Книги в жанре «Драма»
Когда мальчику внезапно надо становиться взрослым, ситуация легко выходит из-под контроля. Пример из 19 века. Ну а женщины, женщины виноваты всегда, даже если ничего не делают.
— Чего вы здесь делаете?
Дочь подозрительно щурится. Старательно маскирую букет пионов под местный фикус, а раскрасневшиеся губы — в отёк Квинке.
Друг моего бывшего мужа тоже камуфлируется. Безуспешно. Пожарный шланг из него так себе.
— Дядя Витя зашёл поздравить меня с днём пожарной охраны и уже уходит! — нахожусь моментом.
Жаров активно кивает. Так, усердно, что задевает торчащий карман. Что-то маленькое и красное вылетает на пол.
Бархатная коробочка подпрыгивает и распахивается.
Кто мог подумать каких-то два месяца назад, что я поспешно выйду замуж? Нет, не подумайте. Фиктивно! Когда-то мой коллега и друг бывшего мужа сильно поддержал меня. Теперь моя очередь. Работа у нас такая, людей из огня выручать. Пожарные мы или где?
Другой разговор, что мы терпеть друг друга не можем. Разве что в горизонтальной плоскости... Хорошо! Давайте обо всём по порядку. Дело было так...
Дочь подозрительно щурится. Старательно маскирую букет пионов под местный фикус, а раскрасневшиеся губы — в отёк Квинке.
Друг моего бывшего мужа тоже камуфлируется. Безуспешно. Пожарный шланг из него так себе.
— Дядя Витя зашёл поздравить меня с днём пожарной охраны и уже уходит! — нахожусь моментом.
Жаров активно кивает. Так, усердно, что задевает торчащий карман. Что-то маленькое и красное вылетает на пол.
Бархатная коробочка подпрыгивает и распахивается.
Кто мог подумать каких-то два месяца назад, что я поспешно выйду замуж? Нет, не подумайте. Фиктивно! Когда-то мой коллега и друг бывшего мужа сильно поддержал меня. Теперь моя очередь. Работа у нас такая, людей из огня выручать. Пожарные мы или где?
Другой разговор, что мы терпеть друг друга не можем. Разве что в горизонтальной плоскости... Хорошо! Давайте обо всём по порядку. Дело было так...
Я захожу в квартиру и слышу жаркие голоса из душа. Не раздеваясь иду по коридору, открываю дверь в ванну и вижу своего мужа с какой-то аппетитной брюнеткой за стеклянными стенками.
- Моя матрёшка холоднее айсберга, но ты, - лапает ее загорелое тело, - ты огонь, Любка!
Я ещё несколько минут слушаю их разговор обо мне и смотрю на горячее сношение.
А потом...
- Лёш? - мой голос эхом прокатывается.
Дверца кабины отъезжает в сторону. Они пялятся на меня дружно. Муж не спешит прикрываться и извиняться. Наоборот. Лыбится широко и нагло.
- Нашим проще. Не надо речь толкать. - Проводит по мокрым волосам рукой.
- Ненавижу тебя...
Выбегаю в коридор, забыв о том, что хотела сообщить Лёше о беременности...
- Моя матрёшка холоднее айсберга, но ты, - лапает ее загорелое тело, - ты огонь, Любка!
Я ещё несколько минут слушаю их разговор обо мне и смотрю на горячее сношение.
А потом...
- Лёш? - мой голос эхом прокатывается.
Дверца кабины отъезжает в сторону. Они пялятся на меня дружно. Муж не спешит прикрываться и извиняться. Наоборот. Лыбится широко и нагло.
- Нашим проще. Не надо речь толкать. - Проводит по мокрым волосам рукой.
- Ненавижу тебя...
Выбегаю в коридор, забыв о том, что хотела сообщить Лёше о беременности...
— Семью еще можно сохранить, — говорит муж.
Смеюсь в голос.
— Гости, которые были в ресторане, стали свидетелями моего позора. Это видео… Судя по выражению лица твоей секретарши, весь офис в курсе, что ты спишь с другой. Дети… видели это непотребство! То, как на тебе скакала та девка!
Лёня выгибает бровь и неожиданно улыбается.
— А как живут тысячи других баб? Ну сходил мужик налево, невелико дело. К тебе же вернулся! Радуйся!
Я даже теряюсь, потому как ожидала любого исхода, но… черт, это нечто невероятно пакостное.
— Леонид, спустись с небес на землю, — цежу зло. — Я не тысячи женщин. А ты, если бы хоть немного уважал меня, не опустился бы до такого!
