Книги по тегу «сильная героиня»: ""
— Ян, послушай, давай без драмы. Ты взрослая женщина, ты прекрасно понимаешь, как устроен мир.
— Расскажи мне. Как устроен мир.
— Мужчины — полигамны. Это природа. Это не значит, что я тебя не… — он запинается на секунду, — что ты мне не важна. Но мужчина не может всю жизнь с одной женщиной. Это нереально.
— А она? — спрашиваю я. — Та, которая ждёт ребёнка. Она тоже — «природа»?
— Это другое.
— Ты тринадцать лет говорил мне «потом», а ей — «так получилось».
— Я не собираюсь оправдываться. И если при этом у меня есть…
— Что? Хобби?
— Своя жизнь.
— Я ухожу, Фёдор.
— Ян, не смеши. Куда ты уйдёшь? У тебя ни работы, ни денег, ни…
— Это не твоя проблема.
— Это моя проблема, потому что через неделю ты придёшь обратно. И будет неловко.
***
Но спустя полгода уже бывший приполз на коленях, чтобы меня вернуть. Но я-то знаю для чего он хочет вернуться и что с ним произошло…
— Расскажи мне. Как устроен мир.
— Мужчины — полигамны. Это природа. Это не значит, что я тебя не… — он запинается на секунду, — что ты мне не важна. Но мужчина не может всю жизнь с одной женщиной. Это нереально.
— А она? — спрашиваю я. — Та, которая ждёт ребёнка. Она тоже — «природа»?
— Это другое.
— Ты тринадцать лет говорил мне «потом», а ей — «так получилось».
— Я не собираюсь оправдываться. И если при этом у меня есть…
— Что? Хобби?
— Своя жизнь.
— Я ухожу, Фёдор.
— Ян, не смеши. Куда ты уйдёшь? У тебя ни работы, ни денег, ни…
— Это не твоя проблема.
— Это моя проблема, потому что через неделю ты придёшь обратно. И будет неловко.
***
Но спустя полгода уже бывший приполз на коленях, чтобы меня вернуть. Но я-то знаю для чего он хочет вернуться и что с ним произошло…
– Какого чёрта ты здесь делаешь?! – гаркнул хозяин жилища.
Мои глаза чуть из орбит не повылазили.
Предо мной будто сам Аполлон предстал. Обнажённый коренастый мужчина ростом в два метра. Огромный, как гора! Полотенце, обёрнутое вокруг тела, дополняло образ древнегреческого Бога.
– Я… спасаю тебя… по крайней мере, считала так… – еле волочила языком, объясняясь.
– Спасаешь?! Даша, ты совсем рехнулась?
– Я знаю, как это выглядит, но…
– Понимаю, я красив и богат… – встрял он, прерывая мои объяснения. – Но можно хотя бы обменяться номерами прежде, чем вламываться в мой пентхаус?
– Ты что, думаешь, что я охотница за деньгами?! – ахнула я, не особенно сдерживая реакцию, распахивая рот, как рыба на суше.
Как унизительно…
– Как ты проникла в мой дом?! – снисходительным тоном поинтересовался мужчина.
Проникла?! Да как он смеет?! Кто он вообще такой?! Сколько нужно иметь денег, чтобы считать, что девушки будут идти на такое?!
Мои глаза чуть из орбит не повылазили.
Предо мной будто сам Аполлон предстал. Обнажённый коренастый мужчина ростом в два метра. Огромный, как гора! Полотенце, обёрнутое вокруг тела, дополняло образ древнегреческого Бога.
– Я… спасаю тебя… по крайней мере, считала так… – еле волочила языком, объясняясь.
– Спасаешь?! Даша, ты совсем рехнулась?
– Я знаю, как это выглядит, но…
– Понимаю, я красив и богат… – встрял он, прерывая мои объяснения. – Но можно хотя бы обменяться номерами прежде, чем вламываться в мой пентхаус?
– Ты что, думаешь, что я охотница за деньгами?! – ахнула я, не особенно сдерживая реакцию, распахивая рот, как рыба на суше.
Как унизительно…
– Как ты проникла в мой дом?! – снисходительным тоном поинтересовался мужчина.
