Книги по тегу «счастливый финал»: ""
— Ты забрал деньги нашей дочери и отдал любовнице?
— Я вложил их в будущее семьи.
— Какой именно? Нашей или той, которую ты уже завёл за моей спиной?
Муж два года готовил себе новую жизнь: женщина, её ребёнок, выставочный зал и планы на мою квартиру. Мне он оставил долги, угрозу увольнения и иск, в котором потребовал забрать сына. Илья был уверен, что на зарплату заведующей школьной столовой я долго не продержусь. Только он не учёл одного: рядом окажется мужчина, который умеет защищать, но никогда не решает за меня.
— Я вложил их в будущее семьи.
— Какой именно? Нашей или той, которую ты уже завёл за моей спиной?
Муж два года готовил себе новую жизнь: женщина, её ребёнок, выставочный зал и планы на мою квартиру. Мне он оставил долги, угрозу увольнения и иск, в котором потребовал забрать сына. Илья был уверен, что на зарплату заведующей школьной столовой я долго не продержусь. Только он не учёл одного: рядом окажется мужчина, который умеет защищать, но никогда не решает за меня.
— Ты знала, что я уйду.
— Нет, Антон. Я знала только, что ты задерживаешься в мастерской.
— Мы давно живём как соседи.
— Соседи не оставляют жене кредит, который обещали платить сами, и не забирают деньги сына.
Восемнадцать лет я считала, что у нас обычная семья: двое детей, квартира с недоделанным ремонтом, работа, долги и муж, который слишком часто задерживается. О его второй жизни я узнала в пекарне, открытой на наши деньги. Там чужой мальчик называл моего мужа папой, а любовница была уверена, что я давно согласилась на развод.
Теперь мне нужно сохранить дом, вернуть деньги детей и не потерять работу из-за жалоб предателей. Рядом оказывается травматолог Роман Серов — человек, который не обещает решить мои проблемы, зато умеет оставаться, когда всё идёт не по плану.
Только смогу ли я снова поверить мужчине, если прежний брак оказался ложью, подготовленной заранее?
— Нет, Антон. Я знала только, что ты задерживаешься в мастерской.
— Мы давно живём как соседи.
— Соседи не оставляют жене кредит, который обещали платить сами, и не забирают деньги сына.
Восемнадцать лет я считала, что у нас обычная семья: двое детей, квартира с недоделанным ремонтом, работа, долги и муж, который слишком часто задерживается. О его второй жизни я узнала в пекарне, открытой на наши деньги. Там чужой мальчик называл моего мужа папой, а любовница была уверена, что я давно согласилась на развод.
Теперь мне нужно сохранить дом, вернуть деньги детей и не потерять работу из-за жалоб предателей. Рядом оказывается травматолог Роман Серов — человек, который не обещает решить мои проблемы, зато умеет оставаться, когда всё идёт не по плану.
Только смогу ли я снова поверить мужчине, если прежний брак оказался ложью, подготовленной заранее?
В день пятнадцатилетия клиники «Атриум» Ярина узнаёт, что муж уже вычеркнул её из своей жизни.
На стене истории нет ни одной её фотографии. Место руководителя занимает молодая любовница Рената. А в отдельной папке лежат документы о разводе и соглашение, по которому Ярина должна отказаться от любых претензий на клинику.
Но самое страшное открывается позже: согласно официальным бумагам, семь лет назад она добровольно передала мужу свою долю. Подпись действительно принадлежит Ярине. Только документ она никогда не видела.
Теперь ей предстоит выбрать: уйти с деньгами и сохранить молчание или вступить в борьбу с человеком, которому она доверяла двадцать семь лет. На кону не только её имя и собственность, но и будущее сотрудников, сотни людей, связанных с «Атриумом», и отношения со взрослой дочерью, которая не знает, кому из родителей верить.
Рядом оказывается Тихон Вересов — человек, привыкший проверять каждое слово и не спешащий становиться её спасителем.
На стене истории нет ни одной её фотографии. Место руководителя занимает молодая любовница Рената. А в отдельной папке лежат документы о разводе и соглашение, по которому Ярина должна отказаться от любых претензий на клинику.
Но самое страшное открывается позже: согласно официальным бумагам, семь лет назад она добровольно передала мужу свою долю. Подпись действительно принадлежит Ярине. Только документ она никогда не видела.
Теперь ей предстоит выбрать: уйти с деньгами и сохранить молчание или вступить в борьбу с человеком, которому она доверяла двадцать семь лет. На кону не только её имя и собственность, но и будущее сотрудников, сотни людей, связанных с «Атриумом», и отношения со взрослой дочерью, которая не знает, кому из родителей верить.
Рядом оказывается Тихон Вересов — человек, привыкший проверять каждое слово и не спешащий становиться её спасителем.
Семь лет назад Аглая ждала мужа на старой почтовой станции до полуночи. Савелий Грановский выбрал церемонию назначения и приехал на четырнадцать минут позже. К тому моменту поезд уже ушёл — вместе с их браком.
