Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

— Вы чего? — взвизгиваю, хватаю пресс–папье и замахиваюсь на огромного брутала, что упирается в меня тем, о чем многие женщины мечтают.
— Чего корчишь из себя безпамятную? – рычит он, наклоняясь так близко, что мне становится жарко.
— В смысле корчу? Я в-вас впервые вижу.., — рявкаю в ответ, угрожая пресс–папье.
— Эм–м–м… А это что?— мычит «бычара» и суёт мне под нос красные трусы. — Ну, признайся, трусишка, что твои…И ты оставила их в моей спальне.
— Еще чего?! Да, такие трусы в любом «Ашане» купить можно, — фыркаю и метко вхожу коленом в святая святых.
Он сгибается от боли. Я выбегаю из кабинета, чертыхаясь на бывшего мужа, его любовницу и чертовы красные трУсЫ…

- Степ, что ты делаешь? Нам нельзя. Не здесь. Прекрати! Нас увидят, - испуганно бормочет.
А сама уже только что не растекается по стенке.
Я-то что? Я ничего! Только до кружева чулок добрался.
Но в глазах напротив уже паника.
- Он или я, Насть? Здесь и сейчас. Выбирай! - требую и подцепляю пальцем подтяжку.
- Или что?
- Или тому, кто нас сейчас увидит, лучше развернуться и сразу бежать в обратную сторону.
- Ты не пос-с-смеешь!
- Проверим?

Она свела меня с ума всего за одну ночь. А потом сбежала.
Решила, что я отпустил? Как бы ни так, училка! Я с тобой ещё не закончил. И всё это время лишь терпеливо выжидал удобного момента.
Нашел, поймал, и если кто-то наивно полагает снова так же легко отделаться, то сильно ошибается. Мы в ответе за тех, кого приручили. Самое время напомнить об этой ответственности. И ее последствиях!

- Игорь, у нас будет ребенок, - я смотрю на любимого и жду его реакции.

Но вместо радости вижу, как его лицо искажается. Глаза темнеют, наполняются злостью. Он резко встает, хватает меня за плечи.

- Как ты могла?! - рычит он.

Я замираю.

- Игорь, что с тобой? Это… это же наш ребенок…твой...

- Нет! - почти кричит он и смотрит на меня с ненавистью. - Этого не может быть! Ты спала с другим и теперь хочешь повесить на меня чужого ублюдка...

Любимый мужчина выгнал меня беременную на мороз, обвинив в измене.
Но почему он так уверен в своей правде? И чей тогда ребенок у меня под сердцем?..

– Эта должность должна была достаться мне! – аж топаю ногой.
– Да? – слышу над собой глубокий баритон, – С чего бы это?
Резко оборачиваюсь и…
Высокий, статный блондин с ярко голубыми глазами, широкими плечами…
Смотрит на меня, прожигая насмешливым взглядом ледяных глаз.
– Тебе не повезло, – отрезает он хладнокровно, – Должность досталась мне, но… – его тон вдруг резко меняется, он делает шаг вперед, почти нависая надо мной, – Я могу чуть-чуть поделиться, – мурлычет он, словно сытый тигр, – при условии, что мне достанешься ты!
– Свиридов? – сиплю, – Хам! – выплевываю резко, и изо всех своих сил, влепляю ему пощечину!
– Ах… – раздается за моей спиной.
Новый зав отделением медленно поворачивает голову. Но вместо злости в его взгляде… интерес.

🔥НИЧЕГО ПОДОБНОГО В КНИГЕ НЕТ! ЭТО НОВЫЙ ДИЗАЙН САЙТА
— Мои родители скоро разведутся, — слышу я сквозь приоткрытую дверь беспечный и легкомысленный голос дочери.
Что?
Замираю посреди коридора, не в состоянии сделать шаг ни вперед, ни назад.
— А чего мне переживать? — продолжает Марина, и в ее тоне слышится даже некое презрительное веселье. — Папа сказал, что в любом случае оставит меня с собой.
Оставит меня с собой…
А меня, значит, выгонит?!
Дочь предпочитает мне отца?!
Все мое нутро стремительно заполняется нарастающим, оглушительным гулом.
Это не может быть правдой!
С чего она вообще взяла подобное?!
Эти ее умозаключения, непонятно на чем основанные.
Фантазии.
Дочери пятнадцать, у нее бурная, драматичная натура. Она любит преувеличивать, создавать напряжение, чувствовать себя в центре событий.
Но…

