Книги по тегу «эротика и любовь»: ""
Если получила приказ вывести из себя самого Анубиса, выполняй задание осторожно и готовься к последствиям. Месть бога загробного мира может быть очень изящной и изощрённой, но его интерес и симпатия ещё страшнее! Не открывай своё сердце, девочка, боги не умеют любить.
180 дней. Столько он дал мне, прежде чем… что? Отпустить? Уничтожить?
Каждый мой шаг под прицелом камер. Каждый вдох под его взглядом. Я не принадлежу себе.Но всё изменилось в тот момент, когда я узнала его тайну — страшную, запретную, ту, которую нельзя было знать никому. Теперь я не просто пленница… я свидетель.И я боюсь одного: что он решит, будто 180 дней — это слишком долго, чтобы я оставалась жива.
Каждый мой шаг под прицелом камер. Каждый вдох под его взглядом. Я не принадлежу себе.Но всё изменилось в тот момент, когда я узнала его тайну — страшную, запретную, ту, которую нельзя было знать никому. Теперь я не просто пленница… я свидетель.И я боюсь одного: что он решит, будто 180 дней — это слишком долго, чтобы я оставалась жива.
Он лучший дознаватель-некромант ковена. Он выпытывает секреты и узнает тайны врагов Короны. И даже их смерть его не остановит.
Она простая человечка, зарабатывающая на жизнь составлением брачных договоров для вельмож Йиландера.
Они из разных миров и никогда не должны были встретиться. Но одна случайная ошибка перевернула всё
***
- Контракт подписан. - Мрачно выдохнул он, всё ещё не веря в происходящее. - Ты что мне подсунула, мышь серая?
Девчонка, которой сейчас полагалось пищать от ужаса и слезно молить о пощаде, уперла кулачки в бока и завопила так, что на столе с пронзительным трян-нь раскололся бокал:
- А ты чего куда ни попадя руки свои пихаешь, пельмень ты контуженный?!
Она простая человечка, зарабатывающая на жизнь составлением брачных договоров для вельмож Йиландера.
Они из разных миров и никогда не должны были встретиться. Но одна случайная ошибка перевернула всё
***
- Контракт подписан. - Мрачно выдохнул он, всё ещё не веря в происходящее. - Ты что мне подсунула, мышь серая?
Девчонка, которой сейчас полагалось пищать от ужаса и слезно молить о пощаде, уперла кулачки в бока и завопила так, что на столе с пронзительным трян-нь раскололся бокал:
- А ты чего куда ни попадя руки свои пихаешь, пельмень ты контуженный?!
— Слушаю!
— Где тебя черти носят?! Я всю ночь дозвониться не могу!
— Спал! Я в отпуске, шеф, если вы забыли. Имею право!
— Короче, Серый, отпуск твой отменяется или, если хочешь, переносится на неопределённый срок.
— Чего так?
— К тебе сейчас привезут девочку Машу. Она очень ценный свидетель, с неё не должно упасть и волосинки. Ты меня понял?
— Какую девочку? Я вам чё, нянька?! — грозный рык вырвался из груди мужчины, и он мгновенно стряхнул с себя остатки сна.
«Это что вообще такое?! Какая на фиг девочка?!» — Сергей буквально задохнулся возмущением от поставленной перед ним задачи.
Маша всегда была бойкой девушкой и знала, что нравится мужчинам. Но когда рядом с домиком посреди густого леса её встретил ОН – шикарный лысый мужчина с хмурым взглядом, девушка решила во что бы то ни стало добиться его симпатии и стереть с его лица это недовольное выражение! Он оказался «крепким орешком» и не желает поддаваться? Это мы ещё посмотрим!
— Где тебя черти носят?! Я всю ночь дозвониться не могу!
— Спал! Я в отпуске, шеф, если вы забыли. Имею право!
— Короче, Серый, отпуск твой отменяется или, если хочешь, переносится на неопределённый срок.
— Чего так?
— К тебе сейчас привезут девочку Машу. Она очень ценный свидетель, с неё не должно упасть и волосинки. Ты меня понял?
— Какую девочку? Я вам чё, нянька?! — грозный рык вырвался из груди мужчины, и он мгновенно стряхнул с себя остатки сна.
«Это что вообще такое?! Какая на фиг девочка?!» — Сергей буквально задохнулся возмущением от поставленной перед ним задачи.
Маша всегда была бойкой девушкой и знала, что нравится мужчинам. Но когда рядом с домиком посреди густого леса её встретил ОН – шикарный лысый мужчина с хмурым взглядом, девушка решила во что бы то ни стало добиться его симпатии и стереть с его лица это недовольное выражение! Он оказался «крепким орешком» и не желает поддаваться? Это мы ещё посмотрим!
Когда любовь становится опаснее любого преступления…
В мире, где алмазы ценятся дороже человеческой жизни, а чувства могут стоить свободы, профессиональная воровка Нина решается на самое дерзкое ограбление в своей карьере. Её цель — легендарный алмаз, хранящийся за неприступными стенами замка сурового и властного лорда.
Она готова на всё ради своей мечты о безбедной жизни. Но что, если сама судьба приготовила ей иную добычу? Что, если за маской тирана скрывается мужчина, способный растопить даже самое холодное сердце?
Нежно и страстно
Авторский мир
Эмоциональные качели
Приключения и любовь
В мире, где алмазы ценятся дороже человеческой жизни, а чувства могут стоить свободы, профессиональная воровка Нина решается на самое дерзкое ограбление в своей карьере. Её цель — легендарный алмаз, хранящийся за неприступными стенами замка сурового и властного лорда.
Она готова на всё ради своей мечты о безбедной жизни. Но что, если сама судьба приготовила ей иную добычу? Что, если за маской тирана скрывается мужчина, способный растопить даже самое холодное сердце?
