Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
— Может, естественным путем, — предлагает свекор.
Привлекательный мужчина смотрит на меня так, что все внутри дрожит.
— Что? — переспрашиваю.
— Ты же хотела ребенка. ЭКО — это гормоны, вредно, а я здоровый, фертильный мужчина, полностью к твоим услугам, невестка.
Привлекательный мужчина смотрит на меня так, что все внутри дрожит.
— Что? — переспрашиваю.
— Ты же хотела ребенка. ЭКО — это гормоны, вредно, а я здоровый, фертильный мужчина, полностью к твоим услугам, невестка.
— Ты дрожишь.
— Он ударил меня вчера. И год до этого.
— А сегодня?
— Сегодня я позвонила его отцу.
— И что сказал свёкор?
— «Выходи. Мы ждали, когда ты сама захочешь уйти».
— Кто — мы?
— ...Я ещё не знаю. Но впервые за два года мне не страшно.
— Он ударил меня вчера. И год до этого.
— А сегодня?
— Сегодня я позвонила его отцу.
— И что сказал свёкор?
— «Выходи. Мы ждали, когда ты сама захочешь уйти».
— Кто — мы?
— ...Я ещё не знаю. Но впервые за два года мне не страшно.
— Пожалуйста, — мой голос ломается. — Уйдите. Сейчас.
Но я не делаю шага в сторону. Я стою, прижатая к стене.
— Ты хочешь, чтобы я ушел? — спрашивает он, и в его хрипоте слышится вызов.
Я молчу. Молчание — самый громкий ответ.
Он наклоняется. Его губы в двух сантиметрах от моих. Я чувствую тепло, смешанное с табачной горечью. Моя голова идет кругом. Внутри все кричит: «Да! Целуй!» — но страх скручивает внутренности узлом.
Но я не делаю шага в сторону. Я стою, прижатая к стене.
— Ты хочешь, чтобы я ушел? — спрашивает он, и в его хрипоте слышится вызов.
Я молчу. Молчание — самый громкий ответ.
Он наклоняется. Его губы в двух сантиметрах от моих. Я чувствую тепло, смешанное с табачной горечью. Моя голова идет кругом. Внутри все кричит: «Да! Целуй!» — но страх скручивает внутренности узлом.
Я переехала, чтобы забыть бывшего жениха. Но вместо спокойствия получила соседа сверху.
Каждую ночь — женские стоны, музыка и мужчина из квартиры 1308, которого весь дом считает самым опасным развратником тринадцатого этажа.
Я ненавижу его.
Пока не узнаю, что это Макс Коршунов — тот самый тихий парень из школы, который смотрел на меня так, будто давно решил: когда-нибудь я стану его.
Каждую ночь — женские стоны, музыка и мужчина из квартиры 1308, которого весь дом считает самым опасным развратником тринадцатого этажа.
Я ненавижу его.
Пока не узнаю, что это Макс Коршунов — тот самый тихий парень из школы, который смотрел на меня так, будто давно решил: когда-нибудь я стану его.
- Теперь ты будешь работать не на клуб. На меня.
Его голос — низкий, спокойный, у самого моего виска. Дверь кабинета щёлкает за спиной. Я пришла просить отсрочку по чужому долгу — а ухожу с его визиткой в дрожащих пальцах и адресом, который выжигает кожу сквозь сумку.
Его голос — низкий, спокойный, у самого моего виска. Дверь кабинета щёлкает за спиной. Я пришла просить отсрочку по чужому долгу — а ухожу с его визиткой в дрожащих пальцах и адресом, который выжигает кожу сквозь сумку.
— Попалась, негодница, — его обжигающий полушепот заставил меня вздрогнуть, а сильные ладони намертво прижали мою талию к дубовому столу.
— Вы слишком близко стоите, Александр Дмитриевич, — я попыталась вернуть голос покорной старосты, но дыхание сорвалось.
— В самый раз, — он жестко развернул меня к себе, срывая очки. — Какая же ты дрянь... Посмотри на меня!
Мой идеальный план рухнул. В его глазах горел пожар триумфа: заносчивый лектор-мажор наконец узнал, что скромная заучка с первой парты и неуловимая хакерша, вскрывшая счета его отца — один и тот же человек.
— Ты залезла мне под кожу. И теперь ты отсюда не выйдешь.
— Попробуй... — дерзко выдохнула я за секунду до того, как он яростно, голодно впился в мои губы, усаживая меня прямо на рабочий стол среди клавиатур.
— Вы слишком близко стоите, Александр Дмитриевич, — я попыталась вернуть голос покорной старосты, но дыхание сорвалось.
