Книги по тегу «психологическая драма»: ""
32-летняя учительница рисования Леонарда Соболева задается тревожным вопросом: есть ли смысл в её жизни? Выводы неутешительны. Училась «на художника» — но талантом Бог обидел. В математической школе к ней и преподаваемому ею предмету относятся пренебрежительно. Личная жизнь не устроена. Мать, известная художница, занята собственной карьерой, и к переживаниям дочери равнодушна...
Метания в поисках смысла жизни приводят Леонарду в загородное экопоселение, где она попадает в руки самой настоящей секты. Трудно представить ее дальнейшую судьбу, если бы не участие в ней неравнодушных людей, рискующих своей жизнью ради спасения «избалованной московской учительницы».
Переосмыслит ли девушка свою жизнь, обретет ли веру в Бога и найдет ли настоящую любовь?
Метания в поисках смысла жизни приводят Леонарду в загородное экопоселение, где она попадает в руки самой настоящей секты. Трудно представить ее дальнейшую судьбу, если бы не участие в ней неравнодушных людей, рискующих своей жизнью ради спасения «избалованной московской учительницы».
Переосмыслит ли девушка свою жизнь, обретет ли веру в Бога и найдет ли настоящую любовь?
Меня зовут Иза. Иезавель, не Изабель. Его зовут Милан. Он работает в нашем центре по программе реабилитации бывших преступников. Как только я увидела его, я поняла: он — проблема. Для нашей начальницы Кэт. Для администрации. Для себя. Но больше всего — для меня.
***
Милан допивает кофе одним долгим глотком. Пластиковый стаканчик хрустит в его пальцах — он сминает его, не глядя, и точным движением отправляет в урну в трёх метрах от себя. Попадает, даже не прицеливаясь.
— Трофеи? — Он запрокидывает голову, хриплый смешок вырывается из его глотки, и я вижу, как ходит кадык. — Ты первая, кто предлагает мне трусики, Иезавель. За две недели. Интересное заявление.
Он наклоняется снова, ближе, чем раньше. Теперь его лицо в полуметре от моего. Бутылочно-зелёные глаза сужаются, как у кота, почуявшего мышь.
— Бывших наркоманов не бывает, — тихо говорит он. — Согласен. — Пирсинг мелькает между зубов, когда он говорит. — Как и бывших душных сук. Ты права. Мы оба знаем, что люди не меняются.
***
Милан допивает кофе одним долгим глотком. Пластиковый стаканчик хрустит в его пальцах — он сминает его, не глядя, и точным движением отправляет в урну в трёх метрах от себя. Попадает, даже не прицеливаясь.
— Трофеи? — Он запрокидывает голову, хриплый смешок вырывается из его глотки, и я вижу, как ходит кадык. — Ты первая, кто предлагает мне трусики, Иезавель. За две недели. Интересное заявление.
Он наклоняется снова, ближе, чем раньше. Теперь его лицо в полуметре от моего. Бутылочно-зелёные глаза сужаются, как у кота, почуявшего мышь.
— Бывших наркоманов не бывает, — тихо говорит он. — Согласен. — Пирсинг мелькает между зубов, когда он говорит. — Как и бывших душных сук. Ты права. Мы оба знаем, что люди не меняются.
Он — чудовище, которое любит меня. Каждый цикл, когда я задерживаюсь, он разбивает колонны когтями и воет на луну, ненавидя правило, что сам создал. Я думала, что живу с больным или одержимым. Я поила его настоями и продлевала свою жизнь, оттягивая неизбежное. Но правда оказалась страшнее проклятия. Я — не первая. Я — лишь очередная жертва системы, что заточила в золотой клетке не только меня, но и его. Теперь я ношу его ребенка. И передо мной выбор: сбежать, инсценировав выкидыш, или остаться и принять первый удар его трансформации на себя. Смогу ли я исцелить чудовище, полюбив его? Или моё милосердие станет последней каплей, что уничтожит нас обоих?
Можно ли начать жизнь с чистого листа, если ты не помнишь своего прошлого? И что делать, если прошлое вернулось - со всеми ошибками, болью и утратами?
Буян - это не место на карте. Это место, где реальность переплетается с легендой, а каждый уголок хранит свою тайну. Очнувшись на таинственном берегу, герой не помнит ни своего имени, ни прошлого. Вокруг - лишь бушующее море, штормовые ветры да густые леса.
Ему предстоит пройти через испытания, которые готовит для него сам остров: встретиться с духами, населяющими эти земли, научиться доверять и делать выбор, от которого зависит всё. Каждая встреча становится проверкой на прочность, каждый шаг приближает его к разгадке собственного прошлого.
Но у Буяна свои законы. Здесь время течёт иначе. Сможет ли он вернуться к тем, кого любил? И захотят ли они его принять?
«Буян: сказание о Пустом» - дебютный роман Е.Зборовской, история о потере памяти, поиске себя и принятии своего прошлого.
Буян - это не место на карте. Это место, где реальность переплетается с легендой, а каждый уголок хранит свою тайну. Очнувшись на таинственном берегу, герой не помнит ни своего имени, ни прошлого. Вокруг - лишь бушующее море, штормовые ветры да густые леса.
Ему предстоит пройти через испытания, которые готовит для него сам остров: встретиться с духами, населяющими эти земли, научиться доверять и делать выбор, от которого зависит всё. Каждая встреча становится проверкой на прочность, каждый шаг приближает его к разгадке собственного прошлого.