Теперь Аглая растит семилетнюю Весту и управляет Домом двенадцати писем, созданным в той самой станции. Она уверена, что прошлое осталось позади, пока дочь тайно не приглашает генерала на праздник.
Веста вручает Савелию блокнот с двенадцатью заданиями. Чтобы получить право называться её отцом, ему придётся приходить вовремя, отвечать на неудобные вопросы и доказывать перемены поступками, а не красивыми обещаниями.
Но Савелий вернулся не только ради дочери. Он всё ещё любит женщину, которую однажды не выбрал.
Пока город решает судьбу Дома двенадцати писем, бывшим супругам предстоит раскрыть правду о семилетнем молчании и понять: можно ли построить новую семью там, где однажды закончилась старая?
Теперь Аглая растит семилетнюю Весту и управляет Домом двенадцати писем, созданным в той самой станции. Она уверена, что прошлое осталось позади, пока дочь тайно не приглашает генерала на праздник.
Веста вручает Савелию блокнот с двенадцатью заданиями. Чтобы получить право называться её отцом, ему придётся приходить вовремя, отвечать на неудобные вопросы и доказывать перемены поступками, а не красивыми обещаниями.
Но Савелий вернулся не только ради дочери. Он всё ещё любит женщину, которую однажды не выбрал.
Пока город решает судьбу Дома двенадцати писем, бывшим супругам предстоит раскрыть правду о семилетнем молчании и понять: можно ли построить новую семью там, где однажды закончилась старая?
В день моего пятидесятилетия муж подарил мне развод — и молодую женщину, которую уже посадил в моё кресло.
Леонид уверен: после двадцати восьми лет брака мне хватит загородного дома, машины и роли почётной бывшей жены. А сеть исторических гостиниц «Эпоха», которую мы создавали с нуля, останется ему.
Он не учёл одного.
Среди коробок с моими вещами я нахожу старое соглашение. Название, концепция и правила, превратившие разрозненные здания в прибыльную империю, всё ещё принадлежат мне. Через шестьдесят дней право мужа пользоваться ими закончится — если я не поставлю подпись.
Теперь Леонид готов отнять у меня деньги, дом и даже доверие дочери. Мне предстоит доказать партнёрам, сотрудникам и самой себе, что за блестящим фасадом «Эпохи» все эти годы стояла не жена великого бизнесмена, а женщина, способная построить собственную жизнь.
И рядом неожиданно оказывается мужчина, который помнит, кто на самом деле создавал эту империю.
Леонид уверен: после двадцати восьми лет брака мне хватит загородного дома, машины и роли почётной бывшей жены. А сеть исторических гостиниц «Эпоха», которую мы создавали с нуля, останется ему.
Он не учёл одного.
Среди коробок с моими вещами я нахожу старое соглашение. Название, концепция и правила, превратившие разрозненные здания в прибыльную империю, всё ещё принадлежат мне. Через шестьдесят дней право мужа пользоваться ими закончится — если я не поставлю подпись.
Теперь Леонид готов отнять у меня деньги, дом и даже доверие дочери. Мне предстоит доказать партнёрам, сотрудникам и самой себе, что за блестящим фасадом «Эпохи» все эти годы стояла не жена великого бизнесмена, а женщина, способная построить собственную жизнь.
И рядом неожиданно оказывается мужчина, который помнит, кто на самом деле создавал эту империю.
- Где мои яйца?! - рычит на меня дракон, грохнувшийся с неба.
На мой сад упал ящер и попортил мне все пряности для парфюмов!
У него повреждено крыло и, кажется, сотрясение мозга, ведь он собирается высиживать яйца самостоятельно.
Что-что? Бывшая жена свалила на него
материнские обязанности?
В каком смысле скоро появятся малыши?!
Так и быть, помогу - только потом не жалуйтесь!
На мой сад упал ящер и попортил мне все пряности для парфюмов!
У него повреждено крыло и, кажется, сотрясение мозга, ведь он собирается высиживать яйца самостоятельно.
Что-что? Бывшая жена свалила на него
материнские обязанности?
В каком смысле скоро появятся малыши?!
Так и быть, помогу - только потом не жалуйтесь!
В день нашей двадцатой годовщины мой муж, генерал Савелий Ордынцев, вывел на сцену другую женщину и назвал её создательницей проекта, которому я отдала семь лет.
А через девять минут сообщил, что наш брак окончен.
Развестись — можно. Но публично я должна остаться безупречной генеральской женой, передать архив его фонду и молчать.
Он был уверен, что без его фамилии у меня не останется ничего.
Я ушла с одним чемоданом и старым ключом, который привёл меня на заброшенную телеграфную станцию. Там хранились письма женщин, чьи идеи, труд и достижения присвоили другие. И документы, доказывающие: мой муж много лет поступал со мной точно так же.