— Неужто думаешь, я о тебе вспомнил, когда Аллочку нагибал?
Да… вот как я докатилась до жизни такой. На юбилей муж преподнес шикарный подарок: предательство, унижение и предстоящее мне одиночество.
Смеюсь в голос.
— Гости, которые были в ресторане, стали свидетелями моего позора. Это видео… Судя по выражению лица твоей секретарши, весь офис в курсе, что ты спишь с другой. Дети… видели это непотребство! То, как на тебе скакала та девка!
Лёня выгибает бровь и неожиданно улыбается.
— А как живут тысячи других баб? Ну сходил мужик налево, невелико дело. К тебе же вернулся! Радуйся!
Я даже теряюсь, потому как ожидала любого исхода, но… черт, это нечто невероятно пакостное.
— Леонид, спустись с небес на землю, — цежу зло. — Я не тысячи женщин. А ты, если бы хоть немного уважал меня, не опустился бы до такого!
— Неужто думаешь, я о тебе вспомнил, когда Аллочку нагибал?
Да… вот как я докатилась до жизни такой. На юбилей муж преподнес шикарный подарок: предательство, унижение и предстоящее мне одиночество.
— Как ты мог так со мной поступить? — я показала мужу фотографию, где он держит за беременный живот другую женщину.
— Ты мне больше не нужна, я нашел другую, ты никому не нужна с лишним весом и висящим животом. Что непонятного? Я говорил, что хочу развестись, но ты меня не слушала!
— А как же я? Наша дочка? Что нам делать?
— Как что? Найди себе работу, занятие какое-нибудь, заодно ребенка прокормишь. Мы все решили, завтра мы подаем заявление в суд.
Точнее ты все решил, пока я пыталась справиться с реальностью.
— Ты мне больше не нужна, я нашел другую, ты никому не нужна с лишним весом и висящим животом. Что непонятного? Я говорил, что хочу развестись, но ты меня не слушала!
— А как же я? Наша дочка? Что нам делать?
— Как что? Найди себе работу, занятие какое-нибудь, заодно ребенка прокормишь. Мы все решили, завтра мы подаем заявление в суд.
Точнее ты все решил, пока я пыталась справиться с реальностью.
Я простая девушка, только закончившая медицинский. Все, чего я хочу - это помогать людям и спасать жизни. Ведь сама потеряла кого-то важного…
Но в первый же день все пошло наперекосяк. Я опоздала на работу из-за какого-то хама на дорогом внедорожнике! А мой босс оказался тем еще гадом!
Талантливый, высокомерный нейрохирург Григорий Громов. А еще он отец-одиночка, отчего-то не желающий уделять внимания собственной дочери!
Ничего, я заставлю его полюбить малышку! Любой ценой…
Но в первый же день все пошло наперекосяк. Я опоздала на работу из-за какого-то хама на дорогом внедорожнике! А мой босс оказался тем еще гадом!
Талантливый, высокомерный нейрохирург Григорий Громов. А еще он отец-одиночка, отчего-то не желающий уделять внимания собственной дочери!
Ничего, я заставлю его полюбить малышку! Любой ценой…
- Ты уверен, что твоя не приедет? - промурлыкала Анжелика.
- Она слишком занята своими детьми, чтобы что-то заподозрить, - хмыкнул Артур, расстёгивая ещё одну пуговицу на её блузке.
Пятнадцать лет. Двое детей. Бесчисленные уступки и компромиссы.
- Своими детьми? - мой голос прозвучал пугающе спокойно.
Артур отпрянул от Анжелики так резко, что ударился о кресло.
- Галя? Что ты здесь... - начал он, лихорадочно поправляя галстук.
- Она слишком занята своими детьми, чтобы что-то заподозрить, - хмыкнул Артур, расстёгивая ещё одну пуговицу на её блузке.
Пятнадцать лет. Двое детей. Бесчисленные уступки и компромиссы.
- Своими детьми? - мой голос прозвучал пугающе спокойно.
Артур отпрянул от Анжелики так резко, что ударился о кресло.
- Галя? Что ты здесь... - начал он, лихорадочно поправляя галстук.
Я работаю на мужчину, который однажды бросил меня беременную, перечислив лишь деньги на аборт.
Он предпочел карьеру, а я запретила себе раскрывать папаше-беглецу свой маленький секрет.
Мой босс не догадывается о том, что у него есть пятилетняя дочь.
На протяжении четырех лет он всячески избегал меня или же делал вид, будто мы незнакомы.
Но однажды Влад предложил мне стать его фиктивной невестой.