Нежно и страстно
Авторский мир
Эмоциональные качели
Приключения и любовь
— Такая мягкая. — прошептал босс. — И такая голодная. Я видел, как ты смотрела на этот кекс и как смотришь на меня.
Его пальцы скользнула с ключицы. Большая, горячая ладонь легла на обнаженное плечо и принялась медленно, почти гипнотически тереть кожу. Потом его пальцы двинулись дальше, к вырезу платья. Я издала какой-то жалкий, задыхающийся звук, то ли протестующий, то ли наоборот поощряющий.
— Арсений Константинович… мы не должны… — выдохнула я.
— Должны. — перебил он властно, и его рука, легла на оголенную, горящую кожу чуть выше груди. — Мы обязаны довести дегустацию до конца. Я ненавижу незавершенные процессы.
Его пальцы скользнула с ключицы. Большая, горячая ладонь легла на обнаженное плечо и принялась медленно, почти гипнотически тереть кожу. Потом его пальцы двинулись дальше, к вырезу платья. Я издала какой-то жалкий, задыхающийся звук, то ли протестующий, то ли наоборот поощряющий.
— Арсений Константинович… мы не должны… — выдохнула я.
— Должны. — перебил он властно, и его рука, легла на оголенную, горящую кожу чуть выше груди. — Мы обязаны довести дегустацию до конца. Я ненавижу незавершенные процессы.
Я взглянула на часы: 2:07 ночи.
В этот момент в небе сверкнула яркая молния и прозвучали раскаты грома. Казалось, что дом вздрогнул. Затем по крыше застучали капли дождя, которые с каждой секундой набирали силу. Через пару минут казалось, что с неба льет как из ведра. Мне стало страшно. Даже жутковато.
Не успев обдумать всё как следует, я выскользнула из кровати и босиком побежала по коридору. Нашла вторую спальню и постучала.
Никакого ответа.
Я толкнула дверь и прошептала:
— Владимир?
Он зашевелился, включил лампу, и комната осветилась мягким золотистым светом. Владимир сел, протирая глаза.
— Крис? Что случилось?
— Эм… — я переступила с ноги на ногу. Теперь, оказавшись здесь, я почувствовала себя глупо. — Я не могу уснуть. Извините, что разбудила вас. Дождь так колотит по крыше. И мысли о Владе не дают мне покоя.
— Нет-нет, ничего страшного. Чашечку чая может хочешь?
Я покачала головой.
— Я просто чувствую себя ужасно.
— О, милая. Иди сюда.
В этот момент в небе сверкнула яркая молния и прозвучали раскаты грома. Казалось, что дом вздрогнул. Затем по крыше застучали капли дождя, которые с каждой секундой набирали силу. Через пару минут казалось, что с неба льет как из ведра. Мне стало страшно. Даже жутковато.
Не успев обдумать всё как следует, я выскользнула из кровати и босиком побежала по коридору. Нашла вторую спальню и постучала.
Никакого ответа.
Я толкнула дверь и прошептала:
— Владимир?
Он зашевелился, включил лампу, и комната осветилась мягким золотистым светом. Владимир сел, протирая глаза.
— Крис? Что случилось?
— Эм… — я переступила с ноги на ногу. Теперь, оказавшись здесь, я почувствовала себя глупо. — Я не могу уснуть. Извините, что разбудила вас. Дождь так колотит по крыше. И мысли о Владе не дают мне покоя.
— Нет-нет, ничего страшного. Чашечку чая может хочешь?
Я покачала головой.
— Я просто чувствую себя ужасно.
— О, милая. Иди сюда.
Щелчок ручки и взволнованная девушка замерла около кровати, спиной к вошедшему. В горле пересохло, а сердце стучало так, словно она сдавала физкультуру в Академии Ведьм.
— Тина, — тихий и нежный шепот, и сильные руки обнимают ее хрупкую фигурку. Кончик носа ведет по щеке, очерчивает скулу, и вот горячее дыхание уже опаляет открытую шею.
— Тина, — тихий и нежный шепот, и сильные руки обнимают ее хрупкую фигурку. Кончик носа ведет по щеке, очерчивает скулу, и вот горячее дыхание уже опаляет открытую шею.
Латит думала, что знает своих друзей, пока они не начали играть по своим правилам. Бывший гитарист разбивает сердце. Лучший друг что-то прячет за улыбкой. А сводный брат, которого она терпеть не могла, вдруг становится единственным, кто говорит правду.
На рок-фестивалях она ищет ответы, но находит только новые вопросы. Её чувства путаются, как провода на сцене.
Каждый носит маску,а Латит придется решить: вскрыть тайны или оставить всё как есть. Потому что правда может быть больнее лжи, а любовь — страшнее предательства.
На рок-фестивалях она ищет ответы, но находит только новые вопросы. Её чувства путаются, как провода на сцене.
Каждый носит маску,а Латит придется решить: вскрыть тайны или оставить всё как есть. Потому что правда может быть больнее лжи, а любовь — страшнее предательства.
Марина ощутила, как внутри поднимается что‑то горячее и тяжёлое. Десять лет. Сколько раз она мысленно представляла эту встречу — случайную, внезапную, но всегда где‑то далеко от её привычного мира. И вот он стоит здесь, в её студии, где каждый сантиметр пропитан её жизнью. И стоит не один.
— Проходите, — сказала она, заставляя голос звучать ровно. — Вы к нам впервые?
— Да, — ответила девушка. — Я Катя. Мне очень надо научиться танцевать.
— Проходите, — сказала она, заставляя голос звучать ровно. — Вы к нам впервые?
— Да, — ответила девушка. — Я Катя. Мне очень надо научиться танцевать.
Выберите полку для книги