Книги по тегу «слр 18+»: ""
Шеф опаздывает на встречу с важным клиентом, а спасать положение придется мне! Ничего, я знаю, как убедить мужчину остаться.
Я встаю и, покачивая бедрами, иду к кофемашине. Спиной чувствую его взгляд. Ну, посмотреть ему есть на что — юбка обтягивает все так, что мама не горюй. Наливаю кофе в чашку, беру сливки. И тут меня осеняет. Нужно добавить шоу.
Я картинно наклоняюсь, чтобы поправить ремешок туфельки. Юбка предательски ползет вверх. Наливаю сливки из пакета в чашку, остатки картинно допиваю из горлышка, чуть прикрыв глаза от удовольствия. Чувствую спиной его взгляд. Кажется, лед тронулся.
Несу кофе, покачивая бедрами уже как маятник Фуко.
— Ваш кофе! — ставлю чашку на столик. На губах осталась сливочная полоска. Я медленно облизываюсь.
Он смотрит на меня. Потом на кофе. Потом на мои губы. Кадык дергается.
— Спасибо, Женя. А можно воды? Что-то душновато...
Я встаю и, покачивая бедрами, иду к кофемашине. Спиной чувствую его взгляд. Ну, посмотреть ему есть на что — юбка обтягивает все так, что мама не горюй. Наливаю кофе в чашку, беру сливки. И тут меня осеняет. Нужно добавить шоу.
Я картинно наклоняюсь, чтобы поправить ремешок туфельки. Юбка предательски ползет вверх. Наливаю сливки из пакета в чашку, остатки картинно допиваю из горлышка, чуть прикрыв глаза от удовольствия. Чувствую спиной его взгляд. Кажется, лед тронулся.
Несу кофе, покачивая бедрами уже как маятник Фуко.
— Ваш кофе! — ставлю чашку на столик. На губах осталась сливочная полоска. Я медленно облизываюсь.
Он смотрит на меня. Потом на кофе. Потом на мои губы. Кадык дергается.
— Спасибо, Женя. А можно воды? Что-то душновато...
Тридцать восемь, развод, кошка и никаких мужиков. Абсолютный ноль. Пока лучшая подруга не позвала на свадьбу со словами: «Лерка, ты свидетельница, надень что-нибудь сексуальное».
Я думала, максимум — выпью шампанского, поплачу на медляках и уеду домой одна. Как всегда.
Но Виталя и Саша, сыновья подруги, которых я помню голопопыми пацанами из песочницы, теперь — два здоровенных накачанных красавчика. Один — ураган, напор и ямочки на щеках. Второй — молчаливая глыба с взглядом, от которого трусы намокают.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
Я думала, максимум — выпью шампанского, поплачу на медляках и уеду домой одна. Как всегда.
Но Виталя и Саша, сыновья подруги, которых я помню голопопыми пацанами из песочницы, теперь — два здоровенных накачанных красавчика. Один — ураган, напор и ямочки на щеках. Второй — молчаливая глыба с взглядом, от которого трусы намокают.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
— Ты не посмеешь.
— Не посмею? — он смеётся. Почти беззвучно. — Ты ещё не поняла? Мне нравится, когда люди думают, что я не посмею. Но я смею всё.
Он прижимает меня к холодильнику. Настойчиво, почти грубо. Я чувствую его тело — горячее, твёрдое. Моя футболка тонкая, я без белья, и я знаю, что он видит это. И я совершенно не хочу его отталкивать.
Мой наглый сводный брат. От которого у меня кругом шла голова. Но я не готова сдаваться – не так просто. Еще посмотрим, кто победит в этой схватке.
— Не посмею? — он смеётся. Почти беззвучно. — Ты ещё не поняла? Мне нравится, когда люди думают, что я не посмею. Но я смею всё.
Он прижимает меня к холодильнику. Настойчиво, почти грубо. Я чувствую его тело — горячее, твёрдое. Моя футболка тонкая, я без белья, и я знаю, что он видит это. И я совершенно не хочу его отталкивать.
Мой наглый сводный брат. От которого у меня кругом шла голова. Но я не готова сдаваться – не так просто. Еще посмотрим, кто победит в этой схватке.
— Опять ты, рыжая, — сказал он без особо удивления, скорее констатируя факт. Как будто я стала частью его привычного распорядка: утро, кофе, соседка с претензиями.
Это «опять ты» кольнуло сильнее, чем если бы он накричал. Но если я сейчас промолчу, если просто вернусь к себе, это будет означать, что мои границы — это что то необязательное, что можно отодвинуть.
