Книги по тегу «хэппи-энд»: ""
— Бригада номер семь, вызов, — раздается голос диспетчера. — Ребенок, пять лет, высокая температура, жар не сбивается. Улица Новоселов, дом двенадцать, квартира сорок три. Мать в панике.
— Приняли, выезжаем, — отвечаю я, уже проверяя содержимое своей сумки. Термометр, жаропонижающие, противосудорожные, все на месте.
Мы входим в спальню. На широкой кровати, укрытая легким одеялом, лежит девочка лет пяти.
— Здравствуй, красавица, — говорю я, присаживаясь на край кровати. — Как тебя зовут?
— Ксюша, — шепчет девочка.
И тут я вижу ее лицо. Форма носа, разрез глаз, линия бровей. Сердце начинает биться чаще. Девочка очень похожа на Василия, на моего мужа. Не просто похожа — она его точная копия. Взгляд цепляется за рамку с фотографией на комоде у входа.
На фотографии трое. Мужчина, женщина, маленькая девочка. Счастливая семья. Мужчина — это Василий. Мой муж.
Рамка выскальзывает из моих пальцев. Осколки рассыпаются по паркету как моя жизнь. Мой брак. Мой мир.
— Приняли, выезжаем, — отвечаю я, уже проверяя содержимое своей сумки. Термометр, жаропонижающие, противосудорожные, все на месте.
Мы входим в спальню. На широкой кровати, укрытая легким одеялом, лежит девочка лет пяти.
— Здравствуй, красавица, — говорю я, присаживаясь на край кровати. — Как тебя зовут?
— Ксюша, — шепчет девочка.
И тут я вижу ее лицо. Форма носа, разрез глаз, линия бровей. Сердце начинает биться чаще. Девочка очень похожа на Василия, на моего мужа. Не просто похожа — она его точная копия. Взгляд цепляется за рамку с фотографией на комоде у входа.
На фотографии трое. Мужчина, женщина, маленькая девочка. Счастливая семья. Мужчина — это Василий. Мой муж.
Рамка выскальзывает из моих пальцев. Осколки рассыпаются по паркету как моя жизнь. Мой брак. Мой мир.
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🔥
— Сколько тебе нужно, чтобы ты оставила мою дочь в покое? Назови цену. Я заплачу.
— Мне ничего от вас не нужно, — шиплю я, пытаясь встать. Но его руки на подлокотниках кресла не дают мне сдвинуться с места.
— Дерзкая! Мне нравятся дерзкие.
Он проводит пальцем по линии моего подбородка.
— Не трогайте меня!
— Хорошо, — он неожиданно отступает, возвращаясь за свой стол. — Хочешь работать — будешь. Должность моей секретарши. Будешь варить мне кофе и выполнять любые мои поручения. Без вопросов.
Он бросает папку на стол.
— Докажи мне, что я неправ на твой счет, Ярослава.
— Сколько тебе нужно, чтобы ты оставила мою дочь в покое? Назови цену. Я заплачу.
— Мне ничего от вас не нужно, — шиплю я, пытаясь встать. Но его руки на подлокотниках кресла не дают мне сдвинуться с места.
— Дерзкая! Мне нравятся дерзкие.
Он проводит пальцем по линии моего подбородка.
— Не трогайте меня!
— Хорошо, — он неожиданно отступает, возвращаясь за свой стол. — Хочешь работать — будешь. Должность моей секретарши. Будешь варить мне кофе и выполнять любые мои поручения. Без вопросов.
Он бросает папку на стол.
— Докажи мне, что я неправ на твой счет, Ярослава.
Моего мужа прямо на улице обнимают две нетрезвые девицы.
Одна из них, с вызывающим взглядом и яркой помадой на губах, тянет:
— Игорь, а это правда, что ты женат? Вдруг ты с нами только играешься?
— Женат? — Игорь еле шевелит языком, и каждое его слово пропитано злобой и презрением. — Вообще да, но ненадолго.
В роддоме муж заставил меня сделать тест на отцовство.
Я оскорбилась и ушла жить к бабушке, ожидая, что любимый будет просить прощения, чтобы вернуть нас.
Но он не пришёл ни через день, ни через два.
И тогда я испугалась.
Вдруг с ним что-то случилось?
Но примчавшись домой, я застала его в полном здравии, да ещё и в компании девиц лёгкого поведения.
Внутри меня всё обрывается, когда он продолжает:
— Эта подстилка была всего лишь игрушкой… Уже надоела. Пусть забирает своё отродье и валит на все четыре стороны!
Одна из них, с вызывающим взглядом и яркой помадой на губах, тянет:
— Игорь, а это правда, что ты женат? Вдруг ты с нами только играешься?
— Женат? — Игорь еле шевелит языком, и каждое его слово пропитано злобой и презрением. — Вообще да, но ненадолго.
В роддоме муж заставил меня сделать тест на отцовство.
