Книги по тегу «сильная героиня»: ""
– Это не то, что ты думаешь! – выдает топовую глупость муж, когда я застаю его на горячем с другой прямо в рабочем кабинете.
– Неужели? – усмехаюсь через боль, наблюдая как он неловко пытается запрыгнуть в штаны. – Ты просто упал на любовницу, а штаны сами слетели? Да так бывает – сколько раз я слышала о таком…
– Не надо ёрничать – тебя это не красит, да и Лера – не просто любовница… Лучше объясни-ка, что ты делаешь у меня на работе и без предупреждения?
Я примчалась к мужу на работу, чтобы поделиться лучшей новостью нашей жизни, а застала его в объятиях с другой женщиной.
Страдать? Плакать? Ну уж нет!
Мне есть ради кого не дать себе развалиться на куски, да и билет в новую жизнь – вот он, на руках. Только вот выбраться из затерянного в сибирской глуши городка можно только одним способом – на самолете.
И сделать это как можно быстрее хочу не только я…
– Неужели? – усмехаюсь через боль, наблюдая как он неловко пытается запрыгнуть в штаны. – Ты просто упал на любовницу, а штаны сами слетели? Да так бывает – сколько раз я слышала о таком…
– Не надо ёрничать – тебя это не красит, да и Лера – не просто любовница… Лучше объясни-ка, что ты делаешь у меня на работе и без предупреждения?
Я примчалась к мужу на работу, чтобы поделиться лучшей новостью нашей жизни, а застала его в объятиях с другой женщиной.
Страдать? Плакать? Ну уж нет!
Мне есть ради кого не дать себе развалиться на куски, да и билет в новую жизнь – вот он, на руках. Только вот выбраться из затерянного в сибирской глуши городка можно только одним способом – на самолете.
И сделать это как можно быстрее хочу не только я…
Странно, мне казалось, что, когда я узнала, что муж мне изменяет, я умирала.
Но нет, умирала я именно сейчас. От его слов.
-Нат, к чему нам разводиться? Делить имущество? Да и дети...
Я втянула воздух, не понимая, почему он так нещадно жжет легкие.
-И? - это не слово. Так не говорят. Так хрипят смертельно раненые. Которых остается лишь добить.
И мой муж, мой единственный, мой любимый, он не разочаровывает - добивает.
Потому что - чего уж теперь?!
-Мы можем не разводиться. Ты для меня по-прежнему важна. И любима. Но секс... Это другое для мужчин... Я не собираюсь отказываться от разнообразия. И тебя не буду ограничивать. Ты тоже можешь....
Неужели я это слышу на самом деле? Восемнадцать лет брака... Трое детей...
Не забываем! Одобрение читателей очень важно для автора, поэтому НАЖИМАЕМ КНОПКУ "НРАВИТСЯ" НА СТРАНИЦЕ КНИГИ.
Но нет, умирала я именно сейчас. От его слов.
-Нат, к чему нам разводиться? Делить имущество? Да и дети...
Я втянула воздух, не понимая, почему он так нещадно жжет легкие.
-И? - это не слово. Так не говорят. Так хрипят смертельно раненые. Которых остается лишь добить.
И мой муж, мой единственный, мой любимый, он не разочаровывает - добивает.
Потому что - чего уж теперь?!
-Мы можем не разводиться. Ты для меня по-прежнему важна. И любима. Но секс... Это другое для мужчин... Я не собираюсь отказываться от разнообразия. И тебя не буду ограничивать. Ты тоже можешь....
Неужели я это слышу на самом деле? Восемнадцать лет брака... Трое детей...
Не забываем! Одобрение читателей очень важно для автора, поэтому НАЖИМАЕМ КНОПКУ "НРАВИТСЯ" НА СТРАНИЦЕ КНИГИ.
Степан заходит в мой кабинет без стука, вызывая массу самых разных ощущений. От желания придушить его до парадоксального желания броситься ему на шею. Гашу в себе и то, и то.
- И как тебе это удалось? - цепкие глаза впиваются в моё лицо.
Улыбаюсь. Даже знаю, как выгляжу со стороны. Майка такую мою улыбку называет "голодная акула".
