Книги по тегу «после развода»: ""
— Ты почему дома? — спрашивает муж, когда я застаю его с другой в нашей постели.
А через несколько часов пишет: «Косте нечего есть. И что у нас на ужин?»
Двадцать лет я была удобной Верочкой: растила детей, готовила, стирала, считала семейные деньги и знала, где лежат его чистые носки. Даже после измены муж уверен, что я успокоюсь, вернусь и снова поставлю стиральную машину.
Я подаю на развод.
Дочь уходит со мной. Сын остаётся с отцом. Вместо привычного дома у меня теперь мамин диван, несколько сумок и необходимость заново собрать жизнь, которую я слишком долго откладывала на потом.
А потом появляется Илья — диетолог, к которому я прихожу, потому что хочу снова стать той женщиной, на которой когда-то женился мой муж.
Только Илья задаёт совсем другой вопрос: зачем мне становиться прежней?
Впервые за двадцать лет я не знаю, что будет на ужин.
И, кажется, мне начинает это нравиться.
А через несколько часов пишет: «Косте нечего есть. И что у нас на ужин?»
Двадцать лет я была удобной Верочкой: растила детей, готовила, стирала, считала семейные деньги и знала, где лежат его чистые носки. Даже после измены муж уверен, что я успокоюсь, вернусь и снова поставлю стиральную машину.
Я подаю на развод.
Дочь уходит со мной. Сын остаётся с отцом. Вместо привычного дома у меня теперь мамин диван, несколько сумок и необходимость заново собрать жизнь, которую я слишком долго откладывала на потом.
А потом появляется Илья — диетолог, к которому я прихожу, потому что хочу снова стать той женщиной, на которой когда-то женился мой муж.
Только Илья задаёт совсем другой вопрос: зачем мне становиться прежней?
Впервые за двадцать лет я не знаю, что будет на ужин.
И, кажется, мне начинает это нравиться.
🔮– Я знаю, что у тебя есть другая! – кричу, сжимая рубашку Руслана, пропахшую чужими духами.
– Лена, лечи голову! Тебе к психиатру пора с твоей паранойей! – бьет наотмашь муж.
Он нагло лжет в глаза, делая из меня сумасшедшую истеричку.
Я и сама порой думаю, что сошла с ума и это все мне мерещится.
И тогда, отчаявшись, я совершаю роковую ошибку – обращаюсь к ясновидящей.
Я хотела вывести мужа на чистую воду. Доказать себе, что я нормальная, в отличие от моей матери, закончившей дни в психушке.
Но цена оказалась слишком высока – десять лет моей жизни…
– Лена, лечи голову! Тебе к психиатру пора с твоей паранойей! – бьет наотмашь муж.
Он нагло лжет в глаза, делая из меня сумасшедшую истеричку.
Я и сама порой думаю, что сошла с ума и это все мне мерещится.
И тогда, отчаявшись, я совершаю роковую ошибку – обращаюсь к ясновидящей.
Я хотела вывести мужа на чистую воду. Доказать себе, что я нормальная, в отличие от моей матери, закончившей дни в психушке.
Но цена оказалась слишком высока – десять лет моей жизни…
– Сколько? – спросила я.
Денис сделал шаг ко мне.
– Давай спокойно поговорим, – попросил он.
Я отступила.
– Сколько?
Ответа не последовало. Что же, возможно, это и к лучшему. Я посмотрела на Вику.
– Ты тоже молчи. Я не хочу сейчас слышать ни одного слова.
Она прикрыла глаза.
– Алина, я...
– Я сказала – не надо.
Голос сорвался. Я развернулась и вышла из спальни, Денис пошел за мной.
– Подожди! – взмолился он.
– Не трогай меня, – я отдернула руку. Прикосновения мужа обжигали.
– Ты не понимаешь... – прошептал он.
Я резко повернулась.
– Тогда объясни.