— В самый раз, — он жестко развернул меня к себе, срывая очки. — Какая же ты дрянь... Посмотри на меня!
Мой идеальный план рухнул. В его глазах горел пожар триумфа: заносчивый лектор-мажор наконец узнал, что скромная заучка с первой парты и неуловимая хакерша, вскрывшая счета его отца — один и тот же человек.
— Ты залезла мне под кожу. И теперь ты отсюда не выйдешь.
— Попробуй... — дерзко выдохнула я за секунду до того, как он яростно, голодно впился в мои губы, усаживая меня прямо на рабочий стол среди клавиатур.
Вера с детства привыкла считать интимную близость чем-то постыдным, и даже в браке с любимым мужем ей долго не удаётся преодолеть внутреннюю скованность и страх выглядеть смешной. В день двадцатилетия свадьбы Алексей просит жену довериться ему и на одну ночь стать «послушной девочкой» — без лишних вопросов, в необычном для неё образе, с завязанными глазами, что становится началом самого смелого и пугающего приключения в их семейной жизни.
🔥 Первое, что я вижу, открывая глаза – это взгляд. Темный. Голодный.
Он говорит, что я стерла из памяти последние пол года. И обещает уничтожить меня.
***
🔞 Я не узнаю себя. Та Соня была дерзкой. Голодной. Она писала ему: «Ты научил меня думать только о тебе».
А он отвечал: «Я не учил. Я запрещал. А ты не слушала».
Я не знаю, кто он. Но я знаю точно: если не вспомню, чем всё кончилось в прошлый раз — всё повторится.
Он говорит, что я стерла из памяти последние пол года. И обещает уничтожить меня.
***
🔞 Я не узнаю себя. Та Соня была дерзкой. Голодной. Она писала ему: «Ты научил меня думать только о тебе».
А он отвечал: «Я не учил. Я запрещал. А ты не слушала».
Я не знаю, кто он. Но я знаю точно: если не вспомню, чем всё кончилось в прошлый раз — всё повторится.
— Твои отчёты всегда были идеальными, Карина. Но этот… просто шедевр. Особенно часть про мой стол, — ухмыльнулся мужчина.
— Ярослав Владимирович, это ошибка! Я сейчас же напишу заявление…
— Никаких заявлений, — оборвал её сзади низкий голос Артура, пока его ладонь властно легла на её пышное бедро. — В нашей компании за ошибки платят. Скажи вслух… ты действительно хочешь?
Назад дороги не было.
— Да, — выдохнула она. — Хочу.
Скромная «пышка» из финотдела Карина случайно отправляет двум своим боссам - властному Артуру и дерзкому Ярику, свой тайный эротический дневник вместо аудиторского отчета. Вместо увольнения мужчины запирают её в офисе в пятницу вечером и проводят (не) скромную ночь.
— Ярослав Владимирович, это ошибка! Я сейчас же напишу заявление…
— Никаких заявлений, — оборвал её сзади низкий голос Артура, пока его ладонь властно легла на её пышное бедро. — В нашей компании за ошибки платят. Скажи вслух… ты действительно хочешь?
Назад дороги не было.
— Да, — выдохнула она. — Хочу.
Скромная «пышка» из финотдела Карина случайно отправляет двум своим боссам - властному Артуру и дерзкому Ярику, свой тайный эротический дневник вместо аудиторского отчета. Вместо увольнения мужчины запирают её в офисе в пятницу вечером и проводят (не) скромную ночь.
Я всегда была "хорошей девочкой".
Пока не приехала в Малиновку.
Один взгляд татуированного пасечника Вадима — и все внутри меня загорелось. Его руки в меде, грубый голос, голодные глаза… За одно лето он сорвал с меня всю скромность и правильность. Малинник, горячая баня, ночная река — страсть между нами не утихала.
Но Вадим не просто горячий сосед. У него свое тяжелое прошлое, а у меня — страх довериться.
Жаркое, сладкое, запретное лето, которое перевернуло мою жизнь с ног на голову.
Пока не приехала в Малиновку.
Один взгляд татуированного пасечника Вадима — и все внутри меня загорелось. Его руки в меде, грубый голос, голодные глаза… За одно лето он сорвал с меня всю скромность и правильность. Малинник, горячая баня, ночная река — страсть между нами не утихала.
Но Вадим не просто горячий сосед. У него свое тяжелое прошлое, а у меня — страх довериться.
Жаркое, сладкое, запретное лето, которое перевернуло мою жизнь с ног на голову.
Выберите полку для книги