дорожную сумку.
Моя жизнь текла ровно и спокойно. Работа – дом – выходные. И всё заново.
А потом случилось то, чего я никак не ожидала. Мне написал шейх. Пригласил на встречу. Конечно, первое, что я подумала: «Это мошенничество». Однако в душе теплился уголёк надежды, что может ведь такое и правда случиться, что на обычную девушку обратит внимание красивый и богатый мужчина! Всё-таки я привлекательная.
Дальше я вела себя крайне осторожно. Всё ожидала, что мошенники вот-вот заведут разговор на финансовую тему. Однако они его всё не заводили и не заводили… Неужели и правда мною заинтересовался шейх?
А потом случилось то, чего я никак не ожидала. Мне написал шейх. Пригласил на встречу. Конечно, первое, что я подумала: «Это мошенничество». Однако в душе теплился уголёк надежды, что может ведь такое и правда случиться, что на обычную девушку обратит внимание красивый и богатый мужчина! Всё-таки я привлекательная.
Дальше я вела себя крайне осторожно. Всё ожидала, что мошенники вот-вот заведут разговор на финансовую тему. Однако они его всё не заводили и не заводили… Неужели и правда мною заинтересовался шейх?
Мария упрямо добивается развода, несмотря на свою беременность. Влад не отпускает ее, все еще надеясь на ее прощение. Но Мария стоит на своем. А Влад узнает, что источник проблемы закопан гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд...
Офисные слухи, как паутина: одно неловкое слово — и ты уже в центре скандала. Ликерья Сомова, тихая бухгалтер, лишь хотела немного пощипать самолюбие бывшего. Но ее невинная ложь о романе с новым начальником обернулась огненным штормом.
И вот он, Дмитрий Волынский, стоит перед ней, такой харизматичный и недосягаемый, что дух захватывает. Его губы тронула улыбка, а в глазах — опасный блеск.
— Я знаю о нашем бурном романе, Ликерья. И у меня есть предложение.
— Я... я все объясню, Дмитрий Олегович, это просто недоразумение!
— Напротив, это очень кстати, — он наклонился так близко, что она почувствовала запах его парфюма. — Давайте сыграем эту комедию. Для пользы дела. Правила устанавливаю я.
Что скрывает Дмитрий? Игрушка в руках харизматичного босса — это именно то, чего хотела скромная бухгалтер? Ее сердце вот-вот совершит самую рискованную сделку в жизни, где ставка — ее собственные чувства.
И вот он, Дмитрий Волынский, стоит перед ней, такой харизматичный и недосягаемый, что дух захватывает. Его губы тронула улыбка, а в глазах — опасный блеск.
— Я знаю о нашем бурном романе, Ликерья. И у меня есть предложение.
— Я... я все объясню, Дмитрий Олегович, это просто недоразумение!
— Напротив, это очень кстати, — он наклонился так близко, что она почувствовала запах его парфюма. — Давайте сыграем эту комедию. Для пользы дела. Правила устанавливаю я.
Что скрывает Дмитрий? Игрушка в руках харизматичного босса — это именно то, чего хотела скромная бухгалтер? Ее сердце вот-вот совершит самую рискованную сделку в жизни, где ставка — ее собственные чувства.
- Свою справку отдай тому, от кого залетела! – заявляет любимый с порога, даже не дав мне войти в дом.
- Но... это же твой... – начинаю я оправдываться, хотя не за что.
- Хватит этого вранья! – перебивает он раздраженно, - Твои вещи в машине. Водитель отвезет тебя обратно в общагу...
Все решило одно ее слово - его матери.
Одно слово и я потеряла все. Дом, любовь, его...
Он выставил меня беременную, не дав ни объясниться, ни доказать правду.
Прошли годы. Я вырастила нашу дочь одна.
И лишь одна случайная встреча перевернула все.
Теперь он уже не верит даже себе, потому что та правда, от которой он когда-то отказался, стоит прямо перед ним...
- Но... это же твой... – начинаю я оправдываться, хотя не за что.
- Хватит этого вранья! – перебивает он раздраженно, - Твои вещи в машине. Водитель отвезет тебя обратно в общагу...
Все решило одно ее слово - его матери.
Одно слово и я потеряла все. Дом, любовь, его...
Он выставил меня беременную, не дав ни объясниться, ни доказать правду.
Прошли годы. Я вырастила нашу дочь одна.
И лишь одна случайная встреча перевернула все.
Теперь он уже не верит даже себе, потому что та правда, от которой он когда-то отказался, стоит прямо перед ним...
— Я разрываю контракт, — говорит он лишённым эмоций тоном.
Его поза — воплощение власти и полного безразличия.
Я знала, этот день наступит… но не думала, что всё будет так…
— Но… мы же договорились на год, — делаю вид, что удивлена.
— Мои планы изменились, — он двигает папку с документами в мою сторону. — Обстоятельства.
— Что? Какие?
Родион испытующе смотрит на меня. В его глазах… Что это?
Гнев? Ненависть? Обида?
Нет, показалось. Его взгляд, как всегда, полностью непроницаем.