Он вновь замолчал. Кажется, Денис не знал, как оправдаться. Я смотрела на своего мужа и впервые видела перед собой совершенно чужого человека.
– Ты любишь ее? – мой голос дрогнул.
– Я не знаю.
Я коротко усмехнулась:
– Конечно.
Он вздохнул:
– Все давно было сложно у нас с тобой…
– Между нами было сложно потому, что ты спал с моей подругой?
Он снова промолчал. Я же почувствовала, как к горлу подступают слезы. Но плак
Денис сделал шаг ко мне.
– Давай спокойно поговорим, – попросил он.
Я отступила.
– Сколько?
Ответа не последовало. Что же, возможно, это и к лучшему. Я посмотрела на Вику.
– Ты тоже молчи. Я не хочу сейчас слышать ни одного слова.
Она прикрыла глаза.
– Алина, я...
– Я сказала – не надо.
Голос сорвался. Я развернулась и вышла из спальни, Денис пошел за мной.
– Подожди! – взмолился он.
– Не трогай меня, – я отдернула руку. Прикосновения мужа обжигали.
– Ты не понимаешь... – прошептал он.
Я резко повернулась.
– Тогда объясни.
Он вновь замолчал. Кажется, Денис не знал, как оправдаться. Я смотрела на своего мужа и впервые видела перед собой совершенно чужого человека.
– Ты любишь ее? – мой голос дрогнул.
– Я не знаю.
Я коротко усмехнулась:
– Конечно.
Он вздохнул:
– Все давно было сложно у нас с тобой…
– Между нами было сложно потому, что ты спал с моей подругой?
Он снова промолчал. Я же почувствовала, как к горлу подступают слезы. Но плак
— Ты ничего не хочешь мне сказать про Миронову? — спрашивает адвокат.
Я киваю.
— Боюсь, тебе эта инфа не понравится.
Молчит.
Я ставлю чашку.
— Мы разошлись с ней восемь лет назад. Это моя бывшая жена.
— Твою ж…, Макс! И почему я это впервые слышу от тебя?
— Потому что это было давно и неправда, — спокойно отвечаю.
Роман проводит ладонью по лицу.
— И ты решил, что мне знать не обязательно?
— Это был всего лишь год. Мы тихо поженились и тихо развелись. Всё.
Я откидываюсь на спинку стула.
— Макс, — он смотрит жёстко, — это конфликт интересов. Следователь — твоя бывшая жена. Это подарок обвинению. Мы можем сослаться на это и потребовать передать дело другому следователю.
— Нет, — отрезаю. — Мы не станем этого делать.
— Ты серьёзно?
— Если бы она хотела просто посадить — не вела бы сама. Передала бы кому-то.
Я киваю.
— Боюсь, тебе эта инфа не понравится.
Молчит.
Я ставлю чашку.
— Мы разошлись с ней восемь лет назад. Это моя бывшая жена.
— Твою ж…, Макс! И почему я это впервые слышу от тебя?
— Потому что это было давно и неправда, — спокойно отвечаю.
Роман проводит ладонью по лицу.
— И ты решил, что мне знать не обязательно?
— Это был всего лишь год. Мы тихо поженились и тихо развелись. Всё.
Я откидываюсь на спинку стула.
— Макс, — он смотрит жёстко, — это конфликт интересов. Следователь — твоя бывшая жена. Это подарок обвинению. Мы можем сослаться на это и потребовать передать дело другому следователю.
— Нет, — отрезаю. — Мы не станем этого делать.
— Ты серьёзно?
— Если бы она хотела просто посадить — не вела бы сама. Передала бы кому-то.
– Я просто встретил новую женщину, которая соответствует мне нынешнему, – качает головой муж.
Это какой-то бред!
– А ты о детях подумал? – спрашиваю сдавленно.
– Ева, только прикрывайся детьми, – усмехается муж. – Не превращайся в истеричку.
– Уж извини, Юра, что я была тебе хорошей женой, поддерживала очаг и воспитывала наших детей…
– Я всё это ценю, но повторю: не надо в лучших женских традициях прикрываться детьми.
