Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
Он – враг моего отца. Для него я под запретом. Всегда была, есть и буду. Наши пути никогда не должны были пересечься, и он не должен был спасать мою жизнь. Но спас. Не должен был ко мне приближаться, но переступил черту. И сейчас... он смотрит на меня, как голодный зверь на свою добычу.
– Беги, Арина. Я даю тебе последний шанс, – его голос хриплый, низкий. Он пробирает до костей.
Если он поймает меня, то уже не отпустит. Я совершу самую ужасную ошибку в своей жизни.
Секунда, и я прижата к холодной стене. Вторая, и его горячее дыхание опаляет кожу.
– Слишком медленно, девочка, – хрипит на ухо, – все было по-честному. Я дал шанс, а ты не воспользовалась.
Рывок, треск моей одежды, и я замираю от ужаса под его голодным взглядом.
– Беги, Арина. Я даю тебе последний шанс, – его голос хриплый, низкий. Он пробирает до костей.
Если он поймает меня, то уже не отпустит. Я совершу самую ужасную ошибку в своей жизни.
Секунда, и я прижата к холодной стене. Вторая, и его горячее дыхание опаляет кожу.
– Слишком медленно, девочка, – хрипит на ухо, – все было по-честному. Я дал шанс, а ты не воспользовалась.
Рывок, треск моей одежды, и я замираю от ужаса под его голодным взглядом.
- Я стану вашей!
Подписываю договор дрожащими руками. В голове только одно: «Это поможет моей маме».
- Отлично, сумма поступит тебе на счет незамедлительно, а теперь встать! - отдан четкий приказ. - Хочу посмотреть, что я купил. Раздевайся…
Подписывая контракт, чтобы спасти свою маму, я даже не представляла, что ждет меня дальше. Теперь я пленница самого Дьявола. Он безжалостный и жестокий, и теперь мне не выбраться. Или есть надежда не потерять свое сердце?
Подписываю договор дрожащими руками. В голове только одно: «Это поможет моей маме».
- Отлично, сумма поступит тебе на счет незамедлительно, а теперь встать! - отдан четкий приказ. - Хочу посмотреть, что я купил. Раздевайся…
Подписывая контракт, чтобы спасти свою маму, я даже не представляла, что ждет меня дальше. Теперь я пленница самого Дьявола. Он безжалостный и жестокий, и теперь мне не выбраться. Или есть надежда не потерять свое сердце?
"Дядя Коля… Я ведь была влюблена в него с самого детства, как только увидела его ещё совсем малышкой.
Тогда он был молодым красивым парнем, ровесником моего отца, потом я его не видела много лет. И вот теперь, когда голос врача в трубке мне говорит, что я скоро увижу свою первую детскую любовь, у меня всё переворачивается внутри.
Только я уже давно не малышка. И он будет моим первым, во что бы то ни стало..."
Безумно нежная и горячая история о первой любви, которая вырастает в первую всё разрушающую страсть.
***
Тогда он был молодым красивым парнем, ровесником моего отца, потом я его не видела много лет. И вот теперь, когда голос врача в трубке мне говорит, что я скоро увижу свою первую детскую любовь, у меня всё переворачивается внутри.
Только я уже давно не малышка. И он будет моим первым, во что бы то ни стало..."
Безумно нежная и горячая история о первой любви, которая вырастает в первую всё разрушающую страсть.
***
Мужчина оборачивается на мой вскрик, и я вижу его лицо - волевое и очень красивое. Ровные белые зубы оскалены, в тëмных глазах - неистовая, звериная ярость.
Из-за этого в облике мужчины мне невольно чудится что-то волчье, сила крупного зверя, вожака, чëрного волка - готового драться за свой авторитет хоть со всем миром...
- Не надо... - шепчу, чувствуя, что вот-вот провалюсь в блаженное забытье, и сопротивляться не останется сил. - Не надо...
- Надо, - властно настаивает незнакомец. - Ты сама хочешь этого, я знаю... Будь покорной, девочка!
Из-за этого в облике мужчины мне невольно чудится что-то волчье, сила крупного зверя, вожака, чëрного волка - готового драться за свой авторитет хоть со всем миром...
- Не надо... - шепчу, чувствуя, что вот-вот провалюсь в блаженное забытье, и сопротивляться не останется сил. - Не надо...
