Книги по тегу «романтическая комедия»: ""
Что делать, если прорывная идея для твоего бизнеса стоит... тебя самого?
У столичного бизнесмена Сергея Хромова есть всё, кроме одного — свежей маркетинговой стратегии, которая спасет его компанию от краха. В канун Нового года он получает от друга весьма специфический подарок: адрес гениального пиарщика. Вот только живет этот «гуру» в глухой заснеженной Сибири, в деревянной избушке без намека на столичный лоск.Скептически настроенный Сергей всё-таки отправляется в путь, ожидая увидеть умудренного опытом профессора. Но гением маркетинга оказывается... взбалмошная, непредсказуемая и чертовски привлекательная девчонка с целым вагоном закидонов.Прорывную идею она выдать готова. Но её цена заставит сурового босса Хромова потерять дар речи. Ведь в качестве оплаты сибирская штучка потребует... немного его самого.Сможет ли акула столичного бизнеса удержать контроль, когда новогоднее чудо пойдет не по плану, а им вдвоем придется закреплять весьма пикантную позицию?
У столичного бизнесмена Сергея Хромова есть всё, кроме одного — свежей маркетинговой стратегии, которая спасет его компанию от краха. В канун Нового года он получает от друга весьма специфический подарок: адрес гениального пиарщика. Вот только живет этот «гуру» в глухой заснеженной Сибири, в деревянной избушке без намека на столичный лоск.Скептически настроенный Сергей всё-таки отправляется в путь, ожидая увидеть умудренного опытом профессора. Но гением маркетинга оказывается... взбалмошная, непредсказуемая и чертовски привлекательная девчонка с целым вагоном закидонов.Прорывную идею она выдать готова. Но её цена заставит сурового босса Хромова потерять дар речи. Ведь в качестве оплаты сибирская штучка потребует... немного его самого.Сможет ли акула столичного бизнеса удержать контроль, когда новогоднее чудо пойдет не по плану, а им вдвоем придется закреплять весьма пикантную позицию?
Аня — психолог. Десять лет учит людей наводить порядок в голове. С собственным домом дела обстоят немного хуже: там царит перманентный бардак, а бабушкины доски третий месяц дожидаются момента стать книжной полкой.
В одну субботу приезжают грузчики со шкафом из Икеи. Аня машет рукой в сторону подвала, убегает отвечать на тревожный звонок клиентки — и по возвращении с гордостью захлопывает дверь на засов. Окончательно.
Ночью из-под пола доносится стук шуруповёрта. Первая мысль — грабитель решил перед кражей смастерить себе стул. Вторая — призрак бабушки наконец взялся за книжную полку. Правда оказывается прозаичнее: в подвале сидит вполне живой парень по имени Егор — перепутал кнопку домофона, шёл на свидание к соседке сверху, а получил новую жизнь взаперти.
Комедия положений с щепоткой психоанализа. Читать в компании чашки чая — смеяться в одиночку не рекомендуется, соседи снизу могут неправильно понять.
В одну субботу приезжают грузчики со шкафом из Икеи. Аня машет рукой в сторону подвала, убегает отвечать на тревожный звонок клиентки — и по возвращении с гордостью захлопывает дверь на засов. Окончательно.
Ночью из-под пола доносится стук шуруповёрта. Первая мысль — грабитель решил перед кражей смастерить себе стул. Вторая — призрак бабушки наконец взялся за книжную полку. Правда оказывается прозаичнее: в подвале сидит вполне живой парень по имени Егор — перепутал кнопку домофона, шёл на свидание к соседке сверху, а получил новую жизнь взаперти.
Комедия положений с щепоткой психоанализа. Читать в компании чашки чая — смеяться в одиночку не рекомендуется, соседи снизу могут неправильно понять.
Он стоял близко. Слишком близко. Я чувствовала запах дыма, его тепло, видела, как пар вырывается из его рта, как он смотрит на меня - внимательно, серьезно.
- Я скучал, - сказал он вдруг.
Тихо. Просто. Будто выдохнул.
- Я тоже, - прошептала я.
И мы так и стояли в снегу, не решаясь сделать следующий шаг. А потом он вдруг протянул руку, смахнул снежинку с моей щеки, и у меня внутри все перевернулось.
- Пойдем, - сказал он. - Я тебе печь затопил.
- А ужин?
- И ужин приготовил.
- Вы? - я ахнула. - Даниил, вы решили меня убить?
