Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

— Ты что, с ума сошёл?! Она тебе в дочери годится!
— Нет. Это ты сошла. Я от тебя устал! Ты вечно меня позоришь! Давно пора было найти себе бабу нормальную!
— Нормальную?! Я отучилась, ушла с любимой работы в твою чёртову компанию, меня уважают! Красивое тело — на, пожалуйста! Модные шмотки, чтобы тебе было не стыдно меня друзьям показать. Я всё для тебя делала, всё!
— Да ты не жена, а тупо ломовая лошадь! За всё берёшься и нигде нихрена не получается! Я с ней сам как заново родился! Так и быть, можешь на меня работать, а мы с ней здесь, как нормальная семья. А ты… будешь женой на замену!

В книге есть:
💔 предательство близких, которое разрывает сердце
💔 офисные интриги и борьба
💔 женщина, которая вырвалась из чужих правил
💔 настоящая любовь, когда её не ждёшь

— Тогда поймай мужа на живца, — тихо, смакуя каждое слово, произносит подруга.
Я таращусь на нее, не понимая.
— Это… как?
— Очень просто. Найди своему мужу любовницу. Сама.
Не верю услышанному. В голове не укладывается подобное.
Это какая-то пошлая, дешевая шутка из плохого сериала?
— Что?
— Ну ты же сама говоришь, что уверена в предательстве, а частный детектив не может поймать мужа с поличным. Так? — ее голос становится жестким, деловым.
Молча киваю. Горло сжато.
— Так вот. Найми сговорчивую девчонку, способную за деньги на все. Пусть подкатит к нему, соблазнит и предоставит тебе фото-видео доказательства. А ты уже потом предоставишь это дело юристу. И он оставит предателя с голой задницей, как у вас там в контракте прописано.

Я думала, за десять лет брака я знаю своего мужа. Но одна ночь изменила все. Теперь мне предстоит узнать правду, какой бы горькой она ни была.

Резкий вибрирующий рингтон мобильного телефона на его тумбочке впивается в тишину, как нож.
Я вздрагиваю, сердце беспорядочно колотится где-то в глубине моей груди.
Глеб, не открывая глаз, тянется за своим гаджетом и бормочет в трубку:
— Алло? — его голос сонный и сильно раздраженный.
Опять работа — мелькнуло у меня в голове, и я уже было начала пробовать погрузиться в сон.
Но в следующую секунду мой мир перевернулся.
Я не просто слышу голос в трубке. Я слышу вопль. Женский, молодой, сорванный до предела отчаяния, насквозь мокрый от слез.
Он такой громкий и отчетливый, что кажется, эта женщина стоит прямо здесь, в комнате.
— Глеб, срочно приезжай в больницу! Наш сын попал в аварию!

Он захлопнул дверь и медленно пошёл ко мне. Я машинально отступала назад, пока спина не упёрлась в холодную стену. Его ладонь легла рядом с моим лицом, перекрывая путь.
— Ты ничто без меня, Кира, — голос звучал низко, с хищной усмешкой. — Абсолютно ничто.
Артем наклонился ближе. В его взгляде не было ни тепла, ни сомнения — только власть и холодный расчёт.
— Я — твой царь и бог, — каждое слово резало по живому. — Всё, что у тебя есть, принадлежит мне. Моё имя. Мой статус. Моя защита.
— Артём… — губы дрожали, но я всё же произнесла. — Я же твоя жена.
— Жена? — он усмехнулся, взгляд скользнул по мне с оттенком презрения. — Ты — бракованная омега, Кира. Без способности к обращению ты не стоишь ничего. Никому, кроме меня, не нужна.

— Кто она? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Клиентка, — ответил он слишком быстро.
— Клиентка? С которой ужинаешь? С которой переписываешься ночами?
— Мы просто общаемся, Анна.
— Общаемся? Вот это: «Ты сегодня была особенно вкусной» — это «общаемся»?
Он отвёл взгляд.
— Ты стала подозрительной. С тобой тяжело.
— А с ней легко?
— С ней… тепло.
— А у нас?
— У нас — история.
— История? Десять лет брака, дочь, общий дом — это «история»?
— Ты перестала быть нежной. Ты всё время требуешь, критикуешь.
— Я требую верности, Дима. Это так сложно?
— Ты стала колючей. С тобой невозможно.
— Нет. Я просто перестала быть удобной.

Тишина. Он не смотрел на меня. А я поняла: мы живём рядом, но уже не вместе.