Теперь мне предстоит вернуть своё имя, защитить архив и открыть «Дом голосов». А ещё понять, смогу ли я после двадцати лет рядом с человеком, привыкшим командовать, довериться мужчине, который не обещает меня спасти — только предлагает идти рядом.
Генерал Ордынцев ещё не понял: командовать мной поздно.
А через девять минут сообщил, что наш брак окончен.
Развестись — можно. Но публично я должна остаться безупречной генеральской женой, передать архив его фонду и молчать.
Он был уверен, что без его фамилии у меня не останется ничего.
Я ушла с одним чемоданом и старым ключом, который привёл меня на заброшенную телеграфную станцию. Там хранились письма женщин, чьи идеи, труд и достижения присвоили другие. И документы, доказывающие: мой муж много лет поступал со мной точно так же.
Теперь мне предстоит вернуть своё имя, защитить архив и открыть «Дом голосов». А ещё понять, смогу ли я после двадцати лет рядом с человеком, привыкшим командовать, довериться мужчине, который не обещает меня спасти — только предлагает идти рядом.
Генерал Ордынцев ещё не понял: командовать мной поздно.
В день своего пятьдесят первого рождения Злата Вересова ждёт, что муж наконец назовёт её автором главного проекта их компании.
Вместо этого Ростислав объявляет о разводе перед гостями, выводит на сцену молодую любовницу — и оставляет жене поручительство на сорок два миллиона рублей.
Пока прибыльные контракты, сотрудники и чертежи Златы переходят в фирму соперницы, ей достаются пустые счета и часы, которые должны сломаться во время прямой трансляции. Виновной заранее назначили её.
Чтобы сохранить дом, достаточно подписать отказ от собственного имени. Чтобы сохранить себя, придётся за тридцать дней собрать новую команду, доказать авторство и запустить механизм, который муж собирался использовать против неё.
Рядом оказывается Матвей — мужчина, который не обещает спасти, не требует подчинения и впервые называет её работу её именем.
Ростислав уверен: в пятьдесят один год поздно начинать сначала.
Он ещё не понял, что Злата уже начала.
Вместо этого Ростислав объявляет о разводе перед гостями, выводит на сцену молодую любовницу — и оставляет жене поручительство на сорок два миллиона рублей.
Пока прибыльные контракты, сотрудники и чертежи Златы переходят в фирму соперницы, ей достаются пустые счета и часы, которые должны сломаться во время прямой трансляции. Виновной заранее назначили её.
Чтобы сохранить дом, достаточно подписать отказ от собственного имени. Чтобы сохранить себя, придётся за тридцать дней собрать новую команду, доказать авторство и запустить механизм, который муж собирался использовать против неё.
Рядом оказывается Матвей — мужчина, который не обещает спасти, не требует подчинения и впервые называет её работу её именем.
Ростислав уверен: в пятьдесят один год поздно начинать сначала.
Он ещё не понял, что Злата уже начала.
Проданная королю Теневого Трона огненная ведьма Элара должна выбрать - либо убить своего хозяина, либо соединить с ним силу, способную спасти мир и навсегда связать их судьбы.
---
Когда повозка остановилась, меня вытащили. Замок Теневого Трона был огромным, чёрным, с острыми башнями. Меня провели по длинным коридорам и втолкнули в большую спальню. Кровать с балдахином, тяжёлые шторы, камин.
Дверь закрылась. Я осталась одна.
Дрейвен вошёл через минуту. Без плаща, в одной чёрной рубашке, которая обтягивала мощную, наполненную молодостью грудь. Он закрыл дверь на ключ и медленно подошёл.
— Раздевайся, — сказал он спокойно.
Я замерла.
— Нет.
— Да.
— Нет, нет и нет. И ещё раз — нет.
Он шагнул ближе. Его аура надавила на меня. Холодная сила тёмных искусств подавила мою. Ноги стали ватными.
— Я сказал — раздевайся. Или я сделаю это сам.
---
Когда повозка остановилась, меня вытащили. Замок Теневого Трона был огромным, чёрным, с острыми башнями. Меня провели по длинным коридорам и втолкнули в большую спальню. Кровать с балдахином, тяжёлые шторы, камин.
Дверь закрылась. Я осталась одна.
Дрейвен вошёл через минуту. Без плаща, в одной чёрной рубашке, которая обтягивала мощную, наполненную молодостью грудь. Он закрыл дверь на ключ и медленно подошёл.
— Раздевайся, — сказал он спокойно.
Я замерла.
— Нет.
— Да.
— Нет, нет и нет. И ещё раз — нет.
Он шагнул ближе. Его аура надавила на меня. Холодная сила тёмных искусств подавила мою. Ноги стали ватными.
— Я сказал — раздевайся. Или я сделаю это сам.
Для званого вечера Макс нанял девушку из дорогого эскорт-агентства и подумать не мог, что она окажется...
Выберите полку для книги