Проникла?! Да как он смеет?! Кто он вообще такой?! Сколько нужно иметь денег, чтобы считать, что девушки будут идти на такое?!
Писк кардиомонитора. Пустой стул. Он был с другой, пока я умирала.
А потом я открыла глаза — и мне снова тридцать. Жених пакует чемодан к бывшей.
В прошлой жизни я умоляла его остаться.
В этой — я подаю ему пальто.
И выбираю себя.
А потом я открыла глаза — и мне снова тридцать. Жених пакует чемодан к бывшей.
В прошлой жизни я умоляла его остаться.
В этой — я подаю ему пальто.
И выбираю себя.
— Да мой Пирожочек вам такую проверку устроит, что вы работы лишитесь! — истошно вопила дамочка, собравшая вокруг себя аудиторию из сотрудников и пациентов. — Вы еще пожалеете!
— Это вряд ли, — не согласилась я с ней.
Но и правда пожалела. Потому что влиятельным Пирожочком, которым она меня пугала, оказался мой собственный муж.
В итоге я лишилась работы, квартиры и брака. Зато получила предложение, от которого невозможно отказаться, и поселилась в загородном доме, чтобы заняться реабилитацией генерала после тяжелого ранения.
Только я не знала, что хозяйка дома — любовница моего мужа. А сам генерал еще не знал, что его жена давно живет двойной жизнью.
И на этом настоящие неприятности только начались…
— Это вряд ли, — не согласилась я с ней.
Но и правда пожалела. Потому что влиятельным Пирожочком, которым она меня пугала, оказался мой собственный муж.
В итоге я лишилась работы, квартиры и брака. Зато получила предложение, от которого невозможно отказаться, и поселилась в загородном доме, чтобы заняться реабилитацией генерала после тяжелого ранения.
Только я не знала, что хозяйка дома — любовница моего мужа. А сам генерал еще не знал, что его жена давно живет двойной жизнью.
И на этом настоящие неприятности только начались…
В день развода муж-дракон велел мне надеть белое платье и уйти из его дома без права на прошлое.
Он думал, что оставил мне развалину — старую Ночную прачечную на улице Пепельных Фонарей. Место, где давно никто не ждёт ни тепла, ни надежды. Но именно там я узнала страшную правду: ткань помнит то, что люди пытаются скрыть.
Плащ моего бывшего мужа хранит ложь. Предсвадебное покрывало его новой невесты — чужие клятвы и шантаж. А детские вещи из закрытой северной башни говорят о наследниках, которых кто-то хотел стереть из рода Ригантов.
Теперь я не просто бывшая жена, которую выгнали за дверь.
Я хозяйка Ночной прачечной.
И если драконий род привык прятать грязные тайны под белыми тканями, мне придётся отстирать их так, чтобы весь город увидел правду.
Он думал, что оставил мне развалину — старую Ночную прачечную на улице Пепельных Фонарей. Место, где давно никто не ждёт ни тепла, ни надежды. Но именно там я узнала страшную правду: ткань помнит то, что люди пытаются скрыть.
Плащ моего бывшего мужа хранит ложь. Предсвадебное покрывало его новой невесты — чужие клятвы и шантаж. А детские вещи из закрытой северной башни говорят о наследниках, которых кто-то хотел стереть из рода Ригантов.
Теперь я не просто бывшая жена, которую выгнали за дверь.
Я хозяйка Ночной прачечной.
И если драконий род привык прятать грязные тайны под белыми тканями, мне придётся отстирать их так, чтобы весь город увидел правду.
— Я не люблю тебя. Уходи, — цинично произносит мой муж.
— Что?.. Мирон, посмотри на меня. Я же пришла сказать тебе… — голос предательски дрожит, а рука сама тянется к сумке, где лежит снимок УЗИ.
— Ты слышала. Не заставляй повторять, — он даже не поворачивает головы.
— Ты лжёшь. Я месяц звонила в госпиталь, я писала, я приезжала…
— Значит, зря приезжала. Уходи, Ульяна. Это приказ, — чеканит он тем самым ровным командирским голосом, которым отдают приказы на плацу.
— Приказ?.. Я тебе не рота, Мирон. Я твоя жена.
— Уже нет.
***
Я ушла, так и не сказав ему главного.
Шесть лет я строила жизнь заново: другая фамилия, другой город, своё дело.