- Надо, - властно настаивает незнакомец. - Ты сама хочешь этого, я знаю... Будь покорной, девочка!
– Так скромная девочка не такая уж невинная? – ухмыльнулся отчим, проходя в комнату. – Творишь такое, подслушивая взрослых?
От ужаса разоблачения я нервно залепетала:
– Я не... Я...!
Я дернулась за покрывалом, как моя рука оказалась перехвачена, а ухо обдало жарким дыханием.
– Поздно, Ксю, – шепнул мужчина, заключая в клетку из рук. – Я всё видел. И теперь...
Когда в нашем доме стал появляться будущий отчим, я твёрдо вознамерилась как можно скорее найти парня. Вот только отчим узнал секрет, что я отчаянно хотела скрыть. И теперь мне придётся постараться, чтобы вернуть всё, как было. Но согласиться ли он?
От ужаса разоблачения я нервно залепетала:
– Я не... Я...!
Я дернулась за покрывалом, как моя рука оказалась перехвачена, а ухо обдало жарким дыханием.
– Поздно, Ксю, – шепнул мужчина, заключая в клетку из рук. – Я всё видел. И теперь...
Когда в нашем доме стал появляться будущий отчим, я твёрдо вознамерилась как можно скорее найти парня. Вот только отчим узнал секрет, что я отчаянно хотела скрыть. И теперь мне придётся постараться, чтобы вернуть всё, как было. Но согласиться ли он?
- Ты же хотела чего-то необычного? В кабинете самого Матусова - куда еще необычнее? Такое ты никогда не забудешь, - внушает мне мой парень.
- Нет, нет, - пытаюсь убрать от себя его руки. Устроиться прямо здесь, в доме отца подруги, которому негласно принадлежит весь наш город - это безумие. - Перестань!
- Мы быстренько, кисунь, - он не послушал, нащупал молнию платья. - Ну ты же сама хочешь? Первый раз на том столе?
- Я хочу, - вдруг грохнул от выхода мужской голос, от которого у меня душа в пятки ушла.
Обреченно глянула через плечо.
И потемнело в глазах.
Марат Денисович высится в проеме черной угрожающей горой. И словно по воздуху от него опасность разливается, жар, который пожирает весь кислород.
- У тебя три секунды, чтобы свалить из моего дома, - жесткий взгляд с моего парня переместился на меня. Отец подруги перешагнул порог и усмехнулся: - Я сам устрою кисуне первый раз на своем столе.
- Нет, нет, - пытаюсь убрать от себя его руки. Устроиться прямо здесь, в доме отца подруги, которому негласно принадлежит весь наш город - это безумие. - Перестань!
- Мы быстренько, кисунь, - он не послушал, нащупал молнию платья. - Ну ты же сама хочешь? Первый раз на том столе?
- Я хочу, - вдруг грохнул от выхода мужской голос, от которого у меня душа в пятки ушла.
Обреченно глянула через плечо.
И потемнело в глазах.
Марат Денисович высится в проеме черной угрожающей горой. И словно по воздуху от него опасность разливается, жар, который пожирает весь кислород.
- У тебя три секунды, чтобы свалить из моего дома, - жесткий взгляд с моего парня переместился на меня. Отец подруги перешагнул порог и усмехнулся: - Я сам устрою кисуне первый раз на своем столе.
-Это всего лишь договорной брак, Сибиль. Я даже не собираюсь спать с ней,- раздраженно бросил Карим.
-Но ты сам говорил, что для власти над их землями тебе нужен наследник от неё…- почти плакала девушка, отбиваясь от его рук.
-Не ревнуй к черной тряпке. Я даже лица ее не видел без никаба. Эта чертова свадьба с девчонкой Зороха ничего не изменит. Ты моя женщина,- он прижал ее к столу и прогнул.
Я сглотнула и шагнула в шатер.
-Что ты здесь забыла?! -бросил презрительно, сквозь зубы, продолжив вколачиваться в свою любовницу Карим, -Свадьба только завтра.
-Мне нужно поговорить… -голос предательски задрожал.
Завтра я стану женой жестокого сирийца, который поставил мой народ на колени, но меня не поставит... Я сожгу твою душу, Карим Увейдат…
-Но ты сам говорил, что для власти над их землями тебе нужен наследник от неё…- почти плакала девушка, отбиваясь от его рук.