Салон встретил её тихим перезвоном колокольчиков и тёплым ароматом эвкалипта. Девушка на ресепшене мягко улыбнулась:
— Вы к Эдуарду Сергеевичу? Проходите, пожалуйста, в третий кабинет. Он вас ждёт.
Комната оказалась небольшой, с приглушённым светом и лёгкой музыкой. Рита неуверенно присела на край массажного стола, когда дверь открылась.
— Рита? — спокойный мужской голос заставил её обернуться.
В дверях стоял он — высокий, с тёмными волосами и внимательными карими глазами. На нём была простая чёрная футболка, обтягивающая рельефные плечи.
— Я Эдик. — Он сделал шаг вперёд. — Ваши подруги очень настойчиво просили о вас позаботиться.
— Они всегда такие, — пробормотала Рита.
— Это хорошо. — Его губы тронула улыбка. — Значит, у вас есть люди, которые переживают.

— Как вы можете подумать, что я снизойду до подобного? — мой голос звучит низко, с явными металлическими нотками.
Ибрагим Асланович хмурится, его брови сходятся на переносице.
— Не торопись с ответом... Послушай…
— Нет, это вы послушайте, — перебиваю я, чувствуя, как внутри разгорается пламя. — При моих, как вы сказали, прекрасных качествах, я могу рассчитывать на что-то гораздо большее, чем довольствоваться предложением мужчины вдвое старше, который к тому же женат и имеет детей.
Его лицо каменеет, а в глазах вспыхивает что-то опасное.
Уязвленное самолюбие?
Не знаю.
— Я многое могу тебе дать.
— Я не нуждаюсь в том, что вы можете мне дать ценой ущемления моего достоинства, — отрезаю я. — Этого не случится никогда! Я никогда не стану второй женой. Ни вашей, ни чьей-либо еще.

— Потерпи, Любочка! Ирка уже одной ногой в могиле, – цинично успокаивает любовницу мой муж. – Помрёт – схороню, и тогда уже тебя представлю всем как свою любовь...
В Прощеное воскресенье, только вернувшись из онкоцентра, я решила больше не тяготить своей болезнью мужа и уйти красиво. Оставила ему письмо: «Я умираю и освобождаю тебя. Доктор сказал, что причина рака – дикий стресс от твоих постоянных измен. Прощаю. Теперь иди к своей любви, а мне пора»…
Врачи давали мне месяц. Я переехала в хоспис умирать, но у судьбы были на меня иные планы… Вместо смерти пришло чудо исцеления. Муж не знает, что я переродилась. И теперь...

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ! 🔥

— Раз теперь ты все увидела, то я ухожу к своей бывшей, — произносит он буднично. — К Алле.
Мне кажется, что пол уходит из-под ног.
— Мы поняли, что все еще любим друг друга, — говорит он. — И решили завести ребенка.
Я не сразу понимаю смысл.
— Завести… ребенка?
— Да, — он кивает. — Собственно, сегодня в офисе я этим и занимался. Как ты видела.
Мир начинает расплываться.
— Что… еще одного? — голос едва слушается. — Я ведь беременна от тебя. Я на седьмом месяце, рожу вот-вот…
Я прижимаю ладони к большому животу. Инстинктивно. Как будто могу защитить.
Он смотрит на мой жест с раздражением.
— И что? Я всегда хотел много детей. Я в состоянии содержать и тебя, и Аллу.
Он усмехается.
— Что касается денег… Содержание в пятнадцать тысяч рублей в месяц хватит на все твои нужды? На ребенка же много не надо, а тебе — и подавно.

– Оля, не драматизируй, – Дима устало смотрит на меня, застёгивая пуговицу на рубашке. – Ты жена, но давно уже не… муза.
В телефоне всё ещё открыт его чат.
Там – признания, планы на совместное лето, которые я не смогу стереть из памяти.
– С ней я живу, – спокойно говорит. – А с тобой… пенсия.
Я смотрю на него, не веря, что этот человек когда-то задыхался от одного моего смеха в съёмной однушке.
– Тогда давай по-честному, – говорю. – Развод. Ты живёшь как хочешь, я не мешаю.
Он смеётся вслух. Коротко, зло.
– Развода не будет. Запомни. Ты сидишь тихо, улыбаешься там, где нужно.
По его логике всё просто: я – удобный брачный стаж, выстраданный быт и сын-подросток, который видит во мне вечную зануду.
Она – азарт, молодость и «настоящие чувства».
Дима не хочет развода.
Сын считает, что я виновата.
А я вдруг понимаю, что всю жизнь была фоном для чужих желаний.
И если кто-то должен наконец выбрать меня — это буду я сама.
Вот только есть еще один «сюрприз», о котором я не знала