Но у Буяна свои законы. Здесь время течёт иначе. Сможет ли он вернуться к тем, кого любил? И захотят ли они его принять?
«Буян: сказание о Пустом» - дебютный роман Е.Зборовской, история о потере памяти, поиске себя и принятии своего прошлого.
После смерти бабушки Вера возвращается в старый дом, где среди забытых вещей и запущенной оранжереи обнаруживает странные чёрные розы, которые не цвели много лет. В бабушкином дневнике она находит пугающие записи: эти цветы пробуждаются только от человеческой крови. Вера не верит, пока случайная царапина не заставляет бутон раскрыться на её глазах. Теперь ей предстоит узнать, какую цену сад требует за свою красоту — и кто на самом деле ждёт её среди переплетённых стеблей.
Полгода назад мой муж вышел вынести мусор и не вернулся.
«Оказался не в то время и не в том месте», — сказали мне.
А потом в мою дверь постучал незнакомец.
Высокий. Молчаливый. С глазами человека, который видел слишком много.
Он чинит мои краны. Приносит еду. Учит меня не бояться темноты.
Рядом с ним мне впервые за долгое время спокойно.
Я только не понимаю одного: почему иногда он смотрит на меня так, будто просит прощения…
18+ Криминальный любовный роман.
Романтический саспенс. Запретные отношения. Психологическая мелодрамма.
«Оказался не в то время и не в том месте», — сказали мне.
А потом в мою дверь постучал незнакомец.
Высокий. Молчаливый. С глазами человека, который видел слишком много.
Он чинит мои краны. Приносит еду. Учит меня не бояться темноты.
Рядом с ним мне впервые за долгое время спокойно.
Я только не понимаю одного: почему иногда он смотрит на меня так, будто просит прощения…
18+ Криминальный любовный роман.
Романтический саспенс. Запретные отношения. Психологическая мелодрамма.
Я стала женой чудовища. Меня отдали за долги, и моя жизнь превратилась в ад. Синяки я прятала под платком, страх — за молчанием. Я забыла, что значит дышать без боли.
Пока не встретила его — Руслана. Терпеливый, спокойный, он увидел мои синяки и не отвернулся. Сказал: «Я смогу тебя защитить». Но мой муж не отдаст свою «собственность». И теперь каждый день — это борьба за свободу и право быть любимой.
Руслан готов пойти против адатов и всего мира, чтобы спасти меня. Но как поверить ему, если любовь всегда приносила только боль? И сможет ли он собрать заново сломанный цветок, который уже не ждёт света?
Пока не встретила его — Руслана. Терпеливый, спокойный, он увидел мои синяки и не отвернулся. Сказал: «Я смогу тебя защитить». Но мой муж не отдаст свою «собственность». И теперь каждый день — это борьба за свободу и право быть любимой.
Руслан готов пойти против адатов и всего мира, чтобы спасти меня. Но как поверить ему, если любовь всегда приносила только боль? И сможет ли он собрать заново сломанный цветок, который уже не ждёт света?
Лилиан всегда знала, что дом — это не стены. Дом — это люди. Но люди меняются, а мир за окном становится чужим. Муж возвращается из командировки другим и приносит с собой тайны — и они оказываются страшнее того, что ждёт за дверью. А ответы ждут в лесу, на старой лесопилке, где один человек уже заплатил за правду.
«Дом там, где ты» — о том, за что держаться, когда держаться уже не за что.
«Дом там, где ты» — о том, за что держаться, когда держаться уже не за что.
Меня зовут Вера. Я хозяйка «Тихого дома».
Здесь (не) бьют. Здесь хуже. Здесь ломают так, что следов не остаётся.
Я знаю правила. Я их сама писала. Я не жалею. Не сомневаюсь. Не оглядываюсь.
Пока однажды за дверью не слышу голос. Женский. Молодой. И я понимаю: он звучит слишком знакомо. Так, как будто я слышала его двадцать лет назад. В зеркале.
Я верила, что правила пишу я.
Я ошибалась.
Здесь (не) бьют. Здесь хуже. Здесь ломают так, что следов не остаётся.
Я знаю правила. Я их сама писала. Я не жалею. Не сомневаюсь. Не оглядываюсь.
Пока однажды за дверью не слышу голос. Женский. Молодой. И я понимаю: он звучит слишком знакомо. Так, как будто я слышала его двадцать лет назад. В зеркале.
Я верила, что правила пишу я.
Я ошибалась.
Ева Голицына не читает сплетни. Она их заказывает. Пока анонимный канал «Дети Расплаты» не выложил фото: её жених. Её лучшая подруга. Соль на его ключицах.
Василиса Ростова исчезла год назад. Все считали — сгинула в клинике под Цюрихом. Она вернулась не мстить. Она вернулась за своим.
Но у этой войны есть спонсор. Пятьсот тысяч долларов за то, чтобы стравить их. И мальчик, который ведёт канал, ещё не знает: он — следующая фигура на доске.
Для тех, кто вырос на «Сплетнице». Только здесь — жёстче, взрослее и по-русски.
Василиса Ростова исчезла год назад. Все считали — сгинула в клинике под Цюрихом. Она вернулась не мстить. Она вернулась за своим.
Но у этой войны есть спонсор. Пятьсот тысяч долларов за то, чтобы стравить их. И мальчик, который ведёт канал, ещё не знает: он — следующая фигура на доске.
Для тех, кто вырос на «Сплетнице». Только здесь — жёстче, взрослее и по-русски.
Выберите полку для книги