— Да, опять я пытаюсь работать, — ответила я ровно, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, без надрыва. — А вы опять включили музыку.
Он чуть наклонил голову, будто прислушивался не ко мне, а к чему то ещё — к самой музыке, к шуму в своей квартире.
— Это не вечеринка, — сказал он, будто это всё объясняло. — Просто слушаю.
— Да мне плевать, — выпалила я, и в этот раз в голосе прорвалась та злость, которую я так старательно прятала. — Мне важно, чтобы у меня было тихо. Ты не понимаешь, что твоя музыка раздражает?
Вдруг в его взгляде мелькнуло что то, чего я не ожидала увидеть, — не раздражение, а скорее хищный интерес.
Это «опять ты» кольнуло сильнее, чем если бы он накричал. Но если я сейчас промолчу, если просто вернусь к себе, это будет означать, что мои границы — это что то необязательное, что можно отодвинуть.
— Да, опять я пытаюсь работать, — ответила я ровно, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, без надрыва. — А вы опять включили музыку.
Он чуть наклонил голову, будто прислушивался не ко мне, а к чему то ещё — к самой музыке, к шуму в своей квартире.
— Это не вечеринка, — сказал он, будто это всё объясняло. — Просто слушаю.
— Да мне плевать, — выпалила я, и в этот раз в голосе прорвалась та злость, которую я так старательно прятала. — Мне важно, чтобы у меня было тихо. Ты не понимаешь, что твоя музыка раздражает?
Вдруг в его взгляде мелькнуло что то, чего я не ожидала увидеть, — не раздражение, а скорее хищный интерес.
Она – молодая стажерка, талантливая, наблюдательная и с обостренным чувством справедливости. У нее нет тайн, у нее много друзей. Она – душа компании и идет туда, куда зовет ветер перемен.
Он: амбициозный, холодный и закрытый человек. Он четко знает чего хочет, кого и как именно. У него всегда есть план и расписание. И репутация, которой он дорожит.
Между ними пропасть. Они не должны были встретиться, но судьба распорядилась иначе…
Он: амбициозный, холодный и закрытый человек. Он четко знает чего хочет, кого и как именно. У него всегда есть план и расписание. И репутация, которой он дорожит.
Между ними пропасть. Они не должны были встретиться, но судьба распорядилась иначе…
Муж изменил прямо в Новый Год на корпоративе. А я решила не унывать, и ему отомстить. Прямо вот с этим красавчиком! Эй, вас что двое? Или у меня в глазах двоится? Ай ладно! Пусть будет двое! Где наша не пропадала?
Вот кто же знал, что эти два красавчика окажутся новыми владельцами компании, в которой мы с мужем работали?
Говорите, хотите его уволить и поставить меня на его место? Что ж… а я и не против! Пусть утрется, гад!
Книга завершена полностью.
Вот кто же знал, что эти два красавчика окажутся новыми владельцами компании, в которой мы с мужем работали?
Говорите, хотите его уволить и поставить меня на его место? Что ж… а я и не против! Пусть утрется, гад!
Книга завершена полностью.
Моё терпение кончилось.
Сколько можно насмехаться надо мной?
— Егор, почему ты молчишь?
— Олька, не устраивай сцен. Мама права. Ты совершенно не следишь за собой и правда много тратишь, а это платье тебе не идёт. Могла бы лучше мне добавить на новый ноутбук.
— Ну хватит. Я и так весь год пахала, чтобы всё это оплачивать. Не смей меня упрекать.
Свекровь в очередной раз скорчила гримасу недовольства.
— Да что там может заработать маникюрша?
Я встала из-за стола, не в силах всё это больше выносить.
— Сейчас вы едите мои салаты и пьёте мой алкоголь в квартире, которую оплачиваю я, а не ваш сын. А ведёте себя как будто я тут только прислуга.
— Вот она твоя меркантильная натура. А я тебе говорила, сынок, что она себя ещё покажет. Ты, милочка, лучше бы горячее проверила, а то и его испортишь, как салаты.
— Ну раз так, я ухожу, счастливого оставаться.
Выскочив на улицу, я вдыхаю морозный воздух и, вытирая слёзы, иду куда глаза глядят.
Я обязательно стану счастливой!
*****
Сколько можно насмехаться надо мной?
— Егор, почему ты молчишь?
— Олька, не устраивай сцен. Мама права. Ты совершенно не следишь за собой и правда много тратишь, а это платье тебе не идёт. Могла бы лучше мне добавить на новый ноутбук.
