Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

– Ой, я не хотела, – пищит Снежана.
– Лида, не переживай, между нами нет ничего серьезного! – выдает Геннадий.
Ну, прямо как дети малые!
– Серьезность намерений и свои желания обсуждайте без меня, – заставляю себя произнести по возможности спокойно и даже иронично. – Мне же полученной информации, чтобы сделать выводы, достаточно.
Захлопываю дверь, чтобы избавить себя от отвратительного зрелища и выслушивания нелепых объяснений.
***
Вернувшись на кафедру за забытым на работе подарком для подруги, Лида застает своего супруга с его аспиранткой в пикантной ситуации, к экономической науке не имеющей никакого отношения.
Двадцать лет Лиде казалось, что у нее с Геной крепкий союз, построенный на доверии, и что она всегда может рассчитывать на понимание и поддержку дочери. Ее мнимое семейное благополучие разваливается в одночасье.
Лида не пытается найти компромисс и починить то, что сломано. Она уходит, сжигая мосты. Что ожидает ее на том берегу: новая любовь или вечное одиночество?

– Андрюш, это… твой папа? – Сашка ничего не понимала. Она впервые видела Андрея таким суетливым, даже испуганным, – Ты же говорил, что…

– Долго объяснять, – отрезал он, натягивая брюки, – Всё потом. Ну, давай, Саша, собирайся!
Уже через несколько минут они выскочили из спальни, будто за ними гнались, почти бегом спустились в просторный холл, намереваясь преодолеть несколько метров до выхода, но величественная, тёмная фигура уверенно преградила им дорогу.

– Ти, Андрюха, иди, а женштина останется здесь… со мной, – властно заявил «отец», явно наслаждаясь замешательством сына…

Студентка политеха Саша Поплавская помнит то, что хотела бы забыть: страшная смерть матери до сих пор стоит перед её глазами. Старшекурсник Андрей и его чувства отвлекают Сашу от тайн прошлого, но первая любовь неожиданно оборачивается кошмаром: да, Андрей очень любит Сашу, но... Саша понравилась не только ему...

«Дорогой Ростенька, мы не виделись уже полгода, а кажется, целую вечность. Наша любовь на расстоянии живет и никуда уходить не собирается. Я понимаю, что ты честный человек и жену с дочерью не оставишь… Говоришь, что любишь только меня, а там только обязанности и чувство долга. Но, так пусто без тебя, одиноко. Как ты там, родной? Сможешь ли приехать на день рождения нашего Кирюши?».

Машу теперь не только трясло, ее выворачивало наизнанку. Она откинула от себя послание некой Валентины. Отпрянула, больно ударившись спиной об угол книжного шкафа. Смотрела на бумажку, как на мерзкое страшное насекомое, которое хотелось раздавить. Уничтожить. Женщина схватилась за горло, словно ее вздернули и воздух скоро в легких закончится. Рушиться что-то внутри, не удержать.

— А ну-ка, стоять! — кричу я, хватая за рукав грабителя, который забрался в святая святых. — Михалыч! Михалыч, скорее сюда!
— Слышь, тетка, отпусти, — шипит этот бандюган в лыжной шапочкой на голове, пытаясь вырваться из моих цепких пальцев, выкручивая мне руку. — А то хуже будет.
— Не отпущу, скот! — цежу я сквозь зубы. — Это мой музей, и я не позволю красть мои экспонаты!
Мы продолжаем бороться, а Михалыч, этот лысый черт, поставленный охранять наш маленький музей, так и не появился.
— Отцепись, — мужик с силой дергается в сторону, и мы, не удержавшись, летим на пол.
Я больно ударяюсь спиной, и сразу же на меня сверху валится гора мускулов.
— Поставь на место, что взял, и я тебя отпущу, — пыхчу я, сжимая в объятиях этого гада.
— Ты меня и так отпустишь, — он приподнимает шапочку, горячие губы запечатывают мой рот, и я от неожиданности разжимаю руки.

День рождения мужа проходил идеально. Я порхала между гостями, словно бабочка, поправляя скатерти, подливая напитки, следя за тем, чтобы все чувствовали себя как дома...
Но где же Сергей? Уже больше получаса я не видела именинника. Сначала подумала, что он просто отошел проветриться – иногда шумные компании его утомляют. Но время шло, а мужа все не было.
Я отправилась на поиски. Прошла кухню, гостиную, проверила балкон – пусто. Поднялась на второй этаж. Из кабинета доносились приглушенные голоса. Странно, кто мог туда зайти?
Толкнув дверь, я обомлела.
Мой мозг отчаянно пытался найти логичное объяснение картине которую я увидела, но не находил. Сергей сидел в своем кожаном кресле, а на его коленях... на его коленях сидела Алина. Девушка моего сына...

