Книги по тегу «сильная героиня»: ""

❗️ЗАВЕРШЕННАЯ ИСТОРИЯ, МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❗️
Она хотела идеальный праздник для сына. Он – помочь с ёлкой.
Никто не ождал, что пурга пустит их жизнь по другому маршруту.
– Трасса закрыта. Заносы, – произносит он как приговор.
После этих слов мой мир рушится. Но его голос становятся якорем:
– Дыши. Все живы. Все в тепле. Это единственное, что имеет значение.
Одна ночь в занесённой избушке. Одна ёлка, украшенная дешёвыми леденцами и смешным будильником. Одно на двоих доверие, что рождаясь, рушит стены страха.
Но… Что будет, когда стихнет пурга? Смогут ли они это хрупкое чудо унести это с собой в новую жизнь? Или волшебству суждено остаться пленником одной-единственной новогодней ночи?..

Я сижу за праздничным столом и в моих глазах мелькают огни.
- Ну что может расскажешь чертову правду? Надоело уже – цежу, сквозь зубы.
Все гости смотрят на меня недоумевая.
Муж молчит, эта девка тоже.
Я выдыхаю.
- ну что «бейби» – впиваюсь взглядом в любовницу мужа - расскажи, как ты избавилась от ребенка моего мужа…

– У меня уже три года есть любовница, – в голосе моего мужа слышится гордость... Гордость! – И знаете, почему жена ничего не подозревает? Потому что я не идиот. Отдельный телефон для этих дел, никаких совместных мессенджеров. Ничего такого, что надо прятать. Подарки Алисе – только за наличные. Расчет в отелях-ресторанах тоже. Встречи только в местах, где никто не может увидеть. На время совместных поездок оформляю командировки. Все чисто, все продумано.

На новогоднем корпоративе я услышала как муж хвастается друзьям что три года безнаказанно мне изменяет. Поняв, что я все слышала, он хотел выставить это как шутку. Только вот я не из числа наивных дурочек. Ты уверен, что так хорошо всё спрятал, дорогой?

Алёну подставляет парень, которого она любила.
Он исчезает, оставляя ей чужую вину и реальные обвинения.
Её спасает Роман Мальцев – отец бывшего.
Опасный. Закрытый. Человек, который привык контролировать, а не чувствовать.
Их связь выглядит неправильной. Слишком много «нельзя», слишком много чужих ошибок между ними.
Но когда прошлое начинает угрожать не только ей, Алёна впервые выбирает не любовь и не страх, а себя.

— Твоя маменька, Олежа, вечно ж нудела, что борщи у меня невкусные, что не так я их варю! Ну вот и восторжествовала справедливость, счастье тебе молодому, холостому, плешивому привалило: не придется мучится, есть их! У любовницы столуйся. Ну или грызи сырое на свободном выпасе! Закусывай свеклушку морковкой с капусткой. Идеально, я считаю, для такого козла!

— Что?! Да ты!

Олежа стиснул кулаки и качнулся в мою сторону. Свекорба взвизгнула, прикрывая растопыренными пальцами раскрытый рот. А я только и успела зажмуриться, приседая и отворачиваясь… Ну и выставила перед собой в качестве щита фамильную сковороду.

Баммм!

— Аааа! — взвыл Олежа и скрючился, приседая и баюкая руку.

— Сыночек! — кинулась к нему свекорба, а после развернулась всем корпусом ко мне. — Гадина! Ты ему руку сломала! Полииииция! Люуууди! Убивають! Полностью!

Я услышала смех.
Женский. Слишком близкий. Слишком уверенный.
Я пошла на звук, не чувствуя ног.
Они были на кухне. Мой муж. И… женщина.
Она сидела на столе. Всё было слишком однозначным, чтоб я не могла понять, что именно тут было.
Первой меня заметила она.
Наши взгляды встретились, и в её глазах мелькнуло удивление. Ни стыда, ни испуга – просто раздражение, будто я вошла не вовремя.
А потом он обернулся.
– Ты… – выдохнул он. – Ты же должна была быть на работе.
Я вдруг почувствовала, как тело оттаивает. Волна боли накрыла резко, без предупреждения. В груди что-то сжалось так сильно, что стало трудно дышать.
– Ну, приятного аппетита желать не буду. – произнесла, глядя на их позы на кухонном столе.
– Аня… Давай поговорим. – произнес муж.
Я посмотрела на него с ненавистью.
– Ты уже всё сказал, – ответила я. – А еще больше сделал и показал.

Геннадий поворачивается ко мне, и в его взгляде я читаю решимость, граничащую с жестокостью.
– У тебя есть две недели, – говорит он ровным, деловым тоном, – чтобы собрать вещи и съехать к родителям. Буду платить алименты по десять тысяч в месяц на каждого ребенка. И ни на что больше не рассчитывай.
Мир вокруг меня останавливается. Слова долетают до сознания с задержкой, словно сквозь толстый слой воды. Я смотрю на мужа, пытаясь понять, правильно ли я его услышала. Две недели... алименты... съехать...
– Что? – мой голос звучит хрипло, чуждо. – Гена, я не понимаю... О чем ты?
Он смотрит на меня с холодным отвращением, и этот взгляд пронизывает насквозь, заставляя сжаться в комок.

– Я брал тебя в жены худенькую и красивую, а сейчас ты стала коровой! – каждое слово падает как удар молота. – Посмотри на себя! Это отталкивает, понимаешь? У меня появилась девушка, которая следит за собой и меня во всем понимает.

— Мне нужно поговорить с тобой.
Что-то в моём голосе заставило его замереть. Он присмотрелся внимательнее, и я увидела, как мелькнула тревога в его глазах.
— О чём?
— О Маше, пропавших со счета четырёхстах двадцати тысячах рублей и бабушкином рояле.
— Ты лазила в моём ноутбуке?
Вот так. Не "извини" или "я могу объяснить". "Ты лазила".
— Он был открыт, я искала номер нотного магазина. Нашла переписку.
— Понятно… Ну что ж. Тогда давай поговорим по-взрослому.
И он заговорил. Спокойно, деловито, будто обсуждал условия контракта, а не крах двенадцатилетнего брака.

Ей девятнадцать, у неё нет денег, зато есть брат, которого можно спасти.
Она работает в ночном клубе, где хозяин — опасный миллионер, привыкший, что в его мире всё покупается, и где её упрямое «нет» становится для него личным вызовом.
Он не отступает, она не сдаётся, и эта игра слишком быстро перестаёт быть безопасной — потому что на кону оказывается больше, чем деньги.

🔥 Добавлен Эпилог + текст отредактирован
— Перед камерами ты будешь изображать мою девушку, — спокойно объясняет мажор, пока мой рот раскрывается от удивления.
— А если я откажусь?
— Такого варианта нет, — ухмыляется он.
— И что я должна делать?
Мажор самодовольно улыбается, его хищный взгляд не предвещает ничего хорошего:
— В контракте всё указано.
----------
В университете я Маруся — серая мышка на грани отчисления из-за неоплаченного семестра.
Но стоит мне надеть маску и вплести цветные пряди в косы, как я становлюсь Мару́ — дерзкой танцовщицей, которую никто не знает в лицо.
Одна пощёчина всё меняет.
Наглый мажор, которого я поставила на место, узнаёт мой секрет. Теперь я должна притвориться его девушкой. Иначе все университете узнают, кто скрывается за маской Мару.
ХЭ