Книги по тегу «первая любовь»: ""
Я — папина дочка. Принцесса, решившая, что мой мужчина будет ждать, когда я смогу перейти ко взрослым отношениям, и жестко убедившаяся, что это не так.
Он — бунтарь, который вообще не умеет нормально общаться, но он единственный знает мою тайну и протянул руку помощи.
Бунтарь и принцесса — немыслимое сочетание?
Да, но он с каждым разом становится все ближе и вызывает пугающие мысли и желания.И что теперь делать, если нельзя, но хочется?!
***
— Что ты здесь делаешь? — шипит Марк, подходя ко мне, и хочет схватить за руку, но я инстинктивно отступаю.От него пахнет чужими духами, потом и сексом. Чужим сексом, а я мечтала, чтобы нашим.
— Ты что, с ума сошла?!— Ты же… ты же говорил… — я пытаюсь вспомнить его слова, его клятвы, но мозг отказывается функционировать, выдавая лишь обрывки. — Что любишь…
— Да! Люблю! Но я мужик, Луиза! Понимаешь? — он уже кричит, и его слова практически физически бьют меня по лицу.— Мне нужен секс! Нормальный, регулярный секс!
Он — бунтарь, который вообще не умеет нормально общаться, но он единственный знает мою тайну и протянул руку помощи.
Бунтарь и принцесса — немыслимое сочетание?
Да, но он с каждым разом становится все ближе и вызывает пугающие мысли и желания.И что теперь делать, если нельзя, но хочется?!
***
— Что ты здесь делаешь? — шипит Марк, подходя ко мне, и хочет схватить за руку, но я инстинктивно отступаю.От него пахнет чужими духами, потом и сексом. Чужим сексом, а я мечтала, чтобы нашим.
— Ты что, с ума сошла?!— Ты же… ты же говорил… — я пытаюсь вспомнить его слова, его клятвы, но мозг отказывается функционировать, выдавая лишь обрывки. — Что любишь…
— Да! Люблю! Но я мужик, Луиза! Понимаешь? — он уже кричит, и его слова практически физически бьют меня по лицу.— Мне нужен секс! Нормальный, регулярный секс!
Он — ее начальник.
Она — девушка, чью жизнь он однажды разрушил.
Она вернулась в его жизнь в новом образе — холодная, уверенная, недосягаемая — чтобы заставить его платить по старым счетам.
Но у мести оказался свой характер: чем ближе она подбиралась к нему, тем сильнее рушился ее собственный план.
И теперь то, что должно было стать расплатой, грозило обернуться опасной игрой, где проиграть могли оба...
Она — девушка, чью жизнь он однажды разрушил.
Она вернулась в его жизнь в новом образе — холодная, уверенная, недосягаемая — чтобы заставить его платить по старым счетам.
Но у мести оказался свой характер: чем ближе она подбиралась к нему, тем сильнее рушился ее собственный план.
И теперь то, что должно было стать расплатой, грозило обернуться опасной игрой, где проиграть могли оба...
Я приехала в Пайн-Крик, чтобы стать женой нелюбимого — просто женой. Судьба распорядилась иначе. Жених мёртв. Денег нет. Дома нет. Будущего нет. Взамен — сделка с горным отшельником Джоном Мэддоксом, которого весь город боится назвать по имени. Он обещал золото. Я обещала готовить. Никто не обещал любви.
Но у гор свои законы. От его близости у меня подгибаются колени. От его голоса — низкого, опасного, как раскат грома перед бурей — перехватывает дыхание. От его взгляда — голодного, собственнического, звериного — по спине бегут мурашки. Я знаю: он едва сдерживается.
Говорят, он зверь. Говорят, таких, как он, нужно бояться. Но самое опасное в нём — это то, как отчаянно я хочу ему принадлежать.
Но когда пуля находит его в горной глуши, я понимаю: одно дело — играть с огнём, и совсем другое — сгореть, потеряв его навсегда.