Он не отвечает на мой вопрос. Да и с чего я вообще жду ответа?
И так всё ясно с этим предателем…
— С разводом решим позже. Подписывай, — требует он.
Пять месяцев я играла роль счастливой жены. И всё ради того, чтобы спасти маму от нищеты.
Затем всё изменилось. Ледяное сердце Родиона растаяло.
Я решила, что мы полюбили друг друга.
Я думала, что я — жена, а оказалась просто очередной грелкой в его холодной постели…
Особенно горько, что именно сейчас. Когда внутри меня уже растёт наш ребёнок...
Его поза — воплощение власти и полного безразличия.
Я знала, этот день наступит… но не думала, что всё будет так…
— Но… мы же договорились на год, — делаю вид, что удивлена.
— Мои планы изменились, — он двигает папку с документами в мою сторону. — Обстоятельства.
— Что? Какие?
Родион испытующе смотрит на меня. В его глазах… Что это?
Гнев? Ненависть? Обида?
Нет, показалось. Его взгляд, как всегда, полностью непроницаем.
Он не отвечает на мой вопрос. Да и с чего я вообще жду ответа?
И так всё ясно с этим предателем…
— С разводом решим позже. Подписывай, — требует он.
Пять месяцев я играла роль счастливой жены. И всё ради того, чтобы спасти маму от нищеты.
Затем всё изменилось. Ледяное сердце Родиона растаяло.
Я решила, что мы полюбили друг друга.
Я думала, что я — жена, а оказалась просто очередной грелкой в его холодной постели…
Особенно горько, что именно сейчас. Когда внутри меня уже растёт наш ребёнок...
— Ещё и брачный договор? — шмыгнув носом, простонала я. — Твоя идея? Или мамочки твоей?
— Лиль, я всё понимаю, но всем будет так лучше. — кандидат в мои мужья стремительно терял позицию за позицией и терпел поражение по всем фронтам.
— Всем, кроме меня. — поправила Егора, вернув ему документы. — Я ничего подписывать не буду. Ты мне всё время врал, притворялся другим человеком, а теперь я должна выходить замуж за незнакомого мне маменькиного сынка, мажора, лжеца и богатея, считающего себя лучше остальных? Да с чего ты вообще взял, что моё «да» всё ещё действует?
Узнать перед свадьбой, что твой жених баснословно богат, и поехать кукухой? Могу. Умею. Практикую. Я, между прочим, за другого человека замуж собиралась. Другая бы радовалась на моём месте? А другой бы показали брата моего жениха? Это всё он! Ну, или осень. Треклятая осень. Ненавижу осень.
— Лиль, я всё понимаю, но всем будет так лучше. — кандидат в мои мужья стремительно терял позицию за позицией и терпел поражение по всем фронтам.
— Всем, кроме меня. — поправила Егора, вернув ему документы. — Я ничего подписывать не буду. Ты мне всё время врал, притворялся другим человеком, а теперь я должна выходить замуж за незнакомого мне маменькиного сынка, мажора, лжеца и богатея, считающего себя лучше остальных? Да с чего ты вообще взял, что моё «да» всё ещё действует?
Узнать перед свадьбой, что твой жених баснословно богат, и поехать кукухой? Могу. Умею. Практикую. Я, между прочим, за другого человека замуж собиралась. Другая бы радовалась на моём месте? А другой бы показали брата моего жениха? Это всё он! Ну, или осень. Треклятая осень. Ненавижу осень.
«Посмотри на себя. Ты опустилась. О чем нам с тобой говорить? О твоих сериалах?» — я знаю, что он скажет именно это, если я устрою сцену ревности.
И будет прав. Я действительно превратилась в тень самой себя: толстая, уставшая, зависимая. Пока я доедаю остывшие макароны и жду мужа из рейса, он обнимает другую у бассейна в Дубае. Она стройная, смеющаяся стюардесса, я – удобная домашняя мебель. Он думает, я никуда не денусь, уверен, что я в его власти. Но он глубоко ошибается!
Я вытру слёзы, и начну действовать. У меня нет денег и жилья, но у меня есть шесть месяцев в запасе, чтобы полностью преобразиться! Я верну себе свою фигуру, я вернусь в профессию, чтобы однажды посмотреть мужу в глаза и сказать: «Я знаю про Оксану. И мне плевать на твои интрижки. Я подаю на развод, и катись к чёрту!»
И будет прав. Я действительно превратилась в тень самой себя: толстая, уставшая, зависимая. Пока я доедаю остывшие макароны и жду мужа из рейса, он обнимает другую у бассейна в Дубае. Она стройная, смеющаяся стюардесса, я – удобная домашняя мебель. Он думает, я никуда не денусь, уверен, что я в его власти. Но он глубоко ошибается!
Я вытру слёзы, и начну действовать. У меня нет денег и жилья, но у меня есть шесть месяцев в запасе, чтобы полностью преобразиться! Я верну себе свою фигуру, я вернусь в профессию, чтобы однажды посмотреть мужу в глаза и сказать: «Я знаю про Оксану. И мне плевать на твои интрижки. Я подаю на развод, и катись к чёрту!»
Выберите полку для книги