Книги по тегу «хэппи-энд»: ""
В день пятнадцатилетия «НордАтриума» мой муж объявляет о нашем разводе перед тремя сотнями гостей. Затем выводит на сцену другую женщину и сообщает о продаже компании, которую считает своей.
Ратмир уверен, что я, как всегда, промолчу и уйду.
Но он не знает главного: шестьдесят один процент «НордАтриума» принадлежит мне.
Чтобы спасти компанию, я должна вернуться к управлению, остановить тайную сделку и выяснить, почему главный проект строили от моего имени без подтверждённых расчётов. Единственный, кто готов помочь, — Мирон Келлер, инженер, которого мой муж уволил семь лет назад и чьи письма от меня скрывал.
Теперь мне предстоит решить, кому можно доверять, защитить дело всей моей жизни и вернуть себе имя, которое слишком долго принадлежало чужой истории.
Ратмир хотел оставить меня без семьи и будущего. Но не понимал, что всё это время владел только моим молчанием.
Ратмир уверен, что я, как всегда, промолчу и уйду.
Но он не знает главного: шестьдесят один процент «НордАтриума» принадлежит мне.
Чтобы спасти компанию, я должна вернуться к управлению, остановить тайную сделку и выяснить, почему главный проект строили от моего имени без подтверждённых расчётов. Единственный, кто готов помочь, — Мирон Келлер, инженер, которого мой муж уволил семь лет назад и чьи письма от меня скрывал.
Теперь мне предстоит решить, кому можно доверять, защитить дело всей моей жизни и вернуть себе имя, которое слишком долго принадлежало чужой истории.
Ратмир хотел оставить меня без семьи и будущего. Но не понимал, что всё это время владел только моим молчанием.
За семь минут до начала свадьбы нашей дочери мой муж вошёл в зал с любовницей.
На ней был белый костюм, сшитый по моему украденному эскизу. На пальце — кольцо, которое Глеб много лет называл потерянным. А вскоре он объявил перед гостями, что отдаёт другой женщине мою должность, мою компанию и авторство на стеклянный купол, созданный мной.
После двадцати пяти лет брака Глеб был уверен: в сорок четыре мне некуда уходить. Я подпишу развод, промолчу ради дочери и позволю стереть своё имя.
Он ошибся.
В двенадцати панелях купола спрятана золотая птица — мой авторский знак. Когда зажжётся свет, ложь увидят все.
Но вернуть себе работу проще, чем заново собрать разрушенную жизнь. Дочь знала больше, чем сказала. Муж подготовил документы с моей подписью. А рядом появился мужчина, который не обещает меня спасти — он просто признаёт моё право выбирать.
Это история о предательстве, взрослом достоинстве и новой любви, ради которой женщине не приходится становиться меньше.
На ней был белый костюм, сшитый по моему украденному эскизу. На пальце — кольцо, которое Глеб много лет называл потерянным. А вскоре он объявил перед гостями, что отдаёт другой женщине мою должность, мою компанию и авторство на стеклянный купол, созданный мной.
После двадцати пяти лет брака Глеб был уверен: в сорок четыре мне некуда уходить. Я подпишу развод, промолчу ради дочери и позволю стереть своё имя.
Он ошибся.
В двенадцати панелях купола спрятана золотая птица — мой авторский знак. Когда зажжётся свет, ложь увидят все.
Но вернуть себе работу проще, чем заново собрать разрушенную жизнь. Дочь знала больше, чем сказала. Муж подготовил документы с моей подписью. А рядом появился мужчина, который не обещает меня спасти — он просто признаёт моё право выбирать.
Это история о предательстве, взрослом достоинстве и новой любви, ради которой женщине не приходится становиться меньше.
— Тихо, не дергайся, — его ладонь в жесткой тактической перчатке ложится мне на талию, мгновенно сминая легкое кружево платья.
В салоне машины пахнет порохом, сталью и его дорогим парфюмом. Моё сердце бьется где-то в горле. Вспышки мигалок за окном разрезают темноту, а я смотрю в его суровое, волевое лицо и не могу дышать. Так близко. Безумно близко.
— Кто вы? — шепчу я, сжимая в руке туфли.
— Твое спасение, Алина, — его голос низкий, пробирающий до костей. — Привыкай. Теперь твоя жизнь принадлежит мне.
Хочу возмутиться, но слова застревают. В его глазах — лед и абсолютная, непоколебимая уверенность.
— Веришь мне? — спрашивает он, всматриваясь в мои разводы от туши.
— Верю, — выдыхаю я. Потому что больше мне верить некому.
Наивная девочка… В день своей несостоявшейся свадьбы я еще не знала, что этот суровый майор ФСБ станет моим личным приговором. И моим единственным правом на месть.
В салоне машины пахнет порохом, сталью и его дорогим парфюмом. Моё сердце бьется где-то в горле. Вспышки мигалок за окном разрезают темноту, а я смотрю в его суровое, волевое лицо и не могу дышать. Так близко. Безумно близко.