-Не ревнуй к черной тряпке. Я даже лица ее не видел без никаба. Эта чертова свадьба с девчонкой Зороха ничего не изменит. Ты моя женщина,- он прижал ее к столу и прогнул.
Я сглотнула и шагнула в шатер.
-Что ты здесь забыла?! -бросил презрительно, сквозь зубы, продолжив вколачиваться в свою любовницу Карим, -Свадьба только завтра.
-Мне нужно поговорить… -голос предательски задрожал.
Завтра я стану женой жестокого сирийца, который поставил мой народ на колени, но меня не поставит... Я сожгу твою душу, Карим Увейдат…
- Отдай Марселю один клуб в распоряжение. Пусть работает, а не по мячу пинает. Кристина звонила, сказала, что дочь раньше к нам отправляют, чтобы к первому учебному дню успела. Пусть присматривает и головой за неё отвечает. Причем не той, что на плечах, а той, что между ног! - вещает мама.
- А чего за ней следить-то? Взрослая уже, или ей попку подтирать нужно?
- Тина — розовый цветочек Аяна. Не удивлюсь, если девочка до сих пор невинная. С таким отцом, как он, это вполне возможно, - закатывается от смеха отец.
Вот я почему-то даже не удивлен.
Да и кто на неё посмотрит? Я лично ржал над ней, потому что она в садике была самым что ни на есть страшилищем. Толстая, кудрявая, кривые зубы и огромные глазища.
Как вспомню, как она плачет и морщится, так на ржач снова пробивает.
Уже предвкушаю встречу с Тиной болотной, ибо заготовил я для неё те еще издевательства.
Напомню девочке садик и того самого маленького ублюдка…
- А чего за ней следить-то? Взрослая уже, или ей попку подтирать нужно?
- Тина — розовый цветочек Аяна. Не удивлюсь, если девочка до сих пор невинная. С таким отцом, как он, это вполне возможно, - закатывается от смеха отец.
Вот я почему-то даже не удивлен.
Да и кто на неё посмотрит? Я лично ржал над ней, потому что она в садике была самым что ни на есть страшилищем. Толстая, кудрявая, кривые зубы и огромные глазища.
Как вспомню, как она плачет и морщится, так на ржач снова пробивает.
Уже предвкушаю встречу с Тиной болотной, ибо заготовил я для неё те еще издевательства.
Напомню девочке садик и того самого маленького ублюдка…
Два брата, два вампира, в чей дом я попала по ошибке, но теперь оказалась в ловушке. Они не отпускают меня, но и я не очень хочу уходить. Сначала я боялась, но чем больше нахожусь с ними тем больше мне нравится. Тем больше мне хочется… остаться.
Добро пожаловать в семью Морэлей, самых порочных и опасных вампиров. Добро пожаловать в дом темных.
Добро пожаловать в семью Морэлей, самых порочных и опасных вампиров. Добро пожаловать в дом темных.
- У вас выпирает...там...
Голос за спиной дрогнул.
Герман на мгновение замер…
Черт.
Черт!
И вроде не юнец сопливый, а ощущение, что его мамка застукала за непотребством при просмотре порнушки.
И не то, чтобы стыдно. Такого понятия в его лексиконе давно не существовало. Не тот возраст и социальный статус.
Но "палатка" знатная вышла. Натянулось как надо.
Чего уж.***
Пару часов назад Герману Базилю вместо обезболивающего вкололи лошадиную дозу тестостерона. А в моменте – СВ-купе, незнакомка и новогодняя ночь.
Содержит нецензурную брань
Голос за спиной дрогнул.
Герман на мгновение замер…
Черт.
Черт!
И вроде не юнец сопливый, а ощущение, что его мамка застукала за непотребством при просмотре порнушки.
И не то, чтобы стыдно. Такого понятия в его лексиконе давно не существовало. Не тот возраст и социальный статус.
Но "палатка" знатная вышла. Натянулось как надо.
Чего уж.***
Пару часов назад Герману Базилю вместо обезболивающего вкололи лошадиную дозу тестостерона. А в моменте – СВ-купе, незнакомка и новогодняя ночь.
Содержит нецензурную брань
Выберите полку для книги