- Иди уже, - проворчал он. - Пока не остыло.
И я пошла, чувствуя, как счастье распирает изнутри.
- Я скучал, - сказал он вдруг.
Тихо. Просто. Будто выдохнул.
- Я тоже, - прошептала я.
И мы так и стояли в снегу, не решаясь сделать следующий шаг. А потом он вдруг протянул руку, смахнул снежинку с моей щеки, и у меня внутри все перевернулось.
- Пойдем, - сказал он. - Я тебе печь затопил.
- А ужин?
- И ужин приготовил.
- Вы? - я ахнула. - Даниил, вы решили меня убить?
- Иди уже, - проворчал он. - Пока не остыло.
И я пошла, чувствуя, как счастье распирает изнутри.
Алисе 25 лет, она переводчик книг и мечтает только об одном — чтобы мама перестала устраивать ей свидания с сыновьями своих подруг. Очередной «кринжовый» кандидат, мечтающий о жене-домохозяйке, становится последней каплей. Спасаясь от нового маминого «проекта» в ресторане, Алиса в панике подсаживается за столик к незнакомцу. Роман с юмором подыгрывает ей, и неожиданная ложь превращается в головокружительную авантюру с поездкой в Италию, двуспальным номером и мамой, которая уже готова назвать Романа «идеальным зятем». Но что если игра в фиктивные отношения становится слишком реальной?
– Будь моей мамой!
Светловолосый мальчик с невероятно голубыми глазами смотрел прямо на нее. Во взгляде читалась надежда и какая-то обреченная безысходность.
– Что? – Вероника рассеянно посмотрела на ребенка.
– Пожалуйста, – мальчик вздохнул и терпеливо повторил, – будь моей мамой. – Затем подумал немного и добавил, – На сегодня.
Светловолосый мальчик с невероятно голубыми глазами смотрел прямо на нее. Во взгляде читалась надежда и какая-то обреченная безысходность.
– Что? – Вероника рассеянно посмотрела на ребенка.
– Пожалуйста, – мальчик вздохнул и терпеливо повторил, – будь моей мамой. – Затем подумал немного и добавил, – На сегодня.
Обычно я по барам не шляюсь. Но сегодня поддалась на уговоры подруги. Оказалось, не зря. Соблазнительный бармен, новый любимый коктейль и осознание того, что моя жизнь закончена.
Хотя нет, стоп, с чего это?! Все только начинается! Я не собираюсь оставаться жертвой. В голове уже зреет план мести, а красавчик из бара обязательно мне поможет…
Хотя нет, стоп, с чего это?! Все только начинается! Я не собираюсь оставаться жертвой. В голове уже зреет план мести, а красавчик из бара обязательно мне поможет…
— Диана Евгеньевна, вы замужем?
Прекрасный этичный вопрос от врача, на который так и хочется ответить.
— Почему вы спрашиваете? — не буду говорить. У меня между прочим комплексы.
— Это важно.
— Я будущая мать-одиночка.
— Диана Евгеньевна, — снимает очки и, чуть наклонив голову в бок, прикусив зубами дужку очков, произносит, — УЗИ и все анализы говорят что у вас многоплодная беременность.
Многоплодная беременность… Хмурюсь. Многоплодная — это от слова много. Блин, двойня что ли? Фига я залетела! Как реактивный самолет.
— То есть у меня будут двойняшки?
— Не совсем. Вы главное не волнуйтесь…
Блин, я уже волнуюсь! Я блин в панике!
— Кто у меня будет?!
— Тройня.
__
Прекрасный этичный вопрос от врача, на который так и хочется ответить.
— Почему вы спрашиваете? — не буду говорить. У меня между прочим комплексы.
— Это важно.
— Я будущая мать-одиночка.
— Диана Евгеньевна, — снимает очки и, чуть наклонив голову в бок, прикусив зубами дужку очков, произносит, — УЗИ и все анализы говорят что у вас многоплодная беременность.
Многоплодная беременность… Хмурюсь. Многоплодная — это от слова много. Блин, двойня что ли? Фига я залетела! Как реактивный самолет.
— То есть у меня будут двойняшки?
— Не совсем. Вы главное не волнуйтесь…
Блин, я уже волнуюсь! Я блин в панике!
— Кто у меня будет?!
— Тройня.