– Ты всю жизнь мне испортила! – муж с ненавистью смотрит на меня. – Но теперь я буду делать, что захочу. Всё, что не мог все эти годы. Отрываться по полной.
Его рубашка выпущена из штанов, глаза горят. На улице воет его девка.
– А поговорить со мной? – слова царапают горло. Это нереально, невозможно. – Решить проблему.
– Чтобы ты выела мне мозг чайной ложкой? – усмехается. – Хватит, Лер. Пожила хорошо и ладно. Теперь моя очередь. Я с тобой развожусь.
Нет, дорогой. Это я с тобой развожусь!

На юбилее в честь двадцати лет брака я сняла мужа с молодой любовницы.
Но он не просит прощения. И хочет оставить меня ни с чем после развода.
А наша дочь просто обожает новую «подружку».
Но я возьму своё. И заодно выясню, с чего это у моего мужа сорвало крышу? Ведь измена – только верхушка айсберга…

— Если ты знаешь верный алгоритм, то можешь без труда взломать женское сердце, — улыбаюсь старику-соседу.
— Дурость это!
— Шесть ходов по моему авторскому методу обольщения, и любая женщина моя.
— Так уж любая?
— Не веришь? Смотри.

Так начинается моя самая странная игра.
Пари с друзьями загоняет меня в допотопный санаторий, и чтобы не помереть со скуки я ставлю новую цель: растопить сердце местной снежной королевы в белом халате. Но на каждый мой шаг у неё есть саркастический парирующий удар.
Я играю по собственным правилам: ломаю шаблоны, провоцирую, исчезаю, возвращаюсь, — и, кажется, неизбежно приближаюсь к ловушке, что поставила сама Любовь.

150 лет крови и страсти, проведённые вместе…
Он забрал ее прежнюю жизнь и бросил мир к её ногам.
Он лгал, исчезал, заставлял терять себя по капле.
Она ушла. Перечеркнула, забыла, справилась. Обошлась без него.
Сто лет спустя у неё новая причёска, новое имя, ей так к лицу XXI век. Она легко пошлёт его к чёрту.
Увидеть его, – убедиться, что всё давно отболело.
А он… Он Смотрящий над Нью-Йорком.
Его влияние, опыт, ум, – всё оказывается бесполезно, когда одно жестокое убийство следует за другим, из воды лезут древние кровожадные твари, а на улицах танцует мёртвый шаман.
Кто-то могущественный и дерзкий предъявил права на его город и тех, кем он дорожит.
Когда его власть… Сама его Вечность окажется в её руках, придётся сделать сложный выбор: помочь или хладнокровно отвернуться? Отомстить или спасти? Сбежать или принять ответственность, которой не желала?
«Я не затем сюда приехала, чтобы смотреть как ты сдохнешь»,– равносильно проигрышу самой себе.
И решать нужно быстро

❤️ЗАВЕРШЕНО

– Лара, мы можем предложить тебе все, о чем мечтаешь, – сладко прошептал Авдеев, задевая губами мое ухо.
– Мне… нужно возвращаться к работе, – попыталась отстраниться от босса.
– Работа подождет, – Соколов подошел, прижимая меня с другой стороны.
Я в ловушке меж двух огней.
Опаляющих. Властных. Страстных.
– Как же так? У вас столько девушек на примете... – постаралась подавить желание, которое пробуждали во мне эти двое ходячих секса.
– Нам нужна ты, – одновременно произнесли мужчины, обрывая мой невнятный лепет.
Я боялась нашей связи, но и неудержимо тянуло к ним.
Сомневалась во всем, а ни Авдеев, ни Соколов не собирались сдаваться.
– Не отпущу тебя, – сказал первый.
– И я тоже, – добавил второй.
– Ты наша, Лара.

– Как ты мог, Дима? Она же в дочери тебе годится?
– Это просто секс, Галя. Ничего личного. Я просто захотел молодого, энергичного женского тела.
Я вдруг заметила, что дышу слишком часто, но воздуха всё равно не хватает. Комната начала медленно вращаться, а его лицо расплылось перед глазами. Я была готова к признанию Димы, но чтобы вот так вот...
Цинично, без толики раскаяния?
– Ты... ты спал с девушкой, которую мы знали с детства, которая ела за нашим столом, которую Аня считала подругой... – слова застревали в горле, превращаясь в хрип. – И для тебя это "ничего личного"?
– Ты мне надоела. Я ухожу.
– К ней? – я засмеялась, и этот смех звучал дико даже в моих ушах. – Ты действительно думаешь, что двадцатилетняя девчонка нуждается в пятидесятилетнем мужике? Она тебя использует, Дима!
Он уже надевал пальто, его лицо было каменным.
– Хотя бы она умеет делать так, чтобы мне было хорошо.