– А ты прикрываешься своей «мужской природой»! – сжимаю кулаки. – Я хочу с тобой развестись!
Глаза мужа за линзами становятся пустыми.
– Хочешь развод? Хорошо. Может, это и к лучшему. Смотрю на тебя, как ты себя ведёшь, и не понимаю, почему я так долго тебя терпел!
Муж изменил в прямом эфире с ведущей новостей. И сказал, что не хочет уходить из семьи.
Я развелась, но легче не стало.
Потому что все стали винить меня, что «развалила семью».
А через три месяца муж вернулся и сказал:
– Грешен, с кем ни бывает…
Это какой-то бред!
– А ты о детях подумал? – спрашиваю сдавленно.
– Ева, только прикрывайся детьми, – усмехается муж. – Не превращайся в истеричку.
– Уж извини, Юра, что я была тебе хорошей женой, поддерживала очаг и воспитывала наших детей…
– Я всё это ценю, но повторю: не надо в лучших женских традициях прикрываться детьми.
– А ты прикрываешься своей «мужской природой»! – сжимаю кулаки. – Я хочу с тобой развестись!
Глаза мужа за линзами становятся пустыми.
– Хочешь развод? Хорошо. Может, это и к лучшему. Смотрю на тебя, как ты себя ведёшь, и не понимаю, почему я так долго тебя терпел!
Муж изменил в прямом эфире с ведущей новостей. И сказал, что не хочет уходить из семьи.
Я развелась, но легче не стало.
Потому что все стали винить меня, что «развалила семью».
А через три месяца муж вернулся и сказал:
– Грешен, с кем ни бывает…
Лишний вес, предал муж, на работе проблемы? Не беда! Зато харизматичный тракторист покажет шоу в твою честь и подарит чахлый букетик. И вот тебе уже плевать на предателя-мужа, ведь придушить клоуна на тракторе хочется гораздо сильнее.
Стоп! В смысле, он вовсе не тракторист, а я попала и теперь должна работать на него няней? Эй, мироздание, мы так не договаривались. И не надо мне жарких взглядов от нового начальника…
Стоп! В смысле, он вовсе не тракторист, а я попала и теперь должна работать на него няней? Эй, мироздание, мы так не договаривались. И не надо мне жарких взглядов от нового начальника…
Два года назад муж ушёл к другой.
Красиво ушёл. С чемоданом, словами про новую жизнь и женщину, рядом с которой он наконец-то «почувствовал себя живым».
А потом написал мне:
«Можно я поживу у тебя пару недель?»
У них, видите ли, ремонт.
Только через два дня выяснилось: ремонт — не единственная проблема. Новая любовь выставила его за дверь, а бывшая жена, то есть я, по его мнению, всё ещё должна понять, простить, накормить и дать чистое полотенце.
Сначала я правда пыталась быть взрослой.
Потом он спросил, где его тапочки.
Потом передвинул моё кресло.
Потом полез в мои документы.
И где-то между его носками у дивана и фразой «а что у нас на ужин?» я поняла, что он не просто попросился пожить.
Он решил вернуться в ту жизнь, где я была удобной.
Жаль, что эту женщину я два года как выселила.
Красиво ушёл. С чемоданом, словами про новую жизнь и женщину, рядом с которой он наконец-то «почувствовал себя живым».
А потом написал мне:
«Можно я поживу у тебя пару недель?»
У них, видите ли, ремонт.
Только через два дня выяснилось: ремонт — не единственная проблема. Новая любовь выставила его за дверь, а бывшая жена, то есть я, по его мнению, всё ещё должна понять, простить, накормить и дать чистое полотенце.
Сначала я правда пыталась быть взрослой.
Потом он спросил, где его тапочки.
Потом передвинул моё кресло.
Потом полез в мои документы.