Я оскорбилась и ушла жить к бабушке, ожидая, что любимый будет просить прощения, чтобы вернуть нас.
Но он не пришёл ни через день, ни через два.
И тогда я испугалась.
Вдруг с ним что-то случилось?
Но примчавшись домой, я застала его в полном здравии, да ещё и в компании девиц лёгкого поведения.
Внутри меня всё обрывается, когда он продолжает:
— Эта подстилка была всего лишь игрушкой… Уже надоела. Пусть забирает своё отродье и валит на все четыре стороны!
— Девочка просит в подарок папу.
— Артем, ты чего застыл? Ха-ха! Ну, усыновишь ребенка. Станешь папой! Хорошо же!
Я думал, что вытащу пожелание из ящика посланий Деду Морозу, который установили в центре города, куплю кому-нибудь велосипед и получу плюс в карму.
Но мне не смешно. Девочка просит папу. А имя и адрес совпадают с местом проживания моей бывшей.
— Артем, ты чего застыл? Ха-ха! Ну, усыновишь ребенка. Станешь папой! Хорошо же!
Я думал, что вытащу пожелание из ящика посланий Деду Морозу, который установили в центре города, куплю кому-нибудь велосипед и получу плюс в карму.
Но мне не смешно. Девочка просит папу. А имя и адрес совпадают с местом проживания моей бывшей.
— Думаешь, легко спать с женщиной, которая занимает полкровати и вечно комплексует? С женщиной, которая вечно дергается, не зная, как повернуться, как сесть, чтобы выглядеть нормально? Мне приходилось себя уговаривать, понимаешь? Делать вид, что мне нравится! Делать вид, что я хочу! Да ты без меня никто! — взорвался он. — Да ни один нормальный мужик тебя не выберет!
— Ты закончил? — спросила я, душа в себе слезы обиды.
— Нет, — зло усмехнулся он. — Я только начал! Хотя... Да пошла ты!
Год отношений, предложение руки и сердца, а оказалось... от меня нужна была только квартира и сделать за него работу!
И оставили бы меня ни с чем, если бы в ситуацию не вмешался... СОСЕД! По совместительству, главный заказчик нашего проекта, которого также обманул мой жених...
Только вот, кто бы мог подумать, что этот сосед будет претендовать не только на справедливость, а еще и на... меня?!
— Ты закончил? — спросила я, душа в себе слезы обиды.
— Нет, — зло усмехнулся он. — Я только начал! Хотя... Да пошла ты!
Год отношений, предложение руки и сердца, а оказалось... от меня нужна была только квартира и сделать за него работу!
И оставили бы меня ни с чем, если бы в ситуацию не вмешался... СОСЕД! По совместительству, главный заказчик нашего проекта, которого также обманул мой жених...
Только вот, кто бы мог подумать, что этот сосед будет претендовать не только на справедливость, а еще и на... меня?!
В доме своего отца Кира чувствует себя чужой. Холодный, властный Александр Волин — успешный бизнесмен, привыкший к одиночеству и контролю. Между ними давно стена непонимания. Но когда в их жизнь врывается дерзкая подруга Оля, всё меняется.
Он терпеть не может чужих в своём пространстве. Она не собирается подчиняться правилам.
— Я выживала в лесу в палатках, — огрызается Оля. — Ваш особняк — не самое страшное испытание.
Александр усмехается уголками губ:
— Посмотрим, как долго простоит твоя палатка в моём доме.
С этого момента начинается их война. И игра, в которой никто не хочет проигрывать. Но когда ночь в библиотеке стирает все границы, становится ясно: победителей здесь не будет. Будут только двое, сгорающих в пламени, которое сами разожгли.
Он терпеть не может чужих в своём пространстве. Она не собирается подчиняться правилам.
— Я выживала в лесу в палатках, — огрызается Оля. — Ваш особняк — не самое страшное испытание.
Александр усмехается уголками губ:
— Посмотрим, как долго простоит твоя палатка в моём доме.
С этого момента начинается их война. И игра, в которой никто не хочет проигрывать. Но когда ночь в библиотеке стирает все границы, становится ясно: победителей здесь не будет. Будут только двое, сгорающих в пламени, которое сами разожгли.
Соне не повезло. После развода с мужем ей достался захудалый домик в глухой деревне. А из соседей баба Марфа и таинственный генерал.
Что если знакомство с последним начнется с недопонимания и самым лестным эпитетом от мужчины станет: Соня-катастрофа?
Но так ли это? А может миссия Сони: спасти генерала?
***
– В чём ты запуталась, маньячка? – спрятавшись за спину мужчины, уточнила соседка. – Я ведь сразу поняла, что с тобой что-то не так, как только Виктор Александрович сказал, что ты его чуть в колодце не утопила. Я ему сразу сказала, что ты наемница и явилась сюда, чтобы его убить.
