Книги по тегу «противостояние и притяжение»: ""
— Деда, дай руку. Тася, ты тоже.
Не успеваю возразить, как Фелиция вкладывает мою ладонь в ладонь Сергея.
Его пальцы тут же смыкаются вокруг моих — крепко, горячо, уверенно.
По коже мгновенно разбегаются мурашки.
Малышка взмахивает палочкой, а потом торжественно касается наших сцепленных рук.
— И что ты делаешь? — спрашиваю с улыбкой.
— Любовь феячу! — важно заявляет Фелиция. — Теперь мы всегда будем жить вместе.
Поворачиваю голову — и натыкаюсь на тяжёлый взгляд Сергея.
— Ну что, Таисия… останетесь с нами?
***
Договор. И ничего большего — так было всегда.
Пока я не оказалась на три дня в карельской глуши рядом с маленькой Фелицией и её дедом.
Она уже решила, что я останусь с ними.
Сергей ради внучки готов на всё.
Но как сказать ему "нет", если с каждым днём всё сильнее хочется ответить "да"?
Не успеваю возразить, как Фелиция вкладывает мою ладонь в ладонь Сергея.
Его пальцы тут же смыкаются вокруг моих — крепко, горячо, уверенно.
По коже мгновенно разбегаются мурашки.
Малышка взмахивает палочкой, а потом торжественно касается наших сцепленных рук.
— И что ты делаешь? — спрашиваю с улыбкой.
— Любовь феячу! — важно заявляет Фелиция. — Теперь мы всегда будем жить вместе.
Поворачиваю голову — и натыкаюсь на тяжёлый взгляд Сергея.
— Ну что, Таисия… останетесь с нами?
***
Договор. И ничего большего — так было всегда.
Пока я не оказалась на три дня в карельской глуши рядом с маленькой Фелицией и её дедом.
Она уже решила, что я останусь с ними.
Сергей ради внучки готов на всё.
Но как сказать ему "нет", если с каждым днём всё сильнее хочется ответить "да"?
— Катя, я всё объясню! Аня — это прошлое, а ребенок… ну так вышло! — трусливо шепчет мой гражданский муж, пока его тайная семья ждет в салоне.
— Встал и пошел на место, пассажир, — чеканю я сквозь слезы. — Мы в зоне турбулентности.
— Слышь, любезный, — раздается из-за спины ледяной, наглый голос мужчины из бизнес-класса. — Тебе русским языком сказали: пошел вон. Или тебе помочь дойти?
Пять лет я верила гражданскому мужу, а сегодня по чистой случайности узнала, что его «командировка» — это отпуск с тайной женой и трехлетним сыном.
Впереди неделя на одном курорте, где бывший трусливо умоляет о прощении, а на мою защиту встает Ярослав. Тот самый наглый пассажир из бизнес-класса, которого я полчаса назад облила кофе и назвала мужланом.
Но сможет ли случайный спаситель стать кем-то большим, если моё сердце только что разбили на осколки?
— Встал и пошел на место, пассажир, — чеканю я сквозь слезы. — Мы в зоне турбулентности.
— Слышь, любезный, — раздается из-за спины ледяной, наглый голос мужчины из бизнес-класса. — Тебе русским языком сказали: пошел вон. Или тебе помочь дойти?
Пять лет я верила гражданскому мужу, а сегодня по чистой случайности узнала, что его «командировка» — это отпуск с тайной женой и трехлетним сыном.
Впереди неделя на одном курорте, где бывший трусливо умоляет о прощении, а на мою защиту встает Ярослав. Тот самый наглый пассажир из бизнес-класса, которого я полчаса назад облила кофе и назвала мужланом.
Но сможет ли случайный спаситель стать кем-то большим, если моё сердце только что разбили на осколки?
Всего одна порочная ночь перевернула всю мою жизнь. И все потому, что привлекательный незнакомец, из-за которого я тогда имела неосторожность потерять голову, оказался наглым и дерзким мажором из моего универа и именно тем, кто стал в итоге моим главным кошмаром!
Пять лет я ждала свадьбы, а в итоге мой жених собрал свои вещи в мусорный пакет и сбежал к 23-летней пигалице с квартирой.
И тут лучшая подруга выдаёт рецепт: «Переспи с кем-нибудь и забудь. Что такого?»
Очищение огнём, ага.
А огонь, между прочим, живёт через стенку. Красивые руки, плечи в дверной проём не проходят, а по ночам за стенкой такие концерты, что хоть абонементы продавай.
Бандит. Или сутенёр?
Но точно, это мужчина, к которому нормальная женщина в лифт не зайдёт.
Я зашла.
