Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
– Я дома, – говорит он из коридора.
Полковник Корнеев вернулся из командировки. Саратов, неделя, совещание в штабе.
Из ванной доносится шум воды, и я стою над его сумкой и делаю то, что делала сотни раз: разбираю вещи.
Бритвенный набор. Зарядка. Грязные носки – свёрнуты комком, как обычно. Запасной ремень. Футболка для сна. И на дне – скомканная белая рубашка.
Я вытаскиваю её, чтобы бросить в стирку, и замираю.
Запах. Он бьёт в нос мгновенно – сладкий, приторный, удушливый. Чужие духи. Тяжёлые, пряные, с мускусной нотой. Эти духи кричат. Они воняют, если честно.
Я подношу рубашку ближе к свету и вижу.
На воротнике – след. Яркий, красный, жирный, отчётливый. Губная помада. Красная, густо-красная, цвета пожарной машины.
У меня нет красной помады. Я вообще редко крашу губы – Андрей говорит, что «размалёванных женщин» не уважает. Ирония, думаю я, глядя на этот алый след. Какая чудовищная, великолепная ирония.
Муж променял меня на 120 кг обаяния и вкусный борщ
Полковник Корнеев вернулся из командировки. Саратов, неделя, совещание в штабе.
Из ванной доносится шум воды, и я стою над его сумкой и делаю то, что делала сотни раз: разбираю вещи.
Бритвенный набор. Зарядка. Грязные носки – свёрнуты комком, как обычно. Запасной ремень. Футболка для сна. И на дне – скомканная белая рубашка.
Я вытаскиваю её, чтобы бросить в стирку, и замираю.
Запах. Он бьёт в нос мгновенно – сладкий, приторный, удушливый. Чужие духи. Тяжёлые, пряные, с мускусной нотой. Эти духи кричат. Они воняют, если честно.
Я подношу рубашку ближе к свету и вижу.
На воротнике – след. Яркий, красный, жирный, отчётливый. Губная помада. Красная, густо-красная, цвета пожарной машины.
У меня нет красной помады. Я вообще редко крашу губы – Андрей говорит, что «размалёванных женщин» не уважает. Ирония, думаю я, глядя на этот алый след. Какая чудовищная, великолепная ирония.
Муж променял меня на 120 кг обаяния и вкусный борщ
Света подписала контракт с закрытым поселком Аварин, не читая мелкий шрифт. Теперь её сосед оборотень с жёлтыми глазами, пациенты вампиры, а по ночам в лесу воют совсем не обычные волки. Дамир Горский узнал в ней свою истинную пару, но сопротивляется: она ведь человек, а у него уже есть невеста, ведьма Мира, дочь самого главы города. Света не ищет любви, она просто хочет отработать три месяца и уехать. Но волк не умеет ждать. А Мира не умеет проигрывать. Кто выживет, когда ведьма объявит войну?
Я — сирота, живу в общаге, никому не нужна. А он — генерал, который однажды схватил меня под дождём и назвал чужим именем — Аня. Потом я узнала правду: я — точная копия его погибшей любви, моей матери. И он запер меня в своём особняке, чтобы смотреть на её лицо в моих чертах.
— Ты видишь во мне только её призрак? — кричу я. — Отпусти!
Вадим сжимает мои плечи:
— Будешь делать так, как я сказал.
— А если нет? Зарежешь?
С этого момента начинается моя война с тюремщиком в погонах. Но когда ночью он приходит в мою комнату и стирает все границы, я понимаю: бежать я уже не хочу. И хуже всего — он знает об этом. Потому что теперь я не пленница. Я — его одержимость. И живое напоминание о той, кого он не смог спасти.
— Ты видишь во мне только её призрак? — кричу я. — Отпусти!
Вадим сжимает мои плечи:
— Будешь делать так, как я сказал.
— А если нет? Зарежешь?
С этого момента начинается моя война с тюремщиком в погонах. Но когда ночью он приходит в мою комнату и стирает все границы, я понимаю: бежать я уже не хочу. И хуже всего — он знает об этом. Потому что теперь я не пленница. Я — его одержимость. И живое напоминание о той, кого он не смог спасти.
– Ненавижу тебя, – шиплю, боясь, что муж услышит.
– Нет, – Брат моего мужа, которого я ненавижу, хватает меня за руку. – Ты хочешь, чтоб я сделал с тобой то, чего не может мой братик. Слабак он по мужской части.
– Пусти! – протестую я, но он делает свое.
Ненавижу этого козла и хочу.
– Нет, – Брат моего мужа, которого я ненавижу, хватает меня за руку. – Ты хочешь, чтоб я сделал с тобой то, чего не может мой братик. Слабак он по мужской части.
– Пусти! – протестую я, но он делает свое.
Ненавижу этого козла и хочу.
— Эй, придурок! Ты посмотри, что ты сотворил с моими пробами! Я полчаса потратила, чтобы собрать весь этот материал! И хватит на меня пялиться, я тебе не моделька с конкурса мокрые майки.
— Цыпа, не ори, от твоего визга в голове звенит. Может стоит попробовать? Сейчас обольем топ и будет топ! Смотри какое солнце, давай развлекаться?
