Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
— Выведешь объект любой ценой, — приказывает генерал. — Своих не бросаем…
Я лечу через полмира. За агентом под прикрытием. Им оказывается та стерва, что пять лет назад наступила на моё самолюбие.
Мы встречаемся под пулями.
— Стоять, — рявкаю, опуская ствол.
— Ты? Тот самый? — удивленно хмыкает бестия, не убирая пистолет.
— Тот самый. И за тобой должок...
— Всех кому должна — прощаю, — скалится девка.
Мы не должны были встретиться. Но встретились.
И я вдруг понял: спасти — мало. Присвоить — мало. Я должен её… удержать…
Потому что она МОЯ…
Я лечу через полмира. За агентом под прикрытием. Им оказывается та стерва, что пять лет назад наступила на моё самолюбие.
Мы встречаемся под пулями.
— Стоять, — рявкаю, опуская ствол.
— Ты? Тот самый? — удивленно хмыкает бестия, не убирая пистолет.
— Тот самый. И за тобой должок...
— Всех кому должна — прощаю, — скалится девка.
Мы не должны были встретиться. Но встретились.
И я вдруг понял: спасти — мало. Присвоить — мало. Я должен её… удержать…
Потому что она МОЯ…
— Марина, — Кирилл наконец выдохнул. — Это не... я не…
— Не то, что я думаю? Не то, чем кажется? Ты любишь только меня, а с ней у тебя всего лишь секс? — я легко выплёвывала избитые фразы.
Подруга сползла с кровати, натягивая на себя одеяло.
— Я не хотела, правда, я не подумала… Ты же говорила, что на неделю, а у меня там муж…
— Это правда всё не так, как выглядит! Ты всё не так поняла! — муж потянулся в мою сторону, но, встретившись со мной взглядом, остановился.
— Ну конечно. Как ещё можно понять то, что ты её обнимал и целовал в плечико, да?
Он открыл рот, но вновь закрыл, так и не найдя что сказать.
— Не то, что я думаю? Не то, чем кажется? Ты любишь только меня, а с ней у тебя всего лишь секс? — я легко выплёвывала избитые фразы.
Подруга сползла с кровати, натягивая на себя одеяло.
— Я не хотела, правда, я не подумала… Ты же говорила, что на неделю, а у меня там муж…
— Это правда всё не так, как выглядит! Ты всё не так поняла! — муж потянулся в мою сторону, но, встретившись со мной взглядом, остановился.
— Ну конечно. Как ещё можно понять то, что ты её обнимал и целовал в плечико, да?
Он открыл рот, но вновь закрыл, так и не найдя что сказать.
— Смотри, брат, какой подарок я тебе привез. Уверен, она скрасит твой арест…
Меня толкают вперед, я поднимаю глаза и ужасаюсь...
Передо мной Хаджи-Мурат. Скала. Абсолютный чемпион октагона… был. Пока я не стала причиной его падения…
И теперь я пленница в его доме на утесе… На много километров есть только он, я и суровая природа горного Дагестана…
— На сколько она тут? — спрашивает он про меня, словно я вещь.
— Пока не надоест. В полном твоем распоряжении. Я даже к врачу ее свозил перед перелетом. Кстати, приятный бонус, она вошла в твой дом невинной.
Утром меня вырвали из постели в московской общаге.
К вечеру я уже в горах — бесправная пленница мужчины, который уверен: я разрушила его карьеру и отправила за решетку.
Он проводит рукой по моему лицу, смотрит опасно и медленно улыбается:
— Вот и встретились, белочка… Я же говорил — все равно поймаю и накажу…
Будь послушной. Тебе некуда бежать. Вокруг только я и волки…
Меня толкают вперед, я поднимаю глаза и ужасаюсь...
Передо мной Хаджи-Мурат. Скала. Абсолютный чемпион октагона… был. Пока я не стала причиной его падения…
И теперь я пленница в его доме на утесе… На много километров есть только он, я и суровая природа горного Дагестана…
— На сколько она тут? — спрашивает он про меня, словно я вещь.
