Книги по тегу «остросюжетный любовный роман»: ""
🌟БЕСПЛАТНО🌟
Для Лиры Верной прикосновение — это не нежность, а вспышка чужой боли. Она видит «память вещей»: скрытые страхи и следы чужих тайн, застывшие в металле и пластике. Лира обещала себе больше не погружаться в чужие кошмары, но долги диктуют свои правила.
Артём Каэлин — глава корпорации, привыкший к безупречному контролю. Он нанимает Лиру, чтобы найти того, кто разрушает его проект изнутри. Но в мире больших денег Лира сама становится мишенью.
В этой игре у каждого своя роль, а цена ошибки — жизнь. Лире придётся решить: верить логике улик или теплу руки человека, которому она запретила себе доверять.
В тексте вас ждут:
Героиня с уникальным даром и проклятием в кончиках пальцев.
Холодный и властный герой, чья жизнь выверена до миллиметра.
Опасные тайны и чувства, которые невозможно просчитать.
Для Лиры Верной прикосновение — это не нежность, а вспышка чужой боли. Она видит «память вещей»: скрытые страхи и следы чужих тайн, застывшие в металле и пластике. Лира обещала себе больше не погружаться в чужие кошмары, но долги диктуют свои правила.
Артём Каэлин — глава корпорации, привыкший к безупречному контролю. Он нанимает Лиру, чтобы найти того, кто разрушает его проект изнутри. Но в мире больших денег Лира сама становится мишенью.
В этой игре у каждого своя роль, а цена ошибки — жизнь. Лире придётся решить: верить логике улик или теплу руки человека, которому она запретила себе доверять.
В тексте вас ждут:
Героиня с уникальным даром и проклятием в кончиках пальцев.
Холодный и властный герой, чья жизнь выверена до миллиметра.
Опасные тайны и чувства, которые невозможно просчитать.
У волонтёра Ирины простая задача: вывезти из приднепровского села больную старую женщину. Сама вредная старушка уже согласна. Сопровождает женщину бывалый боец по имени Борис. Не молодой, но и не старый. Некрасивый. Неразговорчивый. И вопреки всему невероятно привлекательный с точки зрения Ирины.
Час туда, час обратно — ерунда! Если бы всё прошло по плану. Но не по плану идёт буквально всё, что можно. И разрушение плотины Каховской ГЭС именно в ближайшие сутки никто не мог предвидеть. Судьба играет своими картами.
Час туда, час обратно — ерунда! Если бы всё прошло по плану. Но не по плану идёт буквально всё, что можно. И разрушение плотины Каховской ГЭС именно в ближайшие сутки никто не мог предвидеть. Судьба играет своими картами.
Сольвейг всегда подчинялась правилам, пока не встретила Рейна.
Он ворует запрещённые книги и не боится жить вне системы потребления.
Рядом с ним она чувствует себя больше, чем "красивой куклой". Рядом с ней ему хочется улыбаться.
Между ними - холодный зимний город и ещё десяток препятствий. И преодолеть их будет не так-то просто.
*** УМНАЯ МОЛОДЁЖНАЯ ФАНТАСТИКА ***
* первая любовь
* слоуберн
* непростой выбор
* борьба за возможность быть вместе
* необычный злодей
* от счастья к стеклу и назад
* счастливый финал
Он ворует запрещённые книги и не боится жить вне системы потребления.
Рядом с ним она чувствует себя больше, чем "красивой куклой". Рядом с ней ему хочется улыбаться.
Между ними - холодный зимний город и ещё десяток препятствий. И преодолеть их будет не так-то просто.
*** УМНАЯ МОЛОДЁЖНАЯ ФАНТАСТИКА ***
* первая любовь
* слоуберн
* непростой выбор
* борьба за возможность быть вместе
* необычный злодей
* от счастья к стеклу и назад
* счастливый финал
Совет Семерых принял решение выдать меня замуж за Тимура Варламова - молодого главу одной из семи семей. Проблема только в том, что он - враг нашей семьи. Ему должна была быть объявлена вендетта! Но Совет постановил, чтобы наши семьи породнились.
Совет решает, кому и когда умирать. Кому и на ком жениться. Как строить свой бизнес и в целом жизнь. От решений Совета зависит жизнь семи регионов страны и семи семей, к одной из которых принадлежу я, Ариадна Крестовская.
Совет решает, кому и когда умирать. Кому и на ком жениться. Как строить свой бизнес и в целом жизнь. От решений Совета зависит жизнь семи регионов страны и семи семей, к одной из которых принадлежу я, Ариадна Крестовская.
Знаменитый психолог и популярная блогерка сталкиваются в медиа-схватке,
которая драматическим образом меняет их жизни. Современная городская история, где напряженный ритм жизни сплетен с настоящими жизненными драмами, столкновением характеров и надеждой на лучшее.
которая драматическим образом меняет их жизни. Современная городская история, где напряженный ритм жизни сплетен с настоящими жизненными драмами, столкновением характеров и надеждой на лучшее.
Алиса – студентка, юный волонтёр, собирает гуманитарную помощь, выступает с концертами в госпиталях и пишет письма.
Лёха – доброволец, который подростком попал в тир, а теперь не смог остаться в стороне и подписал контракт.
Одно случайное объятие – и сотни писем, которые стали для него единственным смыслом выжить. Даже если читая их, он не знает, что пишет их именно она, а Лис и та девчонка из толпы – один и тот же человек.
Но однажды они опять встретятся.
Лёха – доброволец, который подростком попал в тир, а теперь не смог остаться в стороне и подписал контракт.