И одними губами произношу не совсем приличное действие, которое мужчины почему-то считают причиной женского благополучия.
Хоть я не издаю не звука, Степа - умный. Понимает, что я хотела сказать.
-Кому? - его каре-зеленые глаза вспыхивают голодным блеском.
Я не собираюсь отвечать. Он не собирается успокаиваться.
- Лучше бы мне, - слышу я.
- И как тебе это удалось? - цепкие глаза впиваются в моё лицо.
Улыбаюсь. Даже знаю, как выгляжу со стороны. Майка такую мою улыбку называет "голодная акула".
И одними губами произношу не совсем приличное действие, которое мужчины почему-то считают причиной женского благополучия.
Хоть я не издаю не звука, Степа - умный. Понимает, что я хотела сказать.
-Кому? - его каре-зеленые глаза вспыхивают голодным блеском.
Я не собираюсь отвечать. Он не собирается успокаиваться.
- Лучше бы мне, - слышу я.
- Ты хоть сознаешь, что ты делаешь?! С кем ты мне изменяешь?! У тебя совсем стыда нет, если ты с ней спишь?!
Я ору на мужа, срывая голос. Пытаясь заглушить криком боль в душе. И отвращение, горящее внутри пожаром.
Но его ответные слова мгновенно превращают это пламя в лед.
- Я с ней не просто сплю! Я её люблю – всю свою жизнь! Её, а не тебя!
У каждого человека есть свои тайны, порой весьма постыдные.
Тайна моего мужа оказалась в том, что он годами изменял мне…
С женой своего родного брата.
И не просто изменял – прямо на моих глазах у них, как оказалось, росла дочь.
Я ору на мужа, срывая голос. Пытаясь заглушить криком боль в душе. И отвращение, горящее внутри пожаром.
Но его ответные слова мгновенно превращают это пламя в лед.
- Я с ней не просто сплю! Я её люблю – всю свою жизнь! Её, а не тебя!
У каждого человека есть свои тайны, порой весьма постыдные.
Тайна моего мужа оказалась в том, что он годами изменял мне…
С женой своего родного брата.
И не просто изменял – прямо на моих глазах у них, как оказалось, росла дочь.
– Тём? – шепчу я. – Что случилось?
Он поворачивает ко мне экран телефона, а там я в постели с его братом Олегом.
Перевожу непонимающий взгляд на будущего мужа.
– Это не я… Фотошоп, наверно.
Артемий требовательно смотрит на брата, и тот изображает муки совести:
– Да было-то всего раз. Ну, может, два.
Гости начинают шептаться, а я налетаю на Олега и начинаю лупить его букетом по лицу:
– Ты врешь! Что ты такое говоришь?! Когда это мы с тобой были вместе?! – Поворачиваюсь к любимому. – Артемий, не было ничего!
Мои губы трясутся от возмущения и обиды, а Тёма достает из кармана коробочку с кольцами и бросает её на пол.
*******************
Он бросил меня прямо в ЗАГСе, поверил клевете. Родители выгнали меня из дома. Пришлось ехать, куда глаза глядят, и начинать жизнь с нуля.
Но, спустя много лет, судьба даёт мне ещё один шанс доказать бывшему, что ребёнок не был плодом измены.
Он поворачивает ко мне экран телефона, а там я в постели с его братом Олегом.
Перевожу непонимающий взгляд на будущего мужа.
– Это не я… Фотошоп, наверно.
Артемий требовательно смотрит на брата, и тот изображает муки совести:
– Да было-то всего раз. Ну, может, два.
Гости начинают шептаться, а я налетаю на Олега и начинаю лупить его букетом по лицу:
– Ты врешь! Что ты такое говоришь?! Когда это мы с тобой были вместе?! – Поворачиваюсь к любимому. – Артемий, не было ничего!
Мои губы трясутся от возмущения и обиды, а Тёма достает из кармана коробочку с кольцами и бросает её на пол.
*******************
Он бросил меня прямо в ЗАГСе, поверил клевете. Родители выгнали меня из дома. Пришлось ехать, куда глаза глядят, и начинать жизнь с нуля.
