Книги по тегу «сильный герой»: ""
Он считает меня шпионкой, я его — врагом, купившим меня ради перемирия. Наш брак стал полем битвы. Но пока мы пытаемся уничтожить друг друга, в Советах зреет заговор, а по землям расползается чума, отнимающая у оборотней звериную сущность.
Теперь заклятым врагам придется объединиться, чтобы спасти свои кланы. Вот только самый опасный враг — не предатели и не чума, а мой собственный зверь, который вопреки всему признал в нем истинную пару.
Теперь заклятым врагам придется объединиться, чтобы спасти свои кланы. Вот только самый опасный враг — не предатели и не чума, а мой собственный зверь, который вопреки всему признал в нем истинную пару.
В день свадьбы жена майора ФСО исчезает, оставив короткое сообщение: «Это была ошибка. Я не люблю тебя».
Камеры показывают, что Настя сама села в чужую машину, а все найденные следы подтверждают её добровольный побег.
Только спустя два месяца Иван понимает: в этой истории слишком многое было сделано для того, чтобы он поверил в предательство.
Камеры показывают, что Настя сама села в чужую машину, а все найденные следы подтверждают её добровольный побег.
Только спустя два месяца Иван понимает: в этой истории слишком многое было сделано для того, чтобы он поверил в предательство.
— Что? — спросила сына, не оборачиваясь.
— Ничего. Синяки вижу.
— Какие синяки?
— Те, которые ты замажешь сейчас, пока я отвернусь.
— Матвей...
— Не надо, мам. Я не слепой.
Четырнадцатилетний сын видит всё. И однажды он говорит то, что ломает её окончательно:
— Я убью его когда-нибудь. Точно убью.
Она не верит. Она умоляет его не вмешиваться. Но молчание не спасает — оно убивает. Медленно. Незаметно.
— Матвей — мой сын?
Этот вопрос задаёт ей тот, кого она любила когда-то. Тот, кому не сказала правду. Тот, кто теперь держит судьбу её мальчика в своих руках.
— Ничего. Синяки вижу.
— Какие синяки?
— Те, которые ты замажешь сейчас, пока я отвернусь.
— Матвей...
— Не надо, мам. Я не слепой.
Четырнадцатилетний сын видит всё. И однажды он говорит то, что ломает её окончательно:
— Я убью его когда-нибудь. Точно убью.
Она не верит. Она умоляет его не вмешиваться. Но молчание не спасает — оно убивает. Медленно. Незаметно.
— Матвей — мой сын?
Этот вопрос задаёт ей тот, кого она любила когда-то. Тот, кому не сказала правду. Тот, кто теперь держит судьбу её мальчика в своих руках.
- Отзови своих псов, Умаров. Я не сделаю ничего плохого. Никому.
- Светлячок… - хриплый, низкий голос, который сводил с ума.
- Тамерлан… - его невеста пищит, глядя на него, испуганно закрывает рот ладошкой, натолкнувшись на его взгляд.
- Я пришла поздравить тебя, Тамерлан. Пожелать вам долгих счастливых лет совместной жизни. Еще я хочу подарить тебе кое-что...
Я не думала, что могу так любить и так ненавидеть. Он обещал мне весь мир, в итоге женится на другой, а я, я ношу его ребенка, но ему совсем не обязательно об этом знать сейчас.
- Светлячок… - хриплый, низкий голос, который сводил с ума.
- Тамерлан… - его невеста пищит, глядя на него, испуганно закрывает рот ладошкой, натолкнувшись на его взгляд.
- Я пришла поздравить тебя, Тамерлан. Пожелать вам долгих счастливых лет совместной жизни. Еще я хочу подарить тебе кое-что...
Я не думала, что могу так любить и так ненавидеть. Он обещал мне весь мир, в итоге женится на другой, а я, я ношу его ребенка, но ему совсем не обязательно об этом знать сейчас.
— Папа! — срывается со стула Ваня. Старший тоже бросает все, чтобы метнуться встречать.