__
После развода Руслан долго приходил в себя, казалось, небо рухнуло, когда ушла Инна. Игорь больше не может смотреть на одинокого отца и решает устроить его личное счастье, даже если сам отец будет сопротивляться. Одна голова - хорошо, а две - лучше. Тем более, если у лучшего друга есть красивая разведённая мама. Новогоднему чуду быть!
— Ты — чёртов искуситель, — Вика сняла кофту и осталась в белой майке, облегающей высокую, вполне красивую грудь.
Святослав на секунду подвис: после балахонов, напрочь разрушающих даже искру мечтаний, такое зрелище было как глоток свежей воды после похмелья утром в квартире девушки.
— Только ты отвернёшься, — попросила она, выходя из машины.
— А то как же, — заверил её босс, переплетая указательный и средний пальцы на обеих руках.
Вика знала, что жизнь её к такому не готовила, ни в одних учебниках и книгах, что предлагала ей система обучения, она такое не прочла бы. Честно говоря, она и не думала, что это может помочь. Чуть прикрыв глаза, девушка тяжело вздохнула и, увидев движущийся навстречу грузовик, обнажила грудь, а с изумлением заметив, что огромная махина начала притормаживать, быстро привела в порядок свою одежду. Она взглянула в лобовое стекло на замершего Святослава и от досады закусила губу: судя по реакции, он решил не следовать своему недавнему обещанию.
Святослав на секунду подвис: после балахонов, напрочь разрушающих даже искру мечтаний, такое зрелище было как глоток свежей воды после похмелья утром в квартире девушки.
— Только ты отвернёшься, — попросила она, выходя из машины.
— А то как же, — заверил её босс, переплетая указательный и средний пальцы на обеих руках.
Вика знала, что жизнь её к такому не готовила, ни в одних учебниках и книгах, что предлагала ей система обучения, она такое не прочла бы. Честно говоря, она и не думала, что это может помочь. Чуть прикрыв глаза, девушка тяжело вздохнула и, увидев движущийся навстречу грузовик, обнажила грудь, а с изумлением заметив, что огромная махина начала притормаживать, быстро привела в порядок свою одежду. Она взглянула в лобовое стекло на замершего Святослава и от досады закусила губу: судя по реакции, он решил не следовать своему недавнему обещанию.
💗БОЛЬШОЙ ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ
— Юль, ну прости меня, дуру. А давай мы ему отомстим, чтобы знал подлец, что нельзя обижать красивых девушек?
— Как? – шмыгая носом, достала из пачки бумажный платок.
— Мы придумаем! Обязательно придумаем! – оживилась Милка. — Он еще не знает, с кем связался! А мы себе других найдем, подумаешь!
— Не нужен мне никто.
И тут вспомнились последние слова этого в красных шортах, и такая злость меня взяла.
Вскочила с лежака, и резко стянула с себя сарафан.
— Юль, ты куда собралась?
— Топиться пошла, – вытащила из сумки резинку и сделала хвост на макушке.
— Куда ты пошла? – подруга с оторопью в глазах не сводила с меня взгляда, а потом будто очнулась. — А ты знаешь, это хорошая идея, Юль! Ты классно придумала! – тоже подорвалась с лежака.
— Он у меня еще побегает! Туда-сюда! – помотала перед лицом рукой.
Милка засмеялась в голос.
— Ага, не на ту нарвался, парниша! Юль, подожди! Надо твердо убедиться, что именно его очередь дежурить на вышке...
— Юль, ну прости меня, дуру. А давай мы ему отомстим, чтобы знал подлец, что нельзя обижать красивых девушек?
— Как? – шмыгая носом, достала из пачки бумажный платок.
— Мы придумаем! Обязательно придумаем! – оживилась Милка. — Он еще не знает, с кем связался! А мы себе других найдем, подумаешь!
— Не нужен мне никто.
И тут вспомнились последние слова этого в красных шортах, и такая злость меня взяла.
Вскочила с лежака, и резко стянула с себя сарафан.
— Юль, ты куда собралась?
— Топиться пошла, – вытащила из сумки резинку и сделала хвост на макушке.
— Куда ты пошла? – подруга с оторопью в глазах не сводила с меня взгляда, а потом будто очнулась. — А ты знаешь, это хорошая идея, Юль! Ты классно придумала! – тоже подорвалась с лежака.
— Он у меня еще побегает! Туда-сюда! – помотала перед лицом рукой.
Милка засмеялась в голос.
— Ага, не на ту нарвался, парниша! Юль, подожди! Надо твердо убедиться, что именно его очередь дежурить на вышке...
Выберите полку для книги