Но, спустя много лет, судьба даёт мне ещё один шанс доказать бывшему, что ребёнок не был плодом измены.
– Ты все еще моя девочка!
– Я больше не твоя, - выталкиваю слова, дрожа всем телом от его опасной близости.
– Это не вопрос. Утверждение. Я хочу тебя снова.
– Нет! - моментально вспыхиваю под его огненным взглядом.
– Ответ неправильный. Будешь моим трофеем...еще раз.
***
Вадим Лютов - опасный криминальный авторитет. Когда-то он посмеялся и растоптал мои чувства. Мне пришлось бежать и сейчас нужно что-то придумать, лишь бы он не узнал о маленькой тайне с его глазами.
– Я больше не твоя, - выталкиваю слова, дрожа всем телом от его опасной близости.
– Это не вопрос. Утверждение. Я хочу тебя снова.
– Нет! - моментально вспыхиваю под его огненным взглядом.
– Ответ неправильный. Будешь моим трофеем...еще раз.
***
Вадим Лютов - опасный криминальный авторитет. Когда-то он посмеялся и растоптал мои чувства. Мне пришлось бежать и сейчас нужно что-то придумать, лишь бы он не узнал о маленькой тайне с его глазами.
Дыши. Анна, ты пацифист, сегодня никаких убийств!
— Ты жив? Говорить можешь?
— Вроде.
Пока на мне шлем, рассматриваю девушку – длинные волосы, глаза, полные гнева, как раскат грома над обрывом цвета серого неба. Виднеется часть татуировки из-под белой рубашки на руке. Полные губы, сочные как малина. Мой взгляд остановился именно на них. Я что себе голову отбил? - смотрел не отрываясь Яр.
—Ты, дебил, ребенка не видел? Куда так летел? Жить надоело?
Она гневно выпаливала каждое слово, а я просто смотрел на этот ураган, ловя себя на мысли, что кажется меня сейчас снесет.
— Что ты молчишь?
Теряя терпение, Анна подошла ближе, протянула руки к шлему и начала снимать его. Перед ней предстало довольное брутальное лицо с щетиной и нежными встревоженными глазами цвета дикого зеленого леса. И тут до её ноздрей дошел запах алкоголя. Кулаки сжались моментально.
— Да ты пьян!
Мужчина не успел сказать даже слово, ураган нанёс прямой хук справа – Яр упал словно со скалы в обрыв. Безвозвратно.
— Ты жив? Говорить можешь?
— Вроде.
Пока на мне шлем, рассматриваю девушку – длинные волосы, глаза, полные гнева, как раскат грома над обрывом цвета серого неба. Виднеется часть татуировки из-под белой рубашки на руке. Полные губы, сочные как малина. Мой взгляд остановился именно на них. Я что себе голову отбил? - смотрел не отрываясь Яр.
—Ты, дебил, ребенка не видел? Куда так летел? Жить надоело?
Она гневно выпаливала каждое слово, а я просто смотрел на этот ураган, ловя себя на мысли, что кажется меня сейчас снесет.
— Что ты молчишь?
Теряя терпение, Анна подошла ближе, протянула руки к шлему и начала снимать его. Перед ней предстало довольное брутальное лицо с щетиной и нежными встревоженными глазами цвета дикого зеленого леса. И тут до её ноздрей дошел запах алкоголя. Кулаки сжались моментально.
— Да ты пьян!
Мужчина не успел сказать даже слово, ураган нанёс прямой хук справа – Яр упал словно со скалы в обрыв. Безвозвратно.
Приехав из больницы после потери нашего малыша, я застаю мужа в постели с моей лучшей подругой. Но это еще не все. Скоро я узнаю обо всех его скелетах в шкафу. Я обязательно накажу предателей!
- Какого черта здесь происходит?! – кричу, желая остановить их прелюбодеяние.
Вздрагивают, отскакивают друг от друга, прикрываются… Противно.
- Настя? – словно не веря, что я не мерещусь ему, ошарашенно произносит муж. – Тебя что, уже выписали из больницы?