— Пока не надоест. В полном твоем распоряжении. Я даже к врачу ее свозил перед перелетом. Кстати, приятный бонус, она вошла в твой дом невинной.
Утром меня вырвали из постели в московской общаге.
К вечеру я уже в горах — бесправная пленница мужчины, который уверен: я разрушила его карьеру и отправила за решетку.
Он проводит рукой по моему лицу, смотрит опасно и медленно улыбается:
— Вот и встретились, белочка… Я же говорил — все равно поймаю и накажу…
Будь послушной. Тебе некуда бежать. Вокруг только я и волки…
Голос бандита разрушил моё счастье в первую брачную ночь:
– Продай невесту, и долг уплачен.
– Согласен.
Моё сердце разбилось на тысячи осколков. Вместо любви — предательство. Я решилась на самый отчаянный шаг – сбежать. И стала добычей мужчины, возникшего в ночи, будто из страшных снов.
Дамир сделал шаг ко мне в полумраке горного домика. Тусклый свет лампы играл тенями на его лице, подчёркивая тёмную линию щетины и серебристые капли пота на лбу.
– Сегодня должна была быть твоя первая брачная ночь? Ты проведёшь её со мной. И последующие тоже.
– Умоляю… Отпусти меня…
Я отступала, чувствуя, как промокшее от дождя свадебное платье прилипло к телу. Нога предательски поскользнулась, он подхватил меня за талию прижимая. Так крепко, что я почувствовала каждую складочку на его одежде.
В его глазах плясали опасные огоньки, а губы, почти прикасаясь к моим, обожгли кожу тихим ультиматумом:
– Даю десять секунд, чтобы избавиться от свадебного платья. Или я сорву его сам.
– Продай невесту, и долг уплачен.
– Согласен.
Моё сердце разбилось на тысячи осколков. Вместо любви — предательство. Я решилась на самый отчаянный шаг – сбежать. И стала добычей мужчины, возникшего в ночи, будто из страшных снов.
Дамир сделал шаг ко мне в полумраке горного домика. Тусклый свет лампы играл тенями на его лице, подчёркивая тёмную линию щетины и серебристые капли пота на лбу.
– Сегодня должна была быть твоя первая брачная ночь? Ты проведёшь её со мной. И последующие тоже.
– Умоляю… Отпусти меня…
Я отступала, чувствуя, как промокшее от дождя свадебное платье прилипло к телу. Нога предательски поскользнулась, он подхватил меня за талию прижимая. Так крепко, что я почувствовала каждую складочку на его одежде.
В его глазах плясали опасные огоньки, а губы, почти прикасаясь к моим, обожгли кожу тихим ультиматумом:
– Даю десять секунд, чтобы избавиться от свадебного платья. Или я сорву его сам.
— Мы все выяснили! Это чудовищная ошибка, наша сотрудница… эмбриолог… она перепутала пробирки…
— Перепутала? — гремит голос Тамерлана. — Кто эта женщина, которой подсадили моего ребенка? Где она? Я хочу знать все.
— Мы… мы не имеем права разглашать…
— Имеете! — рявкает он. — Если не хотите, чтобы я сжег эту клинику дотла, вы скажете мне!
А я стою за дверью и думаю, что мне пора бежать.
Но и шага сделать не успеваю, когда за спиной раздаётся грозное:
— Стоять!
— Перепутала? — гремит голос Тамерлана. — Кто эта женщина, которой подсадили моего ребенка? Где она? Я хочу знать все.
— Мы… мы не имеем права разглашать…
— Имеете! — рявкает он. — Если не хотите, чтобы я сжег эту клинику дотла, вы скажете мне!
А я стою за дверью и думаю, что мне пора бежать.
Но и шага сделать не успеваю, когда за спиной раздаётся грозное:
— Стоять!
Я управляла текстильным производством и была уверена, что рабочим хаосом меня уже не напугать.
А потом очнулась в другом мире. Внутри запечатанной прачечной, которую утром должны окончательно закрыть.