Оскар продолжал лежать, опираясь на локти, и откровенно разглядывал девушку, которая извергала проклятия.
— Ну всё, с меня хватит! Сейчас будет тебе веселье. Я вызываю полицию!
Оскар - наглый мажор. Он привык, что мир вертится вокруг него. Дорогие тачки, ночные клубы и девочки.
Но все меняется, когда он влетает в витрину бутика. Отец в ярости.
Карты заблокированы.
Встречай меня, мама, хорошего сына.
Продолжим веселье на южных берегах.
Амалия — рыжая бестия, эколог до мозга костей и обладательница острейшего языка.
Оскар уничтожил её пробы, Лия его отдых.
Теперь ему светят исправительные работы, а ей напарник.
— Цыпа, не ори, от твоего визга в голове звенит. Может стоит попробовать? Сейчас обольем топ и будет топ! Смотри какое солнце, давай развлекаться?
Оскар продолжал лежать, опираясь на локти, и откровенно разглядывал девушку, которая извергала проклятия.
— Ну всё, с меня хватит! Сейчас будет тебе веселье. Я вызываю полицию!
Оскар - наглый мажор. Он привык, что мир вертится вокруг него. Дорогие тачки, ночные клубы и девочки.
Но все меняется, когда он влетает в витрину бутика. Отец в ярости.
Карты заблокированы.
Встречай меня, мама, хорошего сына.
Продолжим веселье на южных берегах.
Амалия — рыжая бестия, эколог до мозга костей и обладательница острейшего языка.
Оскар уничтожил её пробы, Лия его отдых.
Теперь ему светят исправительные работы, а ей напарник.
- Это пятый тест ДНК в чертовой независимой лаборатории, которые все время разные! - буквально рычит Сергей. - И снова он отрицательный! Я Артему не отец!
- Но у меня никого, кроме тебя, не было, Серёж… Я не могла его родить от Святого Духа!
Случайный намёк бывшей девушки моего мужа привёл к тому, что он решил тайно сделать тест ДНК. И наш сын оказался ему не сыном. Затем были ещё четыре теста - уже открыто.
Каждый из них показывал то же самое - Сергей Артёму не отец.
Но это просто невозможно… Я родила от мужа и знаю это.
А потом оказалось, что возможно. И что дело в самом Сергее.
Как теперь вернуть почти разрушенное доверие?
- Но у меня никого, кроме тебя, не было, Серёж… Я не могла его родить от Святого Духа!
Случайный намёк бывшей девушки моего мужа привёл к тому, что он решил тайно сделать тест ДНК. И наш сын оказался ему не сыном. Затем были ещё четыре теста - уже открыто.
Каждый из них показывал то же самое - Сергей Артёму не отец.
Но это просто невозможно… Я родила от мужа и знаю это.
А потом оказалось, что возможно. И что дело в самом Сергее.
Как теперь вернуть почти разрушенное доверие?
— Мне нужны деньги. Три миллиона. Я отдам. Всё, что захочешь.
Он усмехается, и эта усмешка режет хуже ножа. Делает шаг ко мне, но я не отступаю, хотя колени дрожат.
— На что угодно? — переспрашивает он, нависая надо мной. — Милая, ты даже не представляешь, что здесь «что угодно».
Я сглатываю ком в горле, но продолжаю:
— Ты дерёшься за миллионы. Один бой — и три миллиона для тебя пыль. Я прошу помощь. Я отработаю каждый рубль.
Он наклоняет голову, рассматривает меня как насекомое. Медленно, с ленцой роняет:
— Отработаешь? Ты даже не знаешь, как выглядят три миллиона, мышь. Ты столько не стоишь.
Меня захлёстывает злость. Я смотрю ему в глаза и не отвожу взгляда, хотя внутри всё обрывается.
— Откуда ты знаешь? Ты увидел дырявое пальто и решил, что я мусор. А что, если нет?
— Ты не сломаешься? — переспрашивает он тихо. — Я одним взглядом могу тебя раздавить.
— Попробуй. Не получится!
Он усмехается, и эта усмешка режет хуже ножа. Делает шаг ко мне, но я не отступаю, хотя колени дрожат.
— На что угодно? — переспрашивает он, нависая надо мной. — Милая, ты даже не представляешь, что здесь «что угодно».
Я сглатываю ком в горле, но продолжаю:
— Ты дерёшься за миллионы. Один бой — и три миллиона для тебя пыль. Я прошу помощь. Я отработаю каждый рубль.
Он наклоняет голову, рассматривает меня как насекомое. Медленно, с ленцой роняет:
— Отработаешь? Ты даже не знаешь, как выглядят три миллиона, мышь. Ты столько не стоишь.
Меня захлёстывает злость. Я смотрю ему в глаза и не отвожу взгляда, хотя внутри всё обрывается.
— Откуда ты знаешь? Ты увидел дырявое пальто и решил, что я мусор. А что, если нет?
— Ты не сломаешься? — переспрашивает он тихо. — Я одним взглядом могу тебя раздавить.
— Попробуй. Не получится!