— Кто вы? — шепчу я, сжимая в руке туфли.
— Твое спасение, Алина, — его голос низкий, пробирающий до костей. — Привыкай. Теперь твоя жизнь принадлежит мне.
Хочу возмутиться, но слова застревают. В его глазах — лед и абсолютная, непоколебимая уверенность.
— Веришь мне? — спрашивает он, всматриваясь в мои разводы от туши.
— Верю, — выдыхаю я. Потому что больше мне верить некому.
Наивная девочка… В день своей несостоявшейся свадьбы я еще не знала, что этот суровый майор ФСБ станет моим личным приговором. И моим единственным правом на месть.
- Леся? А ты очень изменилась… – удивлённо произнёс бархатный голос из моих девичьих грёз.
- Неужели? Ты был уверен, что я так и останусь угловатой веснушчатой девчонкой? - сдерживая дрожь, постаралась уверенно произнести я.
- Вы с Ларой мне много крови попили своими выходками, похоже, внешние изменения не повлияли на давнюю традицию – влипать в истории!
- Глупости, никуда мы не влипаем и уже давно! И вообще, с чего ты взял, что мне требуется защитник, - гордо подняла я голову и посмотрела прямо в глаза Роману, старшему брату Лары, который вообще-то непонятно откуда здесь взялся. Пять последних лет его не было ни видно, ни слышно: уехал на стажировку, даже не попрощавшись…
- Каким ветром тебя занесло в родные края?
- Попутным, Леся, попутным, - глядя на мои губы, ответил Роман, а у меня пересохло в горле от этого многообещающего взгляда. – Кажется, я приехал вовремя.
- Тебе виднее. Извини, меня ждут…
- Не торопись, дикая кошка, - преграждая мне дорогу, уверенно произнёс Роман
- Неужели? Ты был уверен, что я так и останусь угловатой веснушчатой девчонкой? - сдерживая дрожь, постаралась уверенно произнести я.
- Вы с Ларой мне много крови попили своими выходками, похоже, внешние изменения не повлияли на давнюю традицию – влипать в истории!
- Глупости, никуда мы не влипаем и уже давно! И вообще, с чего ты взял, что мне требуется защитник, - гордо подняла я голову и посмотрела прямо в глаза Роману, старшему брату Лары, который вообще-то непонятно откуда здесь взялся. Пять последних лет его не было ни видно, ни слышно: уехал на стажировку, даже не попрощавшись…
- Каким ветром тебя занесло в родные края?
- Попутным, Леся, попутным, - глядя на мои губы, ответил Роман, а у меня пересохло в горле от этого многообещающего взгляда. – Кажется, я приехал вовремя.
- Тебе виднее. Извини, меня ждут…
- Не торопись, дикая кошка, - преграждая мне дорогу, уверенно произнёс Роман
- Я ухожу от тебя! Я не собираюсь жить и делать вид, что ничего не знаю! – Наташа безжалостно швыряла свои вещи в дорожную сумку.
- Наташ, послушай, ну то, что я развлекаюсь с этими молоденькими девчонками, совершенно ничего не значит. Никто не идеален! У всех свои недостатки. У меня вот такой фетиш. Это же никак не сказывается на нашей жизни, - совершенно спокойно рассуждал ее муж. – Так что не дури, давай жить как жили.
«Жить как жили?!» - от спокойствия и наглости мужа у Натальи закипала кровь!
Вот так обыденно и просто говорить о своих многочисленных изменах, словно он яблоко с соседнего участка сорвал!
Да, еще утром, Наталья считала, что ее десятилетний брак непоколебим! Она и подумать не могла, что уже вечером узнает о беременной любовнице своего благоверного мужа, и тем более не предполагала, что эта новость станет не последним крутым поворотом в ее жизни!
- Наташ, послушай, ну то, что я развлекаюсь с этими молоденькими девчонками, совершенно ничего не значит. Никто не идеален! У всех свои недостатки. У меня вот такой фетиш. Это же никак не сказывается на нашей жизни, - совершенно спокойно рассуждал ее муж. – Так что не дури, давай жить как жили.
«Жить как жили?!» - от спокойствия и наглости мужа у Натальи закипала кровь!
Вот так обыденно и просто говорить о своих многочисленных изменах, словно он яблоко с соседнего участка сорвал!
Да, еще утром, Наталья считала, что ее десятилетний брак непоколебим! Она и подумать не могла, что уже вечером узнает о беременной любовнице своего благоверного мужа, и тем более не предполагала, что эта новость станет не последним крутым поворотом в ее жизни!
Однообразие шумных курортов жарких стран я, по совету подруги, решила в этот раз променять на тихий отдых в Карелии.
Потеряла багаж, оказалась ночью в лесу под проливным дождем, а еще и воет кто-то рядом! Если меня не съедят волки, то я не отказалась бы, чтобы это сделал мой спаситель, мужественный красавец, оказавшийся владельцем турбазы.