Магическая книга почему-то записала меня временной управляющей. Теперь у меня двадцать один день, почти разоренное дело, гора долгов, два бывших работника и городской ревизор Сарвен Краст, готовый закрыть «Белый круг», если я не пройду повторную проверку.
Казалось бы, все просто: навести порядок, вернуть клиентов и заработать достаточно, чтобы не оказаться на улице.
Но первый же заказ оказывается странным.
Пятно на дорогом платье уже выводили трижды. И каждый раз оно возвращалось.
Под подкладкой я нахожу почти невидимый узел из трех нитей.
А вскоре приходит вторая вещь с таким же узлом.
Потом третья.
Кто-то в этом городе научился отлично зарабатывать на проблемах, которые невозможно устранить навсегда.
А потом очнулась в другом мире. Внутри запечатанной прачечной, которую утром должны окончательно закрыть.
Магическая книга почему-то записала меня временной управляющей. Теперь у меня двадцать один день, почти разоренное дело, гора долгов, два бывших работника и городской ревизор Сарвен Краст, готовый закрыть «Белый круг», если я не пройду повторную проверку.
Казалось бы, все просто: навести порядок, вернуть клиентов и заработать достаточно, чтобы не оказаться на улице.
Но первый же заказ оказывается странным.
Пятно на дорогом платье уже выводили трижды. И каждый раз оно возвращалось.
Под подкладкой я нахожу почти невидимый узел из трех нитей.
А вскоре приходит вторая вещь с таким же узлом.
Потом третья.
Кто-то в этом городе научился отлично зарабатывать на проблемах, которые невозможно устранить навсегда.
Она была невестой герцога Касселя де Мортемер. Но когда настал час выбирать — она выбрала его младшего брата и сбежала с ним.
Три года спустя она возвращается — не за любовью, а за наследством. Овдовевшая и разорённая, Розалинда де Бовуар готова требовать то, что принадлежит ей по праву. Но герцог де Мортемер не забыл её предательства. Он предлагает ей сделку: неделя притворства при королевском дворе — в обмен на земли, поместье и свободу.
Она соглашается. Она умеет лгать. Она умеет играть.
Она не ожидала, что цена свободы может оказаться выше, чем она готова заплатить. И что в игре, где ставка — её жизнь, она может потерять нечто большее. Своё сердце.
Три года спустя она возвращается — не за любовью, а за наследством. Овдовевшая и разорённая, Розалинда де Бовуар готова требовать то, что принадлежит ей по праву. Но герцог де Мортемер не забыл её предательства. Он предлагает ей сделку: неделя притворства при королевском дворе — в обмен на земли, поместье и свободу.
Она соглашается. Она умеет лгать. Она умеет играть.
Она не ожидала, что цена свободы может оказаться выше, чем она готова заплатить. И что в игре, где ставка — её жизнь, она может потерять нечто большее. Своё сердце.
– Малинина! В мой кабинет! – раздался грозный рык на весь офис.
Я виновато опустила голову и пошла вслед за Доровским. Понимала, что мне влетит за то, что перепутала контракты. Наверное, он вообще меня уволит.
Когда мы оказались вдвоём, босс скрестил руки на груди и впился в меня суровым взглядом.
– Игорь Константинович, извините, я очень виновата. Но позвольте мне всё объяснить, – взмолилась я.
– Марина, я вас вызвал не для этого. Как делопроизводитель, вы меня совершенно не устраиваете, но моя маленькая дочь полюбила вас, а такое я вижу впервые. Поэтому собирайте вещи и завтра жду у себя дома.
– Но… – я растерялась. – Вы предлагаете мне присматривать за вашей дочерью?
– Именно, – властно изрёк Доровский.
– Подождите, – постепенно до меня начал доходить весь абсурд этой ситуации. – Подождите, Игорь Константинович.
– Что ещё? – грубо спросил он.
В два шага я оказалась возле него и дерзко выдала:
– Я вам не нянька, Босс!
Я виновато опустила голову и пошла вслед за Доровским. Понимала, что мне влетит за то, что перепутала контракты. Наверное, он вообще меня уволит.
