Книги по тегу «рукописи_не_горят»: ""
Цикл:
Барабашка по вызову #1
(622)
Его мать хотела как лучше. Теперь у него в квартире живут духи, множащие никому не нужные копейки.
У Лёхи Горшкова нет денег, нет перспектив и есть мать, которая «заботится» так, что хочется сбежать. Однажды она проводит ритуал — и в их хрущёвке поселяется барабашка-ретроград. А следом — второй дух, жаба-IT-специалист, кикимора с матерным репертуаром и кот, которого Лёха подобрал на улице.
Теперь его квартира — филиал сумасшедшего дома. А Лёха — единственный, кто должен защитить свою странную семью, отбиться от ведьмы и штрафов магических бюрократов из МинМага.
Бытовая магия, ироничный абсурд и герой, который просто хотел дожить до зарплаты.
18+. Книга содержит сцены употребления алкоголя, нецензурную лексику и магический беспредел.
У Лёхи Горшкова нет денег, нет перспектив и есть мать, которая «заботится» так, что хочется сбежать. Однажды она проводит ритуал — и в их хрущёвке поселяется барабашка-ретроград. А следом — второй дух, жаба-IT-специалист, кикимора с матерным репертуаром и кот, которого Лёха подобрал на улице.
Теперь его квартира — филиал сумасшедшего дома. А Лёха — единственный, кто должен защитить свою странную семью, отбиться от ведьмы и штрафов магических бюрократов из МинМага.
Бытовая магия, ироничный абсурд и герой, который просто хотел дожить до зарплаты.
18+. Книга содержит сцены употребления алкоголя, нецензурную лексику и магический беспредел.
— Да, я никогда тебя не любил, — нагло заявляет муж. — Я женился на тебе только потому, что ты похожа на мою первую и единственную любовь. Я хотел ее забыть, вырвать из сердца, думал, что ты поможешь мне в этом. Но как оказалось, что настоящие чувства нельзя уничтожить.
— Как ты можешь так жестоко? Я ведь люблю тебя у нас замечательная семья. Я не верю, ты врешь.
— Не верь. Это твоя проблема. Но нашу дочь я действительно назвал в честь моей любимой женщины.
В этот момент любовница мужа подходит и обнимает его.
— Только рядом с этой женщиной я могу быть счастлив, — он целует ее. – И скоро у нас будет ребенок.
Моя семья рассыпалась как карточный домик. Муж ушел к любовнице, настроил против меня дочь. Но жизнь иногда преподносит интересные сюрпризы, и мы не знаем, кто останется победителем.
— Как ты можешь так жестоко? Я ведь люблю тебя у нас замечательная семья. Я не верю, ты врешь.
— Не верь. Это твоя проблема. Но нашу дочь я действительно назвал в честь моей любимой женщины.
В этот момент любовница мужа подходит и обнимает его.
— Только рядом с этой женщиной я могу быть счастлив, — он целует ее. – И скоро у нас будет ребенок.
Моя семья рассыпалась как карточный домик. Муж ушел к любовнице, настроил против меня дочь. Но жизнь иногда преподносит интересные сюрпризы, и мы не знаем, кто останется победителем.
Когда выбор один — довериться врагу или погибнуть вместе с городом.
Элира Торн — талантливый алхимик с сомнительной репутацией и аптекой, которую городская стража проверяет чаще, чем собственные казармы. Капитан Ласло Дарн — воплощение закона и порядка, убеждённый, что Элира — потенциальная угроза обществу.
Три года взаимной неприязни, колких замечаний и недоверия рушатся в одну ночь, когда из храма похищают древний артефакт — Сердце Ледяного Феникса. Без него магический барьер, защищающий город от тварей из Опустошённого Леса, начинает разрушаться.
У них есть три дня. Магический браслет, не позволяющий отдалиться друг от друга больше чем на пятьдесят шагов. И отчаянная надежда, что самый неожиданный союз станет спасением для всех.
Но когда они обнаружат вора, окажется, что грань между преступлением и отчаянием тоньше лезвия ножа. А чувства, рождающиеся между врагами в огне опасности, могут оказаться самой непредсказуемой магией из всех.
Элира Торн — талантливый алхимик с сомнительной репутацией и аптекой, которую городская стража проверяет чаще, чем собственные казармы. Капитан Ласло Дарн — воплощение закона и порядка, убеждённый, что Элира — потенциальная угроза обществу.
Три года взаимной неприязни, колких замечаний и недоверия рушатся в одну ночь, когда из храма похищают древний артефакт — Сердце Ледяного Феникса. Без него магический барьер, защищающий город от тварей из Опустошённого Леса, начинает разрушаться.
У них есть три дня. Магический браслет, не позволяющий отдалиться друг от друга больше чем на пятьдесят шагов. И отчаянная надежда, что самый неожиданный союз станет спасением для всех.
Но когда они обнаружат вора, окажется, что грань между преступлением и отчаянием тоньше лезвия ножа. А чувства, рождающиеся между врагами в огне опасности, могут оказаться самой непредсказуемой магией из всех.