И где-то между его носками у дивана и фразой «а что у нас на ужин?» я поняла, что он не просто попросился пожить.
Он решил вернуться в ту жизнь, где я была удобной.
Жаль, что эту женщину я два года как выселила.
Когда-то они любили друг друга так сильно, что казалось — это навсегда.
Двенадцать лет брака. Двое детей. Общий дом. Общие привычки. Общая жизнь. Только однажды Алина понимает: рядом с любимым мужчиной она чувствует себя бесконечно одинокой.
Она больше не кричит и не устраивает скандалов. Не ждёт, что всё изменится само.
Она просто говорит:
— Я хочу развод.
Но что, если развод — это не конец? Что, если иногда нужно потерять друг друга, чтобы впервые за долгие годы снова увидеть? Это история о любви, которую почти уничтожило молчание.
О двух людях, забывших, как быть не только родителями, но и мужчиной с женщиной. И о детях, которые мечтают не об идеальной семье, а о счастливых маме и папе. Иногда второй шанс приходит только после слова «прощай».
Двенадцать лет брака. Двое детей. Общий дом. Общие привычки. Общая жизнь. Только однажды Алина понимает: рядом с любимым мужчиной она чувствует себя бесконечно одинокой.
Она больше не кричит и не устраивает скандалов. Не ждёт, что всё изменится само.
Она просто говорит:
— Я хочу развод.
Но что, если развод — это не конец? Что, если иногда нужно потерять друг друга, чтобы впервые за долгие годы снова увидеть? Это история о любви, которую почти уничтожило молчание.
О двух людях, забывших, как быть не только родителями, но и мужчиной с женщиной. И о детях, которые мечтают не об идеальной семье, а о счастливых маме и папе. Иногда второй шанс приходит только после слова «прощай».
После развода положено страдать?
Черта с два! Унынию я предпочла поездку на морской курорт. Райские пейзажи, тёплый песок и... привлекательный холостяк, штормом влетевший в мою жизнь. Вот только я не знала, что легкомысленное знакомство навсегда изменит мою судьбу...
Черта с два! Унынию я предпочла поездку на морской курорт. Райские пейзажи, тёплый песок и... привлекательный холостяк, штормом влетевший в мою жизнь. Вот только я не знала, что легкомысленное знакомство навсегда изменит мою судьбу...
- Добрый вечер, - проговорила с лёгкой улыбкой попеременно глядя на застывшую пару.
Волков шокирован и красив. Юлия удивлена не меньше.
- Здравствуйте, - первой пришла в себя девушка.
- Волков, отомри, - прошептала с улыбкой на губах.
- Дим это... - перевела на него взгляд Юля.
- Это Лера, моя жена и она уходит, - его брови сошлись на переносице. - Это Юля, моя девушка, она здесь живёт.
- Своеобразное знакомство, - ответила, глядя на Юлю. - В нём есть неточности. Я бывшая жена, - уточнила. - И я не ухожу, - поднесла к губам кружку, перевела взгляд на бывшего мужа и сделала мелкий глоток.
Я вернулась спустя пять лет не для того, чтобы лицезреть это недоразумение рядом с моим мужем, пусть и бывшим! Будем исправлять...
Волков шокирован и красив. Юлия удивлена не меньше.
- Здравствуйте, - первой пришла в себя девушка.
- Волков, отомри, - прошептала с улыбкой на губах.
- Дим это... - перевела на него взгляд Юля.
- Это Лера, моя жена и она уходит, - его брови сошлись на переносице. - Это Юля, моя девушка, она здесь живёт.
- Своеобразное знакомство, - ответила, глядя на Юлю. - В нём есть неточности. Я бывшая жена, - уточнила. - И я не ухожу, - поднесла к губам кружку, перевела взгляд на бывшего мужа и сделала мелкий глоток.
Я вернулась спустя пять лет не для того, чтобы лицезреть это недоразумение рядом с моим мужем, пусть и бывшим! Будем исправлять...
Выберите полку для книги