Книги по тегу «разница в возрасте»: ""
— Ты теперь моя, преподша.
— Фролов! Отпустите меня, живо!
— О нет... — горячее дыхание на моей шее, мажор еще сильнее вжимает меня в холодную стену, — Сегодня же ты снова окажешься подо мной!
Я думала, что одна порочная ночь останется только воспоминанием.
Но ошибалась.
Теперь он - мой студент. Наглый мажор, который не знает слово "нет".
Он играет со мной.
Жёстко. Опасно. На грани.
Что будет, когда все узнают правду?
#Мат и очень откровенно, СТРОГО 18+!!!
ИСТОРИЯ САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ. Можно читать отдельно!
— Фролов! Отпустите меня, живо!
— О нет... — горячее дыхание на моей шее, мажор еще сильнее вжимает меня в холодную стену, — Сегодня же ты снова окажешься подо мной!
Я думала, что одна порочная ночь останется только воспоминанием.
Но ошибалась.
Теперь он - мой студент. Наглый мажор, который не знает слово "нет".
Он играет со мной.
Жёстко. Опасно. На грани.
Что будет, когда все узнают правду?
#Мат и очень откровенно, СТРОГО 18+!!!
ИСТОРИЯ САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ. Можно читать отдельно!
Моя жизнь превратилась в следственный эксперимент. Ложное обвинение, СИЗО, пятнадцать лет строгого режима — вот что мне сулят за журналистское расследование. А потом в камеру заходит Он.
— Родишь ребенка. Год в моём доме — и ты свободна. Без суда, без статьи.
Я подписываю контракт, потому что выхода нет. Но в его особняке я быстро понимаю: деньги и власть не лечат мёртвые души. Александр учил меня подчиняться, а сам не умеет любить. Теперь я ношу под сердцем его наследника, но хочу не свободы — хочу, чтобы он наконец сказал те три слова, которые сломают его броню. Или мы оба останемся в плену собственного молчания?
— Родишь ребенка. Год в моём доме — и ты свободна. Без суда, без статьи.
Я подписываю контракт, потому что выхода нет. Но в его особняке я быстро понимаю: деньги и власть не лечат мёртвые души. Александр учил меня подчиняться, а сам не умеет любить. Теперь я ношу под сердцем его наследника, но хочу не свободы — хочу, чтобы он наконец сказал те три слова, которые сломают его броню. Или мы оба останемся в плену собственного молчания?
Мне двадцать два, и я боялась собственного тела. Отчим — врач, он предложил помочь. А потом в нашем доме появился его брат.
— Ты вообще знаешь, что такое зажим?
— Не знаю. Наверное, стесняюсь.
— Это не стеснение. Ты своему телу не доверяешь. Думаешь, оно тебя предаст. Так?
Двое мужчин, которые знают меня лучше, чем я сама. Один берёт без спроса. Другой ждёт, пока я выберу. А выбрать я не могу — потому что хочу обоих. И у меня есть ровно два дня, чтобы решить, кем я стану, пока мама не вернулась домой.
— Ты вообще знаешь, что такое зажим?
— Не знаю. Наверное, стесняюсь.
— Это не стеснение. Ты своему телу не доверяешь. Думаешь, оно тебя предаст. Так?
Двое мужчин, которые знают меня лучше, чем я сама. Один берёт без спроса. Другой ждёт, пока я выберу. А выбрать я не могу — потому что хочу обоих. И у меня есть ровно два дня, чтобы решить, кем я стану, пока мама не вернулась домой.
— Макар, Макар, малыш, ну куда ты? Стой! — раздается вдруг откуда-то сбоку громкий женский шепот.
Я опускаю взгляд. Прямо у моих ног, уперевшись ладошками в пол, сидит ребенок.
Я беру его на руки, и пацан дергает меня за галстук.
— Эй, полегче, боец, — хрипло произношу я, перехватывая его крошечное запястье.
И в этот момент я поднимаю глаза.
В паре метров от меня, в конце коридора, стоит Эмилия. Белая как мел.
Мой взгляд снова опускается к лицу мальчишки.
Я смотрю на ребенка. Смотрю на бывшую жену. Снова на ребенка.
Мы развелись полтора года назад. Беременность длится девять. Этому парню на вид месяцев восемь. Она забеременела за месяц до развода.
Значит…Я — отец!
***
Бывшая жена думала, что смогла спрятать от меня моего наследника. Но она ошиблась. Я заберу свое. И самое интересное начнется, когда я узнаю, что в комнате, из которой выполз этот мальчишка... спит еще один.
Я опускаю взгляд. Прямо у моих ног, уперевшись ладошками в пол, сидит ребенок.
Я беру его на руки, и пацан дергает меня за галстук.
— Эй, полегче, боец, — хрипло произношу я, перехватывая его крошечное запястье.
И в этот момент я поднимаю глаза.
В паре метров от меня, в конце коридора, стоит Эмилия. Белая как мел.
Мой взгляд снова опускается к лицу мальчишки.
Я смотрю на ребенка. Смотрю на бывшую жену. Снова на ребенка.
Мы развелись полтора года назад. Беременность длится девять. Этому парню на вид месяцев восемь. Она забеременела за месяц до развода.
Значит…Я — отец!
***
Бывшая жена думала, что смогла спрятать от меня моего наследника. Но она ошиблась. Я заберу свое. И самое интересное начнется, когда я узнаю, что в комнате, из которой выполз этот мальчишка... спит еще один.