Пережив двойное предательство и развод, Лариса оказывается на грани нервного срыва – ее начинают преследовать странные видения. Но даже эту цену она готова заплатить за возможность реализовать свой талант органиста.
В поисках работы по душе Лариса натыкается на необычное объявление. Откликнувшись на него, органистка оказывается в плену дракона, который считает ее своей истинной парой и не собирается отпускать.
В поисках работы по душе Лариса натыкается на необычное объявление. Откликнувшись на него, органистка оказывается в плену дракона, который считает ее своей истинной парой и не собирается отпускать.
— Андрей, как ты мог? – внутри все сжимается от боли.
— Мог, я живой человек. Мужчина. Мне нужна забота и ласка, а ты в больнице после аварии, — холодно отвечает муж. – Врачи не давали надежды.
— Это низко и подло. Пока я боролась за жизнь, вы развлекались за моей спиной.
— Оль, ты должна нас понять, — вклинивается в разговор лучшая подруга. — Андрею было сложно одному. Я его поддержала, утешила, и мы поняли, что не можем друг без друга.
— Ну и честно говоря, — муж проходит мимо меня и обнимает ее. — Оль, после аварии ты изменилась. У тебя шрамы на теле. Это выглядит не особо привлекательно, да и врач сказал, что родить ты, наверное, больше не сможешь.
— Оль, прости, — говорит подруга. — В этом доме теперь я хозяйка, а тебе надо уехать.
— Мог, я живой человек. Мужчина. Мне нужна забота и ласка, а ты в больнице после аварии, — холодно отвечает муж. – Врачи не давали надежды.
— Это низко и подло. Пока я боролась за жизнь, вы развлекались за моей спиной.
— Оль, ты должна нас понять, — вклинивается в разговор лучшая подруга. — Андрею было сложно одному. Я его поддержала, утешила, и мы поняли, что не можем друг без друга.
— Ну и честно говоря, — муж проходит мимо меня и обнимает ее. — Оль, после аварии ты изменилась. У тебя шрамы на теле. Это выглядит не особо привлекательно, да и врач сказал, что родить ты, наверное, больше не сможешь.
— Оль, прости, — говорит подруга. — В этом доме теперь я хозяйка, а тебе надо уехать.
Два разных мужчины. Два разных мира. Но методы одинаковые.
Агрон был хищником. Когда он трогал её, тело подчинялось — само, против её воли. Он умел брать. И не отдавал того, что принадлежало ему.
Варг был другим. Он был её щитом. Знал, как найти правильные слова, когда весь мир оборачивался против Саги. Но когда они были вместе — он тоже брал. По-своему.
Она не могла объяснить разницу. Но чувствовала: и тот, и другой хотели обладать ей. Хотели. Как своё.
Варг — бессмертный воин, веками скитающийся от битвы к битве. Агрон — глава преступного албанского клана, одержимый страстью, которая способна сжечь весь Стокгольм. Сага, дочь успешного предпринимателя, — их надежда и живое проклятие. Связь с ней оборачивается для обоих тем, чего они всегда избегали — слабостью. Один рискует Вальхаллой. Другой — криминальной империей. Но кем готова пожертвовать сама Сага?
— За что вы дерётесь?
— За то, что хотим. За то, что любим. За то, что не можем отпустить. Ты знаешь, за что.
Агрон был хищником. Когда он трогал её, тело подчинялось — само, против её воли. Он умел брать. И не отдавал того, что принадлежало ему.
Варг был другим. Он был её щитом. Знал, как найти правильные слова, когда весь мир оборачивался против Саги. Но когда они были вместе — он тоже брал. По-своему.
Она не могла объяснить разницу. Но чувствовала: и тот, и другой хотели обладать ей. Хотели. Как своё.
Варг — бессмертный воин, веками скитающийся от битвы к битве. Агрон — глава преступного албанского клана, одержимый страстью, которая способна сжечь весь Стокгольм. Сага, дочь успешного предпринимателя, — их надежда и живое проклятие. Связь с ней оборачивается для обоих тем, чего они всегда избегали — слабостью. Один рискует Вальхаллой. Другой — криминальной империей. Но кем готова пожертвовать сама Сага?
— За что вы дерётесь?
— За то, что хотим. За то, что любим. За то, что не можем отпустить. Ты знаешь, за что.
Настя так и не смогла забыть свою первую любовь. С Кириллом они встречались совсем недолго, еще на первом курсе университета. А потом он уехал в Москву, оставив о себе лишь воспоминания. Жизнь Насти на этом не оборвалась, конечно же. Она закончила университет, устроилась по специальности и даже сделала неплохую карьеру. Только полюбить больше так и не смогла, не встретила никого похожего на Кирилла.
И вот он приехал в родной город – красивый, успешный и такой чужой. Случайная встреча с ним стерла все те годы, что жила Настя воспоминаниями, оживила чувства, напитав их новой силой. Но Кирилл её забыл настолько, что даже не узнал при встрече.
Он – заказчик, она - исполнитель. Им предстоит работать вместе. На дворе вторая половина декабря. Свирепствует мороз, а душа замерла в ожидании чуда. И пусть Настя не верит в чудеса, но как же ей хочется верить тем, кто утверждает, что они случаются!