Через месяц — свадьба с надёжным человеком, и прошлое наконец останется в прошлом.
Но одна случайная встреча в праздничной толпе перечеркнёт всё.
Генерал Стрельцов задаст мне один-единственный вопрос — тот, на который я шесть лет молилась никогда не отвечать.
У него была причина прогнать меня. У меня есть причина его не прощать.
Даже две.
— Что?.. Мирон, посмотри на меня. Я же пришла сказать тебе… — голос предательски дрожит, а рука сама тянется к сумке, где лежит снимок УЗИ.
— Ты слышала. Не заставляй повторять, — он даже не поворачивает головы.
— Ты лжёшь. Я месяц звонила в госпиталь, я писала, я приезжала…
— Значит, зря приезжала. Уходи, Ульяна. Это приказ, — чеканит он тем самым ровным командирским голосом, которым отдают приказы на плацу.
— Приказ?.. Я тебе не рота, Мирон. Я твоя жена.
— Уже нет.
***
Я ушла, так и не сказав ему главного.
Шесть лет я строила жизнь заново: другая фамилия, другой город, своё дело.
Через месяц — свадьба с надёжным человеком, и прошлое наконец останется в прошлом.
Но одна случайная встреча в праздничной толпе перечеркнёт всё.
Генерал Стрельцов задаст мне один-единственный вопрос — тот, на который я шесть лет молилась никогда не отвечать.
У него была причина прогнать меня. У меня есть причина его не прощать.
Даже две.
– У меня есть новость… Я беременна, – шепчу я, – Артём, мы ждали этого так долго.
Он смотрит на тест. Долго. Слишком долго. Молчит. Я жду. Жду улыбки, восторга, объятий. Но он молчит.
– Я не готов, – произносит он наконец.
– Что? – спрашиваю я. – Артём, ты… Это же шок, да? Тебе нужно время, чтобы…
– Я не готов, – повторяет он. Встаёт. Идёт в спальню.
Я сижу за столом, слышу, как открывается шкаф. Как шуршат вещи. Тихий звук молнии. Шаги.
Он выходит с дорожной сумкой в руке.
Дверь закрывается. Тихо. Без хлопка, без скандала. Просто закрывается.
***
Я готовила ужин при свечах, чтобы сообщить мужу о беременности – той самой, о которой мы мечтали годами. Две полоски на тесте должны были стать началом нашего счастья. Вместо этого Артём произнёс: «Я не готов» – и ушёл с дорожной сумкой, оставив меня одну с ребёнком под сердцем и вопросами без ответов. Что он скрывает? Почему сбежал именно сейчас? И смогу ли я простить, когда узнаю правду?
Он смотрит на тест. Долго. Слишком долго. Молчит. Я жду. Жду улыбки, восторга, объятий. Но он молчит.
– Я не готов, – произносит он наконец.
– Что? – спрашиваю я. – Артём, ты… Это же шок, да? Тебе нужно время, чтобы…
– Я не готов, – повторяет он. Встаёт. Идёт в спальню.
Я сижу за столом, слышу, как открывается шкаф. Как шуршат вещи. Тихий звук молнии. Шаги.
Он выходит с дорожной сумкой в руке.
Дверь закрывается. Тихо. Без хлопка, без скандала. Просто закрывается.
***
Я готовила ужин при свечах, чтобы сообщить мужу о беременности – той самой, о которой мы мечтали годами. Две полоски на тесте должны были стать началом нашего счастья. Вместо этого Артём произнёс: «Я не готов» – и ушёл с дорожной сумкой, оставив меня одну с ребёнком под сердцем и вопросами без ответов. Что он скрывает? Почему сбежал именно сейчас? И смогу ли я простить, когда узнаю правду?
Он хватает меня за талию и резко разворачивает, впечатывая в свое мощное тело.
– Ты! – восклицаю. – Сын моей лучшей подруги! Между нами ничего не может быть. А прошлой ночью ты… сделал то, что не должен был. И ты знал, кто я.
– Знал. И повторю все это. Потому что до сих пор не могу забыть тебя.
– Больше ты не прикоснешься ко мне!
– Прикоснусь, будь уверена. Если думаешь, я оставлю тебя в покое, то очень сильно ошибаешься. Это будет самый незабываемый отпуск в твоей жизни, обещаю.