Когда мы оказались вдвоём, босс скрестил руки на груди и впился в меня суровым взглядом.
– Игорь Константинович, извините, я очень виновата. Но позвольте мне всё объяснить, – взмолилась я.
– Марина, я вас вызвал не для этого. Как делопроизводитель, вы меня совершенно не устраиваете, но моя маленькая дочь полюбила вас, а такое я вижу впервые. Поэтому собирайте вещи и завтра жду у себя дома.
– Но… – я растерялась. – Вы предлагаете мне присматривать за вашей дочерью?
– Именно, – властно изрёк Доровский.
– Подождите, – постепенно до меня начал доходить весь абсурд этой ситуации. – Подождите, Игорь Константинович.
– Что ещё? – грубо спросил он.
В два шага я оказалась возле него и дерзко выдала:
– Я вам не нянька, Босс!
Я иду на кастинг, чтобы отобрать новое лицо для нашего узнаваемого молочного шоколада.
Но встречаю бывшую жену.
– Сейчас подождем ещё двух мам и начнем, - выдерживаю паузу, когда вижу ее на фоне белого полотна для фотосессии.
Я отобрал трёх маленьких девочек по фото среди сотен заявок от работников нашей фабрики. Все три “Аленки” стоят в белых сарафанах и алых платочках в горошек.
– Других мам не будет. Это все мои дочки, - произносит тихо, когда к ней прижимаются девочки.
– Сразу три? - вырывается у меня вопрос сам собой, а потом я задумываюсь. - Когда они появились на свет?
При покупке шоколадной фабрики, я думал, что самое простое это выбрать милое детское лицо, которое будет на обертке конфет. Но как сделать выбор, если все три претендентки дочки моей бывшей.
Они же могут быть моими детьми?
Но встречаю бывшую жену.
– Сейчас подождем ещё двух мам и начнем, - выдерживаю паузу, когда вижу ее на фоне белого полотна для фотосессии.
Я отобрал трёх маленьких девочек по фото среди сотен заявок от работников нашей фабрики. Все три “Аленки” стоят в белых сарафанах и алых платочках в горошек.
– Других мам не будет. Это все мои дочки, - произносит тихо, когда к ней прижимаются девочки.
– Сразу три? - вырывается у меня вопрос сам собой, а потом я задумываюсь. - Когда они появились на свет?
При покупке шоколадной фабрики, я думал, что самое простое это выбрать милое детское лицо, которое будет на обертке конфет. Но как сделать выбор, если все три претендентки дочки моей бывшей.
Они же могут быть моими детьми?
Она: Макс Воронов – хладнокровный мажор и мой личный кошмар.
Единственный способ выжить – держаться подальше.
Каждый раз, когда я сбегаю, он ловит меня и заставляет сердце сбиваться с ритма.
Наша ненависть – война. И я не собираюсь проигрывать.
Он: Алиса Шальнова – дочь человека, который уничтожил мою семью.
Она – мой единственный шанс спасти брата.
Я ненавижу её.
Но, когда она рядом, я хочу не мести.
А её. Без остатка.
Что в книге будет:
🖤 Очень эмоционально
🖤 Мстительный мажор
🖤 От ненависти до любви
🖤 Безумное притяжение
🖤 ХЭ
🖤 Остросюжетно
🖤 Бандитские разборки
Единственный способ выжить – держаться подальше.
Каждый раз, когда я сбегаю, он ловит меня и заставляет сердце сбиваться с ритма.
Наша ненависть – война. И я не собираюсь проигрывать.
Он: Алиса Шальнова – дочь человека, который уничтожил мою семью.
Она – мой единственный шанс спасти брата.
Я ненавижу её.
Но, когда она рядом, я хочу не мести.
А её. Без остатка.
Что в книге будет:
🖤 Очень эмоционально
🖤 Мстительный мажор
🖤 От ненависти до любви
🖤 Безумное притяжение
🖤 ХЭ
🖤 Остросюжетно
🖤 Бандитские разборки
Выберите полку для книги