А потом нажала красную кнопку. С надписью «СТОП».
Знала же.
Вот не надо было этого делать... Или надо?
***
И тут лучшая подруга выдаёт рецепт: «Переспи с кем-нибудь и забудь. Что такого?»
Очищение огнём, ага.
А огонь, между прочим, живёт через стенку. Красивые руки, плечи в дверной проём не проходят, а по ночам за стенкой такие концерты, что хоть абонементы продавай.
Бандит. Или сутенёр?
Но точно, это мужчина, к которому нормальная женщина в лифт не зайдёт.
Я зашла.
А потом нажала красную кнопку. С надписью «СТОП».
Знала же.
Вот не надо было этого делать... Или надо?
***
— У тебя есть завтрак? — я выпрямилась, пытаясь сохранить остатки достоинства.
— Конечно. Ты думала, я просто так подбираю пьяных мажорок?
— Я не мажорка.
— А кто?
Я посмотрела на него, на его пса, который лежал у ног и смотрел так, будто уже знал всё.
— Я та, которую продают замуж, — сказала я. — И у меня есть три недели, чтобы найти выход.
Он усмехнулся, но в глазах у него была тревога.
— И ты решила, что я этот выход?
— Конечно. Ты думала, я просто так подбираю пьяных мажорок?
— Я не мажорка.
— А кто?
Я посмотрела на него, на его пса, который лежал у ног и смотрел так, будто уже знал всё.
— Я та, которую продают замуж, — сказала я. — И у меня есть три недели, чтобы найти выход.
Он усмехнулся, но в глазах у него была тревога.
— И ты решила, что я этот выход?
Она — водитель элитного такси. Он — её пассажир на неделю.
У неё одно правило: никаких личных отношений с клиентами. У него — множество правил, и каждое она узнаёт только по прибытии в очередной отель.
Каждая остановка — его территория. Каждый вечер — ужин в его номере. Каждый раз — новый выбор, который он оставляет за ней. Но чем дальше они едут, тем очевиднее: эта поездка изменит всё.
Между ними вспыхивает запретное притяжение, которое невозможно игнорировать. Но у него есть секреты. У неё — прошлое, которое она пытается оставить позади.
Дорога ведёт их не только через города, но и к ответам на вопросы, которые они боялись задать.
Что произойдёт, когда неделя закончится? Останется ли у них пункт назначения, общий для двоих?
У неё одно правило: никаких личных отношений с клиентами. У него — множество правил, и каждое она узнаёт только по прибытии в очередной отель.
Каждая остановка — его территория. Каждый вечер — ужин в его номере. Каждый раз — новый выбор, который он оставляет за ней. Но чем дальше они едут, тем очевиднее: эта поездка изменит всё.
Между ними вспыхивает запретное притяжение, которое невозможно игнорировать. Но у него есть секреты. У неё — прошлое, которое она пытается оставить позади.
Дорога ведёт их не только через города, но и к ответам на вопросы, которые они боялись задать.
Что произойдёт, когда неделя закончится? Останется ли у них пункт назначения, общий для двоих?
В день развода за мной остается управление Ночным районом — одиннадцатью кварталами, где люди и вампиры живут по общим законам. Лев Северин, мой бывший муж и глава ночной охраны, не спорит с решением суда. Но той же ночью защитная сеть дает сбой, один из жителей получает тяжелый ожог, а журнал доступа показывает: опасную команду отправили моим личным ключом.
До голосования о смене управляющего — четырнадцать дней. Чтобы сохранить район и очистить свое имя, я должна найти саботажника. Для этого придется снова работать с Львом, чьи тайны когда-то уже разрушили наш брак.
Я все еще люблю его. Он все еще готов закрыть меня собой. Но второго шанса между нами не будет, пока Лев не поймет: любовь не дает права решать за другого. А если мы не остановим преступника до Рассветного рынка, сотни вампиров окажутся под солнцем без защиты.
До голосования о смене управляющего — четырнадцать дней. Чтобы сохранить район и очистить свое имя, я должна найти саботажника. Для этого придется снова работать с Львом, чьи тайны когда-то уже разрушили наш брак.
Я все еще люблю его. Он все еще готов закрыть меня собой. Но второго шанса между нами не будет, пока Лев не поймет: любовь не дает права решать за другого. А если мы не остановим преступника до Рассветного рынка, сотни вампиров окажутся под солнцем без защиты.
- Это мой сын! – восточный мужчина рявкает так, что стены ходуном ходят.
Теряюсь. Трясусь. Опускаю взгляд в пол.
- Нет, - говорю едва слышно, глаза наполняются слезами. – Он не твой... не твой… - повторяю отчаянно.