Он не просто под запретом, а самый красный из всех флагов хотя бы только потому, что он младше, и он сын моей лучшей подруги. Не говоря уже о том, что в таких мужчин влюбляться опасно. Но ему плевать на все мои барьеры. Он намерен просто взять то, что не получил несколько лет назад. Мне же остается только искать в себе силы противостоять ему.
– Ты! – восклицаю. – Сын моей лучшей подруги! Между нами ничего не может быть. А прошлой ночью ты… сделал то, что не должен был. И ты знал, кто я.
– Знал. И повторю все это. Потому что до сих пор не могу забыть тебя.
– Больше ты не прикоснешься ко мне!
– Прикоснусь, будь уверена. Если думаешь, я оставлю тебя в покое, то очень сильно ошибаешься. Это будет самый незабываемый отпуск в твоей жизни, обещаю.
Он не просто под запретом, а самый красный из всех флагов хотя бы только потому, что он младше, и он сын моей лучшей подруги. Не говоря уже о том, что в таких мужчин влюбляться опасно. Но ему плевать на все мои барьеры. Он намерен просто взять то, что не получил несколько лет назад. Мне же остается только искать в себе силы противостоять ему.
— Ты… ты с кем-то спишь? — мой голос дрожит.
— Ты угрожала мне разводом. Во второй раз. Давай обсудим условия, — он холоден, как лед.
— Просто ответь!
— Да, появилась женщина. Та, с которой я хочу проводить время.
— И спать, — добавляю я, скрещивая руки на груди только бы не развалиться у него на глазах.
В ту же ночь я уезжаю из дома, который не могу больше называть домом. Даже не подозревая, что уезжаю не одна…
Пять лет я строю новую жизнь вдали от его мира, полного фальшивого блеска и лжи. Но приходит время, когда дочь задает вопрос:
— Мам, а когда приедет папа?
И я у меня нет сил признаться ей, что, возможно, это не случится никогда. Поэтому соглашаюсь с ее фантазиями.
Да, он красивый.
Да, у него хорошая машина.
Да, он привезет цветы.
И я не подозреваю, что все может оказаться правдой, когда наш новый кандидат в губернаторы, появится на пороге нашего скромного дома.
— Смотри, мама! Папа приехал! — кричит, сияя, дочка. — И прямо как ты говорила!
— Ты угрожала мне разводом. Во второй раз. Давай обсудим условия, — он холоден, как лед.
— Просто ответь!
— Да, появилась женщина. Та, с которой я хочу проводить время.
— И спать, — добавляю я, скрещивая руки на груди только бы не развалиться у него на глазах.
В ту же ночь я уезжаю из дома, который не могу больше называть домом. Даже не подозревая, что уезжаю не одна…
Пять лет я строю новую жизнь вдали от его мира, полного фальшивого блеска и лжи. Но приходит время, когда дочь задает вопрос:
— Мам, а когда приедет папа?
И я у меня нет сил признаться ей, что, возможно, это не случится никогда. Поэтому соглашаюсь с ее фантазиями.
Да, он красивый.
Да, у него хорошая машина.
Да, он привезет цветы.
И я не подозреваю, что все может оказаться правдой, когда наш новый кандидат в губернаторы, появится на пороге нашего скромного дома.
— Смотри, мама! Папа приехал! — кричит, сияя, дочка. — И прямо как ты говорила!
Он был моей первой любовью и исчез, выбрав карьеру, а не меня. Мне казалось, я уже давно забыла его, но жизнь не складывалась, пока мы снова не встретились...
Простой мастер, который сам чинит проводку в загородном отеле оказался его владельцем и моим бывшим. Я провела с ним незабываемые два дня и убежала. Испугавшись, что он снова выберет не меня. Ведь дважды в одну реку не войдешь...
Но две полоски и чудо под сердцем может все изменить?
Простой мастер, который сам чинит проводку в загородном отеле оказался его владельцем и моим бывшим. Я провела с ним незабываемые два дня и убежала. Испугавшись, что он снова выберет не меня. Ведь дважды в одну реку не войдешь...
Но две полоски и чудо под сердцем может все изменить?
Выберите полку для книги