Книги по тегу «семейные ценности»: ""

– Скажешь маме, что ты мой папа! – огорошивает меня Розочка первым условием.
– Думаешь, она поверит? – хмыкаю.
– Поверит, – заверяет меня девочка. – Ты же лучше знаешь, чей ты папа. Ей-то откуда знать? Она может только догадываться.
Спорное утверждение. Но не могу же я объяснять пятилетнему ребенку, что дело обстоит в точности наоборот.
– Допустим, я скажу Лиле, что ты моя дочь. А дальше что?
– И ты будешь вести себя, как папа. Играть со мной, подарки дарить, – перечисляет Роза.
– Это второе условие? – уточняю.
– Нет, это все еще первое, – обламывает меня Роза. – А второе…
_______
90 лет назад дед Трофима покинул волшебный город Аварин и обосновался в провинции. Вернуться на родину предков – мечта Трофима. Для ее осуществления он готов на любые жертвы. Даже на заключение фиктивного брака с соседкой и сомнительной сделки с ее привередливой дочкой. Он еще не знает, на что способна пятилетняя Розочка, как дорого ему обойдется достижение цели и что в итоге он приобретет взамен.

— Потерпи, Любочка! Ирка уже одной ногой в могиле, – цинично успокаивает любовницу мой муж. – Помрёт – схороню, и тогда уже тебя представлю всем как свою любовь...
В Прощеное воскресенье, только вернувшись из онкоцентра, я решила больше не тяготить своей болезнью мужа и уйти красиво. Оставила ему письмо: «Я умираю и освобождаю тебя. Доктор сказал, что причина рака – дикий стресс от твоих постоянных измен. Прощаю. Теперь иди к своей любви, а мне пора»…
Врачи давали мне месяц. Я переехала в хоспис умирать, но у судьбы были на меня иные планы… Вместо смерти пришло чудо исцеления. Муж не знает, что я переродилась. И теперь...

Подчинившись решению отца, Хелен выходит замуж за таинственного буржуа, оставив позади надежды и мечты. Ее сердце и душа становятся полем битвы между гордостью и долгом. Этот неравный союз кажется ей унизительным, и для супруга у Хелен не имеется ничего, кроме презрения.
Сможет ли Хелен сохранить в этом браке свою гордость и достоинство или он сломит ее волю? Каким человеком и мужчиной окажется ее супруг? Врагом или услужливым лакеем? Смирится ли он с холодом и презрением своей супруги или уничтожит ее своей властью и безразличием к ее чувствам и страхам? Скованные цепями своего происхождения – найдут ли они понимание или дадут своим убеждениям превратить этот брак в руины взаимной ненависти?

У Полины трудный период. Она развелась с мужем, которого любит, её жизнь стала похожа на однообразную череду бесполезных дел, и всё чаще в спину она слышит о себе "одинокая". А вот у бывшего мужа, по слухам, жизнь без неё стала только лучше.

Я прошла вглубь квартиры и в отражении зеркальной дверцы шкафа увидела Веронику. Стоя в одном белье, она, с трудом балансируя на одной ноге, натягивала на вторую чулок с кружевной резинкой.
– Ну, сколько еще это будет продолжаться? Ну я бы еще поняла, если бы у вас были дети. Но вас ведь ничто не связывает уже давно. Ты сам говорил, ни любви, ни секса, одни только деньги.
Невидимый мне собеседник ответил что-то, не разобрать.
– Да какая жалость, Сереж! Она же не больная, не старая. Чем раньше вы расстанетесь, тем скорее она себе другого найдет. Чего время тянуть?
До меня, наконец, дошло, что разговор Вероника ведет с моим мужем обо мне. Это меня, не старую и не больную, нужно бросить как можно раньше ради моего же блага…

- Кто я?
- Моя жена.
- Что?! Но я тебя...
- Это ничего. Врач сказал - пройдет. Главное, что теперь ты дома. Мы о тебе позаботимся, милая.
- Мы?
- Только не говори, что наших принцесс ты тоже не помнишь?
- Кого? У тебя что, дети есть?
- У нас, дорогая, у нас.
Что-то мне снова нехорошо.

Упала с кабриолета - тормозила головой. Ну и ещё парочкой мягких мест. На них же и нажила себе целый комплект неприятностей. Кто ж этой неформатной выскочке виноват, что она теперь ничего не помнит? А так бы сразу отвёз куда надо. Ладно, не сразу. Не после того, как меня из-за неё уволили. И нет, я не мстительный. Просто, в отличие от некоторых, у меня память хорошая!

— Я не могу так больше, Ангел, — сказал он вдруг, и его голос прозвучал глухо, серьезно.
Я подняла голову. Его лицо было напряженным, брови сведены.
— В смысле? — спросила я, хотя прекрасно поняла, о чем он.
— В смысле — прятаться. Красть часы, минуты. Провожать тебя домой и знать, что ты ляжешь в постель с другим мужчиной. Пусть даже ты его не любишь. Пусть даже вы не... — он запнулся, подбирая слова. — Скажи честно, вы спите?
Я опустила глаза. Мы с Володей не были близки уже полгода. Еще до встречи с Романом наша интимная жизнь сошла на нет — сначала реже, потом реже, потом совсем. Последний раз был каким-то скомканным, поспешным, словно мы оба хотели побыстрее покончить с этим.
— Нет, — сказала я тихо. — У нас давно ничего нет.
— Но вы живете в одной квартире. Ты готовишь ему завтрак. Ты стираешь его вещи. Ты носишь его фамилию. — Он сел на кровати и запустил пальцы в волосы. — Я понимаю, что у вас двадцать лет за плечами. Я понимаю, что все сложно. Но я хочу тебя всю, Ангел..

Он ушёл тихо, без скандала, без измены. Просто сказал, что больше не может так жить. И я осталась одна в пустой квартире, где каждая вещь напоминает о том, что мы потеряли.
Это история о том, как я заново научилась слышать себя. О том, как мы с мужем разучились говорить и как учились заново.
О том, что двадцать лет — не приговор, если есть ради кого бороться. И о том, что настоящая любовь не умирает — она просто ждёт, когда мы наконец откроем глаза.

Еда — это не просто калории, это самый древний ритуал трансформации энергии. Книга учит превращать рутинную готовку в медитативную практику, а прием пищи — в акт восстановления сил. Здесь нет сложных рецептов, есть философия ингредиентов и «заряжение» еды намерением.

История о том, как одна семья пытается разгадать тайны прошлого. В книге переплетаются воспоминания современников, семейные архивы и размышления о судьбе человека в контексте исторических событий. Главная героиня Варвара Петровна получает письмо из Москвы, которое содержит неожиданное известие об обнаружении архива её двоюродной бабушки. В документах — материалы о гибели деда Варвары Петровны в 1919 году.