Но у гор свои законы. От его близости у меня подгибаются колени. От его голоса — низкого, опасного, как раскат грома перед бурей — перехватывает дыхание. От его взгляда — голодного, собственнического, звериного — по спине бегут мурашки. Я знаю: он едва сдерживается.
Говорят, он зверь. Говорят, таких, как он, нужно бояться. Но самое опасное в нём — это то, как отчаянно я хочу ему принадлежать.
Но когда пуля находит его в горной глуши, я понимаю: одно дело — играть с огнём, и совсем другое — сгореть, потеряв его навсегда.
— Помогите! Да помогите же!!!
— Там, — Ник головой указывает направление, и мы срываемся с места.
Она так кричит, что у меня сводит живот. Ударяя ладонями по капоту чьего-то Мерса, сворачиваем в сторону мусорных баков и врываемся в потасовку между хрупкой фигуркой и тремя крупными телами.
— Валим! — реагируют «тела». — Мы тебя еще найдем, дрянь! Бойся! — зло смотрят в сторону перепуганной девушки и скрываются в одной из тачек.
Разворачиваюсь к виновнице происшествия. Стоит, прижавшись спиной к стене. Чудо чудное! Голубые колготки, белая помятая юбка, напоминающая балетную пачку, и короткая расстегнутая косуха. Волосы розовые. Тушь растеклась, губы искусаны в кровь, глазищи огромные.
— Ты в порядке? — часто кивает. — Чего они хотели? — пожимает плечами. — Так прямо и не знаешь?
— Там, — Ник головой указывает направление, и мы срываемся с места.
Она так кричит, что у меня сводит живот. Ударяя ладонями по капоту чьего-то Мерса, сворачиваем в сторону мусорных баков и врываемся в потасовку между хрупкой фигуркой и тремя крупными телами.
— Валим! — реагируют «тела». — Мы тебя еще найдем, дрянь! Бойся! — зло смотрят в сторону перепуганной девушки и скрываются в одной из тачек.
Разворачиваюсь к виновнице происшествия. Стоит, прижавшись спиной к стене. Чудо чудное! Голубые колготки, белая помятая юбка, напоминающая балетную пачку, и короткая расстегнутая косуха. Волосы розовые. Тушь растеклась, губы искусаны в кровь, глазищи огромные.
— Ты в порядке? — часто кивает. — Чего они хотели? — пожимает плечами. — Так прямо и не знаешь?
— Идиотка! Ты вообще по сторонам не смотришь?!
— Я? Здесь пешеходный переход вообще-то!
— И что? Это оправдание?! Я мог убиться, дура! И тебя бы скребком с асфальта собирали! Дорога скользкая!
— Гонять не надо, раз она скользкая, — огрызаюсь.
За поворотом, откуда он выскочил на своей машине, уже слышны сирены.
— Ты должна мне теперь! За тачку и за моральный ущерб. Поняла? И если ты думаешь, что я не найду тебя или забуду, ты ошибаешься! Мы еще обязательно увидимся.
***
Не думал, что это произойдет так скоро. И уж тем более не предполагал, что эта рыжая кошка поселится в нашем доме!
Она появилась ночью. Испуганная, промокшая, замерзшая. На бледных щеках разводы от туши, губы искусаны в кровь, джинсы порваны и дурацкий вязаный свитер в грязи.
— Я? Здесь пешеходный переход вообще-то!
— И что? Это оправдание?! Я мог убиться, дура! И тебя бы скребком с асфальта собирали! Дорога скользкая!
— Гонять не надо, раз она скользкая, — огрызаюсь.
За поворотом, откуда он выскочил на своей машине, уже слышны сирены.
— Ты должна мне теперь! За тачку и за моральный ущерб. Поняла? И если ты думаешь, что я не найду тебя или забуду, ты ошибаешься! Мы еще обязательно увидимся.
***
Не думал, что это произойдет так скоро. И уж тем более не предполагал, что эта рыжая кошка поселится в нашем доме!