— Ваня! — вскрикивает Анна и дергается за ними.
Ну вот, хоть с отцом семейства познакомлюсь, а то неудобно без хозяина тут… запахиваю халат туже, поворачиваюсь и замираю. Сердце спотыкается, а язык прилипает к небу.
В прихожей стоит только мой муж Костя, а мальчики повисают на нем, вцепляясь в ту самую незнакомую кожаную куртку.
На лице мужа болезненная гримаса, словно кто-то наступил ему каблуком на ногу. Или нож вставил в сердце и провернул. Как мне…
— Ань, ну я же просил, — обращается он к своей... любовнице?
Когда всю мою привычную жизнь уничтожает пожар, мне кажется, что хуже уже быть не может. Но мой муж внезапно доказывает, что это не так.
Может!
Ведь у него есть другая семья!
— Ваня! — вскрикивает Анна и дергается за ними.
Ну вот, хоть с отцом семейства познакомлюсь, а то неудобно без хозяина тут… запахиваю халат туже, поворачиваюсь и замираю. Сердце спотыкается, а язык прилипает к небу.
В прихожей стоит только мой муж Костя, а мальчики повисают на нем, вцепляясь в ту самую незнакомую кожаную куртку.
На лице мужа болезненная гримаса, словно кто-то наступил ему каблуком на ногу. Или нож вставил в сердце и провернул. Как мне…
— Ань, ну я же просил, — обращается он к своей... любовнице?
Когда всю мою привычную жизнь уничтожает пожар, мне кажется, что хуже уже быть не может. Но мой муж внезапно доказывает, что это не так.
Может!
Ведь у него есть другая семья!
Чтобы накопить денег на дорогостоящую операцию сыну, я устроилась в ночной клуб сопровождать VIР-клиентов.
Это, конечно, не должность моей мечты, но на мелких подработках я бы никогда не набрала нужную сумму.
В первый же день особо важным клиентом становится мой бывший, который четыре года назад бросил меня, так и не узнав, что я была беременна.
— Мне сказали, что ты должна исполнять все мои желания, — вальяжно откинувшись на спинку кожаного дивана, Роберт хитро прищуривается.
Я скрещиваю руки на груди. Его глаза вспыхивают. И я нарочно поправляю декольте.
Плевать! Пусть смотрит! Может быть, теперь он поймёт, чего лишился, когда предал меня.
— И чего ты хочешь? Напитки? Закуски?
«Или укол шпилькой в причинное место?» — добавляю про себя.
Роберт усмехается.
— Я хочу… тебя.
Это, конечно, не должность моей мечты, но на мелких подработках я бы никогда не набрала нужную сумму.
В первый же день особо важным клиентом становится мой бывший, который четыре года назад бросил меня, так и не узнав, что я была беременна.
— Мне сказали, что ты должна исполнять все мои желания, — вальяжно откинувшись на спинку кожаного дивана, Роберт хитро прищуривается.
Я скрещиваю руки на груди. Его глаза вспыхивают. И я нарочно поправляю декольте.
Плевать! Пусть смотрит! Может быть, теперь он поймёт, чего лишился, когда предал меня.
— И чего ты хочешь? Напитки? Закуски?
«Или укол шпилькой в причинное место?» — добавляю про себя.
Роберт усмехается.
— Я хочу… тебя.
Я люблю свою жену.
Только почему-то это не помешало мне сделать ей больно так, как врагу не пожелаешь.
Машина послушно несла меня домой, а в голове вертелась одна мысль: я смогу все исправить. Смогу. Должен.
***
Я представляла лицо Егора, его руки на моем животе, его голос: «Катюш, у нас получилось».
Но дверь в его кабинет была приоткрыта.
— Жека? — выдохнула я.
Моя лучшая подруга дернулась и повернулась ко мне, не успев даже сомкнуть свои влажные губы.. А муж судорожно застегивал ремень.