Вру. Валид был моим первым. Единственным.
Прищуривает темные глаза. Делает шаг в мою сторону, нависает.
- Это. Мой. Наследник. Я знаю. Но раз так, то сделаем тест ДНК. И если мое подозрение оправдается, я заберу свое по праву. В машину.
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧЕРЕЗ ДЕНЬ
Теряюсь. Трясусь. Опускаю взгляд в пол.
- Нет, - говорю едва слышно, глаза наполняются слезами. – Он не твой... не твой… - повторяю отчаянно.
Вру. Валид был моим первым. Единственным.
Прищуривает темные глаза. Делает шаг в мою сторону, нависает.
- Это. Мой. Наследник. Я знаю. Но раз так, то сделаем тест ДНК. И если мое подозрение оправдается, я заберу свое по праву. В машину.
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧЕРЕЗ ДЕНЬ
Его к ней привели усталость и одиночество…
Её к нему - любопытство и вера…
- Да-да, скажите мне, что Вы ещё в единорогов верите и летаете на зонтике, как Мэри Поппинс! - скептически хмыкнул мужчина.
- В единорогов точно верю. Зуб даю! А на зонтике?! Это увы мне. Увы! С моим попинсом можно только на дирижабле летать, - хихикнула женщина, хлопнув себя по объёмной пятой точке.
- Вы….- после местоимения мужчина "запаузился", раскачиваясь с пятки на носок как метроном. Выйдя из паузы, выдавил из себя ещё слово. - …с-сумасшедшая?
- Ну, что Вы! Я просто волшебнутая на всю голову! - не задумываясь, без тени сомнения ответила спутница.
Её к нему - любопытство и вера…
- Да-да, скажите мне, что Вы ещё в единорогов верите и летаете на зонтике, как Мэри Поппинс! - скептически хмыкнул мужчина.
- В единорогов точно верю. Зуб даю! А на зонтике?! Это увы мне. Увы! С моим попинсом можно только на дирижабле летать, - хихикнула женщина, хлопнув себя по объёмной пятой точке.
- Вы….- после местоимения мужчина "запаузился", раскачиваясь с пятки на носок как метроном. Выйдя из паузы, выдавил из себя ещё слово. - …с-сумасшедшая?
- Ну, что Вы! Я просто волшебнутая на всю голову! - не задумываясь, без тени сомнения ответила спутница.
- Смотрю, хорош горшочек, а Глебушка? Прям вторая жизнь для твоего сдувшегося шарика!
- Проклятье! Не могла позже заявиться? - слышу раздраженный рык.
О, как! Я ещё и крайняя. Интересно девки пляшут!
Скрещиваю руки на груди, пряча под ними кровоточащее от боли предательства сердце. В горле противная горечь и ком, голос дрожит. Да что он. Меня всю трясет от злости и глухого отчаянья. Но я держусь. Нельзя показывать слабость. Не перед предателем и его... Точнее, моей...
- Что ты хочешь услышать, Соня? Что больше не единственная и неповторимая? Как видишь! Довольна? - ядовито цедит любимый, отстраняясь от сидящей перед ним на столе девицы.
Узнаю в ней свою помощницу, встречаю наглый, победоносный взгляд и окончательно убеждаюсь - теперь я это совершенно точно так не оставлю.
- Нет, Соф, подожди! Вернись! Нужно поговорить, - кричит мне вслед ещё пять минут назад до одури любимый мужчина.
Не слушаюсь. Прибавляю в шаге, прыгаю в такси и... Сбегаю? Нет, отправляюсь мстить!
- Проклятье! Не могла позже заявиться? - слышу раздраженный рык.
О, как! Я ещё и крайняя. Интересно девки пляшут!
Скрещиваю руки на груди, пряча под ними кровоточащее от боли предательства сердце. В горле противная горечь и ком, голос дрожит. Да что он. Меня всю трясет от злости и глухого отчаянья. Но я держусь. Нельзя показывать слабость. Не перед предателем и его... Точнее, моей...
- Что ты хочешь услышать, Соня? Что больше не единственная и неповторимая? Как видишь! Довольна? - ядовито цедит любимый, отстраняясь от сидящей перед ним на столе девицы.
Узнаю в ней свою помощницу, встречаю наглый, победоносный взгляд и окончательно убеждаюсь - теперь я это совершенно точно так не оставлю.
- Нет, Соф, подожди! Вернись! Нужно поговорить, - кричит мне вслед ещё пять минут назад до одури любимый мужчина.
Не слушаюсь. Прибавляю в шаге, прыгаю в такси и... Сбегаю? Нет, отправляюсь мстить!
Выберите полку для книги