🔥ОДНОТОМНИК 🔥 НАКАЛ СТРАСТЕЙ 🔥Когда я умирала от боли, мой муж сказал, что я притворяюсь.
Он посмотрел не на меня. Он посмотрел на браслет, который вспыхнул красным.
Герцог-дракон не поверил мне. Он поверил фамильному артефакту.
Запер дверь. Уехал на бал. А я умерла.
Теперь я вернулась в чужом теле, чтобы доказать свою правду. Но мой муж считает меня самозванкой, а рядом с ним уже появилась новая невеста.
И чем ближе он подбирается к разгадке моей смерти, тем опаснее становится для нас обоих.
Но сможет ли он поверить мне раньше, чем потеряет во второй раз?
В тексте есть:
- сильная героиня
- смерть
- хладнокровный и упрямый дракон
- второй шанс в новом теле
- драма из-за недопонимания
- ХЭ
Он посмотрел не на меня. Он посмотрел на браслет, который вспыхнул красным.
Герцог-дракон не поверил мне. Он поверил фамильному артефакту.
Запер дверь. Уехал на бал. А я умерла.
Теперь я вернулась в чужом теле, чтобы доказать свою правду. Но мой муж считает меня самозванкой, а рядом с ним уже появилась новая невеста.
И чем ближе он подбирается к разгадке моей смерти, тем опаснее становится для нас обоих.
Но сможет ли он поверить мне раньше, чем потеряет во второй раз?
В тексте есть:
- сильная героиня
- смерть
- хладнокровный и упрямый дракон
- второй шанс в новом теле
- драма из-за недопонимания
- ХЭ
— Я сплю с твоим мужем, — выдает «подруга» монотонно, будто читает рецепт борща, который так и не научилась готовить. — Уже давно.
«Давно?!» — выстреливает в сознание очагом новой боли.
— Сколько?!
— Года два.
Меня обдает жаром.
Боже мой, два года, как я готовлю, стираю, глажу рубашки неблагодарному негодяю. Два года, как Алексей приходит домой, целует меня и идет ужинать как ни в чем не бывало после нее! Два года, как я дарю ему свое тепло, свои мысли, свое тело, а он одновременно спит с моей лучшей подругой!
Уму непостижимо…
— Ты… ты… — слова застревают в горле. Не могу выдавить ни одного. Только смотрю в бесстыжие глаза напротив, на знакомое до боли лицо, которое всегда было рядом, которое менялось вместе с моим все эти годы.
Она была одноклассницей, с которой мы сидели за одной партой много лет.
Свидетельницей на моей свадьбе...
А потом, в какой-то момент перечеркнув все хорошее, стала удовлетворять моего мужа.
Как так случилось?!
— Почему ты это сделала? Разве мало д
«Давно?!» — выстреливает в сознание очагом новой боли.
— Сколько?!
— Года два.
Меня обдает жаром.
Боже мой, два года, как я готовлю, стираю, глажу рубашки неблагодарному негодяю. Два года, как Алексей приходит домой, целует меня и идет ужинать как ни в чем не бывало после нее! Два года, как я дарю ему свое тепло, свои мысли, свое тело, а он одновременно спит с моей лучшей подругой!
Уму непостижимо…
— Ты… ты… — слова застревают в горле. Не могу выдавить ни одного. Только смотрю в бесстыжие глаза напротив, на знакомое до боли лицо, которое всегда было рядом, которое менялось вместе с моим все эти годы.
Она была одноклассницей, с которой мы сидели за одной партой много лет.
Свидетельницей на моей свадьбе...
А потом, в какой-то момент перечеркнув все хорошее, стала удовлетворять моего мужа.
Как так случилось?!
— Почему ты это сделала? Разве мало д
Что находится в шкафу у женщины, которая не задает вопросов?
Визитка любовницы, пачка чеков из ювелирного и розовый носок с пайетками, который Полина находит в стиральной машине.
Она знает всё. Она молчит. Она ждет.
Потому что у каждого терпения есть цена.
У Полины рубль в день. Ровно столько она получала за четырнадцать лет брака после развода. Один рубль за каждый день унижений.
Но тот, кто думает, что Полина останется у разбитого корыта, не знает главного: у нее есть секрет. Имя ему Константин Иванович..
И тот, кто разрушил ее семью, теперь будет умолять о встрече.
Роман-расплата. Роман-возвращение. Роман о том, как из пепла поднимаются не фениксы, а ледяные королевы.
Визитка любовницы, пачка чеков из ювелирного и розовый носок с пайетками, который Полина находит в стиральной машине.
Она знает всё. Она молчит. Она ждет.
Потому что у каждого терпения есть цена.
У Полины рубль в день. Ровно столько она получала за четырнадцать лет брака после развода. Один рубль за каждый день унижений.
Но тот, кто думает, что Полина останется у разбитого корыта, не знает главного: у нее есть секрет. Имя ему Константин Иванович..
И тот, кто разрушил ее семью, теперь будет умолять о встрече.
Роман-расплата. Роман-возвращение. Роман о том, как из пепла поднимаются не фениксы, а ледяные королевы.
Выберите полку для книги