Одно случайное объятие – и сотни писем, которые стали для него единственным смыслом выжить. Даже если читая их, он не знает, что пишет их именно она, а Лис и та девчонка из толпы – один и тот же человек.
Но однажды они опять встретятся.
💫Властный и решительно настроенный он ворвался в мою жизнь. День за днём соблазнял каждым словом и действием, обхаживал, как хищник добычу. Я почти сдалась. Почти… Когда вдруг осознала, что всё происходящее — история, которую должна изменить, а он — мой бывший, о котором забыла...
💫В истории присутствуют элементы фантастики (совсем немного)💫
Книга 1 + Бонус
💫В истории присутствуют элементы фантастики (совсем немного)💫
Книга 1 + Бонус
— Миш? Что-то случилось? На работе проблемы?
Он посмотрел на меня. Нет. Не на меня. Сквозь меня. Взглядом человека, рассматривающего старую, надоевшую вещь. Стул, который давно пора выкинуть, но все руки не доходят.
— Даш, надо поговорить.
Желудок скрутило ледяным жгутом. Я выключила конфорку дрожащей рукой.
— Что-то с твоей мамой?
Мой голос стал чужим, высоким, писклявым.
— Нет. С нами.
Я помню, как оперлась бедром о столешницу, чувствуя, что ноги больше не мои. Они превратились в ходули, непослушные, ватные.
— Даш, я ухожу.
Тишина. Только на остывающей сковороде продолжали едва слышно шипеть овощи, источая чуть горелый сладковатый запах.
— Что? Куда? В командировку?
Я цеплялась за реальность, за любое объяснение, которое не разрушит всё.
— Ты же только вчера говорил, что…
— Я ухожу от тебя. Насовсем.
Он посмотрел на меня. Нет. Не на меня. Сквозь меня. Взглядом человека, рассматривающего старую, надоевшую вещь. Стул, который давно пора выкинуть, но все руки не доходят.
— Даш, надо поговорить.
Желудок скрутило ледяным жгутом. Я выключила конфорку дрожащей рукой.
— Что-то с твоей мамой?
Мой голос стал чужим, высоким, писклявым.
— Нет. С нами.
Я помню, как оперлась бедром о столешницу, чувствуя, что ноги больше не мои. Они превратились в ходули, непослушные, ватные.
— Даш, я ухожу.
Тишина. Только на остывающей сковороде продолжали едва слышно шипеть овощи, источая чуть горелый сладковатый запах.
— Что? Куда? В командировку?
Я цеплялась за реальность, за любое объяснение, которое не разрушит всё.
— Ты же только вчера говорил, что…
— Я ухожу от тебя. Насовсем.
Я прошла в кабинет. Кирилл, смотрел на меня, в его глазах отразились: шок, ужас и ещё страх. Он явно не ожидал меня увидеть.
- Добрый день, Лидия Дмитриевна. - сказал Померанцев. - Присаживайтесь.
- Лида..., но как? Ты же, должна быть... - в шоке произнёс Кирилл.
- Должна быть далеко отсюда и быть похожей на растение? - насмешливо сказала я.
- Кирилл Степанович, - начал Померанцев. - У нас к вам накопилось много вопросов.
- Добрый день, Лидия Дмитриевна. - сказал Померанцев. - Присаживайтесь.
- Лида..., но как? Ты же, должна быть... - в шоке произнёс Кирилл.
- Должна быть далеко отсюда и быть похожей на растение? - насмешливо сказала я.
- Кирилл Степанович, - начал Померанцев. - У нас к вам накопилось много вопросов.
Он ехидно улыбается, будто только что получил Нобелевскую премию.
– Тебя возбуждают чужие грязные секреты?
– Чужие грязные секреты – это часть моей работы. Чем больше я узнаю о своих клиентах, тем лучше. В твоём случае меня возбуждает сама мысль, что ваш брак далёк от идеала, а значит, я могу рассчитывать на выплату долга. Ты задолжала мне, Мишель, забыла?
– Есть такое понятие, как истечение срока давности. Одиннадцать лет – это очень большой срок, Лев. Даже у тяжкого преступления он истекает через десять. Так что ты немного опоздал.
– Ты не поняла меня, Мишель, – Лев подаётся вперёд и нависает надо мной, находясь в опасной близости. – Я уже давно не тот наивный мальчик, которым был раньше, а с теми, кто мне задолжал, разговор у меня короткий. Либо ты добровольно проводишь со мной ночь и спокойно продолжаешь создавать иллюзию идеальной семейной жизни, либо мы пойдём несколько другим путем...
– Тебя возбуждают чужие грязные секреты?
– Чужие грязные секреты – это часть моей работы. Чем больше я узнаю о своих клиентах, тем лучше. В твоём случае меня возбуждает сама мысль, что ваш брак далёк от идеала, а значит, я могу рассчитывать на выплату долга. Ты задолжала мне, Мишель, забыла?
– Есть такое понятие, как истечение срока давности. Одиннадцать лет – это очень большой срок, Лев. Даже у тяжкого преступления он истекает через десять. Так что ты немного опоздал.
– Ты не поняла меня, Мишель, – Лев подаётся вперёд и нависает надо мной, находясь в опасной близости. – Я уже давно не тот наивный мальчик, которым был раньше, а с теми, кто мне задолжал, разговор у меня короткий. Либо ты добровольно проводишь со мной ночь и спокойно продолжаешь создавать иллюзию идеальной семейной жизни, либо мы пойдём несколько другим путем...
Выберите полку для книги