Потеряла багаж, оказалась ночью в лесу под проливным дождем, а еще и воет кто-то рядом! Если меня не съедят волки, то я не отказалась бы, чтобы это сделал мой спаситель, мужественный красавец, оказавшийся владельцем турбазы.
Каллиопа всю свою жизнь была лесной отшельницей и наивно полагала, что так будет всегда. Но в один ужасный день пришлось сорваться с насиженного места и отправиться в пугающий неизвестностью мир. Миру суждено подчиниться ей. И если Калли удастся растопить каменное сердце будущего халифа, то о том, чтобы полетать над городом, прикинувшись драконом, и говорить нечего. Несмотря на грандиозный для седьмого века нашей эры обман, в конце всё обязательно будет хорошо.
География частично выдумана.
География частично выдумана.
-Якуб, ты мне неверен?
-Что значит «неверен» в твоем понимании?
-У тебя есть другая женщина?
-Да,- отвечает муж уверенно и без лишних сантиментов,- у нас не принято быть моногамными, Алина. Ты знала темперамент кавказцев еще до свадьбы, но тебя это не остановило, когда ты отдала мне себя…
В горле растет колючий ком вместе с агонизирующей обидой и беспомощностью.
-А если… я тоже буду тебе неверна? Тебе это понравится?
Он делает один шаг ко мне, резко притягивая к себе, вжимая в мощный торс.
-Тогда я тебя убью, Алина. У тебя могу быть только я. Всегда! Перестань думать о всяких глупостях. Лучше иди наверх, разденься и согрей постель перед приходом мужа. Я скоро подойду...
-Что значит «неверен» в твоем понимании?
-У тебя есть другая женщина?
-Да,- отвечает муж уверенно и без лишних сантиментов,- у нас не принято быть моногамными, Алина. Ты знала темперамент кавказцев еще до свадьбы, но тебя это не остановило, когда ты отдала мне себя…
В горле растет колючий ком вместе с агонизирующей обидой и беспомощностью.
-А если… я тоже буду тебе неверна? Тебе это понравится?
Он делает один шаг ко мне, резко притягивая к себе, вжимая в мощный торс.
-Тогда я тебя убью, Алина. У тебя могу быть только я. Всегда! Перестань думать о всяких глупостях. Лучше иди наверх, разденься и согрей постель перед приходом мужа. Я скоро подойду...
— Я хочу развода.
— Ты ждёшь ребёнка от меня.
— Это никак не связанные вещи, Сём. Я не смогу так больше, — на последних словах голос предательски дрогнул.
— Ты подписала договор!
— Ты его первым нарушил, когда изменил мне.
Всё-таки бурлящие в нас эмоции берут вверх.
Мы снова умолкаем и смотрим друг на друга.
Дышим рвано, как два загнанных в ловушку зверя.
***
Однажды утром я узнала из газет об измене мужа. Теперь нас ждёт громкий развод на глазах у всех. Только что если всё совсем не так, как кажется на первый взгляд?
— Ты ждёшь ребёнка от меня.
— Это никак не связанные вещи, Сём. Я не смогу так больше, — на последних словах голос предательски дрогнул.
— Ты подписала договор!
— Ты его первым нарушил, когда изменил мне.
Всё-таки бурлящие в нас эмоции берут вверх.
Мы снова умолкаем и смотрим друг на друга.
Дышим рвано, как два загнанных в ловушку зверя.
***
Однажды утром я узнала из газет об измене мужа. Теперь нас ждёт громкий развод на глазах у всех. Только что если всё совсем не так, как кажется на первый взгляд?
— Котов, я не выйду за тебя замуж!
— Синицына, это будет фиктивный брак на одно лето. В конце которого ты получишь пятнадцать миллионов. Глупо отказываться от такой возможности из-за детских обид.
***
Двенадцать лет назад он был школьным хулиганом, я — заучкой. Он поспорил на меня и выиграл.
Пока он наслаждался жизнью в столице, строил свою империю. Я одна воспитывала нашу дочь, о которой он не знает.
Сегодня мне нужны деньги. Ему — фиктивная семья на лето. У нас нет выбора, кроме как начать новую игру. Только чем всё закончится на этот раз?
— Синицына, это будет фиктивный брак на одно лето. В конце которого ты получишь пятнадцать миллионов. Глупо отказываться от такой возможности из-за детских обид.
***
Двенадцать лет назад он был школьным хулиганом, я — заучкой. Он поспорил на меня и выиграл.
Пока он наслаждался жизнью в столице, строил свою империю. Я одна воспитывала нашу дочь, о которой он не знает.
Сегодня мне нужны деньги. Ему — фиктивная семья на лето. У нас нет выбора, кроме как начать новую игру. Только чем всё закончится на этот раз?
Выберите полку для книги