И вот он приехал в родной город – красивый, успешный и такой чужой. Случайная встреча с ним стерла все те годы, что жила Настя воспоминаниями, оживила чувства, напитав их новой силой. Но Кирилл её забыл настолько, что даже не узнал при встрече.
Он – заказчик, она - исполнитель. Им предстоит работать вместе. На дворе вторая половина декабря. Свирепствует мороз, а душа замерла в ожидании чуда. И пусть Настя не верит в чудеса, но как же ей хочется верить тем, кто утверждает, что они случаются!
— Скажи, Яковлева… Тебя хоть раз целовал мужчина постарше? — его пальцы обхватили мой подбородок, заставляя запрокинуть голову. — Преподы, например, — в голосе сквозила издевка, но мне было не до смеха. Сейчас в Алексее Игоревиче не было ни капли шутливости. — Что, язык проглотила, девочка из страны Чудес? — прошептал он, и я отвела взгляд, будто могла сбежать от его взгляда, от него самого. — Твой братец на славу постарался, теперь пришло время расплачиваться, — его ладонь скользнула на спину, обжигая сквозь ткань. — Если будешь хорошо себя вести, то зачет по Римскому праву тебе обеспечен... — шепчет прямо в ухо, отчего у меня коленки предательски дрожат.
**************************************************
Он пришёл отомстить брату и сломать её психику. Она ворвалась в его жизнь, чтобы спасти душу.
Запретная любовь студентки и преподавателя. Смогут ли они справиться с давлением, толкающим его в бездну?
ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ!!!
**************************************************
Он пришёл отомстить брату и сломать её психику. Она ворвалась в его жизнь, чтобы спасти душу.
Запретная любовь студентки и преподавателя. Смогут ли они справиться с давлением, толкающим его в бездну?
ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ!!!
— Юля… — хрипит Валера. Он смотрит на меня, и в его глазах мелькает не раскаяние, а паника вора пойманного с поличным. — Это… это не то, что ты думаешь.
— Ага, вижу, и что же я должна подумать? — и смотрю на Алису, которая жмётся к моему мужу.
Сковорода в моей руке, как продолжение тела. Они с опаской смотрят на меня.
Я перекладываю сковороду в другую руку и улыбаюсь.
Валера часто-часто мигает.
— Мы… мы просто… — начинает Алиса, её голос дрожит от слёз. — Мы не хотели… Это вышло случайно…
Вот сучка!
— Случайно приехать к нему в квартиру, зная, что меня нет. Случайно улечься на наш диван. Случайно раздеться… Да, Алис, а ведь я тебя утешала, деткам твоим помогала…
— Ну с кем не бывает. Выпили и понеслась… — пропищала Алиса, глазки так и забегали, опасаясь встретиться с моими.
— У тебя со всеми мужьями подруг так бывает?! — фыркаю я.
Лицо Алисы злобно преображается и она под шумок тянется за одеждой.
— Попробуй рискнуть, — угрожаю я сковородой и она вновь приникает к мужу.
— Ага, вижу, и что же я должна подумать? — и смотрю на Алису, которая жмётся к моему мужу.
Сковорода в моей руке, как продолжение тела. Они с опаской смотрят на меня.
Я перекладываю сковороду в другую руку и улыбаюсь.
Валера часто-часто мигает.
— Мы… мы просто… — начинает Алиса, её голос дрожит от слёз. — Мы не хотели… Это вышло случайно…
Вот сучка!
— Случайно приехать к нему в квартиру, зная, что меня нет. Случайно улечься на наш диван. Случайно раздеться… Да, Алис, а ведь я тебя утешала, деткам твоим помогала…
— Ну с кем не бывает. Выпили и понеслась… — пропищала Алиса, глазки так и забегали, опасаясь встретиться с моими.
— У тебя со всеми мужьями подруг так бывает?! — фыркаю я.
Лицо Алисы злобно преображается и она под шумок тянется за одеждой.
— Попробуй рискнуть, — угрожаю я сковородой и она вновь приникает к мужу.
🎄Что случится, если в канун Нового года в дверь постучится… твой босс?
Я сбежала на дачу, мечтая о семейном празднике и оливье, но по стечению обстоятельств осталась совсем одна.
И вот теперь, когда дороги перекрыты, свет мигает, а за окном ревёт метель, ко мне вваливается не кто-нибудь, а человек, который не верит ни в чудеса, ни в Новый год, ни, кажется, в людей вообще. Мой босс.
А когда от ненавистного босса не скрыться даже в новогоднюю ночь — жди чудес.
Я сбежала на дачу, мечтая о семейном празднике и оливье, но по стечению обстоятельств осталась совсем одна.
И вот теперь, когда дороги перекрыты, свет мигает, а за окном ревёт метель, ко мне вваливается не кто-нибудь, а человек, который не верит ни в чудеса, ни в Новый год, ни, кажется, в людей вообще. Мой босс.
А когда от ненавистного босса не скрыться даже в новогоднюю ночь — жди чудес.
Выберите полку для книги