Молчу и только убиваю его глазами от эмоций, которые наполняют меня: ненависть, злость, ярость…
Муж вскакивает с кровати и начинает судорожно искать свою одежду, одновременно крича мне:
- Да, мы спим с Ирой, и что?! Я терпел тебя, только пока ты была беременна, а теперь...
- Какого черта здесь происходит?! – кричу, желая остановить их прелюбодеяние.
Вздрагивают, отскакивают друг от друга, прикрываются… Противно.
- Настя? – словно не веря, что я не мерещусь ему, ошарашенно произносит муж. – Тебя что, уже выписали из больницы?
Молчу и только убиваю его глазами от эмоций, которые наполняют меня: ненависть, злость, ярость…
Муж вскакивает с кровати и начинает судорожно искать свою одежду, одновременно крича мне:
- Да, мы спим с Ирой, и что?! Я терпел тебя, только пока ты была беременна, а теперь...
В школьные годы у меня было два лучших друга. Мы всегда были неразлучны. А после выпускного, под покровом ночи, нас троих связала жаркая тайна.
Через неделю моя семья неожиданно переехала за границу, и связь с друзьями прервалась. Но в моей памяти всегда оставались наша дружба, и воспоминания о ребятах грели мое сердце вдали от родины.
Я безумно скучала по Гоше и Дане, и потому, вернувшись домой, спустя пятнадцать лет, я первым делом решила возобновить наше с ними общение.
Но я немного лукавила. Ведь кроме крепкой дружбы, нас связывало кое что еще. Наш общий секрет, о котором я так и не смогла забыть....
Через неделю моя семья неожиданно переехала за границу, и связь с друзьями прервалась. Но в моей памяти всегда оставались наша дружба, и воспоминания о ребятах грели мое сердце вдали от родины.
Я безумно скучала по Гоше и Дане, и потому, вернувшись домой, спустя пятнадцать лет, я первым делом решила возобновить наше с ними общение.
Но я немного лукавила. Ведь кроме крепкой дружбы, нас связывало кое что еще. Наш общий секрет, о котором я так и не смогла забыть....
– Только попробуй, — голос у меня холодный, стальной, — только попробуй сказать, что "всё не так" или что это "не твоя подстилка". Кукла — наглая, в майке до пупка — начинает орать:
– Ты кто такая? Это вообще МОЯ квартира! Я полицию вызову сейчас.
Я улыбаюсь. Спокойно, как акула.
– Родная моя, я эту квартиру сама лично купила. На свои деньги. И мы с мужем дарим её нашей дочери. Так может ты подумаешь еще раз и спросишь что-то другое? Например: Паша — ты что женат?
— Вали отсюда тётка, мой мужчина мне не врёт.
Боже мой, какая наивная курица, ну правда.
Я подхожу к ней в два шага — спокойно, как ветер перед ураганом.
Хватаю её за длинные крашеные волосы и с силой тяну к выходу.
– А ну вон отсюда, дрянь! – шиплю я, волоча её через прихожую.
Она пищит, пытается вырваться. Бесполезно. Я распахиваю дверь и буквально вышвыриваю её за порог. Девка падает на грязный коврик и в панике пятится назад.
Я захлопываю двери перед её испуганным лицом. Паша стоит у стены, офигевший явно.
– Ты кто такая? Это вообще МОЯ квартира! Я полицию вызову сейчас.
Я улыбаюсь. Спокойно, как акула.
– Родная моя, я эту квартиру сама лично купила. На свои деньги. И мы с мужем дарим её нашей дочери. Так может ты подумаешь еще раз и спросишь что-то другое? Например: Паша — ты что женат?
— Вали отсюда тётка, мой мужчина мне не врёт.
Боже мой, какая наивная курица, ну правда.
Я подхожу к ней в два шага — спокойно, как ветер перед ураганом.
Хватаю её за длинные крашеные волосы и с силой тяну к выходу.
– А ну вон отсюда, дрянь! – шиплю я, волоча её через прихожую.
Она пищит, пытается вырваться. Бесполезно. Я распахиваю дверь и буквально вышвыриваю её за порог. Девка падает на грязный коврик и в панике пятится назад.
Я захлопываю двери перед её испуганным лицом. Паша стоит у стены, офигевший явно.
Выберите полку для книги