— Ну хватит. Я и так весь год пахала, чтобы всё это оплачивать. Не смей меня упрекать.
Свекровь в очередной раз скорчила гримасу недовольства.
— Да что там может заработать маникюрша?
Я встала из-за стола, не в силах всё это больше выносить.
— Сейчас вы едите мои салаты и пьёте мой алкоголь в квартире, которую оплачиваю я, а не ваш сын. А ведёте себя как будто я тут только прислуга.
— Вот она твоя меркантильная натура. А я тебе говорила, сынок, что она себя ещё покажет. Ты, милочка, лучше бы горячее проверила, а то и его испортишь, как салаты.
— Ну раз так, я ухожу, счастливого оставаться.
Выскочив на улицу, я вдыхаю морозный воздух и, вытирая слёзы, иду куда глаза глядят.
Я обязательно стану счастливой!
*****
— Я не дам тебе развод! Ты меня полностью устраиваешь как жена!
— Если это так, зачем тогда ты завёл себе семью на стороне?
— Ты уже взрослая женщина и должна понимать, что мужчине нужна не только ширма, чтобы общество верило в его успешность! С первой нашей вместе проведённой ночи я ждал, когда ты наконец-то раскрепостишься, научишься чему-нибудь. Но ты как холодная и безэмоциональная селёдка!
Смотрю на человека, которого любила семь лет, а внутри меня всё покрывается льдом.
— Если я ширма, то кто же тогда для тебя она?
— Я люблю Марину! Она мать моего сына! Но ещё раз повторяю, это ничего не меняет. Мы продолжим появляться вместе в обществе, никто не будет показывать на тебя пальцем и говорить, что ты брошенка!
Для меня начинает вырисовываться картина того, каким он видел наш брак.
Я нужна ему как красивая успешная кукла, которую не стыдно показать обществу!
— Если это так, зачем тогда ты завёл себе семью на стороне?
— Ты уже взрослая женщина и должна понимать, что мужчине нужна не только ширма, чтобы общество верило в его успешность! С первой нашей вместе проведённой ночи я ждал, когда ты наконец-то раскрепостишься, научишься чему-нибудь. Но ты как холодная и безэмоциональная селёдка!
Смотрю на человека, которого любила семь лет, а внутри меня всё покрывается льдом.
— Если я ширма, то кто же тогда для тебя она?
— Я люблю Марину! Она мать моего сына! Но ещё раз повторяю, это ничего не меняет. Мы продолжим появляться вместе в обществе, никто не будет показывать на тебя пальцем и говорить, что ты брошенка!
Для меня начинает вырисовываться картина того, каким он видел наш брак.
Я нужна ему как красивая успешная кукла, которую не стыдно показать обществу!
Страшная находка в дешёвом номере отеля возвращает меня в прошлое. Кристалл мертва, и за этим стоит тот, от кого мне советуют держаться подальше. Я должен остановить его любой ценой. Даже если для этого придётся использовать его сестру. Но когда я встречаю её, забываю все правила. Теперь мне предстоит сделать выбор: поймать монстра или спасти девушку, которую никогда не должен был полюбить.
— Мань, ты чего?
— Я хочу, чтобы ты помог мне влюбить Яшина.
— Ты же в курсе, что я не Амур? Лука и стрел у меня точно нет.
— У тебя есть кое-что получше.
— Если ты думаешь, что это зачетка, то огорчу тебя, Мань, я - троечник.
— Причем тут зачетка? Он, — киваю ему на ширинку.
Начинает кашлять, подавившись водой, а я хмурюсь. Слишком много внимания привлекает.
— Очень странная компания, не считаешь? ОН, ты и Яшин. Я больше за традиционный…
— Вань! Ты неправильно понял!
— Лады, чего ты хочешь, Мань?
— Хочу, чтобы ты стал моим первым… и научил всему.
— Я хочу, чтобы ты помог мне влюбить Яшина.
— Ты же в курсе, что я не Амур? Лука и стрел у меня точно нет.
— У тебя есть кое-что получше.
— Если ты думаешь, что это зачетка, то огорчу тебя, Мань, я - троечник.
— Причем тут зачетка? Он, — киваю ему на ширинку.
Начинает кашлять, подавившись водой, а я хмурюсь. Слишком много внимания привлекает.
— Очень странная компания, не считаешь? ОН, ты и Яшин. Я больше за традиционный…
— Вань! Ты неправильно понял!
— Лады, чего ты хочешь, Мань?
— Хочу, чтобы ты стал моим первым… и научил всему.
Выберите полку для книги