– Да вы в своём уме? – поперхнулась я. – Какая я вам наемница?
– Обыкновенная, – вздёрнув подбородок, произнесла старушка. – Я в кино такое видела.
Что если знакомство с последним начнется с недопонимания и самым лестным эпитетом от мужчины станет: Соня-катастрофа?
Но так ли это? А может миссия Сони: спасти генерала?
***
– В чём ты запуталась, маньячка? – спрятавшись за спину мужчины, уточнила соседка. – Я ведь сразу поняла, что с тобой что-то не так, как только Виктор Александрович сказал, что ты его чуть в колодце не утопила. Я ему сразу сказала, что ты наемница и явилась сюда, чтобы его убить.
– Да вы в своём уме? – поперхнулась я. – Какая я вам наемница?
– Обыкновенная, – вздёрнув подбородок, произнесла старушка. – Я в кино такое видела.
Мачеха Ларисы Мининой вынуждает падчерицу выйти за пожилого полковника Максима Лебедя.
Полковник - грубый солдафон, и что ждет бедную девушку в браке с таким человеком?
Давайте узнаем вместе, чем закончится эта история для Ларисы...
Полковник - грубый солдафон, и что ждет бедную девушку в браке с таким человеком?
Давайте узнаем вместе, чем закончится эта история для Ларисы...
В день пятнадцатилетия «НордАтриума» мой муж объявляет о нашем разводе перед тремя сотнями гостей. Затем выводит на сцену другую женщину и сообщает о продаже компании, которую считает своей.
Ратмир уверен, что я, как всегда, промолчу и уйду.
Но он не знает главного: шестьдесят один процент «НордАтриума» принадлежит мне.
Чтобы спасти компанию, я должна вернуться к управлению, остановить тайную сделку и выяснить, почему главный проект строили от моего имени без подтверждённых расчётов. Единственный, кто готов помочь, — Мирон Келлер, инженер, которого мой муж уволил семь лет назад и чьи письма от меня скрывал.
Теперь мне предстоит решить, кому можно доверять, защитить дело всей моей жизни и вернуть себе имя, которое слишком долго принадлежало чужой истории.
Ратмир хотел оставить меня без семьи и будущего. Но не понимал, что всё это время владел только моим молчанием.
Ратмир уверен, что я, как всегда, промолчу и уйду.
Но он не знает главного: шестьдесят один процент «НордАтриума» принадлежит мне.
Чтобы спасти компанию, я должна вернуться к управлению, остановить тайную сделку и выяснить, почему главный проект строили от моего имени без подтверждённых расчётов. Единственный, кто готов помочь, — Мирон Келлер, инженер, которого мой муж уволил семь лет назад и чьи письма от меня скрывал.
Теперь мне предстоит решить, кому можно доверять, защитить дело всей моей жизни и вернуть себе имя, которое слишком долго принадлежало чужой истории.
Ратмир хотел оставить меня без семьи и будущего. Но не понимал, что всё это время владел только моим молчанием.
-Ищем источник кровотечения! - голос Вероники звучит чересчур холодно для человека, чей мир только что рухнул. - Брюшная полость чистая. Откуда льет?
-Бедренная артерия. Разрыв, - отзывается ассистент.
Вероника опускает взгляд на стол - и мир качается. На бедре пациента белеет старый перелом. Тот самый, который она чувствовала под своими пальцами там... в сером зале среди гигантских гудящих шестерней.
- Зажим держите крепче! - рявкает она, заглушая собственных бесов.
Ошибки быть не может. Хирург с десятилетним стажем не ошибается в форме скул и расположении родинок. На операционном столе лежит он, плод её изголодавшейся фантазии. Мужчина из её снов, который вдавливал её в холодный камень и шептал её имя.
Только фантазии не приезжают в приемный покой на скорой с разрывом артерии...
Я считала его фантазией, рожденной в одиночестве ночных дежурств. Но что делать, если ментальный палач обзавелся пульсом, артериальным давлением и оказался на твоем операционном столе?
-Бедренная артерия. Разрыв, - отзывается ассистент.
Вероника опускает взгляд на стол - и мир качается. На бедре пациента белеет старый перелом. Тот самый, который она чувствовала под своими пальцами там... в сером зале среди гигантских гудящих шестерней.
- Зажим держите крепче! - рявкает она, заглушая собственных бесов.
Ошибки быть не может. Хирург с десятилетним стажем не ошибается в форме скул и расположении родинок. На операционном столе лежит он, плод её изголодавшейся фантазии. Мужчина из её снов, который вдавливал её в холодный камень и шептал её имя.
Только фантазии не приезжают в приемный покой на скорой с разрывом артерии...
Я считала его фантазией, рожденной в одиночестве ночных дежурств. Но что делать, если ментальный палач обзавелся пульсом, артериальным давлением и оказался на твоем операционном столе?
Выберите полку для книги