Он — жених моей сестры. 🖤
Я — неприметная студентка журфака. 💖
Между нами никогда и ничего не может быть.❌
Но всё меняется, когда в обычный вечер я замечаю, как он занимается этим... 🔞
Я подсмотрела случайно, честное слово. Но теперь не могу выкинуть его из головы... 😳🫣
Может, я не такая уж и невинная? 🫦
Я — неприметная студентка журфака. 💖
Между нами никогда и ничего не может быть.❌
Но всё меняется, когда в обычный вечер я замечаю, как он занимается этим... 🔞
Я подсмотрела случайно, честное слово. Но теперь не могу выкинуть его из головы... 😳🫣
Может, я не такая уж и невинная? 🫦
— По твой вине, Злата, пострадал даже не я, а мои маленькие внучки, — грозно говорит мой новый сосед, генерал Сильницкий, — мало того, что девочки остались без родителей, теперь ещё и дома лишились!
Две рыжих девчушки робко выглядывают из-за ближайшего дерева.
Одна держит в руках плюшевые игрушки, другая – рыжего кота.
А я в ужасе смотрю на сурового мужчину и отвечаю:
— Это не моя вина… я не причастна к тому, что случилось…
Но грозный генерал неумолим.
— Ты – главная подозреваемая, и понесёшь наказание за то, что случилось, Злата…
Мужчина не успевает закончить, его опережает одна из девчушек.
— В наказание, Звата, ты будещь нащей мамой!
Две рыжих девчушки робко выглядывают из-за ближайшего дерева.
Одна держит в руках плюшевые игрушки, другая – рыжего кота.
А я в ужасе смотрю на сурового мужчину и отвечаю:
— Это не моя вина… я не причастна к тому, что случилось…
Но грозный генерал неумолим.
— Ты – главная подозреваемая, и понесёшь наказание за то, что случилось, Злата…
Мужчина не успевает закончить, его опережает одна из девчушек.
— В наказание, Звата, ты будещь нащей мамой!
– Ты… ты сломал ему руку! За что?
– За то, что тронул моё.
– Ты псих! Самый настоящий!
– Возможно, – кивнул он, – но ты нарушила правило.
– Я не принадлежу тебе, Бес!
– Ошибаешься, милая. Ты такая же ненормальная, как и я, просто не до конца это осознала. Но ничего, я дам тебе немного времени, чтобы принять неизбежное. Меня.
– За то, что тронул моё.
– Ты псих! Самый настоящий!
– Возможно, – кивнул он, – но ты нарушила правило.
– Я не принадлежу тебе, Бес!
– Ошибаешься, милая. Ты такая же ненормальная, как и я, просто не до конца это осознала. Но ничего, я дам тебе немного времени, чтобы принять неизбежное. Меня.
– Я хотела тебя убить, Герман.
– Ради денег?
– Да.
– А Миша?
– Я родила его, чтобы ты никогда меня не бросил.
Три года я провела в тюрьме за преступление, которого не совершала. Герман возненавидел меня и отнял сына. Я думала, что потеряла их навсегда. Но Миша тяжело заболел. Он зовет маму и отказывается лечиться без меня. Теперь Герману придется вернуть меня домой и снова назвать своей женой. Ради сына мы будем жить под одной крышей и делать вид, что у нас все хорошо. Он будет смотреть на меня как на убийцу. А я каждый день буду видеть мужчину, которого люблю. Только Герман не знает, что тогда я солгала, чтобы спасти Мишу. И что человек, который сломал наши жизни, все эти годы был рядом с ним.
– Ради денег?
– Да.
– А Миша?
– Я родила его, чтобы ты никогда меня не бросил.
Три года я провела в тюрьме за преступление, которого не совершала. Герман возненавидел меня и отнял сына. Я думала, что потеряла их навсегда. Но Миша тяжело заболел. Он зовет маму и отказывается лечиться без меня. Теперь Герману придется вернуть меня домой и снова назвать своей женой. Ради сына мы будем жить под одной крышей и делать вид, что у нас все хорошо. Он будет смотреть на меня как на убийцу. А я каждый день буду видеть мужчину, которого люблю. Только Герман не знает, что тогда я солгала, чтобы спасти Мишу. И что человек, который сломал наши жизни, все эти годы был рядом с ним.
Мой отчим соблазнил меня. Я думала, это будет ненависть, но влюбилась в него до потери себя.
***
– Смотри на меня, – рычит он. – Не закрывай глаза.
Я открываю глаза, и его лицо в миллиметре от моего. Он тяжело дышит. Я вижу, как напряжена его челюсть, как пульсирует жилка на виске.
***
– Смотри на меня, – рычит он. – Не закрывай глаза.
Я открываю глаза, и его лицо в миллиметре от моего. Он тяжело дышит. Я вижу, как напряжена его челюсть, как пульсирует жилка на виске.
— Ты переговоры мне сорвала. Сечешь, чем это тебе грозит?
— П-послушайте… — нервно улыбаюсь я.
— Шмотки сама стянешь или помочь?
— Я не могу. У меня… психогенный спазм. Полная блокировка. Ничего не работает. Психосоматика. Если вы попробуете ко мне прикоснуться…
— То что будет, кисуля?
— Вы сломаетесь. Об меня.
***
Я хотела просто насолить бывшему. Заказала Приват танец, но в переговорной оказался…он. Опасный. Злой. Хозяин этого города. Он считает, я должна ему. И намекает, что расплачиваться придется самым древним способом…
— П-послушайте… — нервно улыбаюсь я.
— Шмотки сама стянешь или помочь?
— Я не могу. У меня… психогенный спазм. Полная блокировка. Ничего не работает. Психосоматика. Если вы попробуете ко мне прикоснуться…
— То что будет, кисуля?
— Вы сломаетесь. Об меня.
***
Я хотела просто насолить бывшему. Заказала Приват танец, но в переговорной оказался…он. Опасный. Злой. Хозяин этого города. Он считает, я должна ему. И намекает, что расплачиваться придется самым древним способом…
Выберите полку для книги