ГЕРОИ НЕ УПОТРЕБЛЯЮТ ЗАПРЕЩЁННЫЕ ВЕЩЕСТВА

- Вы станете няней для моей дочери! - резко бросает.
- Что вы сказали? - недоумеваю.
- Вы прекрасно меня слышали, - что-то пишет на листочке.
- Но... - нет, я определённо сплю. - У меня нет опыта работы с детьми.
И недели не пройдёт, как меня вышвырнут с "должности". Повезёт, если в какой-нибудь ЧС не попаду.
- Неважно, - протягивает листок. - Ваша зарплата.
Смотрю на огромные цифры и ничему не верю.
- Это за год?
- За месяц, - ни одной эмоции. Правда робот. - Хватит, чтобы поправить ваше финансовое положение. Оплатить матери путёвку на море и ни в чем себе не отказывать.
- Но...
- Сможете избежать срока в тюрьме, - достаёт из стола какие-то документы. - На который точно попадёте, если останетесь там работать.

Влиятельный мэр предложил сделку - либо работа няней, либо небо в клеточку. И все после спасения его маленькой дочери.

Потеря — это то, чего никто из нас не ждёт, но что всегда приходит внезапно.
В одно мгновение привычный мир рушится, словно хрупкий стеклянный сосуд, и все осколки, разлетаясь, больно ранят душу.
Когда теряешь самых близких, не остаётся ничего, что могло бы удержать тебя на земле. Встаёшь по утрам, потому что тело ещё дышит, но душа давно разорвана на куски. Ты смотришь в зеркало и не узнаёшь себя. Ты слышишь слова поддержки, но они лишь напоминают, что твоё сердце теперь пусто.
И кажется, что нет пути назад. Нет выхода. Нет смысла.
В такие минуты человек остаётся наедине с бездной.
Но именно там, где кажется, что всё потеряно, рядом тихо раскрываются невидимые крылья. Те, кто не спят, те, кто всегда рядом, даже если мы их не замечаем. Ангелы — хранители наших душ и нашей надежды.
Эта книга — о боли, которая сжимает сердце. О пути, который начинается в темноте. О свете, который рождается тогда, когда мы решаем остаться жить.

– Привет! Вот я и пришла. Насовсем, – говорю нарочито весело, хоть на душе и тревожно: решается моя судьба.
– А я тебя звал? Насовсем? – хмуро интересуется Борис, разрывая мне сердце.
Улыбка сползет с лица, и в голове звучит похоронный марш.
– Мне показалось, что звал, – бормочу растерянно. – Как же мне теперь быть? Куда мне теперь?
Вот этого-то я и боялась!
***
Надина жизнь тяжела и рутинна: нелюбимая работа, опостылевший муж, эгоистичный сын, заедающий быт – и никакой перспективы.
А ведь когда-то ей все завидовали! Теперь же она лишь утешает себя тем, что так живут многие, и это нормально.
Случайное знакомство заставляет Надю взглянуть на ситуацию иначе, и в ее душе зреет бунт.
Вот только сможет ли она разрушить все, не разрушив себя? Сможет ли она в 40 лет перевернуть страницу и начать жить с чистого листа? Не останется ли она в итоге в нищете и одиночестве?

– Мы любим друг друга. По-настоящему. Уже три года вместе. Но он не может уйти от жены.
– Не может или не хочет? – вырывается у меня.
– Не может, – твердо отвечает Ангелина. – Его жена... она инвалид. После аварии пять лет назад. Она как... как овощ. Не узнает никого, не говорит, за ней нужен постоянный уход. Он не может ее бросить, понимаешь?
***
Она уже спешит к выходу. Я продолжаю смотреть в окно. Мужчина оборачивается к кафе, и мое сердце пропускает удар.
Нет. Этого не может быть.
Владимир. Мой муж Владимир стоит и ждет ее.
Руки трясутся, когда я тянусь к телефону и набираю его номер. Вижу, как он достает трубку.
– Алло, солнышко.
– Где ты? – голос мой дрожит.
– В дороге, скоро буду. А что?
Он стоит в пятидесяти метрах от меня и врет.
Из кафе выходит Ангелина. Я вижу, как она идет к Владимиру. К моему мужу. Он обнимает ее, целует в губы, нежно гладит ее живот. Ее беременный живот.
Телефон выпадает из рук и с грохотом падает на пол.

- Вы так простудитесь! Я, кстати, Никола, но вам меня уже представили, как серийного убийцу!
- Я Алиса!
Мы просто стояли и смотрели друг на друга, как подростки, прогуливающие школу.
- Вообщем, я предупредила, вас! Мне пора идти на работу! Будьте осторожны!
Отходит, а я внезапно хватаю ее за руку и разворачиваю к себе. Моргает длинными пушистыми ресницами.
- Вы чего?
- Ничего! Спасибо! Я не забуду этого! Кстати, за колготки извините, юмор черный!
Отпускаю не хотя. Не хочу ее отпускать, как бешеный хочу впиться в ее губы и запустить пальцы в волосы, но держу себя в руках. Она замужем пусть и за тряпкой домашней. У нее ребенок есть. Своя семейная размеренная жизнь. Куда я лезу?
- Прощайте!
Вырывается и чуть ли не бежит, а я, просто засунув руки в карманы, как гопник стою и смотрю ей вслед. Как удаляется ее тоненькая фигурка в толпе.