Снимок УЗИ жег ладонь.
Нет. Не сейчас. Не им. Не сюда.
Я ушла оттуда, не сказав ему главного.
А через несколько минут очнулась на асфальте и увидела Егора рядом.
— Я здесь, родная.
Я коснулась его лица и прошептала:
— Когда ты сбрил бороду?
Он побледнел.
Потому что бороду он сбрил месяц назад.
А я этого не помнила.
Теперь мой муж снова мог стать для меня любимым.
Только правда все равно стояла рядом. И ждала своего часа.
Только почему-то это не помешало мне сделать ей больно так, как врагу не пожелаешь.
Машина послушно несла меня домой, а в голове вертелась одна мысль: я смогу все исправить. Смогу. Должен.
***
Я представляла лицо Егора, его руки на моем животе, его голос: «Катюш, у нас получилось».
Но дверь в его кабинет была приоткрыта.
— Жека? — выдохнула я.
Моя лучшая подруга дернулась и повернулась ко мне, не успев даже сомкнуть свои влажные губы.. А муж судорожно застегивал ремень.
Снимок УЗИ жег ладонь.
Нет. Не сейчас. Не им. Не сюда.
Я ушла оттуда, не сказав ему главного.
А через несколько минут очнулась на асфальте и увидела Егора рядом.
— Я здесь, родная.
Я коснулась его лица и прошептала:
— Когда ты сбрил бороду?
Он побледнел.
Потому что бороду он сбрил месяц назад.
А я этого не помнила.
Теперь мой муж снова мог стать для меня любимым.
Только правда все равно стояла рядом. И ждала своего часа.
Он — бунтарь, для которого свобода дороже любых правил, а дорога — единственная настоящая стихия. Она — девушка, привыкшая жить по плану, где у каждого дня есть своё место и время. Их миры — как две параллельные линии, которым не суждено пересечься… но судьба решает иначе.
Одна случайная встреча переворачивает всё: привычные маршруты становятся путями к чему-то большему, а каждый миг рядом друг с другом — словно полёт над обыденностью. Между ними — пропасть из разных взглядов, страхов и ожиданий, но есть и то, что сильнее расстояний: чувство, которое не спрашивает разрешения и не ищет оправданий.
Их любовь — как вспышка на тёмной трассе: ослепительная, пугающая и невероятно настоящая. Смогут ли они удержать это хрупкое «мы», когда весь мир будто сговорился напомнить, что они — слишком разные? Или именно эта разница и подарит им то самое — пространство, где возможно всё?
Одна случайная встреча переворачивает всё: привычные маршруты становятся путями к чему-то большему, а каждый миг рядом друг с другом — словно полёт над обыденностью. Между ними — пропасть из разных взглядов, страхов и ожиданий, но есть и то, что сильнее расстояний: чувство, которое не спрашивает разрешения и не ищет оправданий.
Их любовь — как вспышка на тёмной трассе: ослепительная, пугающая и невероятно настоящая. Смогут ли они удержать это хрупкое «мы», когда весь мир будто сговорился напомнить, что они — слишком разные? Или именно эта разница и подарит им то самое — пространство, где возможно всё?
Попала в тело молодой девушки и сразу под венец. Мой муж изгой, лишившийся положения и крыльев. Я помогла ему обрести новые, а он предал, улетел. Но, не смотря ни на что, я не буду больше одинока, снова буду любить и стану счастливой
Дано: современный мужчина-геолог, который отправляется работать на Алтай по странному контракту. Из-за браконьеров он оказывается на дне ущелья, откуда его спасает прекрасная амазонка. Или правильнее будет ее назвать алтаянка? В момент, когда столкнутся технологии и закрытый мир потомков древних скифов, очень остро встанет вопрос выбора.
Что победит? Копье, любовь или бульдозер, который уже подгоняют работодатели нашего геолога?
Что победит? Копье, любовь или бульдозер, который уже подгоняют работодатели нашего геолога?
Выберите полку для книги