Она появилась ночью. Испуганная, промокшая, замерзшая. На бледных щеках разводы от туши, губы искусаны в кровь, джинсы порваны и дурацкий вязаный свитер в грязи.
Этот горячий мерзавец, от которого мое сердце бьется как сумасшедшее, бросил меня. А четыре года спустя вернулся и нагло заявил, что я до сих пор принадлежу только ему.
— Скучала по мне?
— Очень! Наклеила твое самое лучшее фото с голым торсом на дверь и кидала в него острые дротики.
— Скучала по мне?
— Очень! Наклеила твое самое лучшее фото с голым торсом на дверь и кидала в него острые дротики.
— Ты ничего не перепутала? — подозрительно тихо сказал он, начиная злиться. — Откуда вдруг такая смелость?
Он продолжал шагать ко мне, медленно приближаясь.
— Да плевать я хотела на тебя и твоих дружков. Не собираюсь жить по вашей указке. Понятно? — распалилась я, подстегиваемая выпитым алкоголем. — Возомнили о себе непонятно что. Нашлись тоже, цари универа. Корона не давит?
— Ты охренела? — взорвался он, преодолевая разделявшее нас расстояние. — Ничему не научилась? Мы ведь тебе успели преподать пару уроков. А может, тебе мало? Хочешь, чтобы твоя жизнь превратилась в ад? Могу устроить.
Он тот, кого я люто ненавижу с первого нашего столкновения. Тот, кто отравляет мою жизнь. Мой персональный кошмар, что мнит себя хозяином мира. И меня это безумно бесит! Вот только есть одно но... Мой мир перевернулся, когда он меня коснулся, посмотрел своими нереальными глазами, а потом... Потом он поцеловал меня.
Он продолжал шагать ко мне, медленно приближаясь.
— Да плевать я хотела на тебя и твоих дружков. Не собираюсь жить по вашей указке. Понятно? — распалилась я, подстегиваемая выпитым алкоголем. — Возомнили о себе непонятно что. Нашлись тоже, цари универа. Корона не давит?
— Ты охренела? — взорвался он, преодолевая разделявшее нас расстояние. — Ничему не научилась? Мы ведь тебе успели преподать пару уроков. А может, тебе мало? Хочешь, чтобы твоя жизнь превратилась в ад? Могу устроить.
Он тот, кого я люто ненавижу с первого нашего столкновения. Тот, кто отравляет мою жизнь. Мой персональный кошмар, что мнит себя хозяином мира. И меня это безумно бесит! Вот только есть одно но... Мой мир перевернулся, когда он меня коснулся, посмотрел своими нереальными глазами, а потом... Потом он поцеловал меня.
❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️
Я одержимо мечтал о ней. Проходу не давал, хотя она принадлежала другому. В то лето, когда я наконец сделал ее своей, шептал с отчаянием как заклинание: «Я твой».
Но этого оказалось недостаточно.
Спустя пять лет после болезненного расставания судьба сталкивает нас вновь.
Я научился прятать себя разорванного за маской холодной надменности и безразличия. И она думает, что я ненавижу ее.
А я… у меня все еще нет иммунитета против нее. Не все выжжено внутри. Сердце бьется… и оно начинает болеть, гореть ею с новой силой.
Но… возможно ли вернуться в наше лето?
И что тогда на самом деле произошло?
Дерзкий и горячий герой
Первая и единственная любовь
Страсть и эмоции на разрыв
Встреча через время
ХЭ
✔️ ИСТОРИЯ ДЕМИДА
Музыкальная тема истории
The Calling — Wherever You Will Go
Я одержимо мечтал о ней. Проходу не давал, хотя она принадлежала другому. В то лето, когда я наконец сделал ее своей, шептал с отчаянием как заклинание: «Я твой».
Но этого оказалось недостаточно.
Спустя пять лет после болезненного расставания судьба сталкивает нас вновь.
Я научился прятать себя разорванного за маской холодной надменности и безразличия. И она думает, что я ненавижу ее.
А я… у меня все еще нет иммунитета против нее. Не все выжжено внутри. Сердце бьется… и оно начинает болеть, гореть ею с новой силой.
Но… возможно ли вернуться в наше лето?
И что тогда на самом деле произошло?
Дерзкий и горячий герой
Первая и единственная любовь
Страсть и эмоции на разрыв
Встреча через время
ХЭ
✔️ ИСТОРИЯ ДЕМИДА
Музыкальная тема истории
The Calling — Wherever You Will Go
-У Скуратова те еще патриархально- домостроевские замашки, Орлов. Хочешь получить от него тендер, тебе нужна репутация не бабника и гуляки, а резко остепенившегося семьянина.
-Может мне еще десяток детей по- быстрому настругать, как у самого Скуратова?- острю в ответ на нелепые идеи друга- пиарщика.
Но вот он как раз вполне серьезен.
-Детей уже не успеешь. А вот скромную красавицу- жену- вполне?
-Брател, ты чего?!- прыскаю в ответ,- ты где видел у меня скромных?
-А я и не говорю про твоих развратных тёлок. Тут нужна кроткая, небалованная тихоня…
-И где я тебе такую возьму?
Друг переводит глаза на Лизку, мою неприметную, угловатую горничную, а потом многозначительно смотрит на меня.
Чего?! Я и служанка?!
-Может мне еще десяток детей по- быстрому настругать, как у самого Скуратова?- острю в ответ на нелепые идеи друга- пиарщика.
Но вот он как раз вполне серьезен.
-Детей уже не успеешь. А вот скромную красавицу- жену- вполне?
-Брател, ты чего?!- прыскаю в ответ,- ты где видел у меня скромных?
-А я и не говорю про твоих развратных тёлок. Тут нужна кроткая, небалованная тихоня…
-И где я тебе такую возьму?
Друг переводит глаза на Лизку, мою неприметную, угловатую горничную, а потом многозначительно смотрит на меня.
Чего?! Я и служанка?!
– Ты серьезно думаешь, что мы сможем поладить? – льдисто-голубые глаза испепеляют меня. Пальцы крепко впиваются в шею.
– Максим… – сдавленно шепчу я. – Я всего лишь хотела все исправить. Ради моей мамы и твоего отца.
Гордеев недобро ухмыляется, опасно приближаясь ко мне так, что по коже бегут мурашки.
– Ты все исправишь только если свалишь отсюда, – внутри меня все содрогается от его рассерженного голоса. – Здесь всегда была только одна хозяйка – моя мать. Других не будет, ясно?
***
Макс Гордеев – мой сводный брат. Резкий, импульсивный подонок, который делает все, что ему заблагорассудится. Он считает своего отца предателем, а меня и мою мать возненавидел с первой встречи. Теперь я живу с ним под одной крышей и стараюсь не сойти с ума… ведь искры, которые вспыхивают между нами, с лёгкостью могут разбить мое сердце.
#От ненависти до любви
#Очень откровенно и чувственно
#Герой – очень плохой парень. Но мы его узнаем получше и перевоспитаем 😏
– Максим… – сдавленно шепчу я. – Я всего лишь хотела все исправить. Ради моей мамы и твоего отца.
Гордеев недобро ухмыляется, опасно приближаясь ко мне так, что по коже бегут мурашки.
– Ты все исправишь только если свалишь отсюда, – внутри меня все содрогается от его рассерженного голоса. – Здесь всегда была только одна хозяйка – моя мать. Других не будет, ясно?
***
Макс Гордеев – мой сводный брат. Резкий, импульсивный подонок, который делает все, что ему заблагорассудится. Он считает своего отца предателем, а меня и мою мать возненавидел с первой встречи. Теперь я живу с ним под одной крышей и стараюсь не сойти с ума… ведь искры, которые вспыхивают между нами, с лёгкостью могут разбить мое сердце.
#От ненависти до любви
#Очень откровенно и чувственно
#Герой – очень плохой парень. Но мы его узнаем получше и перевоспитаем 😏
Выберите полку для книги