И как итог:
— Так Алиса — моя дочь?
Он предпочел карьеру, а я запретила себе раскрывать папаше-беглецу свой маленький секрет.
Мой босс не догадывается о том, что у него есть пятилетняя дочь.
На протяжении четырех лет он всячески избегал меня или же делал вид, будто мы незнакомы.
Но однажды Влад предложил мне стать его фиктивной невестой.
И как итог:
— Так Алиса — моя дочь?
— Кто она?
— Не начинай, Катя. Я устал. Понимаешь? Ус-тал.
— Я видела сообщение, — прошептала я, с трудом сглотнув ком в горле. — "Любимый, не могу дождаться встречи". Ты уходишь к ней? — задала я вопрос, зная, что ответ может убить меня окончательно.
Олег шумно выдохнул, разминая шею.
— С тобой невозможно жить! Постоянные сопли, орущий младенец, вечная усталость. Ты перестала быть женщиной, Катя. Ты — серая тень.
— Это твой сын, — прошептала я. — ТВОЙ сын, Олег.
Он засмеялся — коротко, без радости.
— Сын? Это какая-то вечно орущая личинка! А кто будет терпеть этот адский визг каждую ночь? Ты? Так и терпи. А я хочу жить, слышишь? Нормально жить!
Мой муж нашел себе другую женщину,а семья и ребенок для него теперь обуза.
Для меня это конец всего... или нет?
— Не начинай, Катя. Я устал. Понимаешь? Ус-тал.
— Я видела сообщение, — прошептала я, с трудом сглотнув ком в горле. — "Любимый, не могу дождаться встречи". Ты уходишь к ней? — задала я вопрос, зная, что ответ может убить меня окончательно.
Олег шумно выдохнул, разминая шею.
— С тобой невозможно жить! Постоянные сопли, орущий младенец, вечная усталость. Ты перестала быть женщиной, Катя. Ты — серая тень.
— Это твой сын, — прошептала я. — ТВОЙ сын, Олег.
Он засмеялся — коротко, без радости.
— Сын? Это какая-то вечно орущая личинка! А кто будет терпеть этот адский визг каждую ночь? Ты? Так и терпи. А я хочу жить, слышишь? Нормально жить!
Мой муж нашел себе другую женщину,а семья и ребенок для него теперь обуза.
Для меня это конец всего... или нет?
— Как давно ты с ней? — задаю резонный вопрос.
— Достаточно, чтобы понять, что люблю! — в его голосе раздражение и желание защититься, хотя я на него и не нападаю. — Понимаешь, она, — разворачивается ко мне Виктор, — она меня замечает! Видит во мне мужчину!
Вот это новость.
— Ты шутишь? — не могу поверить в то, что слышу.
— Я больше не могу жить вот в этом всем! — очерчивает руками кухню, — наши отношения умерли и покрылись паутиной! Ничего не происходит! Я хочу чего-нибудь нового! Живого и настоящего!
— А я, по-твоему, искусственная, что ли?
— Я прозрел, Станислава! Посмотрел со стороны на тебя и наш брак! А Карина, она такая… — мечтательно поднимает взгляд, — она без ума от меня! Она меня боготворит! Когда ты последний раз меня боготворила? Да никогда! — сам же себе и отвечает. — А для нее я… совершенство!
Наш сын вырос и выпорхнул из гнезда, пришло время начать новый этап жизни... с развода!
Не такого сюрприза я ждала спустя 18 лет брака.
— Достаточно, чтобы понять, что люблю! — в его голосе раздражение и желание защититься, хотя я на него и не нападаю. — Понимаешь, она, — разворачивается ко мне Виктор, — она меня замечает! Видит во мне мужчину!
Вот это новость.
— Ты шутишь? — не могу поверить в то, что слышу.
— Я больше не могу жить вот в этом всем! — очерчивает руками кухню, — наши отношения умерли и покрылись паутиной! Ничего не происходит! Я хочу чего-нибудь нового! Живого и настоящего!
— А я, по-твоему, искусственная, что ли?
— Я прозрел, Станислава! Посмотрел со стороны на тебя и наш брак! А Карина, она такая… — мечтательно поднимает взгляд, — она без ума от меня! Она меня боготворит! Когда ты последний раз меня боготворила? Да никогда! — сам же себе и отвечает. — А для нее я… совершенство!
Наш сын вырос и выпорхнул из гнезда, пришло время начать новый этап жизни... с развода!
Не такого сюрприза я ждала спустя 18 лет брака.
Выберите полку для книги