Книги по тегу «первая любовь»: ""
Ангелина и Демьян знакомы с детства и тогда их дружбу составляла лишь взаимная, непримиримая вражда. Казалось, время должно было сгладить углы, стереть острые грани. Но не тут-то было.
Первая встреча спустя десять лет лишь подтвердила: ничего не забыто. А что теперь? Продолжать войну? Но как, если им суждено жить под одной крышей и учиться в одном университете?
Теперь каждый день, проведенный бок о бок, превращается в адское испытание на прочность. Чтобы хоть как-то сосуществовать на одной территории, они изо всех сил стараются держаться подальше друг от друга, изображая полнейшее безразличие, словно никогда и не были знакомы. Но чем яростнее сопротивляются, тем яснее становится: эта война давно переросла простую ненависть. В нее вторглось нечто иное, более мощное, всепоглощающее, сводящее с ума чувство.
И сейчас главный вопрос не в том, смогут ли они ужиться вместе, а в том, кто из них первым сдастся и признает поражение.
Первая встреча спустя десять лет лишь подтвердила: ничего не забыто. А что теперь? Продолжать войну? Но как, если им суждено жить под одной крышей и учиться в одном университете?
Теперь каждый день, проведенный бок о бок, превращается в адское испытание на прочность. Чтобы хоть как-то сосуществовать на одной территории, они изо всех сил стараются держаться подальше друг от друга, изображая полнейшее безразличие, словно никогда и не были знакомы. Но чем яростнее сопротивляются, тем яснее становится: эта война давно переросла простую ненависть. В нее вторглось нечто иное, более мощное, всепоглощающее, сводящее с ума чувство.
И сейчас главный вопрос не в том, смогут ли они ужиться вместе, а в том, кто из них первым сдастся и признает поражение.
Сам не понимаю, что я в ней нашёл. Она – обычная девчонка. Серая мышь в тени кафедр, с волосами, которые никогда не бывают уложены идеально, с плечами, всегда слегка ссутуленными, будто она носит невидимый груз, который никто не замечает. Она не красится, не пахнет дорогим шампунем, не смеётся громко, не тянет к себе взгляды. Она просто… есть.
А я – избалованный мажор. С детства мне всё давалось легко: машины, деньги, внимание. Грубиян, влажу в драки, она мне не подходит.
Но сейчас я смотрю на нее, волосы завязаны в пучок, обтягивающие шорты, футболка. Только вот когда взгляд попадает на ее щеку, меня бросает в злость. Я готов набить морду тому, кто с ней это сделал.
А я – избалованный мажор. С детства мне всё давалось легко: машины, деньги, внимание. Грубиян, влажу в драки, она мне не подходит.
Но сейчас я смотрю на нее, волосы завязаны в пучок, обтягивающие шорты, футболка. Только вот когда взгляд попадает на ее щеку, меня бросает в злость. Я готов набить морду тому, кто с ней это сделал.
- Кайсаров на тебя поспорил, - Варшавский рычит, как заражённый бешенством зверь. – Он был уверен, что ты с удовольствием раздвинешь перед ним ноги.
Сердце, обогащенное кровью до критической массы, резко обрывается в пятки. Воздух в легких стынет, будто внутри меня образовалась ледяная стужа.
Мне чудовищно плохо.
Как Багир мог так поступить со мной?!
Как так можно?!
На улице светит солнце, ветер грубо перебирает опавшую листву, жизнь идет своим чередом, но только не для меня.
- У меня есть доказательства, - продолжает требовать к себе внимание Варшавский.
Его слова как ножи проходятся по моему нутру.
- Доказательства? – шепчу задушено. – Этого не может быть. Это абсолютно точно невозможно принять!
Удерживая влагу в глазах, долго не могу совершить вздох. Я умираю под воздействием боли, гнева и отчаяния.
Я безнадежно влюбилась как мне казалось в настоящего мужчину.
Вот только я не знала, что неуправляемый мажор всегда играет по своим правилам.
Сердце, обогащенное кровью до критической массы, резко обрывается в пятки. Воздух в легких стынет, будто внутри меня образовалась ледяная стужа.
Мне чудовищно плохо.
Как Багир мог так поступить со мной?!
Как так можно?!
На улице светит солнце, ветер грубо перебирает опавшую листву, жизнь идет своим чередом, но только не для меня.
- У меня есть доказательства, - продолжает требовать к себе внимание Варшавский.
Его слова как ножи проходятся по моему нутру.
- Доказательства? – шепчу задушено. – Этого не может быть. Это абсолютно точно невозможно принять!
Удерживая влагу в глазах, долго не могу совершить вздох. Я умираю под воздействием боли, гнева и отчаяния.
Я безнадежно влюбилась как мне казалось в настоящего мужчину.
Вот только я не знала, что неуправляемый мажор всегда играет по своим правилам.
Анира, талантливая и совершенно безбашенная зельеварка, переводится в новую академию, потому что в старой всех достала. Друзей у нее нет, единственная страсть - зелья, к окружающим относится как к подопытным.
На новом месте она собирается продолжить эксперименты, ни в чем себе не отказывая, для чего решает подружиться со старшекурсником-изгоем - врагов-то у него много, будет на ком разгуляться.
Харан, тот самый изгой, посылает ее подальше, но Анира не успокаивается, интриги - ее вторая страсть. Ни он, ни она даже и не догадываются, к чему приведет это дурацкое на первый взгляд знакомство.
На новом месте она собирается продолжить эксперименты, ни в чем себе не отказывая, для чего решает подружиться со старшекурсником-изгоем - врагов-то у него много, будет на ком разгуляться.
Харан, тот самый изгой, посылает ее подальше, но Анира не успокаивается, интриги - ее вторая страсть. Ни он, ни она даже и не догадываются, к чему приведет это дурацкое на первый взгляд знакомство.
Елена поставила тарелку с омлетом перед мужем и отошла к раковине. Андрей даже не поднял глаз от планшета — пальцы скользили по экрану, проверяя утреннюю почту. Семнадцатилетний Даниил ворвался на кухню, схватил бутерброд с ветчиной и уже был у двери, когда мать окликнула...
На этих зимних каникулах Карина должна была приехать проведать свою семью вместе со своим молодым человеком Сашей, как того хотела ее бабушка. Но в самый последний момент они поругались и расстались. Приезжать одна и расстраивать родителей и бабушку девушка не хотела, поэтому решилась на отчаянную аферу с первым встречным...
Я обернулась.
Он стоял на другой стороне улицы, возле старой липы. Высокий. В темном пальто. Без пафоса. Без охраны. Как будто он не девелопер и не «успешный», а просто мужчина, который пришёл туда, куда ему нельзя.
Я не видела его двадцать лет.
Но узнала сразу.
— Аня, — сказал он.
И всё.
Одно имя — и у меня внутри снова открылся тот самый шкаф.
— Ты зачем приехал?
— Мне надо поговорить.
— О проекте?
— И о проекте тоже.
— Поздно. Кофейня закрыта.
— Тогда не как клиент. Как человек.
— Как человек ты исчез двадцать лет назад.
Он не отвёл взгляд.
— Я не мог.
— Не возвращайся ко мне, Дим.
— Я уже вернулся.
Он стоял на другой стороне улицы, возле старой липы. Высокий. В темном пальто. Без пафоса. Без охраны. Как будто он не девелопер и не «успешный», а просто мужчина, который пришёл туда, куда ему нельзя.
Я не видела его двадцать лет.
Но узнала сразу.
— Аня, — сказал он.
И всё.
Одно имя — и у меня внутри снова открылся тот самый шкаф.
— Ты зачем приехал?
— Мне надо поговорить.
— О проекте?
— И о проекте тоже.
— Поздно. Кофейня закрыта.
— Тогда не как клиент. Как человек.
— Как человек ты исчез двадцать лет назад.
Он не отвёл взгляд.
— Я не мог.
— Не возвращайся ко мне, Дим.
— Я уже вернулся.
Я пошла учиться, потому что никто не захотел на мне жениться. Семья у меня приличная: мама — ведьма, папа — потомственный демонолог. Ну, не объяснишь же женихам, что от родителей мне крохи дара достались. Ведь даже никого проклясть по-настоящему не могу. Сама я нрава кроткого, правда, чутка пугливая. Но как-то у меня всё не задалось с первого же дня поступления в Академию. Но раз пришла за знаниями, то без диплома уже не уйду. И пусть всякие там Повелители бурь и прочих необузданных стихий не встают у меня на пути!
- Ян Викторович! – решительно хватаю его за рукав, бросаясь вслед. – Подождите!
- Вам чего, Снежана Серебрякова? – невозмутимо смотрят на меня светло-карие глаза с темными вкраплениями.
- Вы поставили мне незачет! – горю праведным гневом. – Я на все вопросы ответила!
- Вы были неубедительны, - нагло цедит он, выдергивая рукав своего пиджака из моих пальцев.
- Я пересдам у своего преподавателя! Я на хорошем счету и он прекрасно помнит мою активную работу на лекциях в течение семестра!
- Да? – хохочет наглец, с которым я провела незабываемую ночь. – В таком случае на моей «лекции» Вы были недостаточно активны и плохо старались. Жду на пересдачу, Снежана. Лично!
- Вам чего, Снежана Серебрякова? – невозмутимо смотрят на меня светло-карие глаза с темными вкраплениями.
- Вы поставили мне незачет! – горю праведным гневом. – Я на все вопросы ответила!
- Вы были неубедительны, - нагло цедит он, выдергивая рукав своего пиджака из моих пальцев.
- Я пересдам у своего преподавателя! Я на хорошем счету и он прекрасно помнит мою активную работу на лекциях в течение семестра!
- Да? – хохочет наглец, с которым я провела незабываемую ночь. – В таком случае на моей «лекции» Вы были недостаточно активны и плохо старались. Жду на пересдачу, Снежана. Лично!
Моя жизнь — это борьба за выживание сестры и вечная нехватка денег. Но когда в аудиторию вошел Глеб Орлов, всё изменилось. Властный, богатый и опасно притягательный — он мой преподаватель и мой новый босс.
Роковая ошибка заманила меня в ловушку элитного отеля, где я стала «товаром». Глеб выкупил мой контракт, став моим единственным спасением. Теперь за закрытыми дверями его кабинета наши границы стираются, превращаясь в обжигающую страсть.
Смогу ли я обрести «Тихую Гавань» в объятиях мужчины, который привык забирать своё?
Роковая ошибка заманила меня в ловушку элитного отеля, где я стала «товаром». Глеб выкупил мой контракт, став моим единственным спасением. Теперь за закрытыми дверями его кабинета наши границы стираются, превращаясь в обжигающую страсть.
Смогу ли я обрести «Тихую Гавань» в объятиях мужчины